ВЕРИФИКАЦИЯ ГИПОТЕЗЫ СЕПИРА-УОРФА НА
ПРИМЕРЕ ЯЗЫКА ИЗОЛИРУЮЩЕГО ТИПА (НА ПРИМЕРЕ ЦВЕТОВОСПРИЯТИЯ)
Введение
Доподлинно известно, что язык является неотъемлемой частью культуры, он развивается вместе с народом, проходит с ним все исторические события, претерпевает изменения так же, как и общество, так или иначе подстраивается под его запросы.
Чтобы отразить взаимосвязь языка и всего, что его окружает, в начале двадцатого века немецкий языковед Лео Вайсгербер ввёл в научную терминологию такое понятие, как «языковая картина мира». Языковая картина мира - это система всех возможных содержаний: духовных, определяющих своеобразие культуры и менталитета данной языковой общности, и языковых, обусловливающих существование и функционирование самого языка. И если отталкиваться от того, что нет двух одинаковых языков, получается, что не существует и двух одинаковых культур, они все уникальны и самобытны. А, следовательно, изучение любого языка становится невозможным без учёта всех сфер его влияния.
Гипотеза Сепира-Уорфа, появившаяся в тридцатые годы двадцатого века, являлась закономерным этапом развития в исследовании взаимосвязи языка и мировосприятия.
Бенджамин Уорф, вслед за своим учителем, Эдуардом Сепиром, в своих исследованиях опирался на различия европейских языков с языками американских индейцев. Последователи Уорфа предпринимали попытки в изучении и сопоставлении других языков, однако на сегодняшний момент полных и объёмных исследований на данную тему всё ещё недостаточно для однозначного подтверждения или же опровержения гипотезы.
Цель данной работы - проверить, работает ли гипотеза лингвистической относительности на примере языка изолирующего типа.
Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:
1. Выявить специфические особенности языка изолирующего типа, релевантные для темы и материала нашего исследования, описать их;
2. Подобрать, исследовать и проанализировать лексический материал, на котором возможно апробирование гипотезы.
Объект исследования: гипотеза лингвистической относительности.
Предмет исследования: лингвистическая относительность картины мира в китайской лингвокультуре на примере цветовосприятия.
В своём знаковом труде «Отношение норм поведения и мышления к языку» Бенджамин Ли Уорф указывал, что сравнивает лишь западноевропейские языки с языком хопи, и не обращается к неиндоевропейским языкам. Актуальность и новизна исследования состоит в обращении к недостаточно изученному лексическому материалу, попытке исследовать закономерности между лексикой и культурной спецификой, уловить или опровергнуть их взаимосвязь. Кроме того, работа может быть интересна студентам и преподавателям, изучающим иностранный язык, людям, чья деятельность связана с этнолингвистикой, социолингвистикой, психолингвистикой, когнитивной лингвистикой, антропологией, психологией.
Теоретическая значимость исследования определяется тем, что несмотря на то, что гипотеза Сепира-Уорфа является крайне неоднозначной с научной точки зрения, она довольно сильно повлияла на развитие лингвистики и смежных ей дисциплин, дала толчок для дальнейшего изучения поставленной проблемы и на современном этапе всё ещё не утратила своей значимости.
Наоборот, в связи с появлением новых психологических, социологических и лингвистических данных, представляется возможным более тщательная и полная экспериментальная проверка вводного тезиса «язык определяет мышление».
Практическая ценность выпускной работы состоит в возможном дальнейшем использовании её материалов для преподавания китайского языка как иностранного, чтения курса по страноведению, лингвистике. Полученные данные можно применить в теории и практике переводов, а также в последующих исследованиях по данной теме.
В исследовании применялись следующие методы:
· сопоставительный (контрастивный) метод - исследование и описание языка (китайского) через его системное сравнение с другим языком (русским) с целью прояснения его специфичности;
· метод синхронного лингвистического описания (наблюдение и отбор слов);
· психолингвистический эксперимент;
· статистическая обработка психолингвистического
эксперимента.
1.1 Предпосылки возникновения гипотезы лингвистической относительности в
науке о языке ХХ века
Во всех науках, включая гуманитарные, существуют теории, которые занимают там особое положение. Любая научная гипотеза за время своего существования проходит следующие этапы: выдвижение какой-то идеи, попытка её проверить (как правило, экспериментально), дальнейшее опровержение, или наоборот - подтверждение. Конечно, далеко не все гипотезы проходят эти этапы последовательно и равномерно. Случается такое, что гипотеза сразу опровергается, не дойдя до стадии подтверждения. А бывает и наоборот - гипотезу подтверждают, а через какое-то время появляются новые научные данные, которые однозначно её опровергают. Так, судьбу гипотезы Сепира- Уорфа нельзя назвать линейной. За время её существования лингвисты множество раз как подтверждали, так и опровергали основные высказываемые в ней положения. Постоянные исследования приводили к совершенно неоднозначным результатам. На какое-то время её предали забвению, а затем интерес к гипотезе Сепира-Уорфа вспыхнул вновь, как и жаркие споры вокруг неё в научном сообществе. На данный момент гипотеза лингвистической относительности - именно в роли гипотезы, а не теории, - своеобразный фундамент многих наук о языке, часть их культуры.
Точную дату возникновения гипотезы сказать невозможно, однако принято считать, что она возникла в 30-е гг. XX века. Гипотеза представляла собой довольно смелую и при этом до очевидности простую идею, которую Бенджамин Ли Уорф сформулировал, читая курс своих лекций. Суть её заключалась буквально в следующем: язык определяет мышление и способ познания. Позднее Бенджамин Уорф обозначил данный тезис как «гипотезу лингвистической относительности». Но опрометчиво было бы предположить, что такую простую идею никто и никогда не пытался озвучить ранее. И действительно, это не совсем верно. Обратимся к истории вопроса.
Главным предшественником и косвенным идейным вдохновителем гипотезы лингвистической относительности считается немецкий философ и языковед Вильгельм фон Гумбольдт, который ещё в конце XVIII - начале XIX века занимался изучением языка кави на острове Ява. Возможно, именно тогда ему и пришла в голову формулировка, которую он позднее зафиксировал в своей последней работе: «Язык народа есть его дух, и дух народа есть его язык, и трудно представить себе что-либо более тождественное». Также Гумбольдт говорил о том, что язык должен изучаться не как продукт деятельности (ergon), а как деятельность (energeia). То есть идея о связи языка и духа народа, культурного пространства - по сути гипотеза лингвистической относительности, пусть и немного в другом виде, была озвучена почти на век раньше. Гумбольдт высказал идею, но авторство гипотезы ему не приписывается. Это случилось, потому что сама идея была высказана как нечто очевидное и никак им не прокомментирована: «Если звук стоит между предметом и человеком, то весь язык в целом находится между человеком и воздействующей на него внутренним и внешним образом природой. Человек окружает себя миром звуков, чтобы воспринять и усвоить мир предметов... Так как восприятие и деятельность человека зависят от его представлений, то его отношение к предметам целиком обусловлено языком. Тем же самым актом, посредством которого он из себя создает язык, человек отдает себя в его власть, каждый язык описывает вокруг народа, которому он принадлежит, круг, из пределов которого можно выйти, только в том случае, если вступаешь в другой круг». Вильгельм Гумбольдт не занимался последовательным изучением проблемы и не старался продемонстрировать связь языка и мышления, лишь озвучил это как данность.
Один из самых выдающихся последователей идей Вильгельма фон Гумбольдта - Лео Вайсгербер, немецкий языковед, родившийся в конце XIX века. Он создал лингвофилософскую концепцию неогумбольдтианства; считается основателем структурной семантики. Выдающийся вклад Вайсгербера в науку заключается во введении термина «языковая картина мира». В одной из частей своей масштабной работы «О силах немецкого языка» он писал следующее: «Каждый язык уникален. В каждом языке - своя «картина мира» (культурноспецифическая модель). Способ мышления народа определяется языком, так что можно говорить о «стиле присвоения действительности» посредством языка». После войны Вайсгербера обвиняли в национализме, а его языковедческие взгляды воспринимались критиками как националистически окрашенные и больше не пользовались былой популярностью.
Внимание гуманитарной науки в целом сосредоточилось не на европейской ветви неогумбольдтианства, а на американской - она получила название «этнолингвистика».
В американской линии науки о языке двадцатого века можно выделить трёх видных учёных: Франца Боаса, Эдуарда Сепира и Бенджамина Ли Уорфа.
Франц Боас - (1858 - 1942) - антрополог, родившийся в Германии и эмигрировавший в Америку уже в сознательном возрасте. Изучал язык и культуру индейцев. Боас является основоположником принципа культурного релятивизма. Полагал, что данные об эволюции культуры отражают уверенность западных учёных в превосходстве своей культуры, а элементы культуры значимы в терминах этой культуры, даже если они лишены какого-либо значения в иной культуре. Другими словами, по мнению Боаса, поведение человека следует оценивать с позиции культуры того этноса, к которому этот человек принадлежит, и никак иначе. Франц Боас вместе со своими учениками накопил значительный опыт как по культуре, так и по языкам индейцев Северной и Центральной Америки. Среди учеников Боаса особенно выделяется Эдуард Сепир.
Эдуард Сепир - (1884 - 1939) - последователь Франца Боаса и основатель этнолингвистики как науки. Всю свою жизнь изучал языки и культуру американских индейцев. Благодаря глубоким познаниям в сравнительно- исторических данных, он смог установить генетическое родство между, казалось бы, разными языками Центральной и Северной Америки. Долгое время он занимался исследованиями на уровне грамматики и культуры, психологическими аспектами анализа языка Сепир начал интересоваться значительно позже, в период работы в Чикагском и Йельском университетах, то есть в промежутке между 1925 и 1931 гг. Так как он был председателем Отделения антропологии и психологии в Национальном научно- исследовательском совете (1934-1935), он смог поспособствовать проведению важных лингво-психологических исследований. Именно в этот период (30-е гг.) Сепир выпустил большое количество статей, а также провёл знаковый семинар
«Воздействие культуры на личность» в Йельском университете, которые позднее привлекли внимание антропологов к индивидууму в его культурной среде и оказали колоссальное влияние на развитие теории психоанализа. Э. Сепир рассматривал язык, прежде всего, как средство систематизации культурного опыта. При этом, он обращал особое внимание на то, что различные языковые системы обладают различными механизмами образования смыслов: «Миры, в которых живут различные общества, - это разные миры, а вовсе не один и тот же мир с различными навешанными на него ярлыками… Мы видим, слышим и вообще воспринимаем окружающий мир именно так, а не иначе главным образом благодаря тому, что наш выбор при его интерпретации предопределяется языковыми привычками нашего общества». Также он считал: «Язык - это «символический ключ к поведению», потому что опыт в значительной степени интерпретируется через призму конкретного языка и наиболее явно проявляется во взаимосвязи языка и мышления». В своих работах Сепир высказывал идеи, близкие «гипотезе лингвистической относительности», однако, саму гипотезу в том виде, в котором она существует сейчас, сформулировал не он, а его ученик - Бенджамин Уорф.
Бенджамин Ли Уорф - (1897 - 1941) - лингвист-самоучка, химик-технолог по образованию, всю жизнь проработал в страховой компании. Интерес Уорфа к изучению индейских языков сформировался под влиянием Эдуарда Сепира, к которому он ходил на лекции в Йельский университет вольным слушателем. В свободное от работы время Уорф занимался публикацией работ по проблемам лингвистики. Материал для статей он набирал, работая с информантами- носителями языков, например, с индейцами хопи. Именно на материале языка хопи он сформулировал гипотезу лингвистической относительности, которая известна и как гипотеза Сепира-Уорфа. Несмотря на то, что Сепир не принимал участия в её формировании, он, как учитель и друг, оказал на Уорфа значительное влияние, что и отразилось в одном из названий гипотезы. Уорф написал несколько статей, где прослеживаются механизмы, связи влияния языка на мышление. Он писал: «Мы членим природу по линиям, проложенным нашим родным языком».
То есть если около века назад Вильгельм фон Гумбольдт занимался экзотическим языком, описывал его и понимал, что язык связан с духом народа, с мышлением, но не пытался построить механизмы этого влияния, то Уорф пытался. И именно поэтому автором гипотезы считается он. Одна из самых знаменитых его работ посвящена грамматике времени у хопи.
лингвистика верификация сепир китайский
1.2 Гипотеза Сепира-Уорфа: суть, вехи развития
В различных источниках можно встретить несколько названий для данной гипотезы: гипотеза лингвистической относительности - термин самого Бенджамина Уорфа, гипотеза Сепира-Уорфа (в сокращённом виде ГСУ) - такое обозначение ввёл ученик Сепира и коллега Уорфа - Гарри Хойер, гипотеза уорфианства - этот термин встречается в англоязычных работах. Наиболее часто в научной литературе используются первые два варианта.
Приведём формулировку гипотезы в обобщённом виде: язык определяет мышление и способ познания. То есть гипотеза предполагает, что язык оказывает влияние на мировосприятие и когнитивные процессы его носителей. Позднее, в пятидесятые годы, американский учёный Роджер Браун объединил разные формулировки гипотезы и ввёл две её версии:
· Сильная: язык детерминирует, предопределяет мышление;
· Слабая: язык влияет на мышление (различия в мышлении связаны с языком, но не обязательно предопределяются им).
Наибольшие споры в научном сообществе вызывала именно сильная версия гипотезы, так как детерминизм такого рода крайне сложно доказать. Стоит отметить, что в работах и Эдуарда Сепира, и Бенджамина Уорфа встречаются в том или ином виде обе эти версии, они не придерживались какой- то одной из них, а то, какое всё-таки влияние Сепир оказал на Уорфа и на формирование гипотезы как таковой, довольно сложно оценить.
Но если идея давно существовала в науке о языке, как же так получилось, что сформулировал её человек, не имеющий прямого отношения к лингвистике? В своей работе «Отношение норм поведения и мышления к языку» Б.Уорф делится опытом того, как он заинтересовался проблемой взаимосвязи языка и мышления. Он пишет о том, что работал в обществе страхования от огня, и в его прямые обязанности входил анализ докладов об обстоятельствах, приведших к возникновению страхового случая (пожара или взрыва). Через какое-то время Уорф заметил, что пожары не всегда вызваны сугубо физическими обстоятельствами (такими, как, например, неисправность проводки), но и тем, как эти физические обстоятельства воспринимают окружающие люди. То есть возникала некая «языковая ситуация», которая вырабатывала у людей определённый тип поведения сопряженный с нарушением или пренебрежением техники пожарной безопасности. Один из самых известных примеров, иллюстрирующих гипотезу лингвистической относительности, - случай с пустыми цистернами. Уорф пишет: «Так, например, около склада так называемых gasoline drums (бензиновых цистерн) люди ведут себя определенным образом, т. е. с большой осторожностью; в то же время рядом со складом с названием empty gasoline drums (пустые бензиновые цистерны) люди ведут себя иначе - недостаточно осторожно, курят и даже бросают окурки.