Материал: Зеркало жизни. повесть, рассказы, новеллы, очерки, эссе. Сазонов Э.В., Бойко А.Н

ПО ПЕРЕСЕЧЕННОЙ МЕСТНОСТИ. Повесть

—  Если есть у тебя такая возможность, то задержись в Москве еще на неделю, вдруг ты еще потребуешься для разговора.

В оставшиеся дни перед отъездом Олег, чаще один, реже со Славкой, «изучал» Москву. Посмотрел все 28 станций метрополитена, целый день провел в зоопарке, где его больше всего удивил тюлень Борька, который за лакомство исполнял в небольшом аквариуме разные трюки, обдавая зрителей брызгами воды.

Без всякого преувеличения поразило Олега посещение Московского планетария. Что он знал о небе, в которое смотрел тысячу раз? Ничего. Ну, есть Полярная звезда, есть созвездие Большой Медведицы — и все. А здесь он впервые увидел, как движутся планеты, как перемещаются звезды, как и почему меняются фазы луны, как происходит солнечное затмение. На астрономической площадке около здания пролетария Олег увидел чудо. В центре большого вогнутого зеркала находился металлический сосуд с водой. Сфокусированные лучи солнца нагревали воду, доводили ее до кипения, а вырывающийся из сосуда пар вращал колесо, оно вращало вал миниатюрной турбины, вырабатывающей электрическую энергию, от которой загоралась тут же находившаяся лампочка. А он-то думал, что солнечными лучами с помощью лупы можно только поджечь бумагу.

Вечерами ребята ходили тусоваться по Москве. Их маршрут был однообразный, как правило, от «Маяка» до Охотного ряда. Шли, курили, ели мороженое, останавливались поговорить со знакомыми парнями, реже — с девчонками. Раз им дорогу преградила группа пацанов возрастом помладше, но числом больше. Один из них, крепко сбитый, похожий на цыгана пацан, обращаясь к Косте, видно знал, что он бугор, главный в компании, сказал:

—  Чего не в своем огороде пасетесь, отойдем, базар есть. Славка, наклонившись к Олегу, шепнул:

—  Если драка начнется, не лезь, зашибить могут. Но если нас побьют или повяжут, беги к Костиному брату Витькуґ, ты знаешь, где он живет, и расскажи ему, где мы и что с нами.

Большой драки не было. Сцепились только Костя с цыганом, но ребята их растащили, правда, с последствиями для обоих: у Кости был выбит зуб, а у цыгана затек правый глаз. Константин потом, смеясь, говорил:

—  Давно хотел фиксы вставить, теперь этому будет законное обоснование.

111

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

Три недели в Москве пролетели как один день. На вокзал провожать Олега пришли почти все ребята. Не было только Сергея, он все еще находился под следствием. Олегу надарили кучу подарков: Слава — немецкий перочинный из нержавеющей стали нож, Жора — театральный бинокль: «Будешь девчонок рассматривать», Миша — цепочку: «Подрастешь — медальон или крестик повесишь», Константин — авторучку: «Потом пригодится». Пожали друг другу руки. Костя, прощаясь, сказал:

—  Олег — ты клевый парень, приезжай еще в гости, будем рады увидеться.

Олег сидел в вагоне, ждал отправления поезда и думал: какая странная штука жизнь: ведь чуть меньше месяца назад он ехал в Москву зеленым шкетом, а возвращается назад уважаемым московскими блатарями честным пацаном, уверенным в себе и своих силах. Уверенным настолько, что даже деньги не стал прятать под рубашку, а при всех в вагоне демонстративно положил их в наружный карман брюк.

Заканчивались каникулы. Впереди была школа, очень отличавшаяся от той, которую Олег знал, но не очень любил. В классе будут новые учителя, новые предметы, новые взаимоотношения. Взросление ребят шло быстро. Это взросление Олег почувствовал и на себе, особенно после поездки в Москву: он погрубел, стал более самостоятельным, более уверенным в словах и поступках…

В один из последних дней лета Олег после прогулки возвращался домой. Свернул на свою улицу и увидел, что ему навстречу идет девочка. Даже не идет, а танцует, попеременно подпрыгивая то на одной, то на другой ноге. От прыжков ее каштановые с золотистыми прожилками волосы, растрепанные в изумительном беспорядке, какой только может создать природа, поднимались и опускались в такт прыжков, создавая иллюзию полета. Правой рукой она крутила привязанную шнурком какую-то мягкую игрушку, то ли зайца, то ли медвежонка, а левой пыталась придерживать юбочку, которая от ее ходьбы-танца вздымалась, подхваченная ветром, обнажая выше коленей тонкие длинные ноги. Легкая кофточка обтягивала ее худенькое тело, в котором уже проступали формы, свойственные женской фигуре. Они поравнялись, посмотрели друг на друга, он с удив-

112

ПО ПЕРЕСЕЧЕННОЙ МЕСТНОСТИ. Повесть

лением, а она с улыбкой в своих больших голубовато-серых глазах, и каждый продолжил путь в своем направлении. «Какая симпатичная девчонка, — подумал Олег, — кажется, мы где-то встречались?» Он обернулся: девочка своей танцующей походкой уходила все дальше и дальше, растворяясь в мареве жаркого августовского дня. А вместе с ней уходило его детство.

Глава 3. Юность

Заканчивалось лето, и неумолимо приближалась школьная пора. Школьная жизнь не то чтобы радовала Олега, нет, но он уже не только смирился с ее неизбежностью, она все больше и заинтересовывала его новыми возможностями познания окружающего мира с его положительными и отрицательными проявлениями.

Занятия в школе теперь резко отличались от прежних, к которым привыкли ребята. На каждый урок приходил новый учитель: на урок рус-

ского — Софья Петровна, арифметики — Татьяна Сергеевна, истории — Валентина Ильинична. Но главное, их «покинула» Екатерина Алексеевна, которая раньше одна встречала, учила, хвалила, ругала, жалела и провожала их домой. И теперь вместо Екатерины Алексеевны, их «родной мамы», стала «мама приемная» — их классный руководитель, преподаватель биологии Елена Алексеевна. Однако приемные родители, какими бы они ни были добрыми и хорошими, не заменят родных. К ним надо привыкать, подстраиваться под них, да и им тоже надо ощутить в себе родительский долг. Но с этими изменениями в школьной жизни ребята получили и определенную, дурманящую душу свободу, которой еще надо было научиться пользоваться. Стали массовыми уходы с уроков, резко упала успеваемость, класс стал «расползаться» на группировки. Одна из них, с агрессивно настроенными ребятами, объединилась вокруг Сергея Дедова, другая, более сдержанная, — вокруг Алика Кузнецова. Ребята быстро взрослели.

113

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

Только Олег, который еще не восстановил дружеские отношения с ребятами после случая с экзаменами, был вроде сам по себе. Он очень изменился — погрубел, в нем стала явно проявляться уверенность в своих поступках, в своей силе. Это, по всей видимости, не было вызвано возрастными изменениями, они так резко не наступают. Это, скорее всего, были последствия его московских «похождений». Они не давали ему покоя, просились наружу, о них надо было кому-то рассказать. Но кому? Отцу нельзя — потеряешь навеки его доверие, Юрке и Жорке — поймут ли они его, да еще и подумают, что он хвастается? Тем не менее, такой человек был и знал про подобные истории не понаслышке. Одно его близкое знакомство с Тимофеем Малаховым — Фимой Малахом, — говорило о многом. Это был Сергей Дедов. Да и повод для разговора вскоре представился…

Олег, куда-то опаздывая, бежал по коридору и при выходе на лестничную клетку столкнулся с Васькой Рыжиковым из седьмого класса, известным задирой. Хотел проскочить дальше, но тот схватил его за плечо, остановил, требовательно спросил:

—  Куда прешь, малолетка, почему старших не уважаешь?

Олег понял, что разборки не избежать, вспомнил московские уроки Кости и без всяких «А ты кто такой?» — «А кто ты такой?» ударил кулаком Рыжего в лицо.

—  Ой, — сказал Васька и отпустил плечо Олега.

Олег продолжил, не оборачиваясь, свой путь, ожидая погони

ивозможного избиения. Но погони не было. «Наверное, Рыжиков меня будет поджидать после уроков на улице», — подумал Олег. Но

итам его не было.

Вечером к Олегу пришел списать домашнее задание по арифметике Сергей Дедов, спросил:

—  Пацаны говорят, ты Васю за что-то отметелил, у него левый глаз заплыл. Смотри, он злопамятный, отомстит — не пожалеешь!..

—  Да не избивал я его, всего один раз ударил, чтобы он отцепился от меня.

—  А откуда ты так драться научился, вроде за тобой это раньше не замечалось?

Пришлось Олегу все рассказать Сергею о своей поездке в Москву: и про ребят, и про драки, и про милицию. И даже немного присочинить:

114

ПО ПЕРЕСЕЧЕННОЙ МЕСТНОСТИ. Повесть

—  Московские кореша сказали, что если мне нужна будет какая­ -либо помощь, они приедут, помогут.

Сергей искренне удивился:

—  Не ждал я от тебя такого. А помочь тебе здесь я смогу и без них, не бзди.

И вдруг задал неожиданный вопрос:

—  А тебе было интересно участвовать в краже? —  Так я же не знал, что они занимаются кражей. —  А когда узнал?

—  Тогда стало страшно. —  Страшно почему? —  А вдруг поймают. —  Так ведь не поймали.

—  Но со мной разговаривал участковый милиционер.

—  Разговаривал, а не допрашивал. Это большая разница, — резюмировал Сергей, и вновь задал неожиданный вопрос:

—  Ну, а ты сам сможешь чего-нибудь украсть? Не обязательно деньги, а какую-нибудь вещь, например.

—  Зачем? — вопросом на вопрос ответил Олег.

—  Ну, доказать, что ты правильный пацан, что тебя не зря уважают московские щипачи, и будут уважать воронежские.

—  Нет, наверное, не смогу. Может… в чем-то помочь — да, а сам — нет.

—  Но ведь помощь в воровстве — это тоже воровство. —  Тогда нет — ни то, ни другое.

—  Согласен, пусть будет так, как есть. Главное — ты настоящий пацан, — подытожил Сергей.

Школьная жизнь стала постепенно налаживаться. Было проведено родительское собрание совместно с учениками всех пятых классов. Директор пригрозил отчислением из школы учеников за неуспеваемость и пропуски занятий. И покатились, побежали школьные деньки, перемешиваясь с праздничными днями, походами в кино, на каток, в театр. Школа становилась для ребят вторым, а для некоторых и первым домом. Мальчишки без всяких на то просьб учителей приходили раньше начала занятий, оставались после уроков для выпуска стенных газет, работы в кружках, подготовки школьных вечеров, участия в спортивных соревнованиях.

115