Материал: JP-NOVA-XXI_era_vek_2020

ЯПОНИЯ XXI NOVA: эраи век

нему как к произведению оружейного искусства весьма велик. Цубаидругиеэлементымечаявляютсяинтересными материальными источниками, которые хранят уникальную информацию о технических достижениях страны Восходящего солнца, о художественных приемах оружейников, о мастерстве и эстетических предпочтениях художников и заказчиков. Оружие хранит и передает интересную информацию о религиозных, морально-этических, художественныхтрадицияхстраны.

Сакральное значение оружия в Японии в эпоху Средневековья и раннего Нового времени требовало от мастеров тщательно выбирать художественные сюжеты. Неслучайно, что вЯпонии, странесинтоистской, гдеоригинальное развитие также получил буддизм оружие было украшено растениями, разнообразными пейзажами, представителями флоры и фауны. Причем каждая из школ мастеров-оружейников находила свои художественные подходы и приемы для решения сложных художественных задач. В работах мастеров мы можем отметить и контурный рисунок цветов и листьев растений, и тщательно проработанный пейзаж. В данных произведениях проявилсяособенныйхарактернарода, традицииискусствастраны Восходящего солнца, особое отношение к сакральному миру природы, который воспроизводился на разных изделиях, служил источником вдохновения японских художников.

530

«ISSUES OF JAPANOLOGY, vol. 8» St-Petersburg State Univ 2020

Предметы роскоши карамоно

всистеме торгово-экономических и культурных связей Японского архипелага и материка в Х XIV вв.

Всвое время британский японовед Айван Моррис прозорливо заметил, что «пристрастие к новшествам – особеннокновшествамвиностранномдухе– проявлялось

вяпонскойисториитакчастоистакойсилой, чтомыимеем

право считать его национальной чертой» [Моррис, 2019.

С. 38; Morris I., 1960. P. 123].

Действительно, нечасто в мировом опыте встречаются примеры, когда страна, не подверженная серьезному внешнему давлению, столь страстно перенимала достижения чужой культуры. В то же время бытует мнение, что за периодами заимствования в Японии следовали периоды реакции, когда японское общество замыкалось в себе и сосредотачивалосьнаобработкеиадаптации информации извне. В период Хэйан (794–1185) такой отправной точной принято считать 894 г., когда после отмены посольства в танский Китай, возглавляемого Сугавара-но Митидзанэ, императорский двор перестал отправлять официальные миссии на материк1.

Можно было бы заключить, что прекращение внешнихсношенийсталоначаломпервоговисторииархипелага периода «самоизоляции», если бы не одно обстоятельство. Даже после 894 г. в Японию продолжали поступать товары материкового производства, более того, объем этих поступлений имел тенденцию к увеличению с течением

1 ВэпохуЭдо(1603–1867) такойточкойсталосущественноеограничение связейсдругимигосударствамис1639 г. ипереносголландскойфакториинао.Дэдзимав1641 г. [Кожевников, 2018. С.160 172]. Лихорадочное заимствование всего западного в первые десятилетия эпохи Мэйдзи сменилось периодом крепнувшей националистической гордости, получившим мрачную кульминацию в виде ксенофобских настроений в1930-е гг. [Моррис, 2019. С. 38].

531

ЯПОНИЯ XXI NOVA: эраи век

времени. МеждуЯпонскимархипелагомиегоближайшими соседями неуклонно крепли торгово-экономические связи, фундаментомдля которыхстал феномен карамоно.

Термин карамоно (букв. «китайские изделия», «изделия [эпохи] Тан») встречается в японских исторических источниках и историографических трудах разных эпох. В широком смысле это понятие указывает на высококачественные импортные товары из разных стран, ввозившиеся, какправило, китайскими, корейскимиирюкюскими послами и торговцами, а также созданные из импортных материаловяпонскиепредметыилинекоторыесчитавшиеся равными им по качеству японские изделия в китайском стиле. Содержательнаяширотаэтогопонятияобусловлена тем фактом, что многие иностранные товары, попадавшие на архипелаг через Корейский полуостров и Китай, под воздействием японских реалий и местных представлений о материковой культуре трансформировались, приобретали новые, до того нехарактерные для нихфункции, наделялись несвойственным им ранее эстетическим или сакральным значением. Совокупный результат этих процессов, а также естественный дефицит таких предметов в обороте привели к появлению подражаний, чье исполнение варьировалось от точных копий до гибридных форм. Интегрирующим фактором для всех этих производных, которые могут показаться столь разными по своим внешним характеристикам, выступаловосприятие– признаниеяпонским обществом непревзойденных эстетических качеств, свойственныхисключительно предметам карамоно.

Исходяизприведенногоопределенияможновывести следующую классификацию предметов карамоно, бытовавших в Японии со второй половины эпохи Хэйан (XI– XII вв.) по начальныйпериодЭдо (до конца XVII в.):

1.Импортные товары, которые представляют собой прочные, аккуратные, новые вещи. К ним относятся такие изделия, как фарфоровые кувшины из селадона, белые фарфоровые кувшины, красные лакированные

532

«ISSUES OF JAPANOLOGY, vol. 8» St-Petersburg State Univ 2020

изделия с рельефным рисунком, черные лакированныеизделия, китайскиемонеты.

2.Товары японского производства, сделанные по подобию иностранных или вдохновленные ими. Главными признакамитакихизделийявляютсяпростота, изящество и высокая эстетическая ценность – например, керамика сэтояки в стиле изделий эпохи Сун (в основном, чайная утварь); керамические изделиятоконамэ (кувшины, горшки, чайная утварь), произведения в жанре монохромной живописисуйбокуга и пр.

Кроме того, можно провести типологизацию предметов карамоно по функционалу. Самая простая типология такогородабылапредложенаВатанукиТомоко: предметы интерьера, используемые в религиозном и дворцовом церемониале; подношения и дары; храмовая утварь; коллекционные предметы, которые выставлялись владельцами по случаю или продавались как предметы роскоши на японских рынках; иные предметы (Цит. по: [Сэки Сюити, 2015. С. 29]).

Первые иностранные предметы роскоши проникли в Японию в VII в., их привозили возвращавшиеся от танского двора официальные посольства. Среди вещей, которые таким образом проникли в архипелаг, можно выделить следующиегруппы:

предметы культа: буддийские сутры, статуи, четки, ароматическаядревесина и пр.;

конфуцианская литература: каноны, сведения о храме Конфуцияи пр.;

учебная и научная литература: законодательные своды, материалы по ароматической культуре, музыкальные трактаты, источники по летоисчислению и календарной обрядности, труды по церемониалу и этикету, этнографическиеи историческиесочиненияи пр.;

533

ЯПОНИЯ XXI NOVA: эраи век

утилитарные предметы: оружие, утварь, ткани, предметы прикладного искусстваи пр.

Вэто же время Япония также обменивалась посольствами с Корейским полуостровом. Известно, что эта деятельность жестко контролировалась императорским двором. Представители аристократии, желавшие приобрести товары через эти посольства, заранее подавали списки с указанием цены, которую они готовы заплатить за каждое наименование [Мори Кимиюки, 2016. С. 45–48]. В то же время, в отличие от танского двора, государство Силла проявляло инициативу и само снаряжало корабли до Японскогоархипелага. Такимобразом, вЯпониюввозились предметы культа, оружие и другие изделия из металла, ароматическое сырье, шелк, лекарственные травы, красители, курильницы, гребни, ширмы, стеклянная и керамическаяутварь и пр.

Об ассортименте ввозимых в это время товаров могут дать представление разные документы и перечни предметов из хранилищ Тодайдзи, одного из старейших буддийских храмов в Нара. Среди них достойны упоминания «Документы сокровищницы Сёсоин» ( Сёсоинмондзё); свиток с «Описьюдокументовипредметов из храма Тодайдзи» ( Тодайдзикэммоцутё)2, составленные в середине VIII в., где можно найти перечни предметов с пометкой кара / то (букв. «династия Тан») или тоё (букв. «танский стиль»). Многие из этих вещей были изготовлены из материалов, которые нельзя было добыть на территории Японии (рог носорога, слоновая кость, ароматическая древесина сандала и аквилярии). Среди вещей карамоно можно в этих списках упоминаются ножи для вскрытия писем тоси, зеркала, лютнибиваи другиемузыкальныеинструменты, фарфоровые и керами-

2 Этот документ известен также, как «Перечень национальных сокровищ» ( Кокка тинботё) [Сэкинэ Синрю, 1990. С. 145].

534