Материал: JP-NOVA-XXI_era_vek_2020

«ISSUES OF JAPANOLOGY, vol. 8» St-Petersburg State Univ 2020

простых женщин он был деревянный, для зажиточных – из панциря черепахи21. Примечательно замечание Тунберга обукрашенияхяпонскихбогатыхженщин: дамынеиспользуют жемчуг и бриллианты, обходясь украшениями из черепаховых панцирей и цветов22, что свидетельствует о том, что унихнеукрепилось тщеславиезасвоёположение в обществе. Одежда – ещё один маркер, отличающий замужнихженщинотнезамужних. Всеониносилидлинные халаты, достигающие ступней, с широкими рукавами, которые даже могли достигать земли у молоденьких девушек23. Также все женщины повязывали вокруг талии бант, нотолькозамужниедамыповязывалиегозаспиной24. Это было главной отличительной чертой в одежде замужней и незамужней японской женщины.

Таким образом, нами подробно были рассмотрены японские женщины, а в частности, особенности их внешности, поведение, занятия, отношение к иностранцам и иные черты, отличающие их от женщин других народов. Конечно, комментарии Тунберга – европейца-натуралиста, приехавшего в Японию с целью изучения и сбора новых видов растений, являются крайне субъективными, но от того они по-особенному интересны. Они помогают составить нам живой портрет японской женщины XVIII в., такой, какой её видел простой европеец. Из вышеуказанных характеристик можно сделать следующие выводы о дамах, населяющих страну восходящего солнца. Во-пер- вых, женщины Японии совсем не стеснялись своей женской природы и даже использовали ее как стратегию выживания: работакуртизанкойзачастуюспасаладевушек отголоднойсмерти(т.к. ихещевмаломвозрастеотдавали на воспитание в увеселительные дома). Однако стоит

21Ibid.

22Ibid.

23Ibid.

24Ibid.

585

ЯПОНИЯ XXI NOVA: эраи век

напомнить, что кротостью не отличались и обычные женщины. Во-вторых, в Японии существовали различия между замужними и незамужними женщинами. В основном это были отличия внешнего характера, такие как: чернение зубов (являлось самой важной знаменательной чертой), использование макияжа, форма прически, детали в одежде. Статус женщины можно было легкоустановить по использованию и виду аксессуаров. В-третьих, отличающиеся друг от друга японскиеженщины еще более отличалисьотевропеек. Вкаждомсюжете, свидетельствующемо японскихдамах, Тунбергнезабываетуведомить о том, как они непривычно и иначе выглядят по отношению к женщинам Запада. Также, исходя из содержания всех записок, можно сделать вывод о том, что отношение европейского ученого к японскимженщинамкрайненеоднозначно.

Список литературы

1.Абрамова И.И. Значение «Гранд-тур» в образовании и воспитании джентльмена // Ярославский педагоги-

ческий вестник. 2006. № 3(48). С. 75-82.

2.Соколов А.Б. Тело как способ идентификации другого // Диалог со временем. Альманах интеллектуальной истории. 2010. №33. С. 213-232.

3.Burgh, J. The Dignity of Human Nature; or a Brief Account of the Certain and Established Means for Attaining the True End of Our Existence. (1st London ed. 1754). Hartford, 1802.

4.Screech T. Japan Extolled and Decried. Carl Peter Thunberg and the Shogun’s Realm, 1775–1796. London: the Taylor & e-Library, 2006.

586

«ISSUES OF JAPANOLOGY, vol. 8» St-Petersburg State Univ 2020

Император Мэйдзи и Петр Великий: образ правителей-реформаторов

в китайской общественной мысли конца XIX века1

Движение за реформы, развернувшееся в конце XIX в., стало одним из самых значительных событий Новой истории Китая. Его возникновение и развитие связано с именем выдающегося китайского мыслителя Кан Ювэя (1858–1927), соединившего в своих теоретических трудах великолепное знание конфуцианской традиции с серьезным осмыслением современной ему эпохи, а кульминацией этого движения стали «100 дней реформ» 1898 г. («Усюй бяньфа»). События, происходившие в то время в Китае, знаменовали собой начало перехода к качественно новомуэтапуэволюции китайского общества.

Оставаясь приверженцами монархической формы правления, Кан Ювэй и его сподвижники возлагали большие надежды на молодого императора Гуансюя и надеялись привлечь его на свою сторону в деле осуществления серьезных преобразований. Под влиянием Кан Ювэя император Гуансюй летом 1898 г. решился на проведение реформ, которые продолжались недолго (с 11 июня по 21 сентября 1898 г.) и были прерваны дворцовым переворотом, возглавленным вдовствующей императрицей Цыси. Именно эти события вошли в историю под названием«100 дней реформ».

Кан Ювэй и его соратники хотели видеть в молодом императоре образец монарха, соответствующего конфуцианским идеалам и требованиям, доступного для чиновников любого ранга, который прислушивается к мнению мудрых и эрудированных советников. Однако новая эпоха,

1 Исследованиевыполненопри финансовой поддержке РФФИврамках научного проекта № 20-09-42018 («Образ Петра Великого в странах ВосточнойАзии: Социокультурная интерпретация и адаптация»).

587

ЯПОНИЯ XXI NOVA: эраи век

в которой развивались эти события, побудила их искать примеры для подражания не только в древней истории Китая, но и за его пределами. Именно поэтому идеалом такого монарха и символом успешных преобразований стали для них два зарубежных государственных деятеля: русский царь Петр Великий и японский император Муцухито (девиз правления – Мэйдзи), инициировавшие и осуществившие крупномасштабные преобразования в своих странах. Кан Ювэй активно пытался убедить императораГуансюя во всем следовать ихпримеру.

Этот аспект деятельности и взглядов китайских реформаторов частично рассматривался в исследованиях отечественных востоковедов С.Л.Тихвинского2, З.Д.Катковой и Ю.В.Чудодеева3, а также китайского историка Ван Сяоцю4, однако, по нашему мнению, он требует более тщательного изученияи осмысления.

2Тихвинский С. Л. Движение за реформы в Китае в конце XIX века. М.: Наука. Глав. ред. вост. лит., 1980. 360 с.

3Каткова З.Д., Чудодеев Ю.В. Китай – Япония: любовь или ненависть? К проблеме эволюции социально-психологических и политических стереотипов взаимовосприятия (VII в. н.э. – 30-40-е годы ХХв.). М.: Институт востоковедения РАН, Крафт+, 2001.

41997

(ВанСяоцю. Цзиньдайчжун жи гуаньси ши = Ван Сяоцю. Изучениеистории китайско-японских отношений в Новое время. Пекин: Чжунго шэхуй кэсюэ чубаньшэ, 1997); :2000. (Ван Сяоцю. Цзиньдай чжун жи вэньхуа цзяолю ши = Ван Сяоцю. История китайско-японских культурных связей в Новое время. Пекин: Чжунхуа шуцзюй, 2000).

—« > » //,1980 , 3 . (Ван Сяоцю. Кан Ювэйдэ и бу каньиньдэ чжунъяо чжуцзо – «Жибэнь бяньчжэн као» пинцзе = Ван Сяоцю. Анализ важной неопубликованной работы Кан Ювэя «Исследование реформ в Японии») // Лиши яньцзю, 1980, № 3. C.165-178.

588

«ISSUES OF JAPANOLOGY, vol. 8» St-Petersburg State Univ 2020

Образ Петра Великого заинтересовал некоторых китайских мыслителей в середине XIX в. В сочинениях Сюй Цзиюя, Линь Цзэсюяидр. содержались весьма позитивные оценки его реформаторскойдеятельности5.

В свою очередь, Реформы Мэйдзи вызвали интерес у представителейкитайскойинтеллектуальнойэлитыпрактически сразу же после их начала. Оценки этих преобразований содержатся в сочинениях китайцев, побывавших в те годы в Японии: Ли Сяопу, Фу Юньлуна, Хуан Циндэна, главы дипломатической миссии, направленной в Японию в 1877 г., Хэ Жучжана6. Однако наиболее развернутая характеристикапреобразований, осуществленныхимператором Мэйдзи, и их анализ содержатся в сочинениях известного китайского поэтаи просветителя Хуан Цзуньсяня, побывавшего в Японии в1877 г. в составепосольстваХэ Жучжана7 и тщательнымобразомизучившегоисториюЯпонииисовременную политическую ситуацию. Впечатления от Японии и оценка проведенных императором Мэйдзи преобразований содержатся в двух крупных работах Хуан Цзуньсяня:

5Подробнее см.: Самойлов Н.А. Образ Петра Великого и идеология реформаторскогодвижения вКитаевконце XIX века // Ученые записки Петрозаводского государственного университета. 2020. Т.42. №4.

С. 107–114.

6Подробнее см.: Самойлов Н.А. К вопросу о восприятии Японии в китайской общественной мысли второй половины XIX в. // 20-я научная конференция «Общество и государство в Китае». Тезисы докладов.

Т. 2. М.: Наука. Глав. ред. вост. лит., 1989. С. 187–189.

7// :

1984 106-110. (Ло Лисинь. Хуан Цзуньсянь цзай жибэнь // Чжунго цзиньдай ши тунсу цзянцзо = Ло Лисинь. Хуан Цзуньсянь в Японии // Популярный курс лекций по новой истории Китая. Гуанчжоу: Гуандун жэньминь чубаньшэ, 1984. С. 106–110).

589