— Ты считаешь, что удаление шрамов не обязательно? — зарычал Трейвон.— Касаемо ее общего здоровья? Да. Их можно будет убрать позже, как только мы будем уверены, что она полностью выздоровела.— Держи меня в курсе, Луол, — приказал Трейвон.— Конечно, генерал.Кивнув целителю, Трейвон заставил себя уйти.Нихил взглянул на Луола. — Сообщишь моей Эша, что я ушел с генералом?— Конечно, — согласился Лоул, глядя вслед воину.***Прочистив горло, сидевший за столом в своем командном центре Трейвон поднял взгляд от очередного отчета, который он изучал, на вошедшего посетителя. Близилось время дневного приема пищи, а он читал эти отчеты, с того момента как взошло солнце Понта. Он был рад перерыву.— Командир отряда Нихил, чем могу быть полезен? — спросил Трейвон, откидываясь на спинку стула. Ему всегда нравился Нихил Козар. Не только из-за внешних данных, хотя тот был поистине массивным, и не из-за силы командира, что превосходила его собственную, а потому, что Нихил был немногословен и обращался к начальству лишь по конкретному делу.— Это касается переселения людей.— А что не так? Министр Раскин из Калбога согласился принять их. Твоя истинная пара, конечно, останется здесь с тобой.— Я и не сомневался в этом, генерал. И не только потому, что не хочу расставаться со своей парой, но и потому, что она отказывается разлучаться со мной.Трейвон был потрясен, увидев слабую улыбку, появившуюся на губах Нихила. Он никогда раньше не видел, чтобы этот мужчина улыбался.— Я не хотел бы быть тем, кто пытался бы разлучить нас. Моя Маккензи может быть довольно жестока, если ее вынудить, — лицо Нихила вернулось к его обычной мимике.— Так в чем дело, командир?— Я говорю о женщине, Дженнифер. Моя Маккензи очень обеспокоена тем, что с ней произойдет, когда та окончательно придет в себя.— Почему твоя Эша обеспокоена? Что-то случилось с Дженнифер, о чем я не был проинформирован? — осторожно спросил Трейвон, поднимаясь на ноги. Прошло уже больше недели с тех пор, как Дженнифер очнулась, и он приказал Луолу ежедневно докладывать о процессе ее выздоровления.Слегка поднятые брови Нихила были единственным признаком, указывающим на то, что реакция генерала удивила его. — Я не знаю, о чем вам сообщали, генерал.Трейвон сжал кулаки. Ему пришлось сделать глубокий вдох, прежде чем он смог восстановить свой контроль.
— Я знаю, что она хорошо отреагировала на лечение Луола, хотя он все еще не до конца убрал ее шрамы.— Да, но лишь потому, что Дженнифер отказывается позволить ему сделать это. — Что?! — Луол не сообщал об этом. — Это одна из тех вещей, которые беспокоят мою Маккензи. — Только одна из них? — Да, генерал. Моя Маккензи переживает, что будет с Дженнифер, если она отправится на Калбог с другими мужчинами. — Почему? Они же ее соплеменники! И хотя они не смогли защитить ее, как должны были, министр Раскин заверил меня, что она будет в безопасности на Калбоге. — Моя Маккензи не верит в это. Она считает, что если Дженнифер покинет эту планету, то умрет.— Что...? — от этой мысли у Трейвона замерло сердце. Он до сих пор не понимал, почему эта женщина так на него действовала. Он надеялся, что после того, как она покинет Понт, мысли о ней оставят его. Он прекратит мечтать о невозможном. По крайней мере, для него... О шансе найти истинную пару. — Маккензи очень обеспокоена, генерал. А если она обеспокоена, то я должен сделать все, что в моих силах, чтобы унять ее тревогу. Она — моя истинная пара и моя Эша.— Конечно, должен, командир, но я не понимаю, чего ты хочешь от меня.— Я прошу, что вы позволили Дженнифер остаться здесь на Понте.Трейвон замер. Он понял, что не знает, что сказать. У него не было оснований оставлять женщину на Понте, но одна часть его хотела видеть ее здесь, в то время как другая его часть мечтала отправить ее как можно дальше. — Что она будет тут делать, если останется, командир?— Моя Маккензи сказала, что Дженнифер имеет богатый опыт в работе на кухне.— Кухня? Что это?— Она занимается приготовлением пищи. Может делать пищу... Вкусной... — Вкусной?— Да. Это означает — хорошей. Что пищей можно наслаждаться, а не только использовать для утоления голода. — Пищей можно не только утолять голод, но и наслаждаться? — Да, — лицо Нихила стало покрываться румянцем. — Кажется, моя Маккензи не особо высоко оценила продукты, которыми я в состоянии обеспечить ее, и на ее взгляд они не были... Вкусными настолько, как еда у нее дома, на Земле. Она попросила мою часть провизии для последнего приема пищи, и Дженнифер приготовила ее в моей каюте прошлым вечером. — В твоей каюте? — Да. Маккензи заметила, что в моей каюте есть место, которое она назвала «кухней». Дженнифер использовала его и приготовила пищу для последней трапезы.
— И ...? — заинтересовался Трейвон. — Это было необычно… — ответил Нихил.— Это было ужасно, но ты умолчал об этом, так как не хотел расстраивать свою истинную пару?— Это не было ужасно, генерал, это было... Скажем так, отличалось от того, что мы привыкли употреблять в пищу.— В смысле?— Мясо... Было нежное и сочное. Дженнифер нарезала его кусками, но только приготовила его за более короткий промежуток времени. То же самое она сделала с овощами.— И?— И это было хорошо. Очень отличалось от всего того, что я когда-либо пробовал раньше. Маккензи и Дженнифер говорили о том, какими еще способами они могут приготовить то же мясо и овощи, и сделать совершенно другие блюда.— Другие блюда? Используя одни и те же ингредиенты? — в голосе Трейвона сквозило недоверие. — Да, я нашел все это... Интригующим... Как и Луол.— Луол?— Да, он забеспокоился, когда Дженнифер не вернулась в медицинский блок, — Нихил нахмурился, вспоминая об этом. — Они обе предложили Луолу поделиться с ним их едой.— Они... Что?.. — Трейвон не мог в такое поверить. — Маккензи и Дженнифер. Маккензи настаивала на том, что она может поделиться с Дженнифер долей моих пайков, даже несмотря на то, что Дженнифер пыталась отказаться. Лоул обнаружил их спорящими на эту тему. В конечном итоге было решено, что мы все вместе разделим последнюю трапезу.— Люди — странный вид, — тихо пробормотал Трейвон. — Они могут голодать и все же предлагают все, что у них есть другим. По крайней мере, женщины. — Да, я это обсуждал наедине с моей Маккензи, но до сих пор не могу этого понять.— Думаю, наши самки никогда бы не отказались от своей доли пищи, особенно в пользу мужчин.— Я знаю. Это невероятно, но я постоянно слежу, чтобы моя Маккензи во время последней трапезы не подкладывала свою пищу в мою тарелку.— Она так делает?— Да. Маккензи говорит, что для нее этого слишком много. — Умно, но ей необходимо хорошо питаться. — Я согласен. Она такая маленькая. Она говорит, что раньше была больше, но я начинаю сомневаться, что так было на самом деле.— Они обе должны быть крупнее, — произнес Трейвон самому себе.— Да, но я не думаю, что это произойдет, если она останется вместе со своим народом. — Почему ты так решил? — проворчал Трейвон. — Из-за моей Маккензи, она опасается, что Дженнифер будет продолжать жертвовать продовольственными запасами в пользу мужчин, до тех пор, пока это не приведет ее к смерти.
— Это не допустимо, — возмутился Трейвон. — Я согласен, генерал, именно поэтому я здесь.— Я не могу приказать ей остаться здесь, командир. Если она пожелает уехать вместе с ее людьми, я ничего не смогу сделать, чтобы предотвратить это. — Маккензи считает, что если Дженнифер занять чем-то... Чем-то полезным здесь, то она останется.— И что я должен предложить ей? — Заняться кухней, генерал, — сказал Нихил, как будто ответ был очевиден.— Ты предлагаешь мне поручить приготовление пищи самке другого вида, которая понятия не имеет, как справиться с этим?— При всем уважением, генерал, я верю, что она сможет с этим справиться. Я с легкостью могу отдать свою часть продуктов питания для нее. Луол также согласился, и я верю, что когда другие попробуют то, что она делает с нашими продуктами, ее умения станут востребованы.— Я должен поговорить с ней, прежде чем приму окончательное решение.— Конечно, генерал.
Глава 3— Ты с ума сошла? — Джен уставилась на Maк, как если бы у той выросла вторая голова.— Ты знаешь, что нет, — ответила Мак.— Я должна улететь с ребятами, Мак. Ты же понимаешь.— Нет, ты не должна делать этого. Я хочу, чтобы ты осталась здесь, на Понте, со мной.— Зачем? — уточнила Джен. — По крайней мере, на Калбаге, я смогла бы помочь ребятам.— Чем именно? — поинтересовалась Мак. — Мы даже не знаем, что они собираются там делать, где будут жить и что там за условия. По крайней мере, здесь есть все необходимое.— Мне здесь нечего делать, Мак.— Есть. Ты шеф-повар, Джен. И если есть люди, которые нуждаются в тебе, они как раз здесь. Разве ты не видела, как Нихил и Луол отреагировали на то, что ты сделала прошлым вечером?— Ты имеешь в виду, как они подозрительно нюхали еду, а затем пережевывали, как будто это отрава? Ты имеешь в виду именно эту их реакцию? — спросила Джен.— Но им понравилось, — возразила Мак.— Пусть так, — согласилась Джен.— Им понравилось! Для них это было просто необычно, поскольку их еда не такая как наша. Когда ты ушла, я поговорила с Нихилом. Ему это очень понравилось, хотя он и сказал, что эта пища была своеобразной.— Ты имеешь в виду, что она отличалась от той, что они обычно едят? То, что у них в этих их пайках, — просто гадость.— Ты права, то, что они едят во время последней трапезы — на вкус как старый башмак. Честно говоря, я вообще не понимаю, как они это едят.— Как они это готовят? — заинтересовалась Джен.— Понятия не имею, но уверена, что ты сделаешь это лучше.— Они не никогда не позволят мне даже встать рядом с их свежими продуктами, Мак. Это их самый важный и ценный ресурс, — Джен узнала об этом из курса обучения, когда, наконец, убедила Луола позволить ей использовать обучатель. Ей пришлось долго убеждать целителя в необходимости этой процедуры, поскольку Луол беспокоился, что из-за этого она может снова впасть в кому. Мак тоже волновалась, поэтому она отказалась покидать ее, пока Джен проходила процедуру. Все, что знала Джен, — что так будет лучше, чем не понимать, о чем говорят окружающие. — Возможно, поначалу, но когда они почувствуют аромат и попробуют твою еду, Боже, Джен, они прибегут и будут умолять тебя готовить для них.— Очень сомневаюсь, — эта мысль вызвала у Джен слабую улыбку. Ее мечтой всегда было владеть собственным рестораном и создавать удивительную пищу, о которой бы говорили люди. Она почти отказалась от этой мечты после смерти ее родителей и пошла работать к Салли, в закусочную, расположенную на улице, недалеко от квартиры, которую они с мужем снимали, когда Кимми переехала к ним. Клиенты Салли не интересовались удивительными блюдами, которые хотела создавать Джен. Им нужны были большие порции, и они хотели то, что Салли делала последние лет пятьдесят.