Материал: Зеркало жизни. повесть, рассказы, новеллы, очерки, эссе. Сазонов Э.В., Бойко А.Н

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

Пролетели новогодние 1949 года праздники, долго ожидаемая весна, экзамены за 5-й класс. Наступило лето. По правде говоря, «луговая жизнь» во время летних каникул стала надоедать Олегу из-за своего однообразия. Хотелось расширить круг знакомств, пообщаться не только с ребятами, но и с девчонками. Ведь от природы не спрячешься. Слова «девочки», «девчонки» все чаще стали появляться в лексиконе ребят: кто-то ходил с «девчонкой» в кино, ктото играл с ними в мяч, а Серега Васютин даже заявил, что целовался с Наташкой Королевой. Наташку, рыжую озорную девчонку с Выборгской улицы, хорошо умеющую плавать и бегать, ребята держали «за свою», принимали в свои игры.

«А что если снова поехать в пионерский лагерь? — подумал Олег. — Там этого «общения», и с девочками тоже, хоть отбавляй». Выбрал удобный момент для разговора с матерью, сказал:

—  Ты знаешь, я, кажется, дозрел до пионерского лагеря. —  Этот вопрос не ко мне, решай с отцом, — ответила мама.

Отец выслушал Олега, сказал, что не возражает, но чтобы все было по-серьезному — никаких побегов из лагеря и досрочных возвращений домой.

—  Ты когда бы хотел поехать? — спросил он сына.

—  Если можно, то во второй поток, в июле, в июне у нас соревнования по авиамоделям, — попросил Олег.

Уже почти год как Олег занимался в авиамодельном кружке Дворца пионеров. Это, как часто бывает, получилось неожиданно.

Осенью Олег и его друзья — Вадик Богомаз, Андрей Долгополов и Алик Кузнецов, возвращались домой после каких-то внешкольных мероприятий. Остановились на улице Карла Маркса напротив красивого, расположенного в глубине двора здания, в котором размещался Дворец пионеров.

—  Мы пионеры? — спросил ребят Алик. —  Пионеры, — ответили ребята.

—  Значит, дворец наш? — продолжал Кузнецов. —  Наш!

—  Зайдем, посмотрим, что там внутри? В вестибюле их встретила дежурная.

—  Вы что хотите, мальчики?– спросила она.

—  Да вот, интересуемся, чем здесь занимаются ребята.

116

ПО ПЕРЕСЕЧЕННОЙ МЕСТНОСТИ. Повесть

—  У нас имеются разные кружки, вот там, на стенде, есть расписание их работы, кроме того, мы проводим смотры художественной самодеятельности школьников, организуюем литературные вечера… всего не перечислишь.

—  А в какой-нибудь кружок можно записаться?

—  Можно, выбирайте время, когда он работает, и подходите к руководителю кружка. Его имя и фамилия тоже там, на стенде.

После долгих споров ребята определились в выборе кружков: Алик выбрал физико-технический кружок, Вадик — музыкальный, Олег — авиамодельный, Андрей ничего не стал выбирать.

—  Подожду пока, посмотрю, как у вас получится, — с некоторым ехидством сказал он.

Выбор Олега предопределили два обстоятельства. Во-первых, этот кружок связан с авиацией, а кто из ребят не мечтает стать летчиком? Во-вторых, занятия пением, танцами, рисованием он считал делом вторичным, сейчас главное — техника, она, как говорит отец, определит будущее страны. Всю зиму сорок восьмого года и весну сорок девятого Олег с большой охотой ходил на занятия кружка. Ему нравилось, хотя и не все сразу получалось, вырезать из бамбука тонкие рейки, склеивать и придавать им форму крыльев, вытачивать из дерева винты-пропеллеры. Ему нравился руководитель кружка Виктор Иванович, человек с умелыми руками, с доброй душой, с мягкой манерой разговора. Младшие ребята, только начинающие занятия в кружке, делали обычно только отдельные заготовки или помогали старшим кружковцам собирать фюзеляжные модели самолетов. Однако уже к весне Олег собрал свою первую самую простую модель планера, испытал ее с другими ребятами во дворе дворца, а к лету подготовил схематическую модель самолета с резиновым двигателем. С этим самолетом он и собирался выступить на соревнованиях. Перед соревнованиями мальчишки много тренировались «на воздухе», отрабатывали приемы запуска моделей. От правильного запуска модели зависит длина ее полета, что является главным, определяющим в соревнованиях.

—  Олег, Олег, не рви руку, дай самолету свободу, отпусти его плавно, он сам выберет свою траекторию, — поучал Виктор Иванович. — Задерешь его нос — он на «хвост» сядет, опустишь — он в землю зароется.

117

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

Соревнования для Олега оказались плачевными. Участникам давались три попытки. Первая оказалась неудачной: модель продержалась в воздухе значительно меньше времени, чем на тренировках. А при второй попытке то ли от неизвестно откуда взявшегося порыва ветра, то ли от неопытности «пилота» самолет опрокинуло, он ударился о землю и сломался. Надо же, столько затрачено труда и все понапрасну. У Олега слезы на глазах навернулись.

—  Брось, не переживай, — успокаивал его Виктор Иванович, — со всеми это может случиться. У тебя, в общем, все неплохо получается. Дам тебе книжки на каникулы, почитаешь, а осенью начнем собирать самолет с механическим двигателем. Крепись.

…В пионерском лагере Олега приписали ко второму, старшему, отряду. В лагере почти ничего не изменилось. Остались, как и два года назад, начальник лагеря Илья Александрович, старшая пионер­ вожатая Вера Ильинична, физрук Аркадий. А вот вожатым их отряда вместо Жени теперь был студент-филолог из университета Костя Громов. Как старым друзьям обрадовался Олег встрече со Стасом Вороновым и Гришей Горидзе, отдыхавшими здесь третий год подряд. И все же что-то изменилось, стало по-новому. Изменилось, прежде всего, в самом Олеге: он стал по-другому относиться к лагерной жизни. Стал, как это случилось и со школой, принимать то, что нельзя изменить, как должное. Теперь и ранний подъем, и зарядка, утренние и вечерние линейки с пением Гимна Советского Союза, хождение строем в столовую воспринимались Олегом без неприязни, принимались им как необходимый атрибут лагерного распорядка. Новое было еще и в том, что изменился его взгляд на девочек. Какое-то все возрастающее в Олеге желание подталкивало его к сближению с противоположным полом. А может быть, все это казалось ему, и он просто хотел подражать ребятам, водившим дружбу с девчонками?

Получилось так, что тоже через год, и тоже на второй поток, приехала в лагерь Светлана Коровина, та самая девочка, которая читала вечером у костра стихи про Зою Космодемьянскую. Она была ему симпатична, но он с нею так и не познакомился тогда из-за своего скоропалительного отъезда домой.

Светлана была высокой, чуть-чуть выше Олега, немного полноватой девочкой-девушкой, с овальным лицом, на котором выделялись

118

ПО ПЕРЕСЕЧЕННОЙ МЕСТНОСТИ. Повесть

большие серые глаза, и с темными, закрученными на затылке в тугой узел, волосами. Ее внешность говорила о мягком, душевном характере, однако твердая, немного широкая походка противоречила этому.

Ребята из второго отряда почти каждый вечер, если не было кино, разводили костер, у которого до отбоя устраивали вместе с девчонками посиделки: читали стихи, рассказывали разные истории, пели без аккомпанемента или под баян дяди Васи песни. Песни были хорошие, душевные и все больше военные. А дома, в Воронеже, где он жил, в моду входила «дворовая» музыка. Во многих домах были радиоустановки, из которых на всю округу, иногда заглушая друг друга, «неслись» песни, которые нравились Олегу и его друзьям. Они с удовольствием слушали «Сашку», «Татьяну», «Мое последнее танго» Петра Лещенко, «Осень», «Мой костер» Вадима Козина, «Если можешь, прости», «Мой нежный друг» Изабеллы Юрьевой, «Пару гнедых», «Тайну», «Одессита Мишку» Леонида Утесова. Из разговоров с ребятами Олег понял, что этих песен многие, если не большинство из них, не знали. Иногда у костра устраивали вечер стихов, и здесь все было наоборот: мальчики и девочки читали стихи авторов, о существовании которых Олег и не подозревал. Он хорошо знал стихи школьной программы — Пушкина, Лермонтова, Некрасова. А тут — Сергей Есенин, Марина Цветаева, Александр Твардовский, Ольга Берггольц, Вера Инбер. На этих вечерах поэзии выделялась Светлана. Количество знаемых ею стихов и манера их чтения удивляла не только ребят, но и воспитателей. Бывали дни, когда Светлана практически весь вечер одна читала стихи, отрывки из поэм.

В один из вечеров Олег подсел к Светлане, спросил: —  Откуда ты знаешь так много стихов?

—  Наверное, от мамы, — ответила она, — мама очень любит поэзию, сама немного пишет. А еще я занимаюсь в драматическом кружке Дворца пионеров.

—  И я там занимаюсь, только в авиамодельном. Но мы поче- му-то там не встречались?

—  Может быть, встречались, но мы не были знакомы, — сказала Светлана.

—  А я, к тому же, не знал, что ты такая симпатичная, замечательная девчонка, — впервые в жизни, сам того не подозревая, Олег объяснялся в любви.

119

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

Светлана засмущалась, улыбнулась, перевела разговор на другую тему, спросила:

—  Ты в какой школе учишься?

—  В 10-й мужской, что под Митрофановским монастырем, у самого луга. А ты?

—  Я учусь в 9-й, женской, в конце улицы Карла Маркса, у Чугуновского кладбища, — сказала Светлана и, как бы отвечая на любезность Олега, добавила: — А ты здорово плаваешь, я видела.

—  А почему ты не ходишь с нами купаться к железнодорожным мостам? Там речка широкая и глубокая, есть, где порезвиться.

—  Потому что я не умею плавать… —  Вот те на! А еще чего ты не умеешь? — поинтересовался Олег.

—  Не умею кататься на велосипеде, — призналась Светлана.

—  Плавать я тебя вряд ли научу, а вот кататься на велосипеде — попробую, но не здесь, а в Воронеже, — пообещал Олег.

С этого дня, вернее вечера, Светлана и Олег много времени проводили вместе: в походах, во время просмотра фильмов, у костра. Олегу приятно было сидеть рядом со Светланой, прижавшись так, что были слышны удары ее сердца. Когда они оставались одни, Светлана разрешала поцеловать себя в щеку. Их отношения не остались незамеченными для ребят: кто-то подшучивал, кто-то намекал на любовь. А что это было для них?.. Для Олега и Светланы это, конечно, была дружба с первыми, очень робкими ростками влюбленности, это были первые опыты отношений между будущими мужчиной и женщиной.

20 дней для Олега промелькнули, как один день. В один клубок сплелось все: линейки, костры, походы, спортивные соревнования, ранние побудки и ненавистные зарядки. Но из всего этого выделялось очень приятное, нежное, ласкающее душу явление, имя которому было «Светлана».

На следующий поток Олег не остался. Не остался потому, что не предупредил родителей, и они не забронировали путевку. И еще потому, что Светлана тоже уезжала домой.

В Воронеже встречи Олега со Светланой продолжались. Они были не частыми: несколько раз ребята были в кино, ходили в краеведческий музей, в котором также размещался и музей изобразительных искусств. Краеведческая часть музея Олегу не понравилась — уж

120