5. Ты всё еще глядишь глазами плоти, а в их диапазоне — только тернии. Но ты просил и получил иное зрение. Все, принявшие цель Святого Духа как свою, разделят и Его видение. А то, что Ему позволяет видеть Свою цель, сияющей от каждого алтаря, теперь — твое, равно как и Его. Святой Дух не видит странников: только любимых и любящих друзей. Не видит Он и терний, только — лилии, переливающиеся нежным светом покоя, заполонившего всё, на что Он смотрит и что любит.6. В эту святую Пасху взгляни на брата по–иному. Ведь ты меня простил. Однако я не могу воспользоваться даром твоих лилий, покуда ты не видишь их. Тебе же не воспользоваться моим даром, не поделившись им. Владение Святого Духа — не праздный дар и не игрушка, которую, всласть наигравшись, можно отложить. Слушай внимательно и не считай, будто это всего лишь сон, мысль беззаботная, потеха, безделица, к которой время от времени ты возвращаешься и оставляешь, наигравшись всласть. Ведь если ты воспримешь Его видение подобным образом, таким оно и будет для тебя.7. С нынешним видением твой взгляд способен выйти из сферы иллюзий. Тебе дано не замечать ни странников, ни терний, ни препятствий на пути покоя. Страх перед Богом ныне для тебя ничто. Разве страшны иллюзии тому, кто знает: его спаситель стоит подле него? С ним твое видение стало великой силой в упразднении иллюзий, которой мог одарить лишь Сам Господь. Ведь всё, чем наделил Господь Святого Духа, ты получил. Именно на тебя надеется Сын Божий в своем спасении. Ведь ты просил и получил могущество увидеть это последнее препятствие и не узреть ни терний, ни гвоздей, чтобы с их помощью распинать Сына Господня, венчая его короной царя смерти.8. Дом, избранный тобою, — по ту сторону завесы. Он тщательно приготовлен к твоему приходу. Его ты не увидишь глазами тела. Но всё, что тебе нужно, у тебя есть. Твой дом к тебе взывает с самого начала времени, и ты не мог не слышать вовсе этот зов. Ты слышал, но не знал ни как, ни где его искать. Теперь ты знаешь. Знание покоится в тебе, готовое предстать из–за завесы, освобожденное от страха, заслонявшего его. В любви нет страха. Песнь Пасхи — напев счастливый о том, что не был Божий Сын распят. Так возведем же очи с верою, без страха. Страх более не появится, ведь наше видение свободно от иллюзий и в нем — дорога к открытой двери в Рай, в обитель, разделяемую нами в тишине, где мы живем в любви и доброте все вместе как один.
9. Разве ты не желаешь, чтобы твой брат святой повел тебя туда? Его невинность осветит твой путь, даруя свой путеводный свет и несомненную защиту, сияя со святого алтаря внутри него, куда ты лилии прощенья возложил. Позволь ему тебя избавить от иллюзий, узри своего брата новым видением, способным видеть только лилии и приносящим радость. Мы преступаем завесу страха, друг другу освещая путь. Святость, ведущая нас, внутри нас, как и наш дом. Так мы найдем всё предначертанное Тем, Кто нас ведет.10. Таков путь к Раю и пасхальному покою, где мы соединимся, радостно сознавая, что Божий Сын восстал из прошлого и пробудился к настоящему. Теперь свободен он, не ограничен в общении со всем, что есть внутри него. И ныне лилии его невинности не тронуты виной и полностью защищены от леденящего озноба страха и увядания, подобных разрушениям, сопутствующим греху. Твой дар спас Сына Божьего от терний и гвоздей, а его сильная рука ныне свободна, чтобы вести тебя в сохранности через них и за них. Иди с ним в радости; твой избавитель от иллюзий пришел, чтобы приветствовать тебя, вести тебя домой с собою вместе.11. Здесь твой спаситель и твой друг, освобожденный от распятия твоим видением; он поведет тебя туда, где он желает быть. Он не покинет тебя, не оставит своего освободителя страдать. И с радостью ты и твой брат пойдете вместе путем невинности и запоете, завидев Райские врата и узнавая дом, зовущий вас. Так подари же брату с радостью и силу, и свободу, чтобы вести тебя туда. Приди к его святому алтарю, где сила и свобода ждут, чтобы отдать и получить яркое осознание, ведущее тебя домой. В тебе светильник зажжен для брата. Руками, отдающими ему светильник, ты должен быть ведом, минуя страх, к любви.III. Грех как приспособление1. Вера в грех есть приспособление. Приспособление — это изменение, переориентация восприятия или же вера в то, что бывшее истинным обращено в нечто совсем иное. Следовательно, любая адаптация есть искажение, нуждающееся — в своем противостоянии реальности — в разного рода защитных механизмах. Знанию же не нужно приспосабливаться, напротив, знание утрачено в любом смещении или перемене. Смещение и перемена в мгновенье ока низводят знание до простого восприятия, т.е. такого видения, в котором определенность вытеснена сомнениями. К подобному ущербному состоянию действительно необходимо приспосабливаться, поскольку это неестественное состояние. Разве кому–то нужно приспосабливаться к истине, которая взывает только к пониманию его же сущности?
2. Приспособление любого рода — от эго. Это навязчивая идея эго, будто все взаимоотношения зависят от их приспособляемости, чтобы стать тем, чем эго им желает быть. Прямые отношения, без помех, всегда считаются опасными. Эго — самим собой назначенный посредник во всех взаимоотношениях: оно их подгоняет к собственной модели и вклинивает между теми, кому суждено встретиться, дабы держать их врозь, предотвращая их союз. Именно это предумышленное вторжение так затрудняет для тебя признание твоих святых взаимоотношений такими, какие они есть.3. Святые в истину не вмешиваются. Она их не страшит, ведь в истине они узнают свою святость и радуются ей. Они глядят на истину в упор и не пытаются к ней приспособиться или же приспособить ее к себе. Вот так, заранее не решая, где ей быть, они увидят ее в самих себе. Их поиск — просто заданный вопрос, увиденное служит им ответом. Сначала ты создаешь свой мир, затем уж приспосабливаешь себя к нему, а его к себе. И в твоем восприятии, создавшем вас обоих, нет между вами разницы.4. Всё еще ждет ответа простой вопрос. Нравится ли тебе тобой содеянное: мир нападений и убийств, через который ты продираешься с трудом, преследуемый опасностями, испуганный и одинокий, в надежде, что смерть немного подождет, прежде, чем завладеть тобой сполна, прежде, чем ты исчезнешь? Всё это ты придумал сам. Это — картина твоего представления о себе. Убийца всегда дрожит от страха, ведь те, кто убивают, боятся смерти. Всё это — лишь устрашающие мысли тех, кто приспосабливается к миру, ставшему страшным в силу их приспособлений. Печальные внутри, они глядят печально на всё вокруг, повсюду видя одну печаль.5. Не спрашивал ли ты себя, каков на самом деле мир, увиденный счастливыми глазами? Мир видимый тобою есть представление о самом себе. Его нет вовсе. Суждение же своим приговором оправдывает существование мира и придает ему реальность. Вот что такое видимый тобою мир: твое суждение о самом себе. Эго бережно охраняет это болезненное представление о тебе, поскольку в нем отражен его образ, любимый им и помещенный в мир снаружи от тебя. К этому миру тебе придется приспосабливаться, покамест ты веришь, что данная картина вне тебя и что ты полностью во власти ее милосердия. На самом деле в мире милосердия нет, а будь мир вне тебя, его и вправду следовало бы бояться. Но ведь жестоким его сделал ты, поэтому теперь, когда жестокость, кажется, глядит из мира на тебя, ее можно исправить.
6. Разве в святых взаимоотношениях кто–либо останется порочным? Мир видимый святыми с ними един, равно как мир видимый эго ему подобен. Мир в поле зрения святых великолепен, поскольку они видят в нем лишь собственную невинность. Они не диктовали миру, чем ему быть, не приспосабливали к своим велениям. Они его спросили нежным шепотом: "Что ты такое?" И Тот, Кто охраняет любое восприятие, им ответил. Не пользуйся мирским суждением, чтобы ответить на вопрос: "Кто я такой?" Мир верит в грех, но вера, сделавшая его таким, каким ты его видишь, не вне тебя.7. Не трать усилий, приспосабливая Сына Божьего к его безумию. Есть в нем пришелец, в блужданиях беспечных забредший в дом истины, но он оставит этот дом. Пришел он не имея цели, но оказавшись перед ярким светом, Духом Святым предложенным и принятым тобой, он не задержится надолго. Ибо пришелец там становится бездомным, а ты — радушно принят. Не спрашивай случайного пришельца: "Кто я такой?" Он — тот единственный во всей вселенной, кто этого не знает. Однако, именно к нему ты обращаешься и именно к его ответу приспосабливаешься. Эта невероятная по своей нелепости мысль, неистовая в своей гордыне и вместе с тем настолько жалкая и безрассудная, что незаметно она проскальзывает через вселенную истины, становится, тем не менее, твоим наставником. Ее ты просишь объяснить тебе смысл вселенной. К единственному незрячему предмету во всей обладающей видением вселенной истины ты обращаешься с вопросом: "Каким я должен видеть Божьего Сына?"8. Зачем спрашивать мнения у того, в чем оно полностью отсутствует? Но и спросив, поверишь ли его ответу и приспособишься ли к нему как к истинному? Мир видимый тобой и есть его ответ, а ты ему дал силу приспособить мир к сему ответу, дабы последний звучал правдиво. У дуновения безумия ты вопрошаешь о смысле своих порочных отношений и подгоняешь их к его безумному ответу. Много ли счастья он тебе принес? Встретил ли ты радушно брата, благословляя Сына Божьего, благодаря его за счастье, подаренное им тебе? Разве ты брата своего признал извечным даром Божьим для себя? Увидел ли ты святость, сияющую в брате и тебе, чтобы благословлять друг друга? А ведь в том — цель твоих святых взаимоотношений. Так не проси же средств в ее осуществлении у того единственного, что всё еще предпочитает видеть твои взаимоотношения порочными. Не наделяй его могуществом приспосабливать средство к цели.9. Невольники, годами скованные цепью, голодные и изнуренные, ослабленные и истощенные, с глазами, в темноте опущенными долу и уже не помнящими света, не прыгают от радости в минуту своего освобождения. Им нужно время на осознание того, что есть свобода. Идя наощупь и в пыли, ты встретил руку брата, не зная, выпустить ее или держаться за жизнь давно забытую. Сделай свое пожатие сильным и подними глаза на своего сильного попутчика, в коем заложен смысл твоей свободы. Он предстает распятым подле тебя. А между тем, святость его осталась совершенной и нетронутой, и рядом с ним ты должен быть сегодня же в Раю и в нем познать Божий покой.
10. В том моя воля для тебя и брата и ваша воля друг для друга и для самих себя. В ней — только святость и неограниченное единение. Ведь что есть Рай как не союз, прямой и совершенный, не омраченный страхом? Там мы едины, глядя с предельной добротою друг на друга и на самих себя. В таком союзе невозможна мысль о нашем разделении. Ты, бывший в разделении узником, стал ныне вольным в Царствии Небесном. Здесь я с тобой соединяюсь, мой друг, мой брат и моё собственное Я.11. Твой дар брату уверил меня в том, что наш союз не за горами. Так раздели со мною эту веру и знай, что она оправдана. Совершенная любовь не знает страха, поскольку ей неведом грех; всех других она видит так же, как себя. А глядя с милосердием внутрь, чего бояться ей снаружи? Невинные воспринимают только их собственную невредимость; чистые сердцем узнают Бога в Его Сыне и к Сыну обращаются, чтобы он вел их к своему Отцу. Куда еще они могли направиться, как не туда, где пожелали быть? Ты и твой брат друг друга поведете к вашему Отцу так же определенно, как сотворил Всевышний Сына Своего святым и таковым хранил его всегда. В брате твоем — свет вечного Господнего завета твоего бессмертия. Узри безгрешным брата своего, и страху более в тебе не появиться.IV. Входя в ковчег1. Ничто не в состоянии повредить тебе, если ты не наделишь что–либо подобной силой. Однако ты даришь силу в согласии с интерпретацией дарения законами сего мира: даря, всяк и всегда теряет. А между тем, ты вообще не даришь силу. Сила — от Бога, дарованная Им и пробуждаемая Святым Духом, Который знает, что отдавая, обретаешь. Он силою не оделяет грех, поэтому грех силы не имеет; Он силы не придает и следствиям греха, какими их воспринимает мир: болезням, смерти, страданиям и боли. Этих явлений не существует, поскольку Дух Святой не видит их, не наделяет силой мнимый их источник. Так Он хранит тебя от них свободным. Свободный от иллюзий о твоей сущности, Святой Дух просто отдает всё Богу, Кто уже отдал и получил всё истинное. Неистинное же Господь не получал и не дарил.2. Греху нет места в Царствии Небесном, где чужеродны следствия греха и куда проникнуть они способны не более, чем сам грех. Поэтому тебе и нужно увидеть брата своего безгрешным. В нем — Царствие Небесное. Увидишь в нем на месте Царства грех и Царство для тебя потеряно. Увидишь брата таким, каков он есть, и всё твое засияет от него к тебе. Твой избавитель дарит тебе только любовь, а что ты примешь от него — зависит от тебя. Любовь живет в нем, чтобы не замечать твоих ошибок, и в этом его собственное спасение. И так же — со спасением твоим. Спасение есть урок в дарении, каким его толкует Дух Святой. Спасение —