Материал: Hrestomatia_2_2

Тема 12. Психология мотивации

ляется с жизненными фрустрациями при помощи наркотиков. Таким образом, «сидящий на игле» — это человек, сформировавший приобретен­ную и автономную мотивационную структуру¹.

3. Круговые механизмы. Каждый наблюдал, как ребенок почти бес­ конечно повторяет одно и то же действие. Добродушные родители под­ нимают ложку, вновь и вновь бросаемую малышом. От этой игры роди­ тели устают гораздо раньше малыша. Такая же нескончаемость свой­ ственна детской болтовне, манипулированию и игре. Каждая активность дает «обратную связь» в сенсорные отделы, тем самым поддерживая «круговой рефлекс»². Признаться, этот пример иллюстрирует только вре­ менную функциональную автономию. Однако он демонстрирует важ­ ность наличия некоторого нервного аппарата для поддержания паттер­ нов активности без необходимости прослеживать каждый акт до моти­ ва-влечения.

4. Персеверация задания. Многие эксперименты показывают, что незавершенные задания повышают напряжение, удерживающее человека за работой, пока задача не завершена (неважно, сколько времени она за­ нимает). Даже тривиальная задача может потребовать значительного времени. Попросите испытуемого провести час, придумывая и записывая все возможные слова, начинающиеся с буквы «С». Когда он покинет ка­ бинет экспериментатора, даже во сне и, быть может, на следующий день он будет устойчиво продолжать, не желая того, вспоминать новые слова на «С»³. Здесь функциональная автономия также имеет короткую про­ тяженность, но суть в том, что для объяснения временно находящейся в разгаре самоподдерживающейся динамической системы не требуется ги­ потеза о самоутверждении, соперничестве или любой другой базовой по­ требности.

Гештальт-психологи говорят о «тенденции завершения» (Gestalt-drang), которая продолжает действовать вплоть до завершения задачи. Известно, что запоминание незавершенных задач лучше, чем завершен­ных⁴. Любое незаконченное задание давит в направлении продолжения работы над ним.

¹ См.: Lindesmith A.R. Opiate addiction. Bloomington (Ind.): Principia Press, 1947; WilkerA. Opiate addiction: Physiological and neurophysiological aspects in relation to clinical problems. Springfield (III.): Charles C. Thomas, 1953.

² См.: Holt E.B. Animal drive and the learning process. N.Y.: Holt, Rinehart and Winston, 1931. Ch. 7, 8. На более высоком уровне анализа Ф.Г. Олпорт поднимает вопрос, не обла­ дают ли все «структуры событий» (по присущей им природе) качеством самоподдержа­ ния на физическом, психологическом и социальном уровнях (Allport F.H. Theories of perception and the concept of structure. N.Y.: Wiley, 1955. Ch. 21).

³ См.: Kendig I. Studies in perseveration // Journal of Psychology. 1936. Vol. 3. P. 223-264.

⁴ См.: Zeigarnik B. Ober das Behalten von erledigten und unerledigten Handlungen // Psychologische Forschung. 1927. Bd. 9. S. 1-5. <Pyc. пер.: Зейгарник Б. Запоминание закон­ ченных и незаконченных действий // Левин К. Динамическая психология. М.: Смысл, 2001. С. 427-495.>

^{ОлпортГ. Трансформация мотивов 55}

В удвортс первоначально говорил о «привычках, становящихся вле­чениями». Это утверждение приемлемо только отчасти. Будучи однаж­ды выученными, большинство привычек становятся просто инструмен­тальными навыками. Мы пользуемся своей пишущей машинкой, автомо­билем или языковыми привычками только для обслуживания своих активных мотивов. Однако «привычки, стремящиеся вверх» высоко ди­намичны. Ребенка, только учащегося говорить и ходить, похоже, влечет к совершенствованию этих умений. Подросток не имеет покоя, пока не доведет до совершенства свое умение кататься на коньках, танцевать или водить машину. Конечно, некоторые умения никогда реально не стано­вятся совершенными. Концертирующего пианиста ежедневно влечет к многочасовым занятиям. Мы можем заключить так: влекущей силой обладают не совершенный талант или автоматическая привычка, а, ско­рее, несовершенный талант и привычка в процессе становления.

5. Знакомство и рутина. Джон Дьюи писал: «Суть рутины — наста­ивать на своем собственном продолжении. Нарушение ее — это оскверне­ние прав. Отклонение от нее — проступок»¹.

Как мы видели, бесконечное повторение имеет свойство навязчивос­ти, особенно в детстве. Если вы рассказываете историю маленькому ребен­ку, он не позволит вам вносить вариации при повторном рассказе. Всегда лучше знакомые игровые предметы, пища, семейные обычаи. Поездки, на­пример, в летний лагерь, часто вызывают острую тоску по дому. Как ука­зывает Пиаже, детская моральность — это, главным образом, моральность обычая, послушания и рутины².

Читатель может возразить, что знакомая обстановка — это только условное подкрепление, которое будет удовлетворять наши влечения. Так, наша обычная кровать связана с освежающим сном; она нравится нам, потому что она является «вторичным подкрепителем» отдыха. Но это объяснение неудовлетворительно. Удовольствие, идущее от знакомой по­стели, — это не удовольствие сна, а удовольствие простой знакомости. Ребенок находит не больше удовлетворения голода в знакомой пище, чем в новой, но хочет знакомой. А какое влечение удовлетворяется точным повторением рассказа?

Динамизм рутины можно обнаружить, когда влечения отсутствуют или встречают на пути препятствия. Например, иногда случается, что мы попадаем в новый город и теряем чувство направления. Мы думаем, что восток — это север, или что север — это юг. Это состояние «переверну­тости» досадно и явно не удовлетворяет влечений, но оно сохраняется. Быстро устанавливается система координат, становящаяся для нас рути­ной и почти не поддающаяся коррекции. Мы не хотим этого, но не мо­жем избавиться от нее.

¹ Dewey J. Human nature and conduct. N. Y.: Holt, Rinehart and Winston, 1922. P. 78.

² _{См.: Piaget J. The moral judgement of the child. N. Y.: Harcourt, Brace, 1932.}

₅₆

Тема 12. Психология мотивации

В серии экспериментов Маслоу показал, что у людей быстро развиваются предпочтения к произведениям искусства и даже к иностранным именам, ко­торые они раньше встречали. Они считают, что русское имя, раз-другой встре­чавшееся им раньше, более благозвучно, и нравится им больше, чем совершен­но новое русское имя¹.

Предположим, вы присутствуете на конференции, где есть утренние и дневные сессии. Не обнаружите ли вы, что все участники днем садятся на те же места, которые занимали утром? И если конференция продолжается несколько дней, пространственная привычка устанавливается прочно. Эта рутинизация не удовлетворяет влечений, если только желание однообразия (знакомости) само не является влечением.

Гарднер Мэрфи ввел понятие, которое частично (но только частично) пере­секается с функциональной автономией. Он называет это канализацией². Этот автор указывает, что притяжение знакомого часто тесно связано с удовлетво­рением влечений.

Мы хотим удовлетворять наши потребности знакомым способом. Боль­шинство из нас ест три раза в день, а не два или пять. Этот ритм приема пищи не является независимым от влечения голода, но определяет его и наклады­вает на него это выработанное предпочтение. Некоторые люди не могут нор­мально спать иначе, чем только на одной подушке, на двух подушках или вообще без них. Всем нужен кислород, но некоторые люди — энтузиасты све­жего воздуха и любят, чтобы в их спальнях дул сильный ветер; другие пред­почитают, чтобы свежий воздух проникал через щелочку. Времена, места и сезоны, которые мы выбираем для еды, питья, выделения и сексуальной актив­ности, высоко индивидуальны и являются очень важными компонентами об­щего мотивационного паттерна.

Но, строго говоря, такая приобретенная привязанность не является функцио­нальной автономией, ибо всегда присутствует мотив базового влечения. В то же самое время, иногда влечения вообще едва ли могут действовать, если не полу­чают удовлетворения высоко индивидуальные приобретенные вкусы. И потому мы делаем вывод, что понятие канализации в основном принадлежит к теори­ям «неменяющихся энергий», а не к функциональной автономии, хотя и имеет с последней поверхностное сходство.

Собственная функциональная автономия. До сих пор мы фиксиро­вали свое внимание на относительно «низкоуровневых» процессах, показы­вающих переход раннего динамизма в более поздний. Последний выраста­ет из первого, хотя уже от него не зависит. Во всех своих иллюстрациях мы предполагали, что некоторые виды передаточных механизмов или механиз­мов обратной связи работают на поддержание систем на их нынешнем уровне, даже если эти системы подвергаются внутреннему изменению.

Нам, однако, не удастся объяснить все взрослые мотивы, если мы ос­тановимся на этом. Прежде всего, если бы мы так сделали, итоговая кар­тина личности напоминала бы ремонтную мастерскую, полную механичес­ких самозаводящихся хронометров, показывающих разное время. Лич-

¹ См.: Maslow A. H. The influence of familiarization on preference // Journal of Experimental Psychology. 1937. Vol. 21. P. 162-180.

² _{См.: Murphy G. Human potentialities. N. Y.: Basic Books, 1958.}

_{ОлпортГ. Трансформация мотивов 57}

н ость содержит много таких самоподдерживающихся систем, но ее глав­ная энергия — господствующая система мотивации — дает ей больше единства, чем могут дать отдельные персеверативные системы. Следова­тельно, наше описание не может быть полным, пока мы не свяжем поня­тие функциональной автономии с проприативными функциями личнос­ти. Рассмотрим несколько примеров, относящихся к этому уровню фун­кциональной автономии.

1. Способность часто превращается в интерес. Установлено, что люди обычно любят делать то, что могут делать хорошо (корреляция меж­ду способностями и интересами высока). Но первоначальным основанием для обучения навыку может быть вовсе не интерес. Например, студент, ко­торый сначала выбирает область занятий в колледже из-за того, что это требуется, нравится его родителям, или потому что занятия приходятся на удобное время, может в конце концов увлечься темой даже на всю жизнь. Первоначальные мотивы могут быть полностью утрачены. То, что было средством достижения цели, становится целью самой по себе.

Верно, что упражнение талантов способного человека часто вознаг­раждается. Но упражняется ли он просто для получения вознаграждения? Это кажется маловероятным. И такая мотивация не объясняет влечения, стоящего за гением. Мотив гения — творческая страсть сама по себе. На­сколько несерьезно думать о том, что самоотдача Пастера коренилась в его заботах о вознаграждении, здоровье, еде, сне или семье. В пылу исследова­ний он надолго забывал обо всем этом. И такая же страсть двигала гения­ми, которые в течение жизни не получали почти или совсем никакого воз­награждения, как Галилей, Мендель, Шуберт, Ван Гог и многие другие.

Важно заметить, что основные жизненные интересы редко ясно фор­мируются и даже определяются в детстве (исключение — музыкальная одаренность).

В одном исследовании старшеклассников было показано, что устойчивость их интересов за трехлетний период (с 10 по 12-й класс) имеет корреляцию, равную только 0.57, тогда как тот же тест показал гораздо более высокую ста­бильность интересов более чем за двадцатидвухлетний период после оконча­ния колледжа (0.75)¹.

Ясно, что юношеские интересы менее стабильны, чем интересы взрос­лых. С уверенностью можно сказать, что интересы большинства детей, даже подростков, очень похожи на интересы других детей, а взрослые отличают­ся уникальностью (индивидуализация). Господствующие страсти взрослых чрезвычайно разнообразны: один поглощен бизнесом и гольфом, другой — религией и искусством. Пожилая женщина выполняет хлопотную работу в доме престарелых, надеясь только на то, что «кто-то помянет ее добрым словом ».

¹ См.: Canning L. et al. Permenence of vocational interests of high school boys // Journal of Educational Psychology. 1941. Vol. 32. P. 481-494; Strong E. Permanence of interest test scores over twenty years //Journal of Applied Psychology. 1951. Vol. 51. P. 89-91.

₅₈

Тема 12. Психология мотивации

Дело не в том, назовем ли мы эти собственные мотивы интересами, чувствами, ценностями или как-то еще. Как бы мы их ни назвали, они являются приобретенными и исключительными. Поскольку порождаемое ими напряжение — иное, чем напряжение исконных мотивов, они, по на­шему определению, функционально автономны.

2. Приобретенные интересы и ценности обладают избирательной силой. [Далее] мы покажем, что то, что человек воспринимает, запомина­ ет и думает, в значительной мере определяется его проприативными об­ разованиями. По мере возрастания интереса он создает стойкое напря­ женное состояние, ведущее к соответствующему поведению, а также дей­ ствует как молчаливый агент, отбирающий и направляющий все то, что к нему относится. Так, люди с сильным эстетическим интересом быст­ рее реагируют на слова, связанные с этим интересом, чем на слова, отно­ сящиеся к отсутствующему у них интересу¹. Просматривая газету, они читают больше статей, относящихся к искусству, чем люди без выражен­ ного эстетического интереса². Такая же избирательная тенденция обна­ руживается во всех изученных видах интересов.

3. Образ Я и стиль жизни — организующие факторы. Было бы ошибкой думать об интересах как об одной-единственной побудительной силе. Вместе они формируют сложный образ Я (или жизненный стиль), который также функционально автономен. Он развивается постепенно в течение жизни и день за днем направляет и объединяет все (или, по край­ ней мере, многие) усилия личности.

Я здесь говорю о высших уровнях организации личности. Многие теории личности (особенно те, что постулируют «неизменные энергии») не замечают мотивационной силы образований высокого уровня. Моя пози­ция такова: низкоуровневые самоподдерживающиеся (персеверативные) системы существуют, но более важный случай функциональной автоно­мии обнаруживается в сложной организации проприума, детерминирую­щей «общую позицию» зрелой системы.

Важнейший компонент этого главного динамизма — чувство ответ­ственности, которое человек принимает за свою жизнь. То, как человек определяет свою роль и обязанности в жизни, в значительной мере детер­минирует его повседневное поведение. (Мак-Дугалл называет этот уровень организации «чувством по отношению к себе», другие называют его «эго-идеалом».)

¹ См.: Cantril H. General and specific attitudes // Psychological Monographs. 1932. № 192; Jenkin N. Affective processes in perception // Psychological Bulletin. 1957. Vol. 54. P. 100-127.

² См.: Cantril H., Allport G. W. Recent applications of the Study of Values // Journal of Abnormal and Social Psychology. 1933. Vol. 28. P. 259-273; Engstrom W. C, Power M. E. A revision of the Study of Values for use in magazine readership research // Journal of Applied Psychology. 1959. Vol. 43. P. 74-78.

Олпорт Г, Трансформация мотивов 59

К акие процессы не являются функционально автономными?

Я утверждал, что личностная структура большей частью постинстин­ктивна: в норме она не детерминируется полностью ни врожденными влечениями, ни ранними юношескими комплексами. В отличие от Фрей­да и Адлера, я не считаю, что основы личности обычно закладываются к трем или пяти годам.

Однако не все мотивы функционально автономны. Несколько их видов не могут быть названы таковыми.

1. Влечения. С рождения до смерти человек подчиняется биологи­ ческим влечениям. Человек должен есть, дышать, спать и выделять, а его тело должно осуществлять бесчисленные гомеостатические приспособле­ ния для поддержания тонкого жизненного равновесия. Конечно, выше указывалось, что у большинства влечений развиваются канализирующие их стили выражения; они ищут удовлетворения определенным предпоч­ тительным способом. Но канализация — это не подлинная функциональ­ ная автономия. В качестве нашего первого обобщения скажем: если мо­ тив можно проследить до напряжения первоначального влечения, он не служит примером функциональной автономии.

2. Рефлекторные действия. Моргание, коленный рефлекс, процесс пи­ щеварения — ни одно из этих действий не должно считаться функциональ­ но автономным, хотя все они также проявляют индивидуальные особенно­ сти функционирования. Это автоматические реакции, поддающиеся толь­ ко легкой модификации и приспособленные к специфической стимуляции. Сомнительно, что их вообще можно классифицировать как мотивы.

3. Конституциональная оснастка. Некоторые способности и образо­ вания лучше рассматривать как фиксированные и неизменные в течение жизни. Мы прежде всего имеем в виду такое «сырье*, как телосложение, интеллект, темперамент. Можно добавить индивидуальные ограничения телесной силы и здоровья. Сюда же относятся заданные законы развития (такие, как созревание способностей с возрастом, наступление половой зре­ лости и т.д.)- Ничто из этого прямо не является «мотивом», но разумно учитывать их ограничительное влияние на трансформацию мотивов.