Интересным представляется типичный пример, иллюстрирующий взаимосвязь определённых понятий с характером языка. Франц Боас говорил о том, что эскимосский язык использует различные корни для называния различных видов снега, всего он приводил четыре названия: «aput» - «снег на земле», «gana» - «падающий снег», «piqsirpoq» - «метель», «qimuqsuq» - «сугроб». Бенджамин Уорф, следуя за Боасом, говорил уже о семи разных словах для видов снега в эскимосских языках. При дальнейшем цитировании этого примера число обозначений снега в эскимосском языке росло, пока в редакционной статье The New York Times в 1984 году не достигло ста. Естественно, такое количество обозначений для снега не могло не вызвать вопросов. Поэтому критики охотно взялись за этот пример и установили, что, во-первых, такого понятия, как эскимосский язык, не существует. Скорее всего имелась в виду группа родственных языков. Во-вторых, в английском языке смогли найти около четырнадцати различных названий для снега, в то время как в условном «эскимосском» их по-прежнему было четыре. Все эти факты говорят о том, что Уорф не слишком вдавался в детали, а значит, не владел понятийным аппаратом и в вопросе скорее всего не разбирался вовсе. Это ставит под сомнение и другие приведённые им примеры. Кроме того, учёные отметили, что наблюдение такого порядка говорит вовсе не о том, что в зависимости от характера языка различаются понятия и представления людей об окружающей действительности. Оно говорит лишь о том, что условия жизни народа отражаются в лексике языка.
Первый серьёзный удар по гипотезе Сепира-Уорфа нанёс Ноам Хомский. В конце 50-х - начале 60-х годов он опубликовал ряд работ, ставящих под сомнение уникальность структуры языка различных народов. Хомский является создателем теории, порождающей (генеративной) грамматики. Он выдвинул тезис: языковые способности - врождённое явление, а грамматика языка универсальна и дана человеку в готовом виде так же, как законы природы. Из тезиса о врождённости, в свою очередь, выводится тезис о глубинном единстве всех языков. Все различия, по мнению Хомского, поверхностны. Эта теория оказала большое влияние на учёных, исследующих процесс усвоения языка.
В 1969 году вышло в свет масштабное исследование, проведённое антропологом Брентом Берлином и лингвистом Полом Кеем. Они решили проверить: есть ли некая универсальная иерархическая закономерность, влияющая на процесс составления атласа цветов различными культурами? В результате исследования около ста языков мира, они обнаружили определённую зависимость: в каждом языке существует разное количество для обозначения базовых цветов, но их не может быть меньше двух или больше одиннадцати. Идея о том, что названия цветов возникали в определённом порядке, была довольно радикальной. Исследователи не сомневались, что языки развивались и шли по одной дороге - в сторону увеличения разнообразия цветов и оттенков.
Вот как выглядит этот маршрут:
Рисунок 1. (Berlin and Key, 1969)
Из данной схемы следует, что если в языке есть два цвета, то это всегда будут белый и чёрный, или светлый и тёмный. Если в языке три базовых цвета, то это будут белый, чёрный и красный. В языке с тремя базовыми цветами не может быть зелёного, жёлтого или синего, не может не быть белого. Все цвета в языках возникали в строгом порядке. Следовательно, уникального цветовосприятия ни в одном языке не существует. Однако представители разных культур тяготеют к определённым базовым цветовым категориям, и, скорее всего, это имеет прямое отношение к нашему мировосприятию.
В 1983 году вышла книга, которая снова поставила под удар всю гипотезу лингвистической относительности. Б. Уорф в своей работе «Отношение норм поведения и мышления к языку» ввёл термин - Standard Average European (SAE, среднеевропейский стандарт), объединяя под ним грамматику всех европейских языков, которая, хоть и имеет некоторые различия, в целом весьма похожа. Как противопоставление среднеевропейскому стандарту он взял язык хопи, где, по его утверждению, нет существительных со значением времени (например: мгновение, час, понедельник, утро), а сами индейцы не рассматривают время как поток дискретных элементов. Также он заметил, что в европейских языках понятие «время» часто тождественно понятию «пространство» и объединяется в значении «время + пространство», а в языке хопи они рассматриваются как независимые и раздельные единицы.
Эккехарт Малотки в своей книге «Hopi Time…» на первой же странице опровергает сказанное Уорфом. Он приводит две цитаты:
· Б. Уорф: «После длительного и тщательного изучения и анализа языка хопи можно сказать, что в нём нет ни слов, ни грамматических форм, ни конструкций или выражений, которые бы прямо соотносились с тем, что мы называем временем».
· Фраза на языке хопи с английским переводом: «Тогда на следующий день довольно рано утром, в час, когда люди молятся солнцу, примерно в это время он снова разбудил девушку».
Конечно, данное опровержение вызвало новую волну дискуссий. Однако приверженцы гипотезы лингвистической относительности отметили, что довольно странно публиковать опровержение спустя пятьдесят лет после формулировки гипотезы, ведь при должном внимании к изучению языка, это противоречие обнаружилось бы сразу. Ко всему прочему, по этой фразе нельзя однозначно судить, какие части речи в ней представлены, для этого нужно хорошо знать и понимать грамматику хопи. Таким образом, это опровержение лишь доказывает, что некое понятие времени в языке есть, однако оно, по-видимому, выражено специфической частью речи, которой нет в европейских языках. А значит, нельзя утверждать, что Уорф был однозначно не прав.
Множество споров вызывал и пример с «пустыми цистернами». Критики утверждали: данный пример говорит не о том, что характер языка определяет поведение людей и их действия, а о том, что у людей, ведущих себя недостаточно осторожно у пустых бензиновых цистерн, не было соответствующих знаний о свойствах бензина. Если бы они знали, что пустые цистерны бензина содержат взрывчатые испарения, они вели бы себя так же осторожно, как и около полных бензиновых цистерн. Равным образом, если кто-нибудь не знает о взрывчатых свойствах бензина, то само словосочетание «бензиновые цистерны» не сможет внушить ему необходимость вести себя осторожно около них.
В 1982 году последователь идей Б. Уорфа лингвист Джошуа Фишман попытался переформулировать суть гипотезы в своей работе «Уорфианство третьего типа». По словам Фишмана, Уорф был неправильно понят большинством коллег, а его труды не оценили по достоинству, в то время как Уорф обратил внимание науки на такую важную проблему, как ценность и уникальность «маленьких языков». Фишман предложил рассматривать язык как ключ к культуре. С этого периода начался новый виток в науке о языке, тесно связанный с психологией.
На сегодняшний день гипотеза лингвистической относительности так и остаётся научной загадкой, которая нашла одновременно как множество опровержений, так и подтверждений. Интерес к ней не утихает, а новые научные исследования наоборот - возрождают интерес к работам Б. Уорфа. Например, обнаруженные американским этнографом и лингвистом Дэниэлом Эвереттом особенности языка племени пираха (пирахан) поставили под сомнение теорию Ноама Хомского об универсальной грамматике. Данный язык, насчитывающий на момент исследования около трёхсот носителей, не является вымирающим, так как на нём продолжают разговаривать появляющиеся в племени дети, а влияние цивилизации на аборигенов - минимально. Пираха признан самым бедным языком мира, в нём всего три гласных звука, восемь согласных, а также практически отсутствуют такие универсальные грамматические категории, как: термины родства (их всего три: родитель, ребёнок и слово, для обозначения брата или сестры), прошлое и будущее время (они говорят только о том, что происходит здесь и сейчас), числительные, для цветообозначения они используют два слова, передающие значения «светлое» и «тёмное». В языке пираха нет косвенной речи, они говорят только простыми предложениями и от первого лица. Особенности их быта так же сложно сравнить с другими существующими в мире племенами. Пираха не испытывал влияния цивилизации, но при этом не пошёл по универсальному пути грамматического развития, что говорит о прослеживающейся взаимосвязи между культурой и языком.
Среди отечественных ученых, занимавшихся исследованиями в данной области, стоит отметить вклад В.А. Звегинцева, предложившего подробный анализ основных положений гипотезы Сепира-Уорфа и указавшего на ряд существенных недочетов и неверных ее толкований. В последнее время среди российских ученых наблюдается интерес к исследованию проблем когнитивной лингвистики, в частности, в области пространственного восприятия и концептуализации. В 2006 г. была опубликована работа Б.М. Величковского «Когнитивная наука: Основы психологии познания».
Современные американские исследователи, например, Лера Бородицки, Джон
Люси и Стивен Левинсон на данном этапе развития науки о языке пришли к выводу,
что язык всё-таки оказывает влияние на мышление, но в намного более ограниченной
степени, чем предполагалось ранее. Их труды положили начало новым
исследованиям, изучаемые проблемы были расширены, а благодаря новым техническим
возможностям результаты стали точнее. На данный момент учёные сосредоточились
не на том, чтобы доказать или опровергнуть гипотезу Сепира-Уорфа, а на том,
чтобы исследовать связи и границы между языком и мышлением, языком и культурой,
на том, какое влияние они оказывают друг на друга. Психолингвистами
продолжаются исследования в области цветовосприятия, расширенные до
исследований эмоций, предметного представления, памяти, познавательных
процессов в целом. Часть исследований выведена за границы изучения языка и
направлена больше в область когнитивной науки. Активно исследуется явление
билингвизма.
2.1 Общее определение понятия верификации
Говоря о гипотезе Сепира-Уорфа, не стоит забывать о том, что она, как и любая другая гипотеза, прежде всего входит в область науки и существует именно в научном поле. Для того, чтобы рассматривать её в этом ключе, необходимо понимать, что такое гипотеза и через какие научные методы познания с ней можно работать. Итак, гипотеза - (от греч. hipothesis - основание, предположение) - это «положение, выдвигаемое в качестве предварительного, условного объяснения некоторого явления или группы явлений; предположение о существовании некоторого явления. Выдвигаемая на основе определенного знания об изучаемом круге явлений, гипотеза играет роль руководящего принципа, направляющего и корректирующего дальнейшие наблюдения и эксперименты». Если гипотезу удаётся доказать, то она становится установленным фактом и переходит в разряд теорий или теорем, если же её опровергают, то гипотеза определяется как ложное утверждение. Гипотеза, которую не могут ни доказать, ни опровергнуть (как в случае с гипотезой Сепира-Уорфа), называется открытой проблемой. Гипотеза является формой научного знания. Получение и обоснование объективно-истинного знания в науке происходит при помощи научных методов. Метод, через который в науке принято работать с гипотезой, называется верификация.
Верификация - (от лат. verificatio - доказательство, подтверждение) - определяется как «установление
истинности или эмпирической осмысленности научных утверждений». Понятие
«верификация» широко распространилось в период расцвета неопозитивизма,
понимаемая как принцип верифицируемости, то есть метод определения
осмысленности научных утверждений. Суть принципа верифицируемости заключалась в
том, что осмысленными назывались научные высказывания, которые появились в ходе
получения чувственных данных: наблюдений, экспериментов или измерений. Однако
такое определение принципа верифицируемости ставило науку в жёсткие рамки:
получалось, что научные высказывания универсального характера, в том числе
законы науки, не имели смысла, так как подобные законы не могут быть логически
выведены из конечного множества предложений, полученных путём наблюдения.
Дальнейшие попытки переосмыслить принцип верифицируемости также не привели к
хоть сколько-нибудь значимым результатам, так как всегда опирались на
субъективные представления о научном познании и противопоставляли язык практики
языку теории. Так продолжалось до появления в науке философской концепции
критического рационализма, основателем которой считается Карл Поппер - британский
и австрийский философ и социолог. В противовес принципу верифицируемости Поппер
выдвинул принцип фальсификационизма, который предполагает, что теория может
считаться научной, если существует методологическая возможность её опровержения
через постановку эксперимента, даже если на момент выдвижения теории такой
эксперимент ещё не был поставлен. Принцип, который выдвинул Карл Поппер,
абсолютизирует частные методологические процедуры так же, как и принцип
верифицируемости. Однако введённый им принцип дал важный толчок для дальнейшего
развития методологии. На данный момент в научной методологии верификацию
принято рассматривать как одно из средств проверки гипотез, подчинённое прежде
всего практике.
.2 Процедура верификации в лингвистике: актуальные тенденции
В современной лингвистике уже сложились определённые традиции экспериментальной работы; языковеды в рамках различных установок опираются на экспериментальные методики. Однако эти методики не всегда ясны, что может приводить к разночтениям при обработке результатов экспериментов и в целом к разногласиям в их последующей интерпретации. Данные проблемы возникают в том числе и из-за того, что нет чёткого определения особенностей различных видов лингвистического эксперимента. Некоторые учёные предъявляют к разным видам лингвистических экспериментов одинаковые требования, что непосредственно влияет не корректность исследования. Возникает необходимость чётче разграничить психолингвистический, типологический и семантический эксперимент, а также выявить ключевые требования к ним.
Как и в любой другой науке, в лингвистике эксперимент направлен в первую очередь на верификацию гипотезы (при этом возможны случаи, когда именно благодаря эксперименту открываются новые данные, получение которых не является целью исследователя, так как главная цель эксперимента состоит в направленной верификации). Стоит отметить, что переход гипотезы в статус теории происходит именно на основе экспериментальной верификации выдвинутой гипотезы. Рассмотрим типы лингвистических гипотез, их когнитивный статус и способы верификации.
О.Н. Селиверстова предлагает разграничивать три типа гипотез: гипотезы, которые не представляется возможным доказать в рамках непосредственно лингвистики; гипотезы, для доказательства которых накоплено достаточно эмпирического материала, а от исследователя требуется выстроить систему доказательств; и гипотезы, нуждающиеся в поиске доказательств и специально выстроенной верификационной процедуре.
По данной классификации гипотеза Сепира-Уорфа входит в первый тип - то есть в те гипотезы, которые невозможно доказать в рамках исключительно лингвистики, так как соотношение языка и мышления представляет собой область интереса не только науки о языке. Такого рода гипотезы, как правило, верифицируют с помощью сотрудничества учёных. Исследования проводятся как специалистами в области лингвистики, так и специалистами из других областей науки - психологами, биологами, нейрофизиологами и т.д.
Для верификации гипотезы ключевую роль играет непосредственно эксперимент. «В самом общем виде эксперимент можно определить, как процедуру преднамеренного воспроизведения явления в таких условиях, которые позволяют обнаружить зависимость существования явления от тех или иных параметров. Эти параметры могут быть внешними по отношению к явлению, …однако если можно логически обосновать существование однозначной связи между внешними условиями и внутренними свойствами явления, то в результате целенаправленного варьирования внешних условий можно проверить гипотезы о внутренних свойствах явления …важнейшее условие применения эксперимента - воспроизводимость явления и возможность контролировать условия, от которых оно зависит.