Материал: Имущественные преступления

Взаимодействие уголовного и частного права

в сфере имущественных отношений

которая служит целям объединения множества частей в единое целое и оп­тимального функционирования системы. При этом признается, что один и тот же элемент некой целостности (системы) может выполнять сразу не­сколько различных функций, равно как и наоборот — одна и та же функ­ция может осуществляться разными элементами.

Также и отрасли в системе права или законодательства влияют друг на друга, обеспечивая функционирование соответствующей системы как цело­стного образования. Упорядоченность права и законодательства определяет функциональную зависимость между составляющими их отдельными отрас­левыми ветвями. Иными словами, когда совокупность отраслей образует систему и устанавливается порядок отраслевого взаимодействия, формиру­ются функции в обеспечении устойчивых связей между отраслями. Харак­теризуя основные признаки системности права, Д.А.Керимов справедливо подчеркивает, что «правовая система образует единство в результате струк­турной упорядоченности ее компонентов (подсистем), определяющей их функциональную зависимость и взаимодействие. В результате правовая си­стема представляет собой единый, гармоничный «ансамбль», обеспечиваю­щий субординацию, иерархичность и синхронность в процессе функциони­рования»¹. Системность как одно из свойств права и законодательства вы­ражается в таком объединении множества отраслей, которые своим функ­ционально упорядоченным взаимодействием обеспечивают их единство и целостность. При этом системная упорядоченность зависит от степени вы­раженности функциональных отношений между отраслями: чем строже и последовательнее отрасли выполняют свои роли, тем более стройной явля­ется правовая система.

Функции заданы «юридическим» разделением труда, отраслевым рас­пределением ролей и другими процессами, за которыми в конечном счете стоят системные закономерности права и законодательства. Известно, что все части служат целому, но каждая часть по-своему. Так и отрасли в сис­темном строении правовой действительности имеют строго определенные функциональные задачи. Функции как бы «возложены» на отрасли и вы­полняются в рамках присущих праву и законодательству системных свойств. Системность обусловливает определенное функциональное назна­чение каждой отрасли: «Одни отрасли выполняют преимущественно учре­дительно-легализующие функции, другие — регулирующие, третьи — охра­нительные»².

Уголовное право при всей своей относительной самостоятельности так же, как и другие отраслевые общности, имеет свое специфическое назначе­ние. Считается, что в рамках межотраслевого функционального взаимодей­ствия уголовное право призвано охранять от возможных преступных нару-

¹ Керимов ДА. Законодательная техника: Научно-методическое и учебное пособие. М.: НОРМА-

ИНФРА.М, 1998. С.77.

¹ Концепции развития российского законодательства. С.7.

327

А. Г. Безверхов
Имущественные преступления

шений наиболее важные общественные отношения. В строгом соответствии с функциональным подходом уголовное право призвано защищать не все особо значимые социальные отношения, а только ту часть их, которая в по­зитивном смысле урегулирована другими отраслями права. В этой связи ут­верждается, что отдельные социальные блага и интересы только тогда долж­ны охраняться уголовным законом, когда они являются правовой ценнос­тью, а социальные отношения, когда они становятся правоотношениями. Так, Н.Ф.Кузнецова полагает, что «охраняемые УК интересы (объекты) — это правоотношения в тех или иных сферах жизнедеятельности личности, функционирования общества и государства»¹. Аналогичное мнение выска­зывает и Е.В.Ворошилин: «Специфика уголовного законодательства заклю­чается в том, что оно охраняет от наиболее опасных посягательств те обще­ственные отношения, которые регулируются нормами иных отраслей пра­ва»². Отсюда следует и вывод о нецелесообразности принятия «новых уго­ловно-правовых норм по вопросам, которые не урегулированы в позитив­ном плане другими отраслями права»³. Почему? Если социальные отноше­ния законодательно не урегулированы, то это может означать, что они не обладают той особой ценностью для общества, которая требует их уголов­но-правовой охраны, а значит, отсутствует необходимость в их защите. Кроме того, если отношения не урегулированы той или иной отраслью пра­ва, то сложно юридически точно определить объект, субъектный состав и содержание этих отношений, а следовательно, невозможно обеспечить их надежную уголовно-правовую охрану.

Функциональное соотношение между отраслевыми ветвями создает «общий фон» и задает пределы действия институтов и норм Особенной ча­сти уголовного закона, а значит, оказывает влияние на содержание послед­них. В этой связи очевидно, что функциональные связи, складывающиеся между уголовным правом и другими отраслями законодательства, значи­тельно влияют на определение уголовной противоправности как юридичес­кого признака преступления. Действительно, если уголовное право призва­но охранять отношения, уже позитивно урегулированные другими отрасля­ми, то уголовно-правовой запрет должен логически следовать, необходимо вытекать из определенного дозволения, а следовательно, и получать содер­жание, совместимое с содержанием последнего. Это обосновывается тем, что запреты функционально неотделимы от дозволений и по своему юри­дическому существу призваны действовать «в паре» с дозволениями⁴. В ус­ловиях реализации права определенным юридическим дозволениям корре­спондируют соответствующие уголовно-правовые запреты, юридически

¹ См.: Уголовное право Российской Федерации: Особенная часть: Учебник / Под ред. Г.Н. Бор-

зенкова и В.С.Комиссарова. С. 16.

¹ См.: Уголовный кодекс РСФСР. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР. М.: БЕК, 1994. С.12.

³ Кудрявцев В.Н. Две книги об уголовном законе // Сов. гос. и право. 1969. №10. С. 160.

⁴ См.: Алексеев С.С.Право: Азбука — теория — философия. С.355-357.

328

Взаимодействие уголовного и частного права

в сфере имущественных отношений

обеспечивая их действенность.

В рамках функционального взаимодействия уголовное право охраняет от возможных преступных нарушений имущественные отношения, урегули­рованные нормами гражданского права. Функциональные связи, складыва­ющиеся между уголовным и гражданским правом, существенно влияют на определение уголовной противоправности как юридического признака иму­щественного преступления. Если уголовное право призвано охранять отно­шения, позитивно урегулированные гражданским законодательством, то уголовно-правовой запрет должен логически следовать из определенного гражданско-правового дозволения, а следовательно, и получать необходимо вытекающее из последнего содержание. В этой связи воспрепятствование реализации управомочивающей нормы гражданского права влечет за собой при наличии к тому оснований вступление в действие соответствующей нормы уголовного права. Гражданско-правовые дозволения, будучи связан­ными с уголовно-правовыми запретами по смыслу, имплицируют (от лат. implicatio — сплетение, implico — тесно связываю) последние. Отсюда, уго­ловная противоправность имущественных нарушений определяется уголов­ным законом с учетом действия управомочивающих норм гражданско-пра­вовой природы, которые позитивно регулируют имущественные отноше­ния, нарушаемые преступным деянием. При этом указанные управомочи-вающие нормы (дозволения) и соответствующие им уголовно-правовые за­преты должны находиться в отношении импликации и иметь содержатель­ную связь, то есть в различной юридической форме выражать равнознач­ные, эквивалентные правовые положения.

Одному и тому же виду правоотношений нередко обеспечивается ком­плексная правовая защита. Так, имущественные отношения защищаются всевозможными гражданско-правовыми средствами. Одновременно разные стороны, грани и аспекты имущественных отношений в необходимых слу­чаях и пределах охраняются посредством уголовно-правовых, администра­тивно-правовых, а также дисциплинарных мер. Таким образом, на «отрас­левом» уровне функции защиты и охраны свойственны не только уголовно­му праву. В действительности многие отрасли сами же и охраняют отноше­ния, являющиеся предметом их правового регулирования, так сказать, соб­ственными силами защищают регулируемые ими социальные связи. Наибо­лее явно охранительную роль по отношению к собственному предмету ре­гулирования выполняет гражданское право. Оно защищает нарушенные или оспоренные права и законные интересы участников имущественных и свя­занных с ними личных неимущественных отношений. Согласно п.2 ст.2 ГК гражданским законодательством также защищаются неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага, если иное не вытекает из существа этих благ. Как утверждается цивилистами, в предмете гражданско-правового регулирования есть пласт подвижных отношений, возникающих из конфликтов. В их рамках происходит защита одного из сталкивающихся