Инграммы, полученные зиготой, являются потенциально наиболее аберрирующими, так как они полностью реактивны. Те, которые получены эмбрионом (после трех месяцев), сами по себе были бы достаточными, чтобы отправить людей в сумасшедшие дома. Инграммы, полученные утробным плодом, аберрируют довольно сильно.Зигота, зародыш, плод, младенец, ребенок, взрослый - это все один человек. Время считалось великим лекарем. Это изречение можно было бы приобщить к тем, которые “общеизвестны”. На сознательном уровне это может быть истиной. Но на реактивном уровне время - это ничто. Инграмма, независимо от того, когда она получена, настолько сильна, насколько она рестимулирована.В механизме инграммы существует интересная деталь. Она не “оспаривается”, не анализируется, не имеет никакого значения до тех пор, пока не произойдет включение. Ребенок до того, как он начинает говорить, мог иметь рестимулированную инграмму, но инграмма должна включиться аналитической информацией малыша.Реактивный ум крадет значения содержащихся в нем слов из аналитического ума. Инграмма - это определенное количество записей волн, но только до тех пор, пока она не включена, и эти записи с помощью рестимуляции начинают оказывать влияние на аналитический ум. Инграмма не имеет собственного значения, а просто шлет свои волны телу и аналайзеру без всякой осмысленной цели, и только потом аналайзер и организм придают ей значение с помощью определенных механизмов. Другими словами, инграмма не является разумной записью, имеющей смысл. Это просто серия отпечатков типа тех, которые делаются иглой на воске. Эти отпечатки не имеют никакого смысла для тела до момента включения, когда возникают аберрации и психосоматические болезни.Отсюда следует, что ребенок в утробе матери не имеет ни малейшего представления о смысле сказанных слов. Будучи организмом, он познает, что некоторые вещи обозначают определенные опасности. Но этим ограничивается значение записей. Ум должен более или менее сформироваться до того, как инграмма начинает оказывать действие на аналитическом уровне.Пренатальный ребенок, конечно, в состоянии испытывать ужас. Когда родители или гинеколог, делающий аборт, пытаются до него добраться, чтобы уничтожить его, он испытывает страх и ощущает боль.Однако этот ребенок имеет некоторое преимущество. Окруженный амнеотической жидкостью, получающий питание от матери, легко реформируясь физически в стадии роста, ребенок “ремонтирует” громадное количество повреждений. Способность к восстановлению в утробном состоянии тела наиболее высока. Повреждение, которое искалечило бы новорожденного младенца на всю жизнь и убило бы взрослого, запросто исправляется плодом в животе матери. Конечно, повреждение оставляет инграмму, она подробно записана со всеми данными, речью и эмоциями, но умертвить эмбрион трудно, и это - главное.
Почему люди делают аборты - вопрос, ответ на который можно найти только в аберрации, так как сделать удачный аборт очень трудно. Можно сказать, что при такой попытке мать подвергается большему риску смерти, чем ребенок, независимо от того, какой метод использован.Общество, которое подавляет секс как зло и которое настолько аберрировано, что каждая женщина может сделать аборт, обрекает себя на постоянно увеличивающееся количество безумных. Это научный факт, что попытка сделать аборт — наиболее важный фактор в аберрации. Ребенок, от которого хотели избавиться, обречен на жизнь со своими убийцами, он их реактивно узнает как убийц на протяжении своего болезненного и незащищенного детства! Он необыкновенно привязан к бабушкам и дедушкам, до ужаса напуган наказаниями, заболевает легко и болеет долго. Не существует гарантированного метода аборта. Пользуйтесь противозачаточными средствами, а не вязальными спицами или спринцовкой для контролирования количества населения. Если ребенок уже зачат, то независимо от “унизительных” обстоятельств, независимо от морали и материальных условий, будущие отец и мать, замышляющие избавиться от ребенка, идут на убийство, которое редко удается. А если оно не получилось, закладывают фундамент для детства, наполненного недугами и болью. Тот, кто замышляет аборт, действует против всего общества и будущего; любой судья или врач, рекомендовавший аборт, должен быть моментально лишен положения и практики независимо от “причины” рекомендации.Если человек знает, что он совершил это преступление против ребенка, который уже родился, он должен предпринять все возможное для того, чтобы сделать малыша клиром как можно раньше, по достижении им восьмилетнего возраста. В то же время он должен относиться к ребенку со всей возможной порядочностью и вежливостью для того, чтобы не рестимулировать инграмму. Иначе ребенок может оказаться в больнице для умалишенных.Большой процент слабоумных детей есть результат попыток абортов, инграммы которых дают серьезные болезни — паралич страха или регрессивный палеи (паралич с непроизвольной дрожью). Эти инграммы останавливают физическое и психическое развитие, заставляют их навсегда остаться там, где они были.Многие миллиарды, которые ежегодно тратит Америка на содержание сумасшедших домов и тюрем, тратятся прежде всего из-за попыток абортов, сделанных сексуально аберрированными матерями, воспринявшими беременность как проклятье, а не как благословление от Бога.
Антипатия к детям означает блокированную вторую динамику. Физиологическое обследование человека, обладающего этим качеством, продемонстрирует физическую недоразвитость половых органов или желез. Дианетическая терапия ликвидирует последствия всех попыток абортов и других отрицательных явлений пренатального периода и делает человека клиром.Кейс ребенка, который, когда вы читаете эти слова, еще не родился, хотя попытка аборта уже была, не безнадежен. Если к нему хорошо относятся с первых дней и он не рестимулирован домашними скандалами, малыш прекрасно дотянет до восьми лет, после чего он может быть подвергнут клирингу и очень поразится, узнав правду. Но его удивление и возможный антагонизм исчезнут в процессе клиринга, и любовь к родителям будет только крепче, чем раньше.Это все научные факты, сотни раз исследованные и перепроверенные. И они помогут получить клиров, от которых зависит наше будущее.КНИГА ВТОРАЯ ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Болезни заразны. Микробы, путешествуя от человека к человеку, бродят повсюду, не уважая никого, пока их не остановят противобактериальные средства или антибиотики.Аберрации тоже заразны. Как и микробы, они никого не уважают и переходят от одного к другому, от родителей к детям, никого не щадя, пока их не остановит Дианетика.Люди издавна считали, что безумия существуют генетически, и легко заметить, что дети аберрированных родителей нередко сами были аберрированными. Существует генетическое сумасшествие, но оно ограничено случаями действительного отсутствия частей мозга. Очень небольшой процент сумасшествий относится к этим категориям, и их проявлением становится тупоумие и плохая координация движений. Здесь нет других аберрирующих свойств (люди получают инграммы, которые усложняют их кейсы).Заразность аберрации не нуждается в долгих объяснениях. Из Дианетики известно, что только различные моменты “бессознательности”, короткие или длинные, более или менее глубокие, могут содержать инграммы. Когда человек “теряет сознание”, окружающие реагируют на это в соответствии со своими инграммами; фактически, “бессознательность” обычно вызвана чьей-то драматизацией. Клир тогда может быть введен в состояние “беспамятства” аберрированным человеком, который драматизирует свою инграмму, и драматизация в свою очередь войдет как инграмма в клира.Механизм этого очень прост. Аберрированные люди под влиянием стресса драматизируют инграммы. Такая драматизация может травмировать другого человека и ввести его в состояние “бессознательности”. Человек “без сознания” получает драматизацию как инграмму.Это не единственный способ распространения аберрации. Больные, лежащие под наркозом на операционных столах, находятся под воздействием более или менее аберрированного разговора окружающих. Этот разговор в виде инграммы входит в человека, находящегося “без сознания”. То же происходит при несчастных случаях: неожиданность и серьезность происходящего может возбудить людей до такого состояния, что они начинают драматизировать, и человек, если он находится “без сознания” из-за случившейся травмы, получает инграмму.Аберрированные родители непременно передадут свои инграммы детям. Папа и мама, находясь возле больного ребенка, драматизируют собственные инграммы и передают их так же, как передаются микробы. Это не значит, что реактивный банк ребенка целиком состоит из инграмм родителей, ведь существует много внешних воздействий на семью, которые могут войти в ребенка, когда он “без сознания”. Это также не значит, что ребенок будет реагировать таким же образом на те же инграммы, что и родители: ребенок - это личность со своим характером, свободой выбора и собственным поведением. Но это значит, что
невозможно представить, что аберрированные родители так или иначе не сделают своего ребенка аберрированным.
Недостаточная информация и неправильные представления в культуре общества становятся инграммами, ведь не все, что окружает человека “без сознания”, есть драматизация. Если бы общество поверило, что проказой могут заболеть люди, употреблявшие рыбу, то эти ошибочные данные нашли бы путь в инграммы, и, в конце концов, кто-нибудь, съевши рыбу на обед, заболел бы чем-то, похожим на проказу.
Примитивные общества, находясь под сильным воздействием природы, подвергается травмам гораздо чаще, чем цивилизованные, и заполнены ошибочной информацией. Уровень развития медицины и методы лечения психических заболеваний находятся на очень аберрирующем уровне. Количество инграмм у зулу1 могло бы поразить воображение. Если бы представителя племени удалось вывести из рестимулирующего района и обучить английскому, он смог бы избежать действия большей части своего реактивного банка; но в среде своего обитания зулус находится вне психбольницы только потому, что для его племени не строили сумасшедших домов. Эта здравая оценка основана на лучшем опыте, чем тот, что обычно доступен людям, которые основывают свои выводы о “современном человеке” на изучении примитивных рас, которые более аберрированы, чем цивилизованные. Дикие нравы, примитивность суждений, болезненность происходят от реактивных моделей поведения, а не от врожденных черт характера. Сравнение одного набора аберрированных людей с другим вряд ли даст нужные данные. И заразность аберрации, которая более сильна в примитивных племенах, и неверность информации, основанной на суевериях в инграммах таких племен - то и другое приводит нас к выводу, основанному на наблюдениях на месте, который подтверждается действительностью.
1 зулу: большое племя на юге Африки, которое раньше было воинственным; представители этого племени — зулусы.
Заразность аберрации легко изучить в процессе клиринга любого преклира, чьи родители часто конфликтовали. Мать, например, могла быть сравнительно неаберрированной первое время после замужества. Если женщину избивает муж, который драматизирует свою инграмму, она начнет заражаться его аберрациями и накапливать их как часть своей реактивной модели поведения. Это особенно заметно, когда кто-то проводит клиринг человека, зачатого до или вскоре после женитьбы родителей. Отец может начать с какой-то определенной драматизации, в которую входит избиение жены. Все, что он произносит при этом, производит определенный эффект на жену и, если она не очень уравновешена, то она тоже займется драматизацией. Когда родится ребенок, мать будет драматизировать и на нем, держа его таким образом в постоянной рестимуляции.