Очерчивая континиум понятий, входящих в определение проблемы полоролевой дифференциации необходимо остановиться на представлении содержания сущности мужского и женского. В целом, половые различия выступают в структуре различных стилей жизни: предметно-инструментального (маскулинного) и экспрессивно-эмоционального (феминного).
В психологическом словаре дается следующее определение. Феминность - комплекс физиологических, психологических признаков, определяющих принадлежность к женскому полу. Маскулинность - комплекс физиологических, соматических, психических и психологических признаков, определяющих принадлежность к мужскому полу [61].
Среди элементов феминности описываются такие, как открытость, внимательность, сотрудничество, сострадание. Маскулинные качества того же контекста (универсальные для любого пола) включают в себя логичность, рациональность, объективность, действенность, ответственность, независимость, смелость, решительность, активность, стремление к достижениям, лидерству.
Необходимо подчеркнуть, что шкалы феминности - маскулинности соотносятся с одной стороны, с интеллектуальными свойствами, а с другой - с социальными определениями пола и полоролевых предписаний, принятыми в определенной социальной среде. Шкалы феминность - маскулинность не однозначны: одни измеряют интересы, другие - эмоциональные реакции, третьи - отношения к тем или иным аспектам мужских или женских социальных ролей. Кроме того, маскулинность и феминность - это, с одной стороны, филогенетически обусловленные свойства психики, с другой стороны - социокультурные образования, складывающиеся в онтогенезе.
Таким образом, гендерные стереотипы выступают генеральными факторами в определении взаимодействия "мужского" и "женского". Причем, они выполняют как позитивыне функции, так и негативные. Позитивным в действии гендерных стереотипов Дж. Мани и П. Такер считают поддержку межличностного и межгруппового взаимопонимания и сотрудничества. Культурные стереотипы, по их мнению, должны быть одновременно ригидны и гибки, чтобы, с одной стороны обеспечивать устойчивость представлений, с другой - не останавливать развитие общества [33].
Негатив проявляется в том, что гендерные стереотипы могут отрицательно сказываться на самореализации мужчин и женщин, выступать барьером в развитии индивидуальности. Следование гендерным стереотипам часто связано с механизмами долженствования [49].
По мнению К.А. Абульхановой-Славской, самореализация и самовыражение невозможно, если деятельность выполняется на основании чувства долга. В подобной ситуации не учитываются личные интересы, теряется чувство "Я", формируется покорность и зависимость. Подобные самоощущение и самовосприятие не соответствует идеям самореализации и свободного выбора [50].
Учеными также выделены типичные стереотипные мужской и женский образы поведения. Дж. МакКи и А. Шеррифс (1957) пришли к выводу, что типично мужской образ - это набор черт, связанный с социально неограниченным стилем поведения, компетенцией и рациональными способностями, активностью и эффективностью. Типично женский образ, напротив, включает социальные и коммуникативные умения, теплоту и эмоциональную поддержку. При этом чрезмерная акцентуация как типично маскулинных, так и типично феминных черт приобретает уже негативную оценочную окраску: типично отрицательными качествами мужчины признаются грубость, авторитаризм, излишний рационализм и т.п., женщин - формализм, пассивность, излишняя эмоциональность [20].
Также Дж. МакКи и А. Шеррифс пришли к выводу о том, что в целом мужчинам приписывается больше положительных качеств, чем женщинам. И эти авторы обнаружили, что мужчины демонстрируют гораздо большую согласованность в отношении типично мужских качеств, чем женщины - женских.
Следовательно, гендерные стереотипы, существующие в современном обществе часто предопределяют степень выраженности личностных качеств человека даже "без его ведома". Даже индивид, признающий свою независимость от гендерных стереотипов, может им следовать на бессознательном уровне. Американский психолог Джейс Ф.Л. для обозначения такого явления использует термин "самоисполняющееся пророчество" - это неосознанное, внутреннее убеждение человека, установка по отношению к каким-либо объектам или событиям, реализующаяся в реальном поведении [11]. Имея неосознаваемые установки в отношения самого себя, индивид внешне заявляет независимость от гендерного стереотипа, но, тем не менее, привносит его в жизнь, реализует стереотипное представление.
Необходимо в рамках нашей работы рассмотреть и такое понятие как "гендерная идентичность" - аспект самосознания, описывающий переживание человеком себя как представителя определенного пола. Гендерная идентичность - это одна из базовых характеристик личности и формируется в результате психологической интериоризации мужских или женских черт, в процессе взаимодействия "Я" и других людей в ходе социализации [21]. Гендерная идентичность - осознание своей принадлежности к мужскому или женскому полу [7].
Гендерная идентичность личности входит в структуру социальной идентичности. Понятие социальной идентичности описывает то, как другие люди определяют человека на основе широких социальных категорий или признаков, таких как пол, возраст, профессия или этническая принадлежность. Это те компоненты "Я" человека, которые переживаются им на уровне осознания принадлежности к какой-либо группе. Социальная идентичность - это результат процесса социальной идентификации, под которым понимается процесс определения себя через членство в социальной группе [2].
Социальная идентификация выполняет важные функции, как на групповом, так и личностном уровне: именно благодаря этому процессу общество получает возможность включить индивидов в систему социальных связей и отношений, а личность реализует базисную потребность групповой принадлежности, обеспечивающей защиту, возможности самореализации, оценки другими и влияния на группу [74].
Гендерная идентичность - это особый вид социальной идентичности, сосуществующий в самосознании человека в единстве с представлениями о профессиональном, семейном, этническом, образовательном и т. п. статусе. Она начинает формироваться с рождения ребенка, когда на основании строения его наружных половых органов определяется его паспортный (гражданский, акушерский) пол. С этого начинается процесс гендерной социализации, в ходе которого ребенка целенаправленно воспитывают таким образом, чтобы он соответствовал принятым в данном обществе представлениям о "мужском" и "женском" [73].
Именно на основании существующих в обществе эталонов формируются представления ребенка о собственной гендерной идентичности и роли, его поведение, а также самооценка. Именно в процессе становления гендерной идентичности и закладываются основные различия в поведении и проявлении свойств личности (в том числе конформности) у мальчиков и девочек [68].
Становление гендерной идентичности индивида не обусловлено только и непосредственно наличием гендерной роли и включенных в нее социальных стереотипов, представлений, ожиданий. Они просто должны стать средствами осознания собственной половой принадлежности и гендерной идентичности, то есть из внешнего, "заданного" социумом и культурой плана перейти в область внутреннего, личностно-осмысленного принятия гендерной роли и соответствующих ей установок.
Установка - это готовность, предрасположенность определенным образом воспринимать, понимать, осмысливать объект или действовать с ним в соответствии с прошлым опытом или под влиянием стереотипов. Под установкой также понимается неосознаваемая личностью готовность, предрасположенность к деятельности, с помощью которой может быть удовлетворена та или иная потребность.
Психологические исследования в структуре установки выделили три составляющие: когнитивную, аффективную, поведенческую [65]. Когнитивная - это мнения и убеждения, которых мы придерживаемся относительно тех или иных предметов, людей и которые позволяют нам судить, что, на наш взгляд, правильно, правдоподобно или возможно. Аффективная - составляет положительные или отрицательные эмоции, связанные с этими убеждениями. Поведенческая - предполагает реакцию человека, соответствующую его убеждениям и переживаниям. Установки (мнения, оценки, убеждения) приобретаются через контакты, в семье, социальной группе, школе и т. д. Одни из них становятся центральными, так как образуют ядро системы убеждений, используемых индивидом для понимания общества. Другие установки становятся периферическими, так как играют меньшую роль в социальной адаптации. Именно центральные установки труднее всего поддаются изменению и составляют основу для формирования предубеждений в отношении других людей или событий [42].
Предубеждение отличается от стереотипа тем, что тот представляет собой обобщение, которого придерживаются представители определенной группы относительно другой, в то время как предубеждение предполагает еще и суждение в терминах "плохой" или "хороший", которое может выноситься о других людях даже при недостатке информации о них и мотивах их поведения. Эти же механизмы лежат в основе и предубеждений между представителями различных гендерных групп. Присущие человеку от рождения тенденции обработки информации в категориях гендерных различий, потребность в идентификации с группой и желание повысить самооценку содействуют укреплению гендерных установок, носящих характер предубеждений и охватывающих все области социальных отношений: семью, политику, образование, профессиональную деятельность и г. д. [18].
Ожигова Л.Н. выделяет следующие существующие гендерные предубеждения:
· гендерные различия велики;
· гендерные различия фундаментальны и биологически обусловлены;
· биологические предпосылки способствуют лучшему приспособлению мужчин и женщин к выполнению различных ролей;
· гендеры обособлены друг от друга, но равны;
· традиционные гендерные роли наиболее полно удовлетворяют потребности общества [41].
Кросс-культурные исследования гендерной этики показали, что существует четыре аспекта, которые свойственны большинству современных обществ: разделение труда по половому признаку; убеждения и стереотипы, связанные с различиями между женщинами и мужчинами; дифференциальная социализация мальчиков и девочек; меньшая власть и более низкий статус женщин. Эти предубеждения наиболее остро проявляются в ситуациях, где напрямую сталкиваются интересы различных гендерных групп. В силу этого обстоятельства особый интерес приобретает необходимость изучения не только различных гендерных особенностей в проявлениях конформности, но и отношения к ним, т.е. представлений о том, какие они должны быть, для того чтобы выяснить насколько на проявления личности влияют существующие гендерные предубеждения.
Итак, можно сделать вывод, что гендер - это одна из базовых характеристик личности, обусловливающая психологическое и социальное развитие человека. Его многокомпонентная структура определяется четырьмя группами характеристик: биологический пол, гендерные стереотипы, гендерные нормы и гендерная идентичность.
Для определения основной стратегии нахождения
гендерных различий в проявлении конформности у старшеклассников необходимо
рассмотреть особенности личностного развития в данном возрасте.
.3 Психологические особенности развития личности
старших школьников
Б.Г. Ананьев считал, что возраст определяет содержание внутренней жизни, сферы переживаний и личностных смыслов человека. Категория возраста стала основой периодизации жизненного пути, предложенной Б.Г. Ананьевым. Он считал, что "стремление выразить в хронологических датах онтогенетической эволюции человека вехи его жизненного пути оправдано тем, что возраст человека всегда есть конвергенция биологического, исторического и психического времени" [51].
В научной литературе подчеркивается, что в личностном отношении возраст 15-17 лет имеет особое значение как период наиболее активного развития нравственных и эстетических чувств, становления и стабилизации характера и, что особенно важно первичное овладение полным комплексом социальных ролей взрослого человека.
Старшеклассник (период ранней юности с 14-15 до 17 лет) вступает в новую социальную ситуацию развития сразу же при переходе из средней школы в старшие классы или в новые учебные заведения - гимназии, колледжи, училища [48]. Эту ситуацию характеризуют не только новые коллективы, но, самое главное, направленность на будущее: на выбор образа жизни, профессии, референтных групп людей. Необходимость этого выбора диктуется самой жизненной ситуацией, инициируется родителями и направляется учебным заведением. Соответственно в этот период основное значение приобретает ценностно-ориентационная активность. Она связывается со стремлением к автономии, правом быть самим собой.
Исследователи разграничивают:
· поведенческую автономию (потребность и право юноши самостоятельно решать лично его касающиеся вопросы),
· эмоциональную автономию (потребность и право иметь собственные привязанности, выбираемые независимо от родителей),
· моральную и ценностную автономию (потребность и право на собственные взгляды и фактическое наличие таковых) [15].
Большое значение в этом возрасте имеют дружба, доверительные отношения. Дружба представляет для юношей и девушек одну из важнейших форм отношений, часто дополняясь, а иногда заменяясь всем многообразием отношений любви [25].
Ранний юношеский возраст - этап формирования самосознания и собственного мировоззрения, этап принятия ответственных решений, этап человеческой близости, когда ценности дружбы, любви, интимной близости могут быть первостепенными.
Столяренко Л.Д. отмечает, что в этом возрасте молодой человек формирует:
) самосознание - целостное представление о самом себе, эмоциональное отношение к самому себе, самооценка своей внешности, умственных, моральных, волевых качеств, осознание своих достоинств и недостатков, на основе чего возникают возможности целенаправленного самосовершенствования, самовоспитания;
) собственное мировоззрение как целостную систему взглядов, знаний, убеждений, своей жизненной философии, которая опирается на усвоенную ранее значительную сумму знаний и сформировавшуюся способность к абстрактно-теоретическому мышлению, без чего разрозненные знания не складываются в единую систему;
) стремление заново и критически осмыслить все окружающее, утвердить свою самостоятельность и оригинальность, создать собственные теории смысла жизни, любви, счастья, политики и т. п. [63].
Для раннего юношества свойственны максимализм суждений, своеобразный эгоцентризм мышления: разрабатывая свои теории, юноша ведет себя так, как если бы мир должен был подчиняться его теориям, а не теории - действительности. Стремления доказать свою независимость и самобытность сопровождаются типичными поведенческими реакциями: "пренебрежительного отношения" к советам старших, недоверие и критиканство по отношению к старшим поколениям, иногда даже открытое противодействие [46]. Но в такой ситуации юноша вынужден опираться на моральную поддержку ровесников, и это приводит к типичной реакции "повышенной подверженности" (неосознанная внушаемость, сознательный конформизм) - влиянию ровесников, которая обусловливает единообразие вкусов, стилей поведения, норм морали (молодежная мода, жаргон, субкультура). Даже преступления среди молодежи, как правило, носят групповой характер, совершаются под влиянием группы. Следовательно, одной из значимых проблем данного возраста является определенная конформнность.
Д.И. Фельдштейн отмечает, что в этот период старшеклассники начинают строить жизненные планы и сознательно задумываться над выбором профессии [52]. Этот выбор диктуется не только ориентацией на жизненное требование призвания, на сферу деятельности, в которой человек может быть максимально полезен другим (например, врач, педагог, исследователь), но и конъюнктурой, выгодой, практической ценностью данной профессии в конкретной ситуации общественного развития страны. Только очень целеустремленные и по-настоящему увлеченные люди 15-17 лет сохраняют верность призванию на пути дальнейшего профессионального становления, личностного самоопределения. Личностное самоопределение наиболее тесно связано с типом учебного заведения (М.Р. Гинзбург).