Материал: Современные лингвистические и методико-дидактические исследования. Федоров В.А., Миколайчик В.И

Научный журнал «Современные лингвистические и методико-дидактические исследования»

Ниже представим обзорный анализ содержания этимологических словарей Ю. Покорного, С. Манна, А. Орла и Г. Кронена в соответствии с хронологией их издания с целью отбора максимально подходящего источника для планируемого анализа.

Этимологический словарь Ю. Покорного включает 1990 словарных статей, ориентированных на прагерманские корни, с их представленностью в 21 языке трех периодов существования германских языков, словарь также оснащен алфавитным списком слов языков-респондентов и словарем-индексом языков-респондентов [1*]. Помимо этого, индогерманская база этого словаря включена в проект «Вавилонской башни» СтаростинаНиколаева и является доступной на сетевом ресурсе в электронном виде [2*].

Словарь А. Орла [1**], включающий 23 языка-респондента, по праву может быть включен в список важных современных лексикографических разработок с учетом стремления автора подготовить основания для будущего пересмотра этимологий. Словарь имеет дело только с полными лексическими параллелями в германском языке, и результирующие реконструкции – это слова (иногда с их морфологическими вариантами), а не морфемы. Наше исследование требует иного подхода к подаче материала. Более того, предварительный подсчет показал, что современные английский и немецкий языки представлены 37 и 39 словами соответственно, что значительно уменьшает ценность источника в рамках нашей работы.

Значимость словаря Г. Кронена [2**] с представленностью 30 языков-респондентов и за счет включенности в него большого числа диалектных групп неоспорима, к тому же в нем дано максимальное количество форм из современных германских языков, таких как английский, немецкий, фарерский, голландский и из эльвдальского диалекта. Предварительный подсчет показал, что английский и немецкий языки представлены списками из 1029 и 1569 слов, что на 117 и 318 слов больше, чем в словаре Ю. Покорного [1*]. Тем не менее, словарь представляет собой не исчерпывающий обзор рефлексов того или иного прагерманского слова в германских языках, а попытку установить наиболее важные доказательства, на которых основана цитируемая прагерманская реконструкция. В дополнение к этому, словарные статьи Г. Кронена, как и словарные статьи А. Орла, озаглавлены частями речи, т.е. лексемами, а не морфемами.

По словам А.А. Кретова, словарь С.Э. Манна [3**] превосходит вышеназванные словари по полноте и богатству информации. Но его введение в научный оборот сопряжено с несколькими препятствующими факторами: наличие единственного входа от праиндоевропейского языка, отсутствие алфавитного перечня входящих слов по языкам, отсутствие унификации названия языков, неоправданное расширение и расщепление различных словарных статей, использование С. Э. Манном в качестве словаря-источника по германским языкам словаря А. Вальде-Ю. Покорного [4**], широкое, но непоследовательное преставление данных германских языков» [7, с. 43-44].

В целом, во всех рассмотренных словарях представлено несколько диахронических слоев с поправкой на индивидуальные теории авторов. Примем во внимание, что сегодняшние формы реконструкции тоже не являются окончательными. Стоит учесть и то, что «…словари отражают реальности лексико-семантической системы не менее чем на 2/3, остальная часть данных словарей о лексико-семантической системе языка зависит от субъективного фактора» [8, с.164].

Обобщение полученной информации приводит к выбору в качестве материала исследования словаря Ю. Покорного [1*], максимально удовлетворяющего требованиям работы и доступного в электронном виде в проекте «Вавилонской башни» [2*]. Неудивительно, что базы такого формата становятся все более востребованными на информационном рынке, так как это доступные хранилища для большого количества систематизированных данных, с которыми можно производить определённые действия: добавления, удаления, изменения, копирования, упорядочивания.

Необходимо коснуться и употребляемых в работе терминов. Ввиду того, что филологами выделяются периоды: протогерманский (от эпохи распада индоевропейской

37

языковой общности до стабилизации прагерманского языка) и общегерманский (от германского праязыка до появления пучков изоглосс, конституирующих диалектные группы), следует принять термин «прагерманский» для обозначения всех языковых явлений, предшествовавших древнему периоду существования германских языков. Говоря об общих лексемах в различных языках, мы имеем в виду общие корни, оставляя без внимания словоизменительные и словообразовательные суффиксы. Родственными мы считаем слова, которые с учетом регулярных фонетических изменений в данных языках сводятся к одному корню. К языкам-респондентам относятся все германские языки, представленные в этимологическом словаре. Под прагерманским субстратом следует понимать фонд прагерманских корней, представленный в этимологическом словаре-источнике.

В новейших исследованиях языков германских народов старого и нового света существует немало трудов, рассматривающих систему германского языкового фонда. Мы придерживаемся генетической точки зрения, изложенной А.А. Кретовым: «В пространстве языка слово является не точкой, а траекторией, и поэтому не может быть приписано какомуто одному моменту истории языка. Причина этого кроется хотя бы в том, что корни, суффиксы, префиксы и флексии по времени возникновения принадлежат разным “хронологическим слоям” (в современной терминологии – хронологически различным системам)» [9, с. 57]. С учетом вышеизложенного, в данной работе предлагается сопоставление разных хронологических слоев, в фокусе которого будут находиться прагерманские корни. Рассмотрение активности корней предлагается проводить в три этапа в соответствии с их «востребованностью» в разные периоды истории. Сопоставление получаемых данных по периодам развития языков приобретает статус диахронического. Применение квантитативных методов в сочетании с квалитативным рассмотрением давно зарекомендовало себя в качестве объективной оценки языковой реальности, отраженной в словарях, как например, в работах В. Т. Титова по описанию лексико-семантических систем романских языков [10]. Предлагаемое исследование предусматривает синтез квалитативного и квантитативного анализов.

Результаты исследования.

Для достижения поставленной цели рассмотрим данные из словаря Ю. Покорного [1*], отраженные в «Вавилонской башне» Старостина-Николаева [2*]. Электронная база представлена таблицей из 24 столбцов, содержащих информацию о прагерманском корне, толковании на английском языке, о представленности германских лексем в 21 языкереспонденте. Столбец 24 содержит комментарии. Таблица представлена 1990 строками в соответствии с количеством прагерманских корней в словаре. Расширение таблицы столбцом с переводом английского толкования прагерманского корня на русском языке приводит к повышению ее информативности и облегчению восприятия.

Логика исследования диктует первоначально провести оценку участия прагерманских корней в представленных словарем Ю. Покорного[1*] языках. Распределим их по трем условным эпохам, тщательно сверяясь с пособиями по истории германских языков [11; 12; 13; 14].

Таблица 1 Распределение прагерманских корней в германских языках по эпохам

Период

38

Научный журнал «Современные лингвистические и методико-дидактические исследования»

Продолжение табл. 1

Приведенные в таблице данные показывают, что больше всего прагерманских корней в древнем периоде задействовано в древнеанглийском языке – 1430, меньше всего корней имеет древнефранкский язык – 263. В средневековье лидирует средневерхненемецкий язык, имеющий 1375 корней, а нижнюю позицию занимает среднеанглийский язык, представленный 117 корнями. В современном мире количество прагерманских корней преобладает в немецком языке – 1251. Наименее востребованы прагерманские корни в датском языке, их число – 856.

Далее следует оценка частоты прагерманского корня в трех условных эпохах существования германских языков. Результатом учета вхождения корней в языки становится сводная таблица частоты прагерманских корней.

Таблица 2 Частотность прагерманских корней, функционирующих в эпоху Древности, Средние

века и современности

Поясним, что строка 1 информирует читателя о том, что в древние века 34 прагерманских корня использовались в 9 из 9 языков, в следующей строке можно увидеть, что 83 корня использовались в 8 из 9 языков и так далее. Рассматривая список каждого периода по убыванию частоты, наблюдаем своеобразное ядро каждой эпохи, в вершине которого можно наблюдать максимально востребованные корни, в основании – так называемые «безработные» корни.

В табл. 2 показано, что максимальной частотой в древнем периоде обладают 34 корня, в средние века – 9 корней, в современности – 448 корней. Это явление предлагается назвать «пиковой активностью» корней. В противовес этой величине в строке 10 просматривается «нулевая активность» корней, присущая в древнем мире 101 корню, в средние века - 433 корням, в наше время – 274 корням. Такое наблюдение приводит к выводу о том, что

39

активность корней нужно рассматривать с более близкого расстояния, т.е. провести качественный анализ.

В табл. 3 показаны 34 максимально активных прагерманских корня древнего периода.

40

Научный журнал «Современные лингвистические и методико-дидактические исследования»

Представленная в таблице активность 34 корней во всех девяти языках свидетельствует о важности этих понятий в общенациональной германской картине мира в древние века. С опорой на русский эквивалент прагерманских корней можно сделать вывод о том, что вершина ядра корней отражает реалии и понятия, которые являлись важными для носителей германских языков в древнем мире: личностные и поведенческие характеристики, стремление к материальному благополучию и к завоеваниям; тяга к переменам; мыслительная деятельность; объекты окружающего мира; эмоциональные состояния; физическая деятельность.

Перейдем к вершине средневековья, представленной 9 корнями.

Как показано в табл. 4, в вершине ядра средневековья представлены корни, использованные в 6 из 6 языков. Вероятно, не только понятия трудовой деятельности, болезни и нечистот составляли основу жизни германцев того времени. Расширение размеров вершины до частоты корня с показателем 5 не дополняет, а полностью меняет картину. Таких корней 34.

Рассмотрим результаты в табл. 5.

41