86
Саратовский Центр по исследованию проблем организованной преступности и коррупции:
–Не жалеете ли Вы о выбранной профессии? – Жалею, что недолго остается в ней быть.
–Сколько времени Вы проводите за компьютером?– Трудно сказать. Много. Хотя понимаю, что перебарщиваю, а это мне противопоказано.
–Ваша самая счастливая дата в жизни? – Нет такой, самой счастливой. Да и просто счастливой – тоже. Есть даты, о которых приятно вспомнить. Но острота переживаний событий, с которыми она связана, проходит.
–Любимая одежда? – Нет такой. Чем проще одеваюсь, тем комфортнее себя чувствую.
–Любимое место в мире? – Малая родина с речкой и луговыми цвета-
ми.
–Самые значимые для Вас имена в науке из живущих ныне и уже ушедших? – Замечательный вопрос! Он дает мне возможность прилюдно низко поклониться ученым, благодаря которым сейчас я отвечаю на Ваши вопросы. Прежде всего профессор Томин Валентин Тимофеевич – мой первый научный руководитель и вдохновитель. Профессор Игошев Константин Еремеевич – тоже мой научный руководитель. Профессор Устинов Валерий Самуилович, который переориентировал меня с занятий правоохранительной практикой (я работал в управлении уголовного розыска УВД Горьковского облисполкома) на занятия наукой криминологией. Профессор Давид Вениаминович Ривман – мой официальный оппонент по докторской, затем наши отношения перешли в дружеские. Жаль преждевременно ушел из жизни. Профессор Долгова Азалия Ивановна – интеллигентный ученый и верный соратник, у которой всегда находил и нахожу поддержку. Профессор Шестаков Дмитрий Анатольевич, с которым у нас много общего, как в науке, так и
влитературном творчестве. Сравнительно молодой и перспективный ученый, профессор Кабанов Павел Александрович – пример уважительного отношения к тем, с кем его связывают научные узы. Очень дорожу отношением ко
87
мне профессоров Баранова Владимира Михайловича, Каминского Марата Константиновича, Гилинского Якова Ильича, Номоконова Виталия Анатольевича, Сибирякова Сергея Львовича и других.
–Какую из своих работ Вы считаете самой главной? – Сложно сказать. Все они в равной мере для меня доставляли непередаваемое удовольствие от процесса их сотворения. Но со временем интерес к ним угасает. Разве что свежа в памяти монография «Криминология: научные инновации».
–Считаете ли Вы, что в науке необходимо вдохновение? – Именно на волне вдохновения рождались замыслы и тексты моих произведений, равно, как художественные, публицистические, так и научные.
–Чего Вы не приемлете в науке – в научных дискуссиях, отношениях, позициях и т.д.? – Первое. Использование «не своего», т.е. плагиат. Второе. «Упертости» в спорах, которая «пузырится» на переоценке своей позиции, нежелании вникнуть в сущность утверждений, мнение оппонента. Третье. Болезненное восприятие критики, а то и просто замечаний. Четвертое. Спекуляция положением ученого.
–Главное качество ученого – какое оно по-Вашему? – Это интегрированное качество, в котором я бы особенно выделил две составляющие. Первая, естественно, – научность. То есть особый стиль мышления, который основывается на индивидуальной методологии, для которого характерны: упорядоченность мыслей, суждения, их обоснованность и перспектива практической реализации. Вторая – человечность. То есть одно из лучших моральных качеств, в котором выражено человеческое, гуманное отношение ученого, как к предмету своих научных изысканий, так и к окружающим его людям.
–Как Вы относитесь к тому, что есть списанные и написанные кемто (заказные) диссертации? – Как к злокачественным источникам гниения и умирания науки. Удивляет успешность, с которой бьют эти источники в диссоветах, в ВАКЕ.
–Ваши пожелания начинающим ученым? – Чтоб в перспективе стали маститыми учеными.
88
–Продолжите фразу: «Уголовное право – это… – право на применение исключительной силы права в ответ на вопиющее (общественно опасное) бесправие.
–Любимое художественное произведение? – По-прежнему нравится «Поднятая целина» М.А. Шолохова. Кстати, у нас в селе жил в соседях дед (между прочим, в первую мировую был награжден двумя Георгиевскими крестами), ну, вылитый Щукарь! Я его с упоением «рисовал» в своей повестушке «Черная балка».
–А научные? – Слово «любимое» здесь не нахожу для себя подходящим: в произведениях я люблю авторскую индивидуальность. Например, читаю «Введение в криминологию закона» Д.А. Шестакова и слышу голос, интонацию автора; читаю «Преступность, ее организованность и криминальное общество» А.И. Долговой, и возникает женский образ особо почитаемого мной ученого, глубоко понимающего образ страны, «разъедаемой» преступностью, и болеющего за благополучие страны. Буквально слышу ее голос, улавливаю интонацию. Так же воспринимаются работы ВАНа – В.А. Номоконова (да простит меня Виталий Анатольевич за эту аббревиатуру, он сам иногда так подписывает свои «электронки»). Большой интерес питаю к работам этих авторов, и ряда других ученых.
–Ваша настольная книга? – Мой стол – большой площади, на котором лежат именно такие книги. Они меняются сообразно изменению предмета моих размышлений над очередной литературной задумкой. Тут и классики, создававшие науку криминологию, и современники, ее обогащающие. Относительно постоянное место занимают словари и библия.
–Как Вы относитесь к спорту? – В спорте – божественное услаждение мышечной усталостью, что освежает и наполняет новой силой изрядно потрудившийся мозг.
–Занимаетесь (занимался) ли Вы спортом непосредственно или выступает в роли болельщика? – Занимался плаванием, борьбой, упражнялся с
89
гирей. Болею за отечественный спорт, но не за команду, например, сборную по футболу, в которой отрабатываю покупные иностранцы.
–По рыбалке – самая большая пойманная рыба – какая? – Пока еще ловлю. А та, что попадалась, у нее глаз, если не с кулак, то с горошину будет точно.
–Вы охотитесь? – Только с фотоаппаратом.
–Ваша любима кухня? – кулинарные изыски не для меня. А что касается другой кухни, то это та, в которой я провожу часть своей жизни. В ней уютно и свежо.
–Любимое блюдо? – Я умеренный и непривередливый всеядный. Однако исключил из рациона ряд продуктов, в которых по заверению знающих людей, больше вреда, чем пользы.
–Любите ли Вы готовить? – Вынужден это делать, но делаю с удовольствием.
–Где Вы отдыхаете? – Только в деревне.
–Любите ли путешествовать? – Только – по родными местам.
–Какие самые удивительные места Вы посетили? – Удивительными для меня являются те самые родные места, бывая в которых, я забываю о возрасте, и во мне пробуждается юношеская запальчивость. И это, наверное, во многом оттого, что родная природа меня встречает и узнает с радостью. Хотя мы с ней изменились более чем.
–Как, по-Вашему, гений и злодейство – две вещи несовместимые? – Вот это вопрос! И сразу же память «озаряет» свежее событие: награждение самарцами юбиляра Эльдара Рязанова памятником Юрию Деточкину. На этот вопрос давно дан положительный ответ, например, в книге Игоря Муромова «100 великих авантюристов». О гениальных преступниках писал еще Чезаре Ломброзо («Гениальность и помешательство»). А известный француз Видок? Уголовник с богатым прошлым стал затем знаменитым сыщиком, можно сказать, классиком уголовного розыска. И у нас был Видок – ростовский криминальный авторитет по кличке Косой, а затем перевоплотился аж в
90
основателя ростовского уголовного розыска. Что касается нынешних выдающихся по своим способностям авторитетов криминального мира, то их имена более чем достаточно славят СМИ. Есть гениальные хакеры, которые сегодня вызывают открытое опасение самого Касперского. Наконец, без гениальных преступников невозможны гениальные сыщики. Но пока «сыскная» гениальность уступает, например, киберпреступности, экономической преступности. Однако это уже похоже на дифирамбы криминалу, в чем легко обвинить криминолога. На самом же деле речь идет о его беспристрастной оценке.
–Как, по-Вашему, верно ли: «Быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей»? – Я не могу ответить лучше, чем сам же А.С. Пушкин: «К чему бесплодно спорить с веком? Обычный деспот меж людей». Красота ногтей – обычный элемент человека, который следит за собой. А делового человека – в особенности. Да и крайне неудобно быть на деловой встрече с некрасивыми ногтями, под которыми к тому же непременно образуется «почва» для ехидства тех, кто это видит.
–Легко ли Вы прощаете нанесенные Вам обиды? – Прощаю, в смысле принимаю решение. Другое дело, как долго жжет обида.
–Можете ли Вы посмеяться над собой? – Говорят, хорошо смеется тот, кто смеется последним. Но над собой я стараюсь посмеяться первым, чтоб последнему не досталось.
–Самый нетерпимый для Вас недостаток в людях? – Предательство.
–Что Вы больше всего цените в людях? – Душевную красоту, надеж-
ность.
–Ваш самый любимый человек? – Моя одноклассница, жена, подарившая мне и воспитавшая двух замечательных сыновей. Она ушла из жизни.
–Каково место любви в Вашей жизни? – В любви (взаимной) – стержень личной жизни, источник творческого успеха. И вообще – вся жизнь.
–Продолжите фразу: «Моя жена – это… – лучшее, что было в моей жизни, и никогда уже не будет.