Материнство рассматривается как социальное и личностное образование. Забота родителей о своем потомстве в разных формах встречается на всех стадиях развития живых организмов. Но у человека оно приобретает особое значение. Будучи субъектом вида Homo sapiens, мать обеспечивает развитие ребенка как человеческого существа с характерными особенностями структуры деятельности, построением "рабочей модели мира" и др. Именно в процессе взаимодействия с матерью (и частично с другими близкими взрослыми, допущенными к младенцу) ребенок включается в процесс усвоения видотиповых средств отображения реальности, в результате чего происходят видотиповые изменения в структуре головного мозга. Таким образом, материнство обеспечивает формирование конкретных элементов содержания в образовании картины мира ребенка и передачу этих образований через модель материнства.
Важнейшие реакции женщины-матери обусловлены рядом сложных гормональных процессов, которые создают условия для восприимчивости к ситуации взаимодействия с ребенком. Однако конкретная интерпретация своих состояний во время беременности и в период актуального материнства зависит от личности матери, смысла беременности для нее, социальной и семейной ситуации. Гормоны могут помочь любить или ненавидеть, но что с этими чувствами делать определяет ситуация и прошлый опыт. Возникновение и реализация материнского поведения зависит лишь от внешних стимулов. Возможность быть матерью заложена лишь в женской природе, но общественные нормы и ценности осуществляют колоссальное влияние на отношение женщины к материнству, и каждой социальной установке отвечает определенный образ ребенка. Это подтверждается тем, что на высших стадиях развития возникновения схем поведения происходит прижизненно, на материале полученного опыта. Чем более сложное поведение, которое обеспечивается этими схемами, тем более длинным и вариантным будет путь их образования.
Интерпретируя работы М. Мид, Г. Г. Филиппова писала, что материнское беспокойство и привязанность к ребенку настолько глубоко заложены в реальных биологических условиях зачатия, вынашивания, родов и кормления материнским молоком, что лишь сложные социальные установки могут полностью сломать их. Женщины по своей природе является матерями, разве что их будут учить отрицанию своих детородных качеств. Если беременность карается социальным неодобрением, наносит обиды супружеским чувствам, если в социуме больше всего ценят социальный ранг, женщины могут идти на все, чтобы не рожать детей или убивать их собственными руками (по результатам исследований, в зависимости от того, за какую форму отказа от материнства общество законодательно меньшее карало, то и доминировала в обществе). Если женское чувство адекватности своей половой роли грубо искажено, роды подавлены наркозом, который мешает женщине осознать, что она родила ребенка, а кормление грудью заменено искусственным вскармливанием, то в результате проявляется значительное нарушение материнских чувств.
Иерархия целей и самих потребностей регламентируется нормами культуры через ценности, которые включаются в разные культурные модели и влияют на структуру ценностно-смысловых ориентаций человека. В качестве самых сложных среди таких моделей выступают те, что связаны с человеческими отношениями, которые, в свою очередь, обеспечивают достижение определенных целей общества (система воспитания, обучения, обряды и так далее). Материнская сфера является вариантом более общей родительской, которая, в свою очередь, входит в состав репродуктивной (вместе с половой). В качестве базиса разных поведенческих моделей выступает система потребностей. В материнской сфере она отмечается особенной сложностью, ведь в ходе ее реализации обеспечивается не только продолжение рода, но и удовлетворение потребностей личностного уровня (продолжить себя, реализовать ожидание и планы, отвечать культурной или индивидуальной модели личности и др.). Именно личностные потребности возможно удовлетворить лишь в том случае, если человек осознает связь половой и родительской сфер, и их роли в становлении будущего.
Материнская сфера является динамическим образованием, которое формируется в течение всей жизни. Отдельным этапом в ее развитии Е. И. Исенина выделяет этап от рождения матери к ее беременности, на котором происходит развитие системы потенциальных условий для формирования уже после родов базовых качеств матери. Эта система условий закладывается в социальной ситуации развития материнства, прежде всего - во взаимодействии с собственной матерью.
Следовательно, на момент рождения собственного ребенка, у матери существует определенный базисный уровень развития всех блоков материнской сферы. Актуальное материнство (взаимодействие с конкретным ребенком) модифицирует ее содержание в зависимости от условий.
В своих работах Г. Г. Филиппова, используя эволюционно-сравнительный подход, определила этапы развития материнства.
Первый этап - взаимодействие с собственной матерью. Начинается с внутриутробного периода развития и продолжается всю жизнь. Наиболее значимым на этом этапе является младенческий и ранний возраст, когда формируются базисные основы личности и отношения к миру. За этот период ребенок усваивает эмоциональное содержание взаимодействия с матерью (впервые этот феномен отмечают во время родов).
Второй этап - развитие материнской сферы в игровой деятельности. Переживание всех компонентов материнского поведения и принятия на себя роли матери во время сюжетно-ролевой игры.
Третий этап (период нянченья) начинается с 4,5 лет и продолжается до 6-10 лет. Необременительное непосильной ответственностью взаимодействие с младенцем является источником радости и богатых впечатлений через неограниченную воспитанием искреннюю эмоциональную инициативу и возможность апробировать усвоенные во время игры поведенческие навыки с реальным ребенком. Ребенок переживает собственные чувства от взаимодействия и реакцию взрослых (страх, волнение или одобрение и радость). При современных стандартах жизни этот период, который фактически выдается для формирования ряда феноменов, сильно видоизменился буквально за сотню лет, не предложив альтернативу развития материнской сферы. В современных семьях нуклеарного типа детям дошкольного возраста, у которых наблюдается наиболее яркий интерес к младенцам без выраженного страха перед их беспомощностью, как правило, не позволяется непосредственный контакт. Их чаще привлекают к "технической" помощи родителям, и они становятся посторонними наблюдателями взаимодействия матери с младенцем, в результате чего их яркие эмоции воспринимаются как недосягаемое для себя удовольствие и вызывают тоску, скуку и раздражение. Техническая сторона присмотра, таким образом, теряет ранг счастливого беспокойства. Происходит уменьшение эмоционального общения с взрослыми, погруженными в удовольствие от младенца. На этой почве возникают ревность, деформация ценности ребенка и беспокойства о нем.
Четвертый этап - дифференциация мотивационных принципов материнской и половой сфер. Проходит от завершения предыдущего и до беременности женщины. За это время происходит окончательное закрепление ценности ребенка и материнства, усваиваются культурные представления о нормируемой этой сферы (понятие законнорождения, первенцы в семье, рождение от любимого или не любимого партнера и так далее). Исчезновение запрета на внебрачные половые связи, снижение возраста вступления в половые отношения, наряду с увеличением возраста зависимости от родителей, множественность моделей поведения в современном обществе и много других причин делают развитие ценностей материнства в период полового созревания чрезвычайно сложным. Если в предыдущем периоде ощущения от контакта с младенцем не были конкретизированы, то во время полового созревания такого типа ощущения переводятся в ранг половых, не связанных с материнской сферой. И во время дальнейшего их возникновения во взаимодействии с ребенком могут переживаться как шокирующие, несовместимые и неприятные. У детей подросткового возраста интересы смещаются в сторону интимно-личностного общения с однолетками и познавательной деятельности, а позже - в сторону полового развития. Однако в современных семьях именно этих детей считают уже способными к самостоятельности и ответственности в уходе за младшими. Без предыдущего закрепления эмоционального отношения к младенцу, и в случаях неадекватного их возрастным интересам перераспределения забот, у подростков формируется отношение к ребенку как к грузу и препятствию их интересам. Необходимость успокоить младенца при недостаточной компетентности и без поддержки взрослых приводит к образованию синтонирующего (синхронного повторения эмоций) стиля переживания его негативных состояний, перегрузка технической помощью вредит переживанию позитивных эмоций младенца, приводит к игнорированию или осуждению его негативных состояний и так далее. Если к окончанию этапа нянченья опыта взаимодействия с младенцами не было, то часто возникает страх перед ними, потому что подростки, оценивают имеющийся у них опыт как недостаточный для взаимодействия с маленькими детьми. Это первое впечатление (впечатление от вопиющего, грязного детеныша с неприятным запахом) закрепляется в случае дальнейшего участия в уходе за ребенком и запоминается на всю жизнь, особенно если контакт был кратковременным. А позже медленно исчезает только на опыте взаимодействия с собственным ребенком, накладывая свой отпечаток на отношения с ним. Полное выпадение опыта нянченья к половому созреванию может привести к восприятию ситуации взаимодействия взрослых с младенцами как неестественной и неприятной. Чувство взрослых, особенности их речевого общения с младенцем воспринимаются как неуместные, дразнящие. Поведение и вид младенца не вызывают никаких позитивных эмоций, нет стремления к контакту, прикосновению. Данный этап развития материнской сферы является наименее исследованным.
Пятый этап - взаимодействие с собственным ребенком. Этот этап является чрезвычайно насыщенным, и в нем выделяют самостоятельные периоды (беременность, роды, период грудного кормления). За это время весь наработанный базис опыта конкретизируется в реальной деятельности под воздействием ряда конкретных условий, создавая неповторимую ситуацию взаимодействия матери и ребенка.
Шестой этап - отношения с ребенком после окончания периода новорождения. Отношение матери к ребенку стабилизируется и предопределяет уровень эмоционального благополучия, особенности развития познавательной мотивации, стиль переживания стрессовых ситуаций.
Процесс становления материнства является чрезвычайно хрупким образованием, которое начинает развиваться задолго до даже самих мыслей о рождении ребенка. Результатом многолетнего пути к материнству может стать уникальная возможность естественного личностного роста через появление комплекса психологических новообразований и их осмысления. Исследования ряда авторов (А.О. Копил, О. В. Баженова, Л. Л. Баз, Г. Г. Филиппова, Т.А. Гурьянова и др.) приходят именно к таким выводам. При условии нормального развития материнской сферы к появлению ребенка период беременности наполняется разнообразными и неповторимыми переживаниями, связанными с изменениями "Я-физического", восприятие сожительства с другим живым существом. Такое состояние дает возможность раскрыться глубинным особенностям женщины, которая вливает на ее дальнейшее взаимодействие с ребенком (как в плане поведения, так и в плане воображения, то есть построению образов, связанных с ситуацией). В статье "Выделения факторов и условий психологического риска для будущего развития ребенка" А. О. Копыла, О. В. Баженовой и Л. Л. База отмечено: "По сложности, количеству противоречий, яркости внутренних изменений личности период беременности и подготовки к рождению первого ребенка напоминает подростковый, когда работа над созданием себя становится настоящим творчеством". Г. Г. Филиппова также считает период беременности критическим, в ходе которой перестраивается сознание женщины и его взаимодействие с миром. Он становится испытанием полоролевой идентичности, отношений матери и дочки, которая готовится стать матерью, возможности устанавливать адекватный контакт с отцом ребенка. В результате успешного завершения этих перестроек, женщина достигает внутренней интегрированности и успешно вживается в новый социальный статус, который становится огромным шагом на пути к настоящей зрелости и самоуважению. В случаях, когда материнская сфера деформирована, период беременности может стать патологическим решением перегруженных чувством вины ранних отношений с матерью.
Кроме потери традиций воспитания, само общество испытало коренные изменения во взглядах на распределение ролей и функций между представителями разных статей. Э. Фромм считал, что такое достижение как равенство женщин не должно вводить в заблуждение. Ученый считал его частью общего устремления к разрушению отличий: "Равенство покупается дорогой ценой: женщина становится равной потому, что она больше не отличатся от мужчины". Исследования, проведенные группой ученых, А. О. Копыл, О. В. Баженовой и Л. Л. Баз, и исследования самосознания молодой женщины М. Ю. Чибисовой засвидетельствовали губительное влияние этой тенденции и формирование материнской сферы. Исследуя систему перестройки иерархии мотивов в течение беременности, они отмечали, что у тех женщин, у которых мотив профессиональной самореализации конкурировал с мотивом материнства в течение всей беременности создавалась ситуация чрезвычайно сильного напряжения, которое препятствовало естественной перестройке иерархии мотивов. У женщин с ориентацией на профессиональную деятельность сохранилось ценностное отношение к социальной деятельности, в то время как переживания материнской ментальности отчуждались. Женщины страдали от неконструктивного чувства вины за то, что не могут заниматься профессиональной или общественной деятельностью. Рождение ребенка было для них событием, за которым стояла полная неопределенность и потеря своей ценности. Неразвитое, подавлено женское начало и доминирование ценностей мужчины, а не женщины делали для них беременность источником тревоги и внутреннего дискомфорта.
В "Искусстве любить", разрабатывая теорию любви, Э. Фромм пишет, что любая "теория любви должна начинаться из теории человека, человеческого существования". И для Э. Фромма именно любовь является полным решением проблемы человеческого существования. Любовь как решение этой проблемы - это постоянная связь благодаря любви индивидуальности с Единственной Жизнью. Нехватка такой любви предопределяет ощущение одинокости, отчужденности, тревоги, покинутости и закинутости в чужой для человека мир. Это ярко описано в экзистенциализме, марксизме (проблема отчуждения). Поэтому стоит согласиться из Э. Фроммом, что потребность в любви - это "экзистенционная потребность соединения", "стремление к единству., что сильнее всех других стремлений", "сила, которая крепит в единое целое семью, клан, общество, весь человеческий род". И "без любви человечество не могло бы просуществовать ни одного дня". Поэтому потребность в любви является свойством людей как проявление важных для них любовных отношений. И эта потребность в любви свойственна для каждого человека, творя его родовую природу. Но она не автоматизирует поведение людей. Как одна из наивысших социокультурных потребностей, она реализуется только при условии, если ее осознают люди, прошла через идеально-регулятивный механизм поведения личности, то есть через ее сознание. Потребность в любви, найдя свой предмет, то есть саму любовь в себе, превращается в мотив - непосредственный стимул деятельности.
Э. Фромм указывал на расхождении материнской и отцовской любви. Материнская любовь безусловна - мать любит своего ребенка за то, что он есть. Ее любовь не подвластна контролю со стороны ребенка, потому что ее у матери нельзя заслужить. Материнская любовь или есть, или ее нет. Отцовская любовь обусловлена - отец любит за то, что ребенок оправдывает его ожидание. Отцовская любовь управляется - ее можно заслужить, но ее можно и потерять.
Важной характеристикой родительской любви, особенно матери, есть эмоциональная доступность. Это не просто физическое присутствие или физическая близость родителей, это их готовность дать ребенку свое тепло, свою нежность, а в дальнейшем и понимание, поддержку, одобрение.
Заботливость родителей относительно своих детей определяется их чувствительностью к потребностям ребенка и готовностью их удовлетворить. Диапазон проявления этой чувствительности чрезвычайно большой - от назойливости к полному безразличию.
Новорожденный воспринимает мать как источник тепла и еды, он находится в эйфоричном состоянии удовольствия и безопасности, в состояние нарциссизма. Позже к нему приходят переживания "гарантированной" любви матери "меня любят, потому что это я". Если материнская любовь есть, то она "равняется блаженству, если же ее нет, это все равно вроде бы все прекрасное ушло из жизни - и ничего нельзя сделать, чтобы эту любовь искусственно создать". Проходит время и к ребенку приходит ощущение способности нарушать любовь своей собственной активностью.
В родительской любви каждого взрослого человека материнское и отцовское начало. Зрелый человек сочетает в своей любви материнское и отцовское чувство, невзирая на то, что они, казалось бы, противоположны друг другу. Если бы он владел только отцовским чувством, то был бы злым и нечеловеческим. Если бы имел лишь материнское, то был бы склонен к потере здравого смысла, препятствуя себе и другим в развитии. И одного начала недостаточно для нормального развития личности.