Материал: Islamskaya_mysl

ей жене эту печальную новость словами: «Мы довольны божественным повелением и подчиняемся ему»54. В основе этого повествования лежит тема отмены, к которой обращались мутазилитские и шиитские ученые при трактовке данного эпизода, хотя здесь отмена приписывается скорее Давуду, нежели Сулейману, и таким образом удается избежать проблемы того, чтова╝йданокому-тоиному, кромепророка. Здесьтакженеставится вопрос о двойственности вердикта.

Конечно, верно, чтовсамомКоранепрямосказано, чтоСулейманявля- ется преемником своего отца: «Сулейман наследовал Давуду» (К. 27: 16); это придает вопросу о преемственности определенное значение. Однако обе эти традиции, по-видимому, демонстрировали особенную озабочен- ность тем, чтобы Давуд посредством своего указания на Сулеймана пред- восхитил отличительный шиитский принцип на╕╕ — публичного или, по крайней мере, засвидетельствованного выдвижения безгрешным имамом (маʻ╕ӯм) своего преемника55.

Таким образом, некоторые шиитские традиции поддерживали широ- ко распространенное среди суннитских муфассиров представление о двух различных судебных решениях, в то время как другие указывали на един- ство решения отца и сына. В качестве одного из путей снятия этого оче-

54Ал-╞увайзӣ ʻА. Тафсӣр нӯр а╗-╗а║алайн. T. 3. C. 442, 443, где также цитируется работа ал-Кулайни «ʼУ╕ӯл ал-кāфӣ».

55Тема выбора преемника посредством экзамена может быть найдена по мень- шей мере в одном суннитском источнике. «╒и╕а╕ ал-ʼанбийāʼ» авторства ас-Саʻлаби содержит странную историю, рассказанную Абу Хурайрой, о том, как Бог послал Да- вуду с небес книгу с золотой печатью, в которой было тринадцать вопросов, которые он должен был задать Сулейману, вместе с правильными ответами; если бы Сулей- ман ответил на них правильно, он стал бы наследником Давуда. Давуд созвал «семь- десят священнослужителей и семьдесят богословов», усадив перед ними Сулеймана,

истал задавать вопросы, каждый из которых был загадкой. Когда он закончил отве- чать на эти вопросы, Давуд повелел снять печать с книги, и все убедились, что Сулей- ман правильно ответил на каждый вопрос. Однако собравшиеся сановники не желали признать Сулеймана наследником Давуда, если он не отгадает еще одну загадку. Ког- да он дал правильный ответ, Давуд поднялся минбар и провозгласил, что назначает Сулеймана своим преемником в соответствии с божественной волей. Но вожди бану Исраил утверждали, что есть лучшие кандидаты в правители. Затем Давуд приказал, чтобы все кандидаты на престол, включая Сулеймана, дали ему свои посохи; если ка- кой-либо из посохов окажется способен пустить корни, его владелец станет наследни- ком. Посохи были надлежащим образом собраны, на них были высечены имена вла- дельцев, и они были закрыты в одной комнате на ночь. На следующий день оказалось, что лишь посох Сулеймана пустил ростки и расцвел. Так был положен конец спорам о назначении Сулеймана наследником престола.

видногопротиворечияНиʻматуллаал-Джаза’ирипредложил, чтобыхадис, указывающий на разные постановления, был отклонен как происходящий из та║иййа, «поскольку они соответствуют явно ошибочным взглядам суннитов (ал-ʻāмма) относительно допустимости пророческого иджтиха- да»56. Подобный ход кажется несколько произвольным, поскольку трудно представить себе обстоятельства, которые с необходимостью повлекли бы за собой интерпретацию рассматриваемых айатов в духе та║иййа; с тем жеуспехоммоглобыоказаться, чтохадисимамаДжаʻфараас-Садика, ука- зывающий на двойственность вердикта и таким образом поднимающий вопрос о возможности иджтихада, просто не является подлинным.

ОТКАЗ ТАБАТАБАʼИ ОТ ДВОЙСТВЕННОСТИ ВЕРДИКТОВ

АлламаТабатабаʼи, автор«Тафсӣрал-Мӣзāн», являетсянаиболеекате- горичнымизвсехкомментаторов(каксуннитских, такишиитских), реши- тельно отвергая тезис о двух различных вердиктах. Он приходит к этому выводу, сосредоточившись в основном на тщательном анализе формули- ровок рассматриваемых айатов, давая лишь косвенные ссылки на некото- рые из вышеупомянутых повествований; в любом случае, их он выделяет в отдельный ба╝с ривā’ийй, в соответствии со своим основным методом «истолкованияКоранапосредствомсамогоКорана» (тафсӣрал-╒ур’āнби ал-╒ур’āн)57. Автор начинает свой анализ с замечания о том, что спорный вопрос был первоначально адресован Давуду, поскольку тот был правите- лем дня среди народа Израилева, как сказано в (К. 38: 26): «О Давуд! Во- истину, Мы назначили тебя наместником на земле. Суди же людей по ис- тине (и справедливости)». В таком случае любая роль, сыгранная в этом деле Сулейманом, могла быть отведена ему только с разрешения его отца и служила определенной цели, например, для демонстрации того, что он достоин стать преемником. Эта роль вполне могла состоять из консульти- рования и участия в обсуждении, поскольку двойной глагол ʼиз йа╝кумāни значит историческое настоящее (╝икāйат ал-╝āл ал-мā┌ийа), указывая на постепенный процесс взаимного консультирования, а не на акт принятия

56Ал-Джазāʼирӣ Н. ╒и╕а╕ ал-ʼанбийāʼ. C. 414. Относительно вопроса об оценке имамитских хадисов, которые могли произноситься с та║иййа, см.: Mоʻāреф M. Пажӯ- хашӣ дар тарӣх-э ╝адӣс-э шӣʻэ. Тегеран, 1995. С. 264–284.

57Ба╝с ривā’ийй в отношении рассматриваемых айатов можно найти у Табатаба’и: ╚абā’╙абāʼӣ М. ╞. Тафсӣр aл-мӣзāн. 4-еизд. Tегеран, 1984. Т. 14. С. 347, 348. О его методе толкования см.: ал-ʼАвсӣʻ. Ат-╚абā’╙абāʼӣ вa манхаджуху фӣ тафсӣрихи ал- мӣзāн. Teгеран, 1985.

решения, вступающего в силу; смысл глагола, таким образом, становится следующим: «Когда они совещались по поводу надлежащего вердикта»58.

Толкование Табатабаʼи «мы свидетельствовали об их решении» под- тверждает, что он считает решение Давуда и Сулеймана их совместным достижением. Он указывает, что слово «вердикт» (╝укмихим) стоит в един- ственном числе; если бы они приняли разные решения, вероятно, была бы использована форма двойственного числа59. Что же касается притяжатель- ного окончания в форме множественного числа, то все муфассиры, с кото- рыми доводилось консультироваться при подготовке этой статьи, объясня- ют его как охватывающее сразу и Давуда, и Сулеймана (в качестве авторов вердиктов, вынесшихсвоиприговорыпоследовательноилижеодновремен- но), и обе стороны спора, или же как пример случайного коранического ис- пользования множественного числа для обозначения всего двух человек с цельювоздатьимхвалу(тафхӣм)60. Впрочем, Табатабаʼипредполагает, что это окончание могло бы относиться и ко всей совокупности пророков. Его объяснение может быть подвергнуто сомнению в отношении того, что сло- во ал-ʼанбийāʼ не встречается в непосредственной близости от 78-го айата, чтобы действовать как антецедент для окончания слова ╝укмихим. Однако это кажется контекстуально оправданным, учитывая, что рассказы о проро- ках формируют все содержание суры, а также обусловливают ее название. Влюбомслучае, еслипринятьегоинтерпретацию, тофраза«МыбылиСви- детелями их суда» может быть перетолкована как «Мы были Свидетелями их приговора, поскольку Мы являемся свидетелями вердиктов всех проро- ков». Более того, свидетельство не является лишь пассивным актом наблю- дения, но предполагает «защиту от ошибки» (╕авн ʻан ал-ха╙ā’). Правиль- ность единственного суждения, вынесенного Давудом и Сулейманом, далее подтверждается словами «Сулейману Мы открыли (правильное) понима- ние», ибо понимание, о котором идет речь, — это «знание истинного реше- ния Бога в этом вопросе» (╝укм ʼАллāх ал-ва║ӣʻийй), т. е. что-то совершен- но отличное от предположительного мнения (ар-ра’й а├-├аннийй). Нельзя также предположить, что это знание было дано исключительно Сулейману, поскольку айат немедленно продолжается: «И даровали каждому (из них)

58Хотя идея совещания, ведущая к вердикту, выведенному Табатаба’и из слов айата, также соответствуют другому хадису имама Джаʻфара ас-Садика: «Они оба не были вовлечены в процесс суда; скорее, они дискутировали [о вопросе]». См.: ал-╞увайзӣ ʻА. Тафсӣр нӯр а╗-╗а║алайн. T. 3. C. 443, где цитируется работа шейха Са- дука «Ман лā йа╝┌уруху ал-фа║ӣх».

59Вариант прочтения ╝укмайхимā фактически упоминается аз-Замахшари (aл- Кашшāф. Т. 2. С. 579) и ар-Рази (Ат-тафсӣр ал-кабӣр. Т. 22. С. 195).

60См., например: ал-ʼАлӯсӣ. Ру╝ ал-маʻāнӣ. T. 19. C. 74.

власть и знание», — следовательно, их суждение произошло от знания, яв- ляющегося божественным даром, а не от предположения61. Таким образом, эту часть айата Табатабаʼи истолковывает с прямо противоположной точки зрения, нежели та, что ищет кораническое обоснование оправданно оши- бочного применения иджтихада.

После изложения айатов, выстроенного исключительно на анализе их формулировок, Табатабаʼивсежедаетместосуннитскимишиитскимтол- кованиям данного фрагмента, полагая, что хотя был вынесен только один вердикт, но«существовалоразличиевспособахисполнения». Различными способамиисполненияприговораявлялисьпередачаовецвсобственность владельцу нивы, как изначально намеревался сделать Давуд, и передача их ему же в пользование (узуфрукт) сроком на один год, как предложил Сулейман. Табатабаʼи — единственный из муфассиров, кто предположил, что ценность узуфрукта эквивалентна ценности самих овец, так что сум- ма компенсации, которую получил владелец поля, осталась неизменной, и было продуктивным образом сохранено единогласие в решении62. Тем не менее описанное им различие между «разными способами исполнения одного приговора», возможность которых он допускает, и двумя различ- ными приговорами, возможность которых он отвергает, представляется в основном семантическим и фактически ослабляет его же основной аргу- мент. Возможно, он просто последовал традиционному обычаю муфасси- ров включать множество возможных интерпретаций, даже тех, которые рассматриваются как нежелательные, или же притяжение ривāйāт было настолько сильным даже для него, что он не смог ему воспротивиться.

ВЫВОДЫ

В задачи этой статьи не входило рассудить все различные интерпрета- ции айатов К. 21: 78–79, о которых шла речь (за исключением некоторых предпочтений, подразумеваемых в вышеизложенном), и уж тем более не шла речь о том, чтобы предложить какую-либо новую или оригинальную интерпретацию. Тем не менее рискнем сделать два вывода. Первый из них можетпоказатьсясамоочевидным. Многие, еслинеподавляющеебольшин-

61Можно было бы заметить, что глагол ├анна употребляется в К. 38: 24 с точной от- сылкой к Давуду, но при этом утверждается, что слово ├анн употреблено не конвенцио- нально, а означает скорее «знание» (ал-’И╕фахāнӣ. Ал-муфрадāт. С. 217, и ╚абā’╙абāʼӣ М. ╞. Тафсӣр aл-мӣзāн, Т. 17, С. 203), или «дедуктивное знание, обоснованное предпо- ложение, приближающееся к знанию» (ал-ʼАлӯсӣ. Ру╝ ал-маʻāнӣ. T. 23. C. 182).

62╚абā’╙абāʼӣ М. ╞. Тафсӣр aл-мӣзāн. Т. 14. С. 341, 342.