Материал: Зеркало жизни. повесть, рассказы, новеллы, очерки, эссе. Сазонов Э.В., Бойко А.Н

ПО ПЕРЕСЕЧЕННОЙ МЕСТНОСТИ. Повесть

—  Олег, дорогой мой, милый, и мне тоже не хватает тебя, но я держусь, перебарываю себя, хожу на занятия, сдаю зачеты.

—  Значит, ты сильнее меня.

—  Да брось ты! Я догадываюсь о твоей болезни и, кажется, знаю, как ее вылечить.

—  Как?

—  Нам надо встретиться наедине. А вот где и когда — проблема: на даче — родители, дома — Женя.

—  Пойдем на речку.

—  Нет, тебя определенно надо вести к психиатру. Потерпи, и завтра вечером, часов в восемь, позвони мне.

Олег сидел дома, смотрел на часы и думал о несправедливости жизни: когда опаздываешь — время мчится, как угорелое, когда ожидаешь чего-нибудь, — оно как бы застывает на месте. Вот и сейчас стрелка часов, как будто уставшая от однообразия своей работы, подползала к восьми часам, как ползет обессилевший странник в пустыне к колодцу со спасительной водой. Без пяти минут восемь Олег подошел к телефону-автомату на Большой Стрелецкой улице и ровно в восемь бросил монету в щель автомата. Монета звякнула и выскочила наружу. В чем дело? Олег повторил попытку — тот же результат. До него дошло: телефон-автомат не работает. «О, боги! За что?», — раздался в душе Олега крик. Что делать: бежать к следующему телефону? Это далеко. Или пойти в школу и упросить сторожа разрешить позвонить по телефону.

В школе дежурил добрый, одноногий, несильно пьющий Василь Макарыч. Он уже был чуть под хмельком, сидел на лавочке, курил самокрутку и размышлял о судьбе мира.

—  Здравствуй, дядь Вась.

—  Здравствуй, Олег. Скажи мне, а будет третья мировая война? —  Обязательно будет.

—  Жаль, сколько снова безвинных людей погибнет. —  Дядя Вася, срочно позвонить надо.

—  А автомат зачем? —  Он не работает. —  Тогда звони. Олег набрал номер: —  Здравствуй, это я.

181

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

—  Здравствуй, Олег. Я жду тебя, приходи. —  Когда?

—  Как соберешься, так и приходи. —  Бегу!

Олег положил трубку телефона и почувствовал, что рубашка на его спине трещит по швам от прорезающихся крылышек. Он оттолкнулся от грешной земли, взлетел в воздух, приземлился у себя во дворе, чтобы оборвать сирень, и следующим перелетом добрался до дома Ксении.

Дверь открыла Ксения. Олег завалил ее сиренью, прижал к себе, затем отстранился и одними глазами спросил: «Кто дома?»

—  Мы одни, — ответила Ксения, — родители на даче, Женя придет поздно, но придет обязательно. Он утром уезжает на испытания, связанные с дипломным проектом.

Они чудесно провели вечер. Пили чай, слушали музыку, споря до хрипоты о стилях джаза и его исполнителях. В этот вечер Олег впервые серьезно заговорил о своих планах на дальнейшую учебу. Хотел послушать, что думает по этому поводу Ксения.

—  У меня сейчас, независимо, получу я медаль или нет, есть три предложения: от мединститута, от твоего строительного института и от университета. Медиком я себя не вижу, строителем — тоже,

ивсе больше и больше склоняюсь к университетскому образованию. Со мной еще раз разговаривал заведующий кафедрой физкультуры университета Владимир Никандрович Пластилин. У них в этом году открывается новая перспективная инженерная специальность «гидрология суши».

—  А чем эти самые гидрологи занимаются?

—  Как мне объяснили, они изучают речной сток, режимы озер

иледников, ведут подготовительные работы для строительства разных гидротехнических сооружений — от прудов для орошения до гидроэлектростанций.

—  То есть, как я понимаю — это работа экспедиционная, камеральная и проектная. Смотри и решай сам, я здесь тебе не советчик. Мне, извини за меркантильность, главное, чтобы ты был со мной.

Эта последняя фраза Ксении его удивила и неприятно задела. Уж слишком далеко она заглядывала в будущее. С одной стороны это было мило, говорило об ее отношении к нему. А с другой стороны,

182

ПО ПЕРЕСЕЧЕННОЙ МЕСТНОСТИ. Повесть

он исподволь почувствовал притязания на свою свободу. Олег любил Ксению здесь и сейчас и не хотел думать, что будет завтра. А Ксения продолжала:

—  Олег, у нас дома традиционно отмечают праздник Победы. Приходят самые близкие друзья папы и мамы. Родители просили тебе передать приглашение. Придешь?

—  Даже не знаю. Ребята решили в этот день устроить проводы школьных лет.

—  Но это обычно делают на выпускном вечере.

—  На выпускном вечере как-то все официально. А мы хотим проводить школу так, как проводили вместе долгие годы: поиграть, накупаться, сварить ухи, выпить вина. Я бы хотел, чтобы ты пошла со мной. Узнаешь моих друзей, и, может быть, изменишь свое мнение обо мне, и необязательно в лучшую сторону. Помнишь, у Сервантеса: «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу тебе, кто ты».

—  А девочки будут?

—  Обязательно, но, по-моему, только из нашей школы. Ты будешь первой «иностранкой» в нашей компании.

—  Олег, как-то страшно.

—  Да что ты! Тебе с твоими способностями располагать к себе людей нечего бояться. Да и я тебя подготовлю. Заодно зайдем к нам домой, познакомлю тебя с мамой и братьями.

—  А как же быть с приглашением моих родителей?

—  Предлагаю такой вариант: днем мы побудем с ребятами, а вечером придем пить чай к вам. Объясни маме — она, я думаю, поймет.

—  Олег, а что мне подарить твоей маме. Она любит духи?

—  Любит. Я ей когда-то, на первые свои деньги, купил духи «Белая сирень», так у нее в шкафчике по сей день флакон от них уже давно пустой стоит.

—  А что взять из еды?

—  Накупи каких-нибудь пончиков, пирожков с повидлом или с мясом. Остальное — моя забота. А теперь слушай внимательно: на всякие мелкие фривольности, на не совсем литературные выражения просто не реагируй; а если кто-нибудь, допустим, попытается обнять тебя, поцеловать, — ради Бога, не кричи «Олег», а приложись к его щечке своей нежной ручкой так, как подаешь волейбольный мяч, и все станет на свои места. А как ты плаваешь?

183

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

—  Не очень.

—  Тогда без меня в воду не лезь, а то могут утопить. —  Как утопить?– испугалась Ксения.

—  Да так. Есть у нас шутники. Поднырнут, схватят человека за руку или за ногу и под воду тащат.

—  Ну, и друзья у тебя!

—  А что с них взять — шпана гусиновская, — пряча улыбку и стараясь быть серьезным, сказал Олег. — Да шучу я, шучу. Но все же, без меня не купайся. Повторяю: это все — на всякий случай. Жорка и я будем держать тебя все время «под прицелом». Да, если вдруг поймаешь на себе пристальный взгляд Жорки — прости его, он от тебя без ума…

Когда Ксения уснула, Олег тихо выбрался из-под одеяла, взял свою одежду и так же тихонечко пошел в ванную комнату переодеться. На часах было пятнадцать минут первого. Он умылся, оделся, открыл дверь ванной и обомлел: перед ним стоял улыбающийся Женя. Женя приложил указательный палец правой руки к своим губам, потом сложил ладони наподобие подушки, наклонил к ним свою голову и показал глазами на комнату Ксении — дескать, пусть спит, взял Олега за руку и увел на кухню.

—  Будешь кофе? — спросил Женя.

—  Спасибо, нет, мне надо пойти выспаться, сегодня пишем контрольную по математике.

—  Ну, на твоем сне этот кофе вряд ли отразится, а мне еще надо поработать, подготовиться к завтрашней, вернее, к сегодняшней поездке.

Олег выпил кофе, попрощался с Женей и пошел домой.

Ксения повернулась во сне, протянула руку, не обнаружила

вкровати Олега и мгновенно проснулась. Набросила халат, вышла

вприхожую, пошла в кухню, увидев там свет. В кухне за столом сидел Женя, что-то писал, время от времени попивая кофе. Рядом с его чашкой стояла вторая, пустая. Ксения подошла, потрогала ее рукой — она была еще теплой, и поняла, что Олег и Женя виделись. Она вопросительно, с некоторой растерянностью посмотрела на брата.

—  Ксения, не волнуйся и не бери ничего себе в голову, — сказал Женя. — Для меня ваши отношения с Олегом не новость. Думаю, что и родители о многом догадываются. Ты девица бесхитростная и твой

184

ПО ПЕРЕСЕЧЕННОЙ МЕСТНОСТИ. Повесть

вид, и твое поведение говорят сами за себя. В последнее время ты буквально преобразилась: из красивого распускающегося бутона ты превратилась в прелестную, благоухающую розу. Это происходит, как правило, тогда, когда человек влюбляется. Любишь Олега?

—  Да.

—  Мне он тоже нравится: целостный парень, красивый. Да и жизнь, видимо, повидал, но мне кажется, что она его не очень жаловала. А уж о спорте не говорю: он там человек известный.

Днем 8 мая, после школы, пока мама была на работе, Олег занялся генеральной уборкой дома. Спрятал в подвал все нужные и ненужные вещи, вымыл полы, заставил братьев помыть окна и подмести во дворе. Через два часа дом блестел, как пряжка на ремне матроса-крас- нофлотца. Мама, вернувшись домой и увидев проделанную детьми работу, не то чтобы удивилась, она просто испугалась:

—  Мальчики, в чем дело? Вас кто-то подменил или мы ждем в гости царя-батюшку?

—  Ждем, ждем, — ответили братья, — только не царя-батюшку, а невесту Олега Ксению.

—  Цыц, малявки, — шутливо приказал Олег. — Ксения не невеста мне, она моя подруга и завтра придет к нам в гости. А гостей надо встречать в прибранной квартире, причесанными и с чистыми ушами. Прошу обратить, кому следует, на это внимание.

—  Тогда я буду просить Ксению приходить к нам почаще, — сказала мама. — Может быть, тогда у нас, наконец, носки грязные по комнатам валяться не будут, а кровати — аккуратно застланы?

Утром 9 мая Олег встретил Ксению почти у самого ее дома. Она была гладко причесана, в цветастом сарафане, в спортивных туфлях и с огромной сумкой в руке. Олег перехватил сумку, сразу почувствовал ее тяжесть, спросил:

—  Ты что, туда кирпичей наложила?

Ксения, освободившись от ноши, прижалась к Олегу, поцеловала его в щеку, сказала:

—  Здравствуй, Олег. С праздником тебя. В сумке кирпичей нет, там мои вещи, еда, питье. Если считаешь, что там что-то лишнее — выброси.

185