Институализация юстиции в нормах Русской Правды
А.В. Верещагина Верещагина Алла Васильевна, кандидат юридических наук, доцент, заведующий кафедрой уголовно-правовых дисциплин Владивостокского государственного университета экономики и сервиса ,
М.Е. Омельяненко Омельяненко Мария Евгеньевна, старший преподаватель кафедры уголовно-правовых дисциплин Владивостокского государственного университета экономики и сервиса
Аннотация
Существуют многочисленные исследования, посвященные феномену Русской Правды. Однако до настоящего времени не появилось целостного, насколько это возможно с учетом скудости аутентичных источников, описания судоустройства Древней Руси.
Анализ норм наиболее известных списков Русской Правды и имеющихся исследований позволил сформулировать ряд положений.
Юстиция Древней Руси носила полисистемный характер и состояла из 4 относительно самостоятельных систем: общинной, вотчинной, церковной и княжеской, что было следствием сохранения элементов родо-племенного уклада и происходивших социальной стратификации, активного политогенеза и христианизации. Организация государственной власти, включая судебную систему, основывалась на принципе сюзеренитета-вассалитета, т.е. лица, занимавшиеся отправлением правосудия, были слугами князя, которым он делегировал судебные полномочия. Компетенция должностных лиц, занимавшихся судебной деятельностью, диверсифицировалась по предметному, территориальному и персональному критериям. В системе полномочий должностных лиц, занимавшихся судебной деятельностью, самыми важными были право собирания пошлин и штрафов и применения наказания. Система судебных должностных лиц по Русской Правде является некой матрицей, лежащей в основе последующей институализации судебных органов.
Совокупность полномочий должностных лиц, занимавшихся досудебной подготовкой материалов и исполнением решений, позволяет предположить, что, несмотря на единство процедуры разрешения всех видов "тяжеб", законодатель различал гражданско- и уголовно-правовые споры.
Ключевые слова: Русская Правда; судоустройство; судопроизводство; полисистемность юстиции; князь; наместник; тиун; вирник; емец; мытник; отрок; детский; ябедник; мечник; книжный писец.
Institutionalization of Justice in the Provisions of Russskaya Pravda (Russian Justice) русь судебный юстиция
Alla V. Vereshchagina, Cand. Sci. (Law), Associate Professor, Head of the Department of Criminal
Law Disciplines, Vladivostok State University of Economics and Service
Maria E. Omelyanenko, Senior Lecturer of the Department of Criminal Law Disciplines, Vladivostok
State University of Economics and Service
The phenomenon of Russskaya Pravda (Russian Justice) has been the subject of numerous studies. However, until now there has not been any exhaustively complete description of the judicial system of Ancient Russia due to scarcity of authentic sources.
An analysis of the provisions of the most well-known copies of Russkaya Pravda (Russian Justice) and available research have resulted in making a number of statements.
The system of justice in Ancient Russia was multisystematic in character and consisted of 4 relatively independent systems: communal, patrimonial, ecclesiastical and princely. The system under consideration had developed as a result of preservation of tribal elements and social stratification, active political genesis and Christianization. The organization of government, including the judicial system, was based on the principle of suzerainty-vassalage, i.e. the persons involved in the administration of justice were servants of the Prince who delegated judicial power to them. The competence of judicial officials was diversified according to the subject matter, territorial and personal criteria. In the system of powers of judicial officials, the powers to charge fees and fines and to impose penalties were the most important. Under Russkaya Pravda (Russian Justice) the system of judicial officials represents a kind of matrix underlying the subsequent institutionalization of judicial bodies.
The complex of powers of officials dealing with pre-trial preparation of cases and enforcement of judgments proves that, despite the unity of the procedure for resolving all types of "grievances," the law-maker distinguished civil and criminal disputes.
Keywords: Russkaya Pravda (Russian Justice); system of courts; judicial proceedings; polysystemicity of justice; Prince, governor; tiun; virnik; emets; mytnik; odolescent; children; informer; swordsman; book scribe.
Русской Правде посвящены многочисленные разноплановые публикации, все многообразие которых можно классифицировать по нескольким критериям:
1) временному - исследования дореволюционные (Н.Л. Дювернуа, Н.В. Калачов, Н.И. Ланге, П.Н. Мрочек-Дроздовский и др.), советского (А.А. Зимин, М.Н. Тихомиров, Л.В. Черепнин, З.М. Чернилов- ский, С.В. Юшков и др.) и постсоветского (Н.Ф. Котляр, М.Б. Свердлов, В.А. Томсинов, А.П. Толочко и др.) периодов;
2) содержательному - посвященные генезису, социально-экономическому контексту появления Русской Правды, отдельных аспектов нормативного регулирования (гражданско-правового, уголовно-правового, процессуального и пр.) (А.О. Иншакова, В.Е. Лоба, С.Н. Малахов, В.И. Меркулов, В.М. Шинкарук и др.).
Помимо отечественных авторов, Русская Правда интересует зарубежных ученых (Л. К Гетц, Д.Х. Кайзер, П.Ш. Левек, Н.Г. Леклерк, Г.Л. Фриз, Д. Штраух, И.Ф. Г. Эверс и др.).
Несмотря на обширную библиографию, до настоящего времени не появилось работ, в которых бы предпринимались попытки, опираясь на нормы Русской Правды и имеющиеся результаты научных исследований, реконструировать существовавшее в ту пору судоустройство. Обычно изложение этого вопроса ограничивается более или менее подробным перечислением должностных лиц, отправлявших те или иные полномочия в судебной сфере.
Информация о судоустройстве Древней Руси достаточно скудна, но тем не менее анализ различных списков Русской Правды 1 позволяет выявить некоторые судоустройственные черты древнеславянской юстиции.
По мнению С.В. Юшкова, древнерусским княжествам присущи типичные для раннефеодального государства отношения сюзерените- та-вассалитета, предполагающие феодальную иерархию При проведении исследования авторы преимущественно опирались на наиболее известные и распространенные списки Русской Правды: Академический, Троицкий, Карамзинский, Толстовский и список князя Оболенского. Далее в тексте нормы Русской Правды цитируются по изданию: Калачова Н.В. Текст Русской Правды на основании четырех списков разных редакций. Изд. 4-е (без перемен). М. : Тип. Августа Семена, 1846. Юшков С.В. Очерки по истории феодализма в Киевской Руси. М., Л. : Изд-во Акад. наук СССР, 1939. С. 176.. Академик Л.В. Черепнин подчеркивает, что "...генезис феодализма начинается в рамках предшествующей формации; если дело идет о Руси, то - первобытно-общинной.." и его исток "окняжение" (подчинение власти князя - военного предводителя) территорий соседних общин и превращение дани в феодальную ренту Древнерусское государство и его международное значение / А.П. Новосельцев, В.Т. Пашуто, Л.В. Черепнин; под ред. В.Т. Пашуто, Л.В. Черепнина; Академия наук СССР, Институт истории. М. : Наука, 1965. С. 145..
Отмеченные выше особенности государственности древних славян отражаются в организации юстиции и разрешении споров, что наиболее ярко проявляется:
1) в полисистемности (наличие нескольких относительно самостоятельных систем отправления правосудия - общинная, церковная, вотчинная и княжеская);
2) феодальном характере взаимоотношений между князем как верховным правителем и судьей и иными лицами, которым князь делегировал судебные полномочия;
3) коллективной ответственности общины за совершенные общинниками преступления;
4) широком применении обычаев.
Каждая из перечисленных "юстиций" обладала собственной компетенцией.
1. Общинный суд имманентен первобытному социуму, в недрах которого, повторимся, формировалась государственность славян. Это суд родовой общины (верви), члены которой связаны между собой кровными узами. Один из первых исследователей древнего судопроизводства А. Куницын подчеркивал, что вервь есть "судебное ведомство" живущих в одном "ведомстве" (вероятно, территории) свободных людей, вступающих "во взаимное ручательство" Куницын А. Историческое изображение древнего судопроизводства в России. СПб. : Тип. II Отд. С.Е. И.В. Канцелярии, 1843. С. 9.. Обосновывая свою позицию, А. Куницын ссылался на этимологию слова "вервь", видя в нем древнефрисландское происхождение: Liuda Werf - "народное собраніе, судъ народной" Куницын А. Указ. соч. С. 10.
Фрисландия (Фризия) - королевство, существовавшее в VI--VIII вв. на территориях современных Нидерландов и Северной Германии. Фризский язык относится к западной группе германских языков. (орфография первоисточника. - А. В., М. О.).
Некоторые исследователи считают, что в рассматриваемый период община-вервь была скорее соседской и ее члены в нее не полностью интегрированы Свердлов М.Б. Правда Русская как источник для изучения стратификации древнерусского сельского населения конца XI - первой трети XII в. // Актуальные проблемы аграрной истории Восточной Европы X--XXI вв.: источники и методы исследования: материалы XXXII сессии симпозиума по аграрной истории Восточной Европы / отв. ред. Е.Н. Швейковская; Ряз. гос. ун-т имени С.А. Есенина. Рязань, 2012. С. 46.. По вполне понятным причинам достоверно судить о том, что в большей степени связывало членов общины - родственные или соседские связи, достаточно сложно. Сам факт появления писаного источника права, нормы которого должны были обеспечить единообразие в разрешении конфликтов в социальных, а не общинных интересах, свидетельствует о замене (или начале процесса замены) кровнородственных отношений соседскими. Тем не менее и тогда, и в более поздний период именно сход всех членов общины разрешал споры между общинниками о перераспределении земельных наделов, об аккумулировании пустующих и брошенных земель и пр. Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. М. : Территория будущего, 2005. URL: http:// dugward.ru/library/gosipravo/vladimirskiy-budanov.html (дата обращения: 11.02.2019). В модифицированном виде этот институт (мир) сохранился до начала XX в.
Одной из форм общинного правосудия являлось вече, которое в современном понимании, по нашему мнению, являлось судом ad hoc. К его юрисдикции относилось рассмотрение дел в отношении представителей власти, виновных в неудачном правлении и злоупотреблениях, и других лиц, которые причинили вред всему обществу.
2. Вотчинный суд. Появление вотчинных судов - следствие происходившей стратификации, объективированной в различных формах личной зависимости (рядовичи, закупы, вдачи), вплоть до полной утраты личной свободы (похолопления) Свердлов М.Б. Указ. соч. С. 46.. К прерогативе господина в отношении лично зависимых от него лиц относились малозначительные правонарушения и некоторые гражданско-правовые споры. Решения принимались на основе норм обычного права Чельцов-Бебутов М.А. Курс уголовно-процессуального права. Очерки по истории суда и уголовного процесса в рабовладельческих, феодальных буржуазных государствах. СПб. : Альфа, Равена, 1995 URL: https lawbook.online/zakonodatilstvo-sovetskoe/kurs-sovetskogo-ugolovnoprotsessualnogo-prava.html (дата обращения: 11.02.019)..
Вотчинная юстиция в России сохранилась до отмены крепостного права в 1861 г. Собственно, отмена крепостного права явилась одной из основных причин проведения судебной реформы 1864 г. - возникла необходимость в судах, к ведению которых была бы отнесена юрисдикция помещиков дореформенного периода.
3. Церковный суд. Очевидно, что появление церковного суда связано с христианизацией Руси. Его компетенция очерчивалась уставами князей Владимира и Ярослава и касалась всех отношений гражданской жизни, связанных с религией и нравственностью.
Дела, отнесенные к юрисдикции церковного суда, условно можно разделить на три категории:
— греховные без признаков состава преступления, например волхование, браки близких родственников, развод по согласию супругов и т.п. Такие дела рассматривал епископ без княжеского судьи и по церковным законам;
— церковно-преступные, например изнасилование, односторонний развод по инициативе мужа без вины жены, оскорбление женской чести, блуд, убийство, поджог гумна и т.п., относившиеся к совместному ведению княжеского и церковного судей;
— в отношении духовных лиц, которые разрешались церковной властью Чельцов-Бебутов М.А. Указ. соч..
4. Княжеский суд - это прообраз юстиции в современном ее понимании как обязательного атрибута государственно-организованного общества. "Окняжение" соседских общин и формирование управленческих структур, вычленявшихся из общинных, детерминировало создание системы должностных лиц, отправляющих правосудие, иногда наряду с выполнением других возложенных на них обязанностей.
"Вершиной" княжеской юстиции был сам князь - верховный правитель, законодатель и правоприменитель. Именно так определен его статус в преамбуле Русской Правды, в которой указано, что князь Ярослав даровал акт новгородцам.
"Становление князя как органа, занимающегося отправлением правосудия, стало естественным результатом развития общественно-правовой системы Руси", - пишет Н.Л. Дювернуа. Аргументируя свою позицию, он ссылается на нормы Русской Правды, очерчивавшие судебную компетенцию князя.
Княжескому суду подлежали дела:
1) об убийстве свободных людей (смердов) ("безъ княжа слова нельзя умучить смерда" - ст. 31 Русской Правды по Академическому списку; ст. 71 Русской Правды по Троицкому списку; ст. 89 Русской Правды по Карамзинскому списку);
2) по спорам между закупом (лицо, взявшее в долг, но сохранившее права свободного человека) и господином ("закупъ обиды дъля своего господина бъжит къ князю или к суд 1ямъ" - ст. 70 Русской Правды по Карамзинскому списку);