После этого полк начал успешно продвигаться вперед и к 15 часам 20 минутам, преодолев упорное сопротивление противника, овладел двумя отдельными домами южнее Мешки. Дальнейшее продвижение его было остановлено сильным пулеметным огнем из Морги и от двух домов в 1 км севернее Блендостово:
Командир дивизии, узнав, что подразделения 128-го гвардейского полка залегли перед второй позицией, приказал его командиру атаковать Морги во взаимодействии с соседом справа, подготовив атаку огнем полковой артиллерийской группы, орудий и самоходно-артиллерийских установок - прямой наводкой. Кроме того, он поставил задачу командующему артиллерией с началом атаки 128-го гвардейского стрелкового полка сосредоточить огонь 75-и артиллерийской бригады по Морги.
После огневого налета артиллерии 128-й гвардейский стрелковый полк во взаимодействии с подразделениями 354-й стрелковой дивизии перешел в атаку, но и на этот раз не достиг успеха. Плохая видимость не позволила артиллерии эффективно подавить огневые точки врага. Воспользовавшись этим, противник начал яростные контратаки со стороны Бялеблото. С 15 часов 30 минут до 16 часов полк отразил две контратаки силою до роты пехоты с 8-10 танками каждая. Сосед справа к исходу дня продолжал вести бои за Мешки. В этой обстановке командир дивизии приказал полку закрепиться на достигнутом рубеже.
Упорное сопротивление встретил и 130-й гвардейский полк. К 15 часам его подразделения после ожесточенного боя, переходившего в рукопашные схватки, овладели Блендостово. Дальнейшее их продвижение было остановлено сильным ружейно-пулемётным огнем и контратаками противника с восточной окраины Смогожево. В 16 часов до двух рот пехоты врага контратакой из Смогожево попытались отбросить подразделения 130-го гвардейского полка и вновь овладеть Блендостово. Эта контратака была отражена. Однако через час после сильного артиллерийского огня два батальона пехоты, шесть танков, три бронетранспортера снова перешли в контратаку и ворвались в Блендостово. Завязался ожесточенный бой. Командир дивизии сосредоточил огонь артиллерии по Блендостово и, усилив 130-й полк одним батальоном 133-го полка и батареей самоходных установок, приказал очистить Блендостово от врага. Однако атака успеха не имела, и большая часть Блендостово продолжала оставаться в руках противника.
Таким образом, части 44-й гвардейской стрелковой дивизии в течение дня прорвали только первую позицию главной полосы обороны и, продвинувшись на глубину 1,5-2 км, частично вклинились во вторую позицию врага.
В чем же причины неудач первого дня боя и столь низких темпов наступления?
Во-первых, как уже отмечалось, одна из причин заключалась в сложных метеорологических условиях, которые резко снизил эффективность огневого удара артиллерии и исключили действия нашей авиации.
Во-вторых, нельзя признать правильными некоторые действия командира дивизии и его штаба. Например, второй эшелон дивизии не был использован, хотя имелась возможность изменить обстановку в свою пользу в 15 часов. В тот момент, когда 130-гвардейский полк овладел Блендостово, было бы целесообразнее ввести в бой полк второго эшелона. Однако время оказалось упущенным, и противник получил возможность подтянуть резервы перейти в контратаку.
Отрицательную роль сыграло также использование противотанковых средств для создания противотанковых районов. Вследствие этого артиллерийско-противотанковый дивизион не смог свое временно выдвинуться для отражения контратаки танков и пехоты противника.
В-третьих, командиры частей и подразделений не проявил должной инициативы для проведения маневра на поле боя. Так 130-й гвардейский стрелковый полк ввязался в затяжные бои за Блендостово и неоднократно атаковал врага с фронта, в то время как имелась возможность обойти его с северо-востока.
Командир дивизии, оценив обстановку к исходу дня, решил за крепиться на достигнутом рубеже, организовать противотанковую оборону, а в течение ночи частью сил уничтожить противника в Блендостово и овладеть Смогожево. Утром 15 января он намеревался ввести в бой 133-й полк с 1495-м самоходно-артиллерий- ским полком и нанести удар в направлении Домброва, Насельск В соответствии с этим замыслом и были поставлены боевые задачи частям.
Командир 130-го гвардейского полка, выполняя поставленную задачу, оставил небольшое прикрытие в Блендостово, а главные силы сосредоточил севернее этого населенного пункта для атаки его во фланг. Этот маневр оказался весьма удачным. Полк внезапной атакой прорвался к западной окраине Блендостово20. Противник не смог оказать организованного сопротивления и начал беспорядочно отходить в Смогожево. На плечах отходящего противника подразделения 130-го гвардейского стрелкового полка ворвались на восточную окраину населенного пункта, но их дальнейшее продвижение было остановлено.
Утром 15 января командир дивизии ввел в бой 133-й гвардейский полк, переподчинив ему 1495-й самоходно-артиллерийский полк. Подразделения 133-го полка сменили 130-й полк на восточной окраине Смогожево и заняли исходное положение для атаки. Командир дивизии уточнил задачи частям и дал указания по взаимодействию. В 10 часов 12 минут, после огневого налета, дивизия перешла в атаку. Однако части из-за сильного сопротивления врага продвигались медленно. Большего успеха добились подразделения 128-го гвардейского полка.
133-й гвардейский стрелковый полк встретил упорное сопротивление противника в Смогожево. Ведя бой за каждый дом, за каждую постройку, подразделения полка только к 14 часам овладели населенным пунктом. Продолжая медленно развивать наступление и отражая незначительные контратаки врага, полки первого эшелона к 16 часам вышли ко второй полосе обороны, но неоднократные попытки прорвать ее с ходу
успеха не имели. Соседи дивизии, преодолевая упорное сопротивление противника, также подошли к его второй полосе обороны. Командир дивизии, оценив обстановку, решил закрепиться на достигнутых рубежах, организовать в течение ночи наступление и прорвать вторую полосу обороны утром 16 января. Это решение утвердил командир корпуса.
Таким образом, за второй день боя части дивизии продвинулись всего на 4-5 км.
Одна из причин низкого темпа наступления - сложная метеорологическая обстановка. Кроме того, оборона противника была хорошо подготовлена и насыщена огневыми средствами, а наступавшие части не имели танков непосредственной поддержки пехоты. Тем не менее успех наступления дивизии в этот день мог быть более значительным, если бы командир дивизии принял более целесообразное решение. Ему не следовало вводить в бой второй эшелон в Смогожево. Правильнее было бы прикрыться здесь силами 130-го гвардейского полка, а второй эшелон ввести в бой севернее, где проходило направление главного удара, а оборона противника была слабее. Это подтвердили действия 128-го гвардейского стрелкового полка, который имел более высокий темп наступления. Удар на этом направлении позволил бы, не ввязываясь в затяжной бой в Смогожево, быстро выйти ко второй полосе и прорвать ее с ходу совместно со 128-м гвардейским полком. Такому решению способствовало и то, что в полосе соседа справа в бой вводился второй эшелон корпуса. Это обстоятельство не было учтено и позднее, когда на правом фланге обозначился успех. Для его развития следовало ввести в бой резерв - 130-й гвардейский стрелковый полк.
Вследствие причин объективного характера и ошибок, допущенных командирами и штабами, прорыв 44-й гвардейской стрелковой дивизией главной полосы обороны противника принял характер медленного ее «прогрызания». Для третьего периода войны это не является характерным, ибо наши стрелковые соединения уже имели такие боевые возможности, которые при умелом использовании позволяли в высоких темпах прорывать первую полосу обороны противника в первый же день боя.
В этой же операции 27-я гвардейская .стрелковая дивизий при наступлении с магнушевского плацдарма в первый день полностью овладела главной полосой обороны врага, а на своем правом фланге полком второго эшелона прорвала и вторую полосу. При этом дивизия действовала также без танков, имея в качестве усиления 13 самоходно-артиллерийских установок, и наступала в аналогичных метеорологических условиях. :
Еще успешнее действовали 17-я и 19-я гвардейские стрелке вые дивизии 5-го гвардейского стрелкового корпуса в Белорусскс операции в июне 1944 г. Они захватили первую полосу оборон противника за 5 часов, а к исходу дня прорвали всю тактическую зону врага на глубину 13-14 км. |
Поучительным примером быстрого прорыва всей тактической зоны обороны противника могут служить действия 206-й стрелвой дивизии 104-го стрелкового корпуса в Ясско-Кишиневской операции в августе 1944 г.
Вслед за мощной артиллерийской и авиационной подготовке дивизия перешла в атаку (поддержка осуществлялась двойным огневым валом). В результате двухчасового боя полки первого эшелона прорвали первую позицию противника и с ходу ворвались на вторую. С этого рубежа командир дивизии выслал передовой отряд для захвата переправ через р. Бахлуй. К 10 часам 40 минутам части первого эшелона прорвали главную полосу обороны, а передовой отряд дивизии вклинился во вторую полосу и захватил переправы на р. Бахлуй. К 12 часам главные силы дивизии переправившись через реку, энергично атаковали противника, к 13 часам - овладели второй полосой обороны, продвинувшись на глубину до 16 км.
Успех прорыва тактической зоны обороны противника в первый день наступления был достигнут благодаря умелой организации и всестороннего обеспечения боя, четкого взаимодействия пехоты и танков с артиллерией, огромного наступательного порыва, стремительных и маневренных действий войск и четкого управления со стороны командира дивизии и его штаба.
Вернемся к боевым действиям 44-й гвардейской стрелковой дивизии (схема 4). В ночь на 16 января ее части вели разведку переднего края: саперы проделывали проходы в минных полях и проволочных заграждениях, полки первого эшелона занимали исходное положение, а артиллерия - новые огневые позиции. Стоявший в течение двух дней туман рассеялся, и утром видимость стала хорошей.
После артиллерийской подготовки и ударов штурмовой авиации по обороне противника в 9 часов 30 минут части дивизии перешли в наступление. Атака поддерживалась последовательным сосредоточением огня по важнейшим опорным пунктам противника 128-й и 133-й гвардейские стрелковые полки ворвались в первую траншею и завязали бой в Кшички и Жабички. Понеся большие потери от огня артиллерии и ударов авиации и не выдержав атаки, противник начал отходить в Пнево. Части дивизии, умело взаимодействуя, за первый час боя прорвали первую позицию второй полосы обороны врага.
К 11 часам 30 минутам части 44-й гвардейской стрелковой дивизии, преодолевая сопротивление противника и его инженерные заграждения, овладели Пнево и вышли на подступы к Насельск. В 12 часов наша штурмовая авиация нанесла сильный удар по обороне врага в Насельск и огневым позициям его артиллерии. Самоходно-артиллерийские установки, выдвинувшиеся вперед, быстро подавили огневые точки врага, расположенные на восточной окраине Насельск.
128-й гвардейский стрелковый полк, наступая небольшими силами вдоль дороги на Насельск, главный удар нанес по северо-восточной окраине, а 133-й гвардейский стрелковый полк по юго-восточной окраине Насельск. К 13 часам наши части сломили сопротивление противника и полностью овладели этим населенным пунктом, захватив большие трофеи.
Таким образом, к концу третьего дня наступления тактическая зона обороны противника была прорвана на всю ее глубину и части дивизии начали преследовать отходящего врага.
Порядок атаки (действий) танковых (механизированных) корпусов на рубеже ввода в прорыв имел свои особенности, которые зависели прежде всего от условий ввода в прорыв. Если ввод осуществлялся в «чистый» прорыв, танковые (механизированные) части не развертывались в боевой порядок, а продолжали стремительное продвижение в колоннах или предбоевых порядках, чтобы быстрее выйти в оперативную глубину для решения основной задачи.
Однако чаще танковые (механизированные) корпуса участвовали в завершении прорыва главной полосы обороны противника. В этих условиях они осуществляли атаку промежуточных и отсечных позиций с ходу. Выдвижение на рубеж ввода начиналось после прорыва общевойсковыми соединениями первой позиции
иподавления системы противотанковой обороны противника. По мере приближения к рубежу ввода осуществлялось последовательное расчленение в ротные и взводные колонны. И, наконец, при подходе к атакующим батальонам стрелковых частей танковые (механизированные) части развертывались в боевой порядок.
Так, 11-й танковый корпус в Висло-Одерской операции в январе 1945 г. (схема 8) начал выдвижение через 2 часа после атаки, когда соединения первого эшелона 61-го стрелкового корпуса прорвали первую позицию врага. Разведывательные органы корпуса и передовые отряды бригад первого эшелона быстро выдвинулись вперед и обеспечили ему беспрепятственное продвижение.
20-я танковая бригада встретила организованное сопротивление противника и, не ввязываясь в бой, обошла опорный пункт и устремилась в глубину.
65-я танковая бригада, действовавшая в первом эшелоне левой колонны, встретив организованное сопротивление врага, развернулась в боевой порядок и стремительной атакой разгромила его, а затем продолжала успешное продвижение по своему маршруту. Преследуя противника и нанося ему большие потери в живой силе и технике, корпус к исходу первого дня продвинулся головными бригадами на глубину до 20 км от рубежа ввода в бой, завершив прорыв тактической зоны обороны.
Проход через боевые порядки пехоты осуществлялся по направлениям, заранее обозначенным знаками и сигналами. Ввод в прорыв обеспечивался артиллерией, авиацией, танками непосредственной поддержки пехоты, дымовыми средствами и всей совокупностью действий общевойсковых соединений. Для сопровождения танков огнем создавались корпусная и бригадные артиллерийские группы. Непосредственно перед атакой артиллерия проводила 10-15-минутный огневой налет, а поддерживающая авиация наносила удары по артиллерии и резервам противника.
Ватакующий эшелон в первую очередь выделялись танковые бригады, которые, пройдя передний край и обогнав нашу пехоту, решительно атаковали врага в целях быстрейшего прорыва в его глубину. Там, где танки встречали сильное сопротивление, на помощь приходили мотострелковые и стрелково-пулеметные подразделения и части, на которые возлагалась ликвидация очагов сопротивления противника. Если же их бой принимал затяжной характер, то по мере подхода передовых частей пехоты мотострелковые части передавали им объекты для окончательной их ликвидации, а сами устремлялись за боевыми порядками танковых частей.
Разгром противника в тактической зоне обороны означал перерастание тактического успеха в оперативный. В первую мировую войну прорыв тактической зоны обороны в большинстве случаев не приводил к крупному оперативному успеху. Происходило это вследствие двух основных причин. Первая - отсутствие сил
исредств, которыми можно было достигнуть высокого темпа наступления. Танки и авиация в то время, хотя и показали свои возможности но из-за малочисленности и конструктивных недостатков были не в состоянии обеспечить высокие темпы наступления. Вторая причина - несовершенство методов прорыва, неумелая организация взаимодействия между родами войск, особенно между пехотой и артиллерией. Проблема прорыва обороны на всю ее глубину в период первой мировой войны так и не была решена.
Теория глубокого боя и операции, разработанная советской военной наукой, выдержала суровую проверку в годы Великой Отечественной войны и обогатилась новым содержанием. По-новому была решена проблема прорыва путем взлома обороны массированным огнем артиллерии и ударами авиации, применения ударных группировок на важнейших направлениях, а также стремительного развития наступления на всю глубину при непрерывном и тесном взаимодействии пехоты, танков, артиллерии и авиации.
11. Наращивание боевых усилий и маневр в ходе наступления
Опыт Великой Отечественной войны убедительно доказал, что решающее условие полного разгрома противника - высокий темп продвижения войск. Даже небольшая остановка давала противнику передышку,
позволяла ему осуществить необходимый маневр и принять другие меры противодействия наступавшим войскам.
Однако безостановочное продвижение в высоком темпе и на большую глубину было возможно при непрерывном наращивании силы удара наступавших войск. Это достигалось главным образом за счет своевременного ввода в бой вторых эшелонов и резервов, а также сосредоточения на решающих направлениях огневых ударов. Ввод в бой второго эшелона обычно осуществлялся в целях развития успеха, достигнутого первым эшелоном, а также расширения прорыва, отражения контратак противника, закрепления захваченных рубежей и обеспечения флангов.
Развитие успеха частей первого эшелона дивизии являлось, основной задачей вторых эшелонов. Они
вводились в промежутки, на стыках или из-за флангов частей первого эшелона, преимущественно на тех направлениях, где наметился больший успех. Перед вводом в бой второго эшелона уточнялась его боевая задача. Если изменялась обстановка, командир ставил ему новую боевую задачу.
Большое значение имел выбор момента ввода в бой второго эшелона. Опыт учит, что самым целесообразным считается момент, когда необходимо создать решающий перелом в ходе боя в пользу наступающего. Наращивание усилий первого эшелона осуществляется до снижения темпа наступления, т.е. раньше, чем истощатся его наступательные возможности. В то же время он не должен быть преждевременным,
так как введенные в бой подразделения второго эшелона вынуждены будут взять на себя часть задач первого эшелона и тем самым поставят под угрозу выполнение собственной задачи. Опасно и запоздалое наращивание усилий, ибо оно позволит противнику выиграть время, подготовиться к контратаке и бить наступающего по частям.
На примере боевых действий 44-й гвардейской стрелковой дивизии уже имелась возможность убедиться в неправильном использовании второго эшелона: введенный в бой с большим опозданием и не там, где был достигнут больший успех, он не смог создать перелома в ходе боя, что в конечном счете привело к снижению темпа наступления.
Вистории Великой Отечественной войны- есть много поучительных примеров удачного ввода в бой. вторых эшелонов. Приведем один из них.
27-я гвардейская стрелковая дивизия в январе 1945 г. прорывала подготовленную оборону противника с магнушевского плацдарма21 (схема 10). При организации боя командир дивизии поставил 74-му гвардейскому стрелковому полку задачу наступать за 76-м гвардейским стрелковым полком в готовности с ходу прорвать вторую позицию и овладеть населенным пунктом Студне, в дальнейшем наступать в направлении Студне, Секенувка.
Наступление дивизии развивалось успешно. Полки первого эшелона самостоятельно прорвали вторую позицию. 14 января в 17 часов противник силою до батальона с танками контратаковал полки первого эшелона и остановил их продвижение на рубеже Зеленец, Юзефув. Наша разведка донесла, что враг поспешно занимает разведывательным батальоном вторую полосу, обороны. Командир дивизии решил ударом 74-го гвардейского стрелкового полка из-за правого фланга (частично через полосу соседа) с ходу прорвать вторую полосу обороны врага, а полками первого эшелона завершить разгром контратакующего противника.
Смелое и оригинальное решение командира дивизии полностью отвечало условиям обстановки. Сильная сторона его заключалась в том, что удар приходился по слабому участку обороны противника и обеспечивал быстрый выход ко второй его полосе, упреждение врага в занятии второй полосы и прорыв ее с ходу.
Поучительным является и то, что направление ввода в бой второго эшелона было изменено в соответствии с обстановкой. Если бы командир дивизии ввел второй эшелон по ранее намеченному плану, полк мог ввязаться в затяжной бой за населенный пункт и не создал бы перелома в ходе боя.
Вночь на 15 января полк с ходу прорвал вторую полосу обороны и вышел к населенному пункту Вежховины, в котором, по данным разведки, наблюдалось скопление противника. Не ожидавший атаки противник, бросая оружие и боевую технику, обратился в бегство.
Успешным действиям полка способствовала и хорошая организация ввода его в бой.
Действия командира 27-й гвардейской стрелковой дивизии в этом отношении являются поучительными. Он своевременно поставил второму эшелону боевую задачу, согласовал его действия с первым эшелоном и соседями, переключил большую часть артиллерии (три дивизиона) на обеспечение ввода и поддержку 74-го гвардейского стрелкового полка, поставил задачи артиллерии и установил сигналы взаимодействия. Для правильного выбора момента ввода в бой второго эшелона командир дивизии организовал непрерывную разведку врага, лично следил за развитием атаки, знал положение своих частей и противника. Выход и развертывание второго эшелона на рубеж атаки прикрывались огнем артиллерии, минометов, зенитным подразделением и дымами.
Командир 74-го гвардейского стрелкового полка еще при организации наступления хорошо изучил местность по карте и характер обороны противника. Он четко знал задачи первого эшелона и соседей.
При уточнении задачи перед вводом в бой командир дивизии указал второму эшелону характер действий врага, какие объекты на направлении ввода в бой поражаются огнем артиллерия, рубеж ввода и время выхода на него, ближайшую задачу и направление дальнейшего наступления, средства усиления и порядок взаимодействия с частями первого эшелона и соседями. Поскольку ввод в бой второго эшелона осуществлялся
снезапланированного рубежа, командир полка на ходу принимал решение и ставил боевые задачи подразделениям короткими распоряжениями по радио. Перед вводом в бой проводился 10-минутный огневой, налет по опорным пунктам противника с использованием огня прямой наводкой противотанковых орудий, танков и самоходно-артиллерийских установок. При подходе к рубежу ввода в бой подразделения развернулись в боевой порядок, с ходу перешли в атаку и стали развивать наступление в целях выполнения поставленной задачи.
Следует заметить, что наступление было бы результативнее, если бы командир дивизии энергичнее использовал успешные действия полка второго эшелона. Однако, потеряв связь с 74-м гвардейским стрелковым полком, он задержал части, первого эшелона перед второй полосой обороны противника и только утром возобновил наступление.
Нередко вторые эшелоны дивизии вводились в бой для отражения контратак превосходящих сил противника. В этом случае наиболее типичным было отражение контратак врага огнем с места с последующим возобновлением наступления. Примером может служить бой 144-й стрелковой дивизии в Восточно-Прусской операции22 в январе 1945 г.
С утра 14 января, когда части дивизии развивали наступление, противник силами 31-го танкового и 13-го моторизованного полков 5-й танковой дивизии при поддержке 40 танков неоднократно переходил в яростные контратаки. В этой обстановке был введен в бой 785-й стрелковый полк для отражения контратак огнем с места. Нанеся противнику тяжелые потери, полк во взаимодействии с другими частями перешел в атаку, и дивизия возобновила наступление.
Опыт боев показал, что перед принятием решения на ввод в бой второго эшелона командир дивизии должен твердо держать в своих руках управление частями, зная обстановку в полосе наступления, сделать необходимые выводы и умело организовать огневое подавление врага, четкое взаимодействие своих подразделений и всестороннее их обеспечение.
На примере боевых действий 413-й стрелковой дивизии23, которая наступала в 6 км севернее 44-й гвардейской дивизии, можно проследить, к чему приводят неумелые действия командира. 14 января к 17 часам в полосе наступления дивизии сложилась тяжелая обстановка. За 7 часов боя полки первого эшелона смогли прорвать лишь первую позицию обороны врага и медленно продвигались ко второй. К этому времени артиллерийские наблюдательные пункты отстали от пехоты, связь во многих звеньях, в том числе и с артиллерией, была нарушена. Командиру дивизии было известно лишь одно: пехота залегла перед второй позицией и ведет огневой бой. Однако где и какие силы противника оказывают сопротивление, он не знал. Несмотря на это, он приказал командиру 1320-го стрелкового полка, находившегося во, втором эшелоне, вступить в бой и атаковать противника на второй позиции.
Выдвижение полка на рубеж атаки проходило неорганизованно, штаб дивизии не помог командиру полка организовать бой, отсутствовало взаимодействие с соседями и артиллерией. Командир полка ко времени выхода на рубеж ввода в бой не установил связи с поддерживающей артиллерией. В результате полк перешел в атаку вслепую, без артиллерийской поддержки и, понеся большие потери, отошел на исходные позиции. Все это привело к тому, что ввод в бой полка второго эшелона положения на поле боя не изменил.
В танковых (механизированных) соединениях наращивание боевых усилий и ввод в бой свежих сил для развития успеха имели свои особенности. Необходимо отметить, что в наступательном бою чаще создавался не второй эшелон, а резерв в составе танковой (механизированной) бригады. Это объясняется тем, что в условиях высокоманевренных действий в оперативной глубине обстановка изменялась молниеносно, вследствие чего и тыл, и фланги в любой момент могли стать фронтом ожесточенных боев. Ежеминутно обстановка могла потребовать нанесения удара на новом направлении, осуществления смелого маневра на обход, разгрома отходящих колонн противника и выдвигающихся его резервов с любых направлений, перехода к обороне, замене бригад первого эшелона и т.д. Поэтому этой бригаде определить заранее конкретную задачу и рубеж ввода в бой было невозможно. Как правило, она составляла резерв корпуса, хотя иногда формально и называлась вторым эшелоном.
Таким образом, боевой опыт свидетельствует, что непрерывность и высокие темпы наступления
зависят от своевременного и умелого наращивания боевых усилий за счет ввода в бой вторых эшелонов и резервов. Их ввод в бой являлся тем кризисным моментом, когда требовалось создать решительный перелом в обстановке, не допустить снижения темпа наступления и стремительно развить достигнутый успех.
Успешному наступлению наших войск способствовал также смелый и решительный маневр в ходе боя. Там, где части и подразделения широко использовали промежутки, открытые фланги и другие слабые места в боевых порядках противника для смелых обходов и охватов, победа достигалась быстрее и с меньшими потерями. В наступлении маневр огнем, силами и средствами осуществлялся и для наращивания силы удара, переноса усилий на новое направление, а также для срыва и отражения контратак противника.
Одним из недостатков нашей тактики в первом периоде Великой Отечественной войны было отсутствие смелого маневра на поле боя. Части и подразделения обычно вели наступление прямолинейно,
редко выходили на фланги и тылы противника и в связи с этим не могли окружать и уничтожать его группировки. Противник, успевавший вывести свои войска из-под удара, оказывал сопротивление нашим войскам на новом рубеже. Смелый маневр на поле боя применялся редко, требовалось вмешательство командующих армиями и даже высших инстанций. Так, учитывая опыт первых боев, начальник Генерального штаба Советской Армии Маршал Советского Союза Б.М. Шапошников в одной из телеграмм войскам требовал: «При встрече с опорными пунктами противника оставлять на их фронте небольшие заслоны, а всеми силами стремительно развивать наступление на флангах, стыках и в промежутках его боевых порядков»24.
По мере приобретения боевого опыта росло мастерство наших командиров, а в завершающих операциях Великой Отечественной воины они показали образцы тактики маневрирования.
Особенно широкие возможности для маневра в масштабе полка дивизии создавались после прорыва главной и второй полос оборонцы противника. Это видно на примере действий 44-й гвардейской стрелковой дивизии по захвату Насельск. Решающим условием успеха в этом бою явился двусторонний охват оборонявшегося противника полками первого эшелона. 16 января в результате смелого маневра уже к 13 часам части дивизии овладели Насельск. Затем командир дивизии выдвинул 130-й гвардейский стрелковый полк на
южную окраину населенного пункта и приказал командиру полка двумя стрелковыми батальонами закрепиться