Русская христианская гуманитарная академия
Факультет философии, богословия и религиоведения
Кафедра философии, религиоведения и педагогики
Современные проекты межкультурной и межрелигиозной теологии
Хромцова М.Ю., к. филос. н., доцент
Аннотация
Автор статьи рассматривает предпосылки возникновения, задачи и методы современных проектов межкультурной и межрелигиозной теологии. Принятие и межкультурной, и межрелигиозной перспективы в теологической рефлексии отвечает явлениям глобализации, плюрализма и последующей глокализации и ситуации многосторонних культурных и религиозных ориентаций. Их появление отвечает на вызовы времени, а важнейший проблемный вопрос касается области напряженности и взаимозависимости культуры, религии и идентичности. Более подробно в статье анализируется вклад в современную дискуссию о религиозном плюрализме П. Шмидт-Лейкеля, Р. Бернхардта и Э. Мейра.
Ключевые слова: межкультурная теология, П. Шмидт-Лейкель, Р. Бернхардт, Э. Мейр, межрелигиозная теология, плюрализм, идентичность, открытость, диалог.
Annotation
M.Yu. Khromtsova. Modern projects of intercultural and interreligious theology
The author of the article considers the prerequisites for the emergence, objectives and methods of modern projects of intercultural and interreligious theology. The adoption of both an intercultural and inter-religious perspective in theological reflection is in line with the phenomena of globalization, pluralism and subsequent glocalization, and the situation of multilateral cultural and religious orientations. Thus, their appearance answers the challenges of the time, and the most important problematic issue relates to the field of tension and interdependence of culture, religion and identity. In more detail, the article analyzes the contribution to the modern discussion about religious pluralism of P. Schmidt-Leykel, R. Bernhardt and E. Meir.
Keywords: intercultural theology, P Schmidt-Leikel, R. Bernhardt, E. Meir, interreligious theology, pluralism, identity, openness, dialogue.
В условиях глобализационных изменений современного мира проблема религиозного плюрализма является одной из самых активно обсуждаемых, и обусловлено это целым рядом факторов и тенденций. Глобализационные процессы и миграционные движения способствуют встрече и тесному взаимодействию религиозных традиций, превращают в плюралистические общества, которые в прошлом были более религиозно однородными. Закономерным следствием глобализации становится детерриториализация религии, или религиозный передел мира, когда религия оказывается рассеянной поверх традиционных конфессиональных и культурных границ. Реакцией на процессы глобализации являются рост религиозного фундаментализма, усиление тенденций глокализации и активное использование различными политическими силами религии в качестве основного фактора во многих конфликтах по всему миру. Таким образом, наступление глобализации бросило вызов нашему взгляду на себя и мир, привело к необходимости обсуждать различные вопросы, возникающие в современной ситуации плюралистической культуры. В последние десятилетия в фокусе теологической рефлексии оказались и межрелигиозное, и межкультурное измерение, произошло богословское открытие культурного и религиозного Другого, вырос интерес к поискам конструктивной христианской теологии, которая являлась бы более гибкой и заслуживающей доверия в религиозно разнообразном мире. Англиканский теолог, директор Института религиоведения и межкультурного богословия Университета Мюнстера Перри Шмидт-Лейкель отмечает:
Конечно, в прошлом всегда были встречи с религиозным разнообразием, но не было ничего, что могло бы сравниться по объему и интенсивности с нашей нынешней ситуацией. Процесс религиозного плюрализма будет еще больше возрастать, и вряд ли возможно возрождение монорелигиозной культурной сферы, что имеет важные последствия для самопонимания и саморефлексии каждой отдельной религии [20, р. 9].
Среди новых направлений, появление которых и продиктовано необходимостью такой саморефлексии, можно отметить межкультурную теологию, включающую в свое рассмотрение как отношения между западным христианством и его незападными культурными разновидностями, так и отношения между христианством и нехристианскими религиями. Межкультурная теология настаивает на том, что любое богословское размышление должно учитывать наличный человеческий опыт и соотноситься с условиями культурного и религиозного многообразия.
Межкультурная, или контекстуальная, теология - это новая перспектива, к появлению которой привели несколько заметных тенденций [25, р. 221]. В начале XX в. две трети всех христиан жили в Европе и Северной Америке. В начале XXI в. две трети всех христиан живут в южной части мира, где появляются новые модели церковного и местного богословия. Богословы Азии, Африки, Латинской Америки начали подвергать сомнению презумпцию европейской теологии как универсальной. Понимание динамического символического взаимоотношения между Евангелием и культурами должно принять во внимание сложную реальность взаимодействия, накопленного христианской культурой и различных уровней значений, проявляющихся в других культурах и религиях.
Например, значения эмоциональной боли, прощения, примирения, болезни, смерти и т.д. имеют различные коннотации, эти концептуальные реальности живут и передаются в различных культурах и от того, как религии интерпретируют их как важный аспект понимания, зависит, каким может быть видение и понимание Евангелия. Речь идет о том, что богословие должно стремиться выйти за рамки традиционного западноцентричного мышления со всеми его претензиями на универсальную нормативность и истину. Новое понимание учитывает, что богословия, в том числе и европейские, всегда контекстуальны.
В то же время возникновение межкультурной теологии связано и с процессами мультикультурализма: глобализация и миграция привели к появлению этнических меньшинств, имеющих собственные культуры и религии, и европейским теологам приходится сталкиваться с религиозным плюрализмом в своих собственных странах. В обзоре состояния мирового христианства известный шотландский исследователь миссии Эндрю Уоллс отмечает:
Одна из немногих вещей, которые предсказуемы в христианстве третьего тысячелетия, это то, что оно будет более разнообразным в культурном отношении, чем когда-либо прежде, и, таким образом, будет иметь больше возможностей как для благословения, так и для стихийных бедствий, чем в любую предыдущую эпоху [24, р. 68-69].
Обернется ли ситуация будущим благословением или катастрофой, замечает автор, будет зависеть от того, как христиане решат учитывать свое необычайное разнообразие. Как никогда ранее в своей истории, христиане сталкиваются с возможностью испытать свое христианское свидетельство другими, испытать дары друг друга, однако у них также остается возможность существовать в изоляции, действовать без интереса или заботы друг о друге.
Межкультурная теология, отражающая взаимосвязь между западным христианством и его незападными культурными вариантами, тесно связана с богословием миссии. Миссионерская наука сегодня имеет дело с богословскими последствиями фактической глобализации христианства и присущей ей внутренней плюрализации. Межкультурная теология - современный способ богословия миссии (понимаемой как межкультурное и межрелигиозное общение), осознающей значение культурных контекстов, ведущих к множественности христианских религиозных культур, тогда как прежняя миссиология, как правило, не принимала во внимание межкультурную перспективу [4, р. 344]. Можно указать на тесную корреляцию предметных областей «межкультурной теологии» (контекстуальные выражения христианства в мире), «богословия миссии» (теологические основы для распространения христианства) и «теологии религии» (богословски понимаемые отношения между христианством и другими религиями). Наряду с понятием инкультурации в рамках межкультурной теологии была введена концепция интеркультурации, которая указывает на диалектическое взаимодействие между верой и культурой и рассматривает христианскую миссию не как односторонний процесс, а диалог и взаимное партнерство свидетелей.
Важнейший проблемный вопрос межкультурной теологии касается области напряженности и взаимозависимости культуры, религии и идентичности. В эпоху глобализма, в становящейся все более гипердифференцированной и гибридизированной обстановке религиозные и культурные идентичности часто демонстрируют множественную принадлежность. По словам В. Кюстера, упадку организованной религии и исчезновению традиционных норм и систем ценностей противостоит лоскутная религиозность и духовный бриколаж, свободно ищущий то, что могут предложить религии. Идентичность должна постоянно пересматриваться, соответствовать установке, которая в конечном счете может быть применима ко всем культурно и религиозно разнообразным членам сообщества. Следовательно, теология, которая является рефлексивной и осознает текучесть и неоднозначность религиозных традиций, обязательно должна быть межкультурной [10, р. 176].
Творчески-разрушительное воздействие глобализации на культуру, религию, а также на индивидуальную идентичность обуславливает необходимость новых богословских методов. Основным среди методов для межкультурной теологии является межкультурная герменевтика, в значительной степени опирающаяся на теорию семиотики и межкультурной коммуникации. Тогда как классическая герменевтика основана на пропозициональном понимании истины, межкультурная - на экзистенциальном понимании [25]. Другими словами, межкультурная герменевтика - это герменевтика межкультурной и межрелигиозной встречи, она стремится показать, что культуры никогда не являются замкнутыми горизонтами. Культуры, как люди, всегда связаны с другими и всегда находятся в движении. Межкультурный способ понимания признает, что необходимо минимизировать элементы предрассудков, невежества в отношении другого, исключить позицию полной закрытости, искажающую правильный герменевтический процесс [1, р. 97]. Такая установка сознания становится необходимой для богословия в плюралистическом и глобализированном мире с его множественными культурными ориентациями. Она фокусируется на взаимном процессе «дарения и принятия», уравновешивающем динамизм универсально-частных измерений богословия, поэтому в ней нет места для абсолютного плюрализма с его редукционизмом: особенность не приносится в жертву ради универсальности, особое внимание уделяется Другому самому по себе, восприятию одной конкретной культуры как части целого, которое раскрывает не только ее уникальную идентичность, но и роль этой идентичности в более широком целом.
Большинство межкультурных теологов озабочено прежде всего пониманием целостности формирования христианской идентичности в ее контекстуальном разнообразии. Как следует понимать межкультурную истину? В чем она состоит? И как ее лучше всего оценить? Р. Бернхардт считает, что в отношениях с религиями миссионерская задача требует критического реализма. Открытый диалог с другими не означает некритического признания. Серьезный диалог не просто ищет сходства, но стремится к пониманию различий. Если религиозный феномен противоречит духу любви к Богу и ближнему, тогда он вряд ли может рассматриваться как проявление Божественной самореализации.
Миссия не может быть ничем иным, как диалогом, целительным партнерством религий во взаимном уважении, с интересом друг к другу, в сознании глубоких различий, но также и того, что Божий свет просвещает всех людей (Иоан. 1: 9) и людей других религий [5, p. 207].
Межкультурная теология все еще находится на ранней стадии своего становления, и проблемы, касающиеся того, как разнообразие культур повлияет на понимание откровения, христологии, значения благодати, богословской антропологии, все еще ждут дальнейшего изучения. Принятие же межкультурной перспективы в теологической рефлексии отвечает явлениям глобализации, плюрализма и последующей глокализации и ситуации многосторонних культурных ориентаций. По аналогии с нынешним социальным процессом глокализации можно рассматривать межкультурную теологию как богословский метод будущего. Она ставит задачу превзойти элементы фрагментации в мире и в церкви, через диалектное взаимодействие. С точки зрения В. Кюстера, межкультурное богословие выполняет две важные функции: во-первых, это необходимый инструмент для связи различных контекстуальных теологий и анализа глобализованных культурных систем в их взаимодействии с христианством, во-вторых, учитывая растущее переплетение культуры и религии в таких глобализированных культурных системах, межкультурное богословие стремится создать «новое пространство для богословского мышления в эпоху плюрализма» [11, р. 175].
Не достигнуто еще и единство в понимании проблемного поля межкультурной теологии. Некоторые ученые стремятся ограничить концепции межкультурной теологии внутрихристианским богословским взаимодействием, чтобы защитить миссионерский импульс христианства и обеспечить статус миссиологии как академической дисциплины. Однако другие (П. Шмидт-Лейкель, Р. Бернхардт) считают, что «полнота веры» требует, чтобы богословие уделяло внимание тому факту, что христианское исповедание во всем мире сегодня сталкивается и формируется не просто межкультурным, но и межрелигиозным взаимодействием, в этом случае межкультурная теология становится «межрелигиозной теологией».
Перри Шмидт-Лейкель в работе «Religious Pluralism in Thirteen Theses» отмечает: Поскольку на первый взгляд факт религиозного разнообразия может показаться сильным аргументом в пользу его атеистической или натуралистической интерпретации, то в интересах каждой религии стремиться противостоять этому пониманию при помощи надежной альтернативы, то есть правдоподобной религиозной интерпретации религиозного разнообразия [20, р. 9].
При этом, отмечает он, позиция инклюзивизма, как и эксклюзивизма, не может не расценивать религиозное разнообразие как неминуемое зло, которое должно быть преодолено. Если же религиозное разнообразие в идеале следует заменить своей религией, то это представляет собой серьезную угрозу для других религий. Очень часто применение насилия в межрелигиозных конфликтах оправдано именно как защита собственной веры от реальной или предполагаемой угрозы, исходящей от другой религии. Позиция плюрализма предлагает частичное решение проблемы устранения религиозных конфликтов [20, р. 17]. Она стремится сочетать разнообразие с равенством, придерживаясь идеи, согласно которой различные религии основаны на разных, но одинаково значимых опытах одной и той же конечной реальности или, возможно, различных аспектов конечной реальности, если «аспект» отнести к различным воспринимаемым ситуациям или условиям [20, р. 13]. Шмидт-Лейкель сегодня продолжает развивать идеи Дж. Хика и У.К. Смита, его наиболее фундаментальное предположение касается понимания Бога как трансцендентной реальности, превышающей любое человеческое понимание, а также откровения как самораскрытия этой реальности во многих и разнообразных формах человеческого опыта. Такое понимание дает возможность для развития богословской герменевтики, открытой для последовательного и согласующегося прочтения не совпадающих друг с другом и, казалось бы, противоречивых религиозных высказываний. Этот путь может привести, как считает автор, к постепенно возникающей «мировой теологии», опирающейся на разные религиозные традиции [17, р. 27]. межрелигиозный теология религиозный глокализация