«Партийные маневры» адмирала А. Тирпица на старте создания большого воєнно-морского флота в кайзеровской Германии
Синегубов Станислав Николаевич,
Шилов Сергей Павлович
Аннотация
В статье рассматривается актуальный с научно-исторической точки зрения вопрос принятия I-го закона о флоте 1898 г. в Германии, который послужил началу превращения страны в великую морскую державу в целях борьбы с Великобританией за место «под солнцем». Проблема для немецких властей заключалась в том, что многие партии рейхстага были настроены не «профлотски». Необходимо было быстро менять ситуацию. В противном случае провал голосования по законопроекту имел бы серьезные экономические и военно-политические последствия на внутреннем и внешнем контурах. Предметом исследования является и усилия главы военно-морского ведомства А. Тирпица по перетягиванию на свою сторону лидеров католического Центра. Именно позиция этой партии при голосовании по флотскому вопросу могла в итоге определить его судьбу. На основе архивных материалов и опубликованных документов, исследовательской литературы в статье показано, что морской министр и его помощники провели значимую работу с лидером партии Центра Е. Либером. Как результат - «католики» в большей своей массе поддержали закон о флоте. Он был принят, несмотря на его критику социал-демократами, оппозицию Свободомыслящей народной партии, Немецкой народной партии и некоторых других политических групп.
Ключевые слова: Германия, законопроект о флоте 1898 г., борьба партий в рейхстаге, создание новых военно-морских сил.
Abstract
Admiral A. Tirpitz's "Party maneuvers" at the start of the creation of a large navy in Kaiser's Germany
Sinegubov Stanislav Nikolaevich, Shilov Sergey Pavlovich
The article deals with the issue of the adoption of the I-th Fleet Law of 1898 in Germany, which was the beginning of the transformation of the country into a great maritime power in order to fight with Great Britain for a place "under the sun", which is relevant from a scientific and historical point of view. The problem for the German authorities was that many parties of the Reichstag were not "proflotsky". It was necessary to change the situation quickly. Otherwise, the failure of the vote on the bill would have serious economic and military-political consequences on the internal and external circuits. The subject of the study is the internal party struggle in the German representative body regarding the need to approve the first long-term law on the formation of a modern fleet as an effective instrument of foreign policy and the efforts of the head of the naval department A. Tirpitz to win over the leaders of the Catholic Center. It was the position of this party when voting on the naval issue that could ultimately determine its fate. Based on archival materials and published documents, research literature, the article shows that the Maritime Minister and his assistants conducted significant work with the leader of the Center Party, E. Lieber. As a result, the "Catholics" for the mos t part supported the law on the navy. It was adopted despite its criticism by the Social Democrats, the opposition of the Free - thinking People's Party, the German People's Party and some other political groups.
Keywords: Germany, the draft law on the navy of 1898, the struggle of parties in the Reichstag, the creation of new naval forces.
Основная часть
Бурное экономическое развитие объединенной Германии в 1870-1890-е гг. потребовало от властей Второго рейха решать проблемы обеспечения промышленности новыми рынками сбыта, поиска дополнительных источников сырья, разбираться с избыточным населением. Все это можно было преодолеть за счет новых территорий за пределами «фатерланда», то есть колоний. Поэтому их приобретение становилось жизненно важным. Однако вариантов заполучить «заморские земли» в условиях их отсутствия по причине завоевания другими ведущими мировыми державами к указанному времени было немного [28, s. 767-1025]. Самый очевидный и понятный для сторонников внешнеполитической экспансии путь заключался в наращивании военной и морской мощи. Морскую силу можно было использовать для отъема колониальных территорий у той же Великобритании [9, с. 252], которая являлась самым большим owner of the colonies. Свое политико-экономическое и военное доминирование в мире империя обеспечивала за счет сильного боевого морского флота. Как известно, с 1885 г. англичане в своей военно-морской политике придерживались принципа «двухдержавного стандарта», получившего через четыре года статус закона [7, с. 43]. Он означал, что флот страны должен превосходить флота двух сильных государств, стоящих в «табеле рангов» сразу после Великобритании [10, с. 1-6.]
Такому действенному в политике «аргументу» нужно было противопоставить если не абсолютно равный, то во всяком случае, близкий по силе «довод», с которым будет считаться «Туманный Альбион», препятствующий, как говорил глава германского военно-морского ведомства А. Тирпиц, выйти на «парадную лестницу мира» - Атлантический океан [5, с. 308]. Поэтому с британцами, считал адмирал, столкновение было неизбежным [33, s. 3]. С другими державами, потенциально способными помешать реализации немецким «мировым планам», Германия планировала решить «политические затруднения» после улаживания «британского вопроса». Так, для Франции и России, находившимся в военно-политическом союзе, Берлин предусматривал план войны на два фронта сухопутной армией. Окончательно этот документ был оформлен в 1905 г. [12]. Но и здесь флот мог внести свою лепту в общую победу.
Кроме того, наличие мощных военно-морских сил являлось признаком статусности государства, его «союза привлекательности» для других стран. Вильгельм II, став в июне 1888 г. императором Германии, начал предпринимать серьезные усилия в этом направлении, что было отмечено зарубежными наблюдателями [8, л. 197 об.]. «Дело пошло на лад», когда во главе морского министерства в июне 1897 г. встал контр-адмирал А. Тирпиц [1, с. 353-359].
В июльском меморандуме 1897 г., составленном на имя кайзера Вильгельма II ведущими германскими военно-морскими специалистами при непосредственном участии Тирпица, уже открыто говорилось, что Великобритания является главным морским соперником [14, s. 122]. Потому необходимо было кардинальным образом перестраивать флот, оснащать его современными боевыми кораблями броненосного типа. Понятно, что все это неизбежно вело к значительному увеличению военного бюджета вообще и военно-морского в частности. Здесь необходимо заметить, что с момента образования II-го рейха, по понятным причинам, основное внимание законодатели уделяли развитию сухопутной армии. Флот, что называется, «оставался в тени». Да и в целом «морская тематика» в немецком обществе была не «в чести». Поэтому требовалась перестройка общественного мнения, переубеждения лидеров партий рейхстага в насущной необходимости интенсивного развития германского военно-морского флота. О чем Тирпиц начал громогласно говорить c 1895 г., еще не занимая министерскую должность [20, s. 109-111].
С июля-августа 1897 г. планы военно-морского ведомства становятся главным вопросом партийно-политической борьбы. Споры вокруг содержания и целей этих планов не сходили со страниц партийной прессы. Об этом сообщал из Берлина в Петербург и русский советник посольства К. Пален. В сентябре 1897 г. он писал: «Среди всеобщего затишья в течение внутренней политики вопрос об увеличении германского флота остается темою нескончаемых рассуждений в здешней печати» [2, л. 251]. Norddeutsche Allgemaine Zeitung, анализируя позицию германской прессы в отношении морского плана, выделяла в ней три группы высказываний. Одни газеты полностью поддерживали проект, другие соглашались с «материальными требованиями», но выражали «формальные опасения»; следующая группа объявляла себя «приверженцами газеты Freisinnige Zeitung, которая отвергала флотские планы» [25]. Увеличение флота поддерживали национал-либеральные, некоторые консервативные газеты. Аграрная пресса и печатные органы Центра держали своих читателей в некотором неведении. Против увеличения морских вооружений выступала социал-демократическая печать и главный орган «свободомыслящих» - Freisinnige Zeitung [4, c. 284-285]. Дебаты вокруг флотской политики были на некоторое время прекращены, а затем возобновлены с новой силой, после опубликования Deutscher Reichsanzeiger «Законопроекта относительно германского флота».
Документ был поддержан целиком «наилучшими друзьями» Тирпица из Националлиберальной и Имперской партий. Обе партии были тесно связаны с тяжелой промышленностью, всегда горячо поддерживали замыслы военных кругов [5, с. 303-304]. Ф. Граммахер, германский промышленник, депутат рейхстага от национал-либералов, касаясь проекта военно-морского ведомства, писал в декабре 1897 г. своему другу Беннигсену о горячем желании «взяться за дело... ради выполнения долга и из убеждения в том, что наш народ, наконец будет вытащен из болота». Следует отметить, что национал-либералы выступали, главным образом, за «флот обороны». Раздавались в партии голоса и против септенната (7-ми летний срок действия закона о вооруженных силах Германии. - С. С., С. Ш.). «Если правительство пожелает добиться семилетнего ассигнования на флот, - писала в октябре 1897 г. Weser Zeitung, - то оно встретит сопротивление. и со стороны национал-либералов» [34].
Восторженными «энтузиастами флота» были круги Имперской партии. Лидер партии крупный промышленник Э. Кирдорф неоднократно высказывался в прессе и рейхстаге в духе «безграничных флотских планов» [5, с. 304]. Немецко-консервативная партия относилась к морской политике сдержанно. Так как военный флот давал некоторые гарантии в снабжении Германии зерном даже в случае войны с Англией, крупные аграрии опасались подрыва господствующей доктрины о необходимости сельскохозяйственной автаркии. Им казалось, что активная морская политика отрицательно скажется на бюджете в ущерб аграрной экономической политике и армии [11, с. 213]. Открыто о нежелании поддерживать ассигнования на флот заявлял один из лидеров партии Ф. В. Лимбург-Штирум. Как считал корреспондент «Русских новостей» Г. Б. Иоллос, такая позиция нисколько не удивляет, «поскольку всем известно, что в союзе хозяев руководителем которого является граф, «маринизм» не популярен» [6, с. 305]. К тому же у консерваторов еще не прошли обиды за отклонение в январе 1896 г., как они полагали, справедливых аграрных требований их коллеги Х. Каница. Призыв «Без Каница ни лодки» стал паролем тех консерваторов, которые желали получить компенсацию за согласие с морской политикой правительства [17, s. 683].
Члены Немецко-консервативной партии, представляющие интересы средних аграрных слоев, молчаливо соглашались с законопроектом в духе Kreuzzeitung или заступались за него на страницах Konservativekorrespondenz, разделяли убеждения «неоконсервативного национализма» [29, s. 142].
«... В среде либеральной буржуазии, - вспоминал Тирпиц, - мы с самого начала имели наряду с упорными противниками также и решительных сторонников» [9, с. 47]. «Решительными сторонниками» флотских планов выступали функционеры «Свободомыслящего объединения». Его руководители Т. Барт и Г. Риккерт всегда послушные правительственной указке, не случайно получили кличку «придворных демократов». Отделившись в 1893 г. от Свободомыслящей народной партии, объединение превратилось в партию «образованной буржуазии», банковского капитала, крупной торговли. Уже с августа 1897 г. газета Т. Барта Berliner Tageblatt активно выступала в пользу увеличения морских вооружений. 20 августа 1897 г. в статье «Правда о нашем флоте. Его развитие» анонимный автор предлагал дать возможность министерству военно-морского флота «впредь на несколько лет вперед иметь дело с определенными заранее цифрами кредитов» [15]. Однако профлотские настроения в партии не могли сколько-нибудь значительно повлиять на результаты голосования в рейхстаге ввиду малочисленности ее фракции. Т. Барт, по словам Иоллоса, был опытным «дебатером», иногда производящим впечатление, но в рейхстаге его значение невелико [6, с. 304].
Активную морскую политику отвергла Свободомыслящая народная партия во главе с О. Рихтером. Эта леволиберальная партия опиралась на мелкую и среднюю буржуазию, отражала настроения той части интеллигенции и служащих, которая еще не заболела «морской лихорадкой» [5, с. 305]. Freisinnige Zeitung, официальный орган партии, доставляла своими воинственными публикациями немало хлопот «энтузиастам флота». Достаточно сказать, что официозная Norddeutsche Allgemaine Zeitung в период подготовки и принятия первого флотского закона превратилась по существу в газету, главной целью которой было отражение всевозможных нападок леволиберального органа на морской план. В 1898 г. пропагандистами флота была выпущена специальная книга, в которую вошли исключительно все флотские статьи Norddeutsche Allgemaine Zeitung, редкая из которых не содержала полемики с Freisinnige Zeitung.
Решение судьбы законопроекта о флоте, по утверждению российского посла в Берлине Н. Д. Остен-Сакена, находилось в руках католического Центра [2, л. 334]. В ноябре 1897 г. антифлотские настроения членов Центра казались еще достаточно сильны для того, чтобы отвергнуть проект Тирпица. Тем не менее это не давало повода для сомнений морскому министру, так как «проницательные умы Центра не совершат политическую ошибку и не отвергнут морской проект» [9, с. 149]. Для этого были основания. Партия никогда ранее не отвергала морскую политику как таковую. Как и леволибералы, Центр отводил флоту функции обороны германского побережья и защиты морской торговли в «разумно допустимых границах». Активность Германии в 1895-1896 гг., начало агитации за военный флот сопровождались отходом Центра от относительно единой позиции в морском вопросе. Он начинает играть все большую роль в партийно-тактических соображениях вождей. Это особенно проявилось в период подготовки и принятия первого флотского закона. Е. Либер, неоспоримый лидер партии с 1893 г., быстро становится в фокусе внимания военно-морского ведомства. Поэтому переговоры с вождем Центра, который по словам Тирпица, «наряду с личной восприимчивостью, проявил большую деловитость», начались рано. Они датируются весной 1894 г. Это стало возможным благодаря письму тогдашнего морского статс-секретаря адмирала Ф. Гольмана Е. Либеру от 23 марта. В нем выражалась благодарность вождю Центра за его согласие с активной морской политикой. В свою очередь Либер пытался помочь Гольману в 1896-1897 гг., когда была предпринята неудачная попытка провести через рейхстаг программу строительства крейсеров.
Однако сопротивление комиссии, прежде всего представителей Центра, не позволило осуществить данный проект. Тем не менее некоторые вожди уже склонялись к компромиссу с правительством во флотском вопросе [11, с. 178]. Но для успешного его решения этого было мало. Необходима была поддержка рядовых членов партии и ее избирателей. Последние отвергали морские планы в первую очередь из экономических соображений. Антифлотские настроения были особенно сильны в Южной и Западной Германии. Для мелкобуржуазных и крестьянских избирателей этих областей, проживающих далеко от моря, осознание флота как «национальной задачи» не имело никакого значения. Особые трудности Либеру в деле достижения компромисса доставляло баварское отделение партии Центра. Часть его избирателей морские вооружения просто не интересовали. Другая находилась под влиянием радикального партикуляристского Крестьянского союза, который в категорической форме отклонял законопроект. Оппозиция флотскому законопроекту исходила и от членов Центра в Рейнланде во главе с Р. Мюллером, а также доктором Шмиттом с Mainzer Zeitschrift и группой вокруг Бахена с Kolnischen Volkszeitung [21, s. 137]. Уже с осени 1897 г. германское правительство обсуждало возможности компромисса с Центром на заседании правительства. Так, 6 октября 1897 г. руководитель имперского финансового ведомства А. Позадовский-Венер, Тирпиц и прусский министр финансов И. Микель потребовали отмены § 2 закона против иезуитов в качестве компенсации за согласие Центра с морской политикой. Однако Вильгельм II не был склонен пойти на такую уступку, хотя и не отвергал необходимость достижения компромисса [18, s. 192]. В августе 1897 г. Микель дважды встречался с Либером. Из этих «рандеву» стало ясно, что последний не против дальнейших переговоров через сотрудника морского министерства корвет-капитана Э. Капелле [19, s. 279]. Либеру было предложено встречаться в Камберге, по месту его постоянного проживания. Однако в письме 15 октября 1897 г. он отклонил эту идею и в целях конспирации обозначил Берлин как наиболее подходящее для него место встреч. Правда, выдвинул условие - его поездки должны оплачиваться. В ответе 16 октября Капелле сообщил о своем согласии и обещал, по поручению Тирпица, рассказать о законопроекте и дополнительно о том, «чего в нем нет» [18, S. 193].