9. Идолы должны исчезнуть без следа. Порочное мгновение их мнимого могущества недолговечно как снежинка, но не так прекрасно. И вот такой замены вечной благости святого мига и безграничной доброте его ты ищешь? И эту злобу порочных отношений, таких на вид могущественных и так превратно понятых, к фальшивому очарованию которых ты столь привязан, ты предпочел святому мигу, несущему покой и понимание? Оставь же тело в стороне и тихо выйди за его пределы; приветствуй то, чего доподлинно желаешь. А изнутри Его святого храма не оглядывайся назад, на то, от чего пробудился. Ибо иллюзии уже не привлекают разум, их миновавший, оставивший их позади.10. Святые отношения отражают подлинные отношения между Отцом и Сыном. Святой Дух в них покоится, уверенный, что они продлятся вечно. Прочный фундамент этих отношений поддержан вечной истиной; любовь их озаряет улыбкой нежною и ласковым благословением, даримым ею — себе подобным. В таких взаимоотношениях порочное мгновение замещено святым мгновением благополучного возврата. В них путь к подлинным взаимоотношениям по–доброму открыт, и вы пойдете с братом вместе, утешившись в Руках Предвечного, оставив благодарно тело позади. Объятия любви распахнуты, чтобы принять тебя и дать тебе покой навечно.11. Тело есть идол, вера эго в грех, ставшая плотью и спроецированная вовне. Так вокруг разума возведена воображаемая стена из плоти, держащая его в неволе и под надзором смерти на крошечном пятне пространства и времени; дающая ему не более чем миг, чтобы вздохнуть, погоревать и умереть во имя господина. Такое вот порочное мгновение кажется жизнью: мгновение отчаяния, островок выжженного песка, иссушенный отсутствием воды и ждущий в неопределенности забвения. Здесь Божий Сын действительно задержится на миг, уплатит дань преданности своим идолам смерти и снова продолжит путь. Здесь он скорее мертв, нежели жив. Но именно здесь он делает свой новый выбор между любовью и идолопоклонством. Именно здесь ему предстоит решить: потратить этот миг в хвалебных одах телу или позволить себе принять освобождение. Здесь он способен принять мгновение святое, предложенное ему взамен порочного, им выбранного ранее. И здесь же он способен осознать, что отношения — его спасение, а не рок.12. Ты, это постигая, по–видимому, всё еще испуган, но не парализован. Мгновение святое теперь ценнее для тебя, нежели его порочный, воображаемый двойник, и ты уже постиг, что подлинно желаешь лишь одного из них. Ныне — не время для печали. Возможно, это время замешательства, но только не уныния. Ты пребываешь в реальных и осмысленных взаимоотношениях. Они столь же подобны твоим реальным отношениям с Богом как равные предметы подобны между собой. Идолопоклонство бессмысленно, и оно — в прошлом. Возможно, ты еще немного боишься брата; возможно, тень страха перед Богом еще преследует тебя. Но что это для тех, кому даны единственные подлинные отношения, превосходящие границы тела? Как долго от них возможно скрывать лицо Христа? Как долго могут они отказывать себе в воспоминании об их взаимоотношениях с Отцом, а память о Его Любви разъединять со своим сознанием?
VII. Согласованность средств и цели1. Мы уже много говорили о расхождении между средствами и целью, о том, что их необходимо привести к одному порядку прежде, чем твои святые отношения смогут дарить тебе одну лишь радость. Но также говорилось, что средства для осуществления цели Святого Духа придут от того же самого Источника, что и Его цель. Будучи ясным и простым, данный курс весьма последователен. Мнимая непоследовательность или воображаемая трудность одних частей в сравнении с другими просто указывает на области, в которых цель и средство ее достижения не согласованы. А это вызывает большие затруднения. Но так быть не должно. Курс этот от тебя почти ничего не требует. Нельзя себе представить какой–либо подобный курс, который требовал бы столь же мало или так много предлагал.2. Период затруднений, следующий за внезапным сдвигом от грешных отношений к святости, ныне почти окончен. В той мере, в которой ты еще испытываешь затруднения, ты отказываешься предоставить выбор средств Тому, Кто изменил цель отношений. Ты понимаешь, что желаешь новой цели. Но вот желаешь ли ты принять и средство достижения ее? Ежели нет, тогда давай признаем, что непоследователен ты. Цель достигается с помощью средств, и если желанна цель, таким же должно стать и средство. Кто может искренне сказать: "Я этого желаю более всего на свете, но не желаю постигать средств в достижении его?"3. Для достижения цели Святому Духу нужно от тебя совсем немного. Не нужно Ему большего и для того, чтоб обеспечить тебя средством ее осуществления. Средства вторичны по отношению к цели. И если ты колеблешься, то только оттого, что пребываешь в страхе перед самою целью, а не средством. Запомни это, иначе ты ошибочно поверишь в трудность самих средств. Однако какие могут возникнуть трудности, если средства просто даны тебе? Средства обеспечивают цель и полностью с ней сообразны. Прежде чем разобраться тщательно в средствах, запомни, что если ты считаешь их недостижимыми, твое желание цели поколеблено. Ибо если доступна цель, доступными должны быть и средства.4. Нельзя увидеть брата безгреховным, воспринимая его телом. Разве же это полностью не согласуется с целью святости? Ведь святость — просто результат твоего решения: позволить следствиям греха исчезнуть, а вечно истинному стать узнанным. Безгрешные не видят тело, поскольку святость — позитивна, а тело всего–навсего нейтрально. Оно — не грешно и не безгрешно. Как всякое ничто (ничто оно и есть), тело осмысленно не наделить чертами эго или Христа. То и другое было бы ошибкой, коль скоро придало бы некие свойства тому, что не имеет свойств. То и другое в целях истины необходимо упразднить.
5. Тело есть средство, с помощью которого эго стремится придать порочным отношениям видимость реальности. Порочное мгновение есть время тел. Но целью здесь служит грех. Грех достижим исключительно в иллюзии, поэтому иллюзия брата как тела полностью соответствует порочной цели, благодаря подобной согласованности, в средствах не сомневаются, а целью дорожат. Видение приспосабливается к желанию, поскольку зрение вторично по отношению к желанию. И если ты видишь тело, то вместо видения ты выбрал суд. Ведь видение, равно как и отношения, не знает степеней. Ты либо видишь, либо нет.6. Увидевший своего брата телом, заранее осудил его; он брата своего не видит. Не то, чтобы он видел его грешным, он его полностью не видит. Во тьме греха невидим его брат. Во тьме его возможно лишь придумать, и это здесь твои иллюзии о нем расходятся с его реальностью. И отстраняются от нее. Здесь никогда их не приводят к истине, всегда скрывая от нее. Здесь, в темноте, реальность брата мнится телом в порочных отношениях с другими телами, служащим преданно причине, породившей грех за мгновение до смерти.7. Есть разница между суетной этой выдумкой и видением. Различие лежит не в них самих, а в целях, которым они служат. То и другое — средства, соотнесенные с той целью, ради которой они выбраны. Ни то, и ни другое не может с пользой послужить цели другого, поскольку они представляют выбор цели во имя их. Соображение и видение бессмысленны вне цели, для коей они предназначались, и не имеют ценности вне собственных намерений. Суждение имеет ценность только в случае, когда цель — грех.8. На тело смотрят не иначе, как через призму суждения. Картина тела говорит о том, что видение в тебе отсутствует, что средство Святого Духа в достижении Его цели ты отверг. Разве святые отношения приходят к цели с помощью греха? Ты обучил себя суждению сам, а видение постигнешь от Того, Кто упразднит твое учение. Ведь Его видению не доступно тело, поскольку его видением не увидеть грех. Так это видение ведет тебя к реальности. Твой брат святой, в воззрении на которого заключена твоя свобода, — не иллюзия. Так не пытайся разглядеть его во тьме, где твои вымыслы о нем покажутся реальными. Чтоб отстраниться от него, ты даже закрыл глаза. Такою была цель, и покамест она для тебя осмысленна, средство ее достижения будет считаться достойным видения, и ты не будешь видеть.9. Не спрашивай: "Могу ли я увидеть брата своего без тела? Спроси: "Действительно ли я желаю видеть его безгрешным?" Об этом спрашивая, не забывай, что в его безгрешии залог твоего освобождения от страха. Спасение есть цель Святого Духа. Средство осуществления Его цели — видение. Ведь в видении безгрешно всё. Кто любит, тот не судит, не осуждает видимое им. То что он видит создано не им, оно ему дано для обозрения вкупе с тем видением, что принесло ему способность видеть.
VIII. Видение безгреховности1. Видение приходит поначалу мимолетными проблесками, но этих проблесков вполне достаточно, чтобы увидеть всё дарованное тебе, увидевшему брата безгреховным. Истина восстановлена в тебе через желание ее, равно как она была утрачена в силу желания "чего–то другого". Открой в себе святое место, которое ты закрыл, ценя "что–то другое", и то, что не было утрачено, спокойно возвратится. Оно сберегалось для тебя. Не было бы и в видении нужды, когда бы не родилось суждение. И ныне, как только ты захочешь избавиться от суждения, сие свершится за тебя.2. Желаешь ли ты знать собственное Тождество? Разве не обменял бы ты свои сомнения на определенность? Разве же не мечтаешь ты сбросить ярмо страданий и вновь постигнуть радость? Всё это предлагают тебе твои святые отношения. Они были даны тебе и точно так же будут даны их результаты. Святая цель этих взаимоотношений создана не тобою, и средство обеспечения их счастливого исхода — не от тебя, возрадуйся тому, что уже твое только за твою просьбу о нем, и не считай себя ответственным ни за создание цели, ни за выбор средств. То и другое уже дано тебе, увидевшему брата безгреховным. То и другое уже дано тебе и только ожидает твоего приятия. Видение легко дается каждому, просящему о нем.3. Безгрешие брата твоего дается тебе в лучезарном свете, чтобы увидеть его видением Святого Духа и с Ним возрадоваться. Покой придет ко всем, кто о нем просит с подлинным желанием и искренним чаяньем цели, разделяемой со Святым Духом и единой с Ним в том, что есть спасение. Так согласись увидеть брата безгреховным; тогда предстанет взору твоему Христос, неся тебе блаженство. Так не усматривай же ценности в теле брата; это задержит его в иллюзии о том, кто он есть. Видеть его безгрешным — его желание и твое, благослови Божьего Сына в своих взаимоотношениях и перестань в нем видеть созданный тобою образ.4. Святой Дух ручается: всё, что велел и дал тебе Господь, будет твоим. В том нынче твоя цель, а видение, которое всё делает твоим, готово быть подаренным тебе. Ты обладаешь видением, способным не видеть тела. И в своем брате ты видишь алтарь Отцу, святой, как Царство Небесное, сияющий лучезарной чистотою, сверкающий лилиями, возложенными на него тобой. Возможно ли ценить что–либо превыше этого? Что заставляет тебя видеть в теле лучшую обитель и более безопасное жилище для Сына Божьего? И отчего ты предпочел увидеть тело, а не истину? Мыслимо ли машину разрушения предпочитать святому дому, даримому Святым Духом, в котором Он с тобой пребудет?
5. Тело — знак слабости, уязвимости и утраты силы. И от подобного спасителя ты ожидаешь помощи? Разве в отчаянии и нужде ты обращаешься за помощью к бессильному? Неужто с просьбою о силе ты выбрал обратиться к столь жалкому и убогому? Суждение заставляет твоего спасителя казаться слабым. Но именно тебе необходима его сила. Не существует такой проблемы, ситуации, события, такого хитросплетения, которые не разрешило бы видение. Всё искупается во взгляде видения. Ведь это взгляд — не твой, и он несет с собой законы, любимые Тем, Чьему видению принадлежит тот взгляд.6. Всё, что увидит видение мягко займет свои места в согласии с законами, несомыми Его покоем и твердым взглядом. Цель всего видимого Им определенна. Ибо она соответствует Его цели, увиденная в неадаптированной форме и полностью совпадающая с ней. Страсть к разрушению станет милосердием, а грех — благословением под Его ласковым и нежным взором. Что могут воспринять телесные глаза с их силой корректировать? Глаза телесные приспосабливаются к греху и, не способные им пренебречь в какой бы он ни появился форме, видят его повсюду и во всем. Гляди глазами тела, и всё перед тобой предстанет осужденным. Того, что может тебя спасти, ты не увидишь никогда. Твои святые отношения, источник твоего спасения, теряют смысл, а их святая цель лишается средств своего осуществления.7. Суждение — не более чем игрушка, прихоть, бессмысленный прием в суетных играх смерти твоего воображения. Но видение всё расставляет по своим местам, всё вводит в сферу законов Царства Небесного. Что если ты поймешь: сей мир — иллюзия? Что если вдруг осознаешь: ты создал его сам? Что если ты узнаешь: пришедшие в сей мир грешить и умирать, и нападать, и убивать или уничтожать самих себя, — всецело нереальны? Если бы ты узнал об этом, что сталось бы с твоею верой в зримое глазами плоти? Да и желал бы ты подобное увидеть?8. Галлюцинации исчезнут, как только будет понята их суть. А это есть и исцеление, и его средство. Не верь галлюцинациям, и их не станет. От тебя требуется совсем немного — признать, что ты их создал сам. Признав сей факт и этим у галлюцинаций отобрав тобою же подаренную силу, ты станешь от них свободен. Одно лишь несомненно: галлюцинации служат определенной цели, и если пропадает цель, то исчезают и галлюцинации. Следовательно, вопрос не в том, желанны ли тебе галлюцинации, а в том, желанна ли та цель, которой они служат? На первый взгляд, в мире возможно преследовать бесчисленное множество целей различной ценности. Однако все они — одно и то же. Снова напомним, что не существует каких–либо градаций, есть только мнимая иерархия ценностей.