Материал: indrik2015syria_1
Г л а в а 3
Российские консулы
овнутриполитической обстановке
вСирии
Донесения российских консулов начала XX века касаются самых разных сторон жизни сирийской провинции — политики, государственного строя, экономики, социальных проблем, отношений с западными держа-
вами и отношений между религиозными общинами. В них содержатся подробные сведения статистического характера о населении различных районов Сирии и Горного Ливана: о конфессиональной принадлежности, количестве деревень, угодий и скота, об урожае сельскохозяйственных культур и т. п. Все эти сведения создают мозаичную, подчас противоречивую, но в целом живую картину мироустройства этой части Османской империи незадолго до ее распада. Эта обширная и разноплановая информация до сих пор не утратила научного значения, что не в последнюю очередь обусловливается образованностью и профессионализмом российских дипломатов, их стремлением выявить глубинные причины тех событий, о которых они по долгу службы обязаны были подробно рассказывать в своих донесениях.
Каждое донесение, как правило, содержит обзор происшествий, имевших место на подведомственной консулу территории. Не все из них представляют для нас интерес, не так просто выбрать из этого потока информации материал, помогающий осмыслить историю Сирии первого десятилетия XX в. Для данного обзора привлечены сообщения, характеризующие прежде всего внутриполитическую обстановку в Сирии, политику держав на Ближнем Востоке и рус- ско-сирийские экономические связи. Именно эти темы привлекали особое внимание самих российских консулов. Систематизация материала внутри каждой темы осуществлялась по отдельным вопросам. Однако материалы донесений, как увидим, не укладываются в прокрустово ложе означенных тем, выходят за их рамки: как свидетельства очевидцев, они «стереоскопичны». Мы стремились сохранить для читателя уникальные сведения, из-за чего иногда поступались логической стройностью.
90 |
Сирия начала ХХ века: Обзор консульских донесений |
||
|
|||
|
|
|
|
|
|
* * * |
|
|
Политическая атмосфера в Османской империи начала 1900-х го- |
||
|
дов,несмотрянарежимзулюма1, заметно отличалась от той, что царила |
||
|
десятилетиями ранее и тем более в эпоху, предшествовавшую Танзи- |
||
|
мату. Распространение светского образования, современных средств |
||
|
массовой информации и связи — прессы, телеграфа и почты, широкая |
||
|
эмиграция за рубеж, отзвуки деятельности сирийских оппозиционных |
||
|
кругов в Египте и в Европе, пропаганда конституционных идей тайно |
||
|
действовавшими младотурецкими группами в крупных городах импе- |
||
|
рии — все это способствовало политизации по крайней мере образован- |
||
|
ной части общества, прежде всего офицерства. Это явление отмечали |
||
|
российские консулы, хотя, судя по донесениям, они были слабо осве- |
||
|
домлены о зарубежной и подпольной деятельности оппозиции. |
||
|
|
Сообщая о внутриполитической обстановке в османской Сирии, |
|
|
консулы внимательно отмечали все проявления протеста и недо- |
||
|
вольства населения, поскольку последние могли стать предлогом |
||
|
для иностранного вмешательства в дела Османской империи. |
||
|
|
Одним из очагов беспокойства в Сирии в начале ХХ в. оставался |
|
|
район Джебель Друза. Попытки властей распространить на его населе- |
||
|
ние закон о воинской повинности и утвердить власть турецкой адми- |
||
|
нистрации встречали вооруженное сопротивление: крупное восстание |
||
|
произошло в 1886 г., вспышки сопротивления — в 1896, 1899 и 1906 гг.2 |
||
|
Горцы Джебель Друза не только оказывали противодействие осман- |
||
|
ской власти, но, на что обращали особое внимание консулы, нередко |
||
|
грабили своих соседей-христиан3. По мнению консулов, друзы — жите- |
||
|
ли этого региона — практически не управлялись османскими властя- |
||
|
ми. Чтобы как-то «избавиться от этой головной боли», Порта прибегла |
||
|
к традиционному методу: сталкивала между собой различные этноре- |
||
|
лигиозные группы. В частности, с этой целью она переселяла в Сирию |
||
|
и в другие провинции империи с поликонфессиональным населением |
||
|
горцевКавказа,выехавшихизРоссии.Мухаджиры4,щедронаделявши- |
||
|
еся землей, становились опорой власти. Так, в октябре 1900г. в Сирию |
||
|
прибыли 26 чеченских семейств, всего 152 человека, эмигрировавших |
||
1Зулюм (тур. угнетение, насилие) — наименование периода абсолютистского правления султана Абдул-Хамида II (1876—1909).
2См.: Котлов Л. Н. Становление национально-освободительного движения на Арабском Востоке (середина XIX в. — 1908 г.). М., 1975. С. 178.
3АВПРИ. Ф. 151. Политархив. Оп. 482. Д. 756. Л. 72–92, 121–124. Донесения
генерального консула А.П. Беляева от 28 апреля и 30 июня 1900 г.
4Мухаджир (араб.) — переселенец, эмигрант.
Часть II
Российские консулы о внутриполитической обстановке в Сирии |
91 |
|
|
|
|
из-под Новороссийска. В донесениях секретаря консульства в Дамаске С.В. Тухолки приводятся сведения о причинах эмиграции мусульман Кавказа из России в Османскую империю:
«По их словам, они ушли в Турцию, с одной стороны, наслышавшись о щедрости султана и дабы жить под властью мусульманского правительства, а с другой, потому что на родине их притесняли и нарушали их обычаи, например, солдаты позволяли себе входить вих гаремы. 3–4 месяца тому назад они выселились в Сивасскийвилайет5. Теперь уже турецкое правительство перевело их в Сирию, распорядившись, чтобы вилайет хорошо принял их, назначил им временно дневное содержание и поселил на местах, годных для обработки. Все эти эмигрантыкрайнебедны.Покаихприютиливмечетяхитекке (странноприимных домах), вилайет выдает им в день по пиастру на взрослого и по 20 пара на ребенка; трое из них отправлены в Сальтский и Амманский округа Керакского санджака для приискания земель для их поселения; земли эти будут отданы им в собственность»6.
Вдекабре1900г.вСириюприбылиеще260кабардинцев,выехавших из Терской области. По сведениям С.В. Тухолки, им также был оказан хороший прием7. Ожидалось прибытие новых эмигрантов:
«Пословамздешнихгазет,сюдадолжныприбытьдо60000черкесов8 сКавказа. По определению конечного числа эмигрантов турецкое правительство займется раздачей им земли. Оно намерено расселить
5Вилайет(араб.)—административно-территориальнаяединицаОсманской империи во главе свали — наместником султана и полномочным представителем Порты, назначенным из Стамбула сроком на год. Вали, как правило, присваивался титул паши, имевший три степени (однобунчужный, двухбунчужный и трехбунчужный), однако в ХХ в. изредка наблюдалось назначение на пост вали чиновника с титулом бея (его носили офицеры не выше полковника и чиновники низшего и среднего уровня). К началу ХХ в. Сирия была разделена на три вилайета — Дамасский, включавший ливы, или санджаки (следующее за вилайетом административно-терри- ториальное подразделение) Дамаск, Хама, Маан и Хауран; Бейрутский, состоявшийизливБейрут,Акка,ТриполииЛатакия,иХалебский(Алеппо и южная часть Малой Азии). Кроме того, в состав Сирии входили три автономных мутасаррифийи, подчинявшихся султанской власти. (Подробнее см.: Зеленев Е.И. Государственное управление, судебная система и армия
в Египте и Сирии (XVI – начало XX веков). СПб., 2003).
6АВПРИ.Ф.151.Политархив.Оп.482.Д.756.Л.173.ДонесениеС.В.Тухолки
от 3 ноября 1900 г. Керакский санджак находился в Заиорданье.
7Там же. Донесение С.В. Тухолки от 16 ноября 1900 г.
8Черкесами называли адыгов (адыгэ) — этнические группы, населявшие Адыгею и Кабарду.
глава 3
92 |
Сирия начала ХХ века: Обзор консульских донесений |
|
их в Хауране, близ Джебель Друза, дабы противопоставить непокорных друзов и мусульман [мухаджиров] — верных султанских слуг, и,
в случае надобности, воспользоваться ими для усмирения друзов»9
(курсив мой. — Н.Г.).
Вполне понятно, что внимание русских консулов постоянно было приковано к напряженной ситуации, складывавшейся в этом регионе. Одним из важных факторов, порождавших конфликты, был земельный вопрос. С.В. Тухолка описывает случай, когда освобожденный из заключения друзский шейх Яхья из известного рода аль-Атраш, посчитав, что хауранские христиане воспользовались его отсутствием и собрали урожай с его полей, захватил весь убранный ими хлеб. Конфликт был разрешен лишь с помощью жандармов. Сложившуюся ситуацию консул пояснял в следующей записке, удостоившейся внимания Николая II, в которой отметил вводившиеся в административную практику новые формы разрешения конфликтов:
«Возвращение из ссылки друзов, сосланных в 1895 г. за беспорядки, послужило поводом к целому ряду земельных споров между вернувшимися и местным христианским и мусульманским населением, успевшим за время пребывания друзов в ссылке захватить часть принадлежавших им земель. Для рассмотрения возникших вследствие сего нареканий дамасский вали назначил особую комиссию с участием представителей от местных христиан»10.
Земельные споры возникали по разным поводам, они обострились после1908г.,когдамладотурецкиевластипопыталисьввестикадастровое землеустройство и четко определить, кому принадлежит тот или иной участок земли, на каких условиях и основаниях. Споры и столкновения такого рода часто сопровождались разбоем. Так, генеральный консул в Бейруте К.Н.Лишин сообщал об обстановке в Горном Ливане:
«Несмотря на смену мутасаррифа11, разбои и грабежи продолжаются в Триполийском санджаке. Жертвами нападений являют-
9АВПРИ.Ф.151.Политархив.Оп.482.Д.756.Л.203.ДонесениеС.В.Тухолки
от 29 декабря 1900 г.
10Там же. Л.179–181. Донесение С.В. Тухолки от 17 ноября 1900 г., с пометой Николая II.
11Имеется в виду глава мутасаррифийи Горного Ливана. Ливанская мутасаррифийя была образована согласно Органическому статуту 1861 г., ее территория делилась на семь административных районов — каза (када). Мутасарриф назначался султаном из османских подданных, католиков по вероисповеданию. В 1902 г. умер мутасарриф Наум-паша и на этот пост был назначен Музаффер-паша (см. примечания 63 и 64).
Часть II
Российские консулы о внутриполитической обстановке в Сирии |
93 |
|
|
|
|
ся почти всегда христиане, жизнь и имущество которых ничем не обеспечены против насилия и произвола местных мусульманских беев»12. Некий Абдулла Кендж, владелец деревни Айната, ограбил православную церковь в селе Мезабейли. Местные власти отпустили его на свободу. Вскоре он организовал угон скота, принадлежавшего жителям Мезабейли, при этом один из пастухов был убит. Подобный случай, пишет консул, произошел в селении Бордж-Араб. «Между тем жалобы на насилия со стороны мусульман не прекращаются, и я должен отметить чрезвычайное усиление фанатизма во всем Бейрутском вилайете, отличавшемся прежде, вследствие своего приморского положения, соседства с Ливаном и частого посещения его европейцами, значительною веротерпимостью»13.
От внимания консулов не ускользнули сведения о происходив-
ших в стране голодных волнениях и методах противодействия им со стороны властей. Северная Сирия и другие земледельческие районы время от времени страдали от засухи, последствия которой усугублялись из-за примитивных способов обработки земли. Это порождало нехватку зерна и другого продовольствия. Вфеврале 1902 г. генеральный консул И.Г. Григорович из Алеппо писал послу в Константинополе И.А. Зиновьеву:
«Донесением от 27 марта минувшего года <...> я имел честь донестидосведенияВашеговысокопревосходительстваобугрожавшем всему Алеппскому вилайету голоде, вследствие незначительного количества выпавшего в предшествующем зимнем сезоне дождя и последовавшей затем непомерной засухи. Дороговизна жизни приняла размеры настоящего бедствия, и Алеп наводнился массою нищих всех возрастов. Вместе с тем со стороны властей вилаета были задержаны за последние месяцы пенсионные деньги, следовавшие вдовам и семьям мелких чиновников и солдат, павших на войне с Грецией, что поставило их, несчастных, в отчаянное положение. Доведенные до крайности, вдовы эти, увлекши за собою толпу голодных мусульманских женщин и стариков, всего до тысячи человек, собрались рано утром 16 сего февраля перед домом валия и громко стали требовать уплаты своей пенсии и вообще помощи со стороны правительства изнуренному народу в настоящем бедствии. Отчаяние толпы дошло до того, что многие из этих женщин, по словам очевидцев, от-
12АВПРИ. Ф. 180. Посольство в Константинополе. Оп. 517/2. Д. 1349. Л. 34. Донесение К.Н. Лишина от 21 апреля 1901 г.
13Там же. Л. 34–35.
глава 3