Материал: Khrestomatia_po_istorii_Dalnego_Vostoka_Kniga_2

тремя детьми в Харбин, там у нее никого. Муж работал в депо на станции Эхо, призвали в армию два года назад, и погиб в Бирме. Муж где-то похоронен, а она с детьми на маньчжурской земле. Остальная вся родня в Японии, да и то не знает — живы ли.

— Да... — протянул Якуб,—чего только война про-- клятущая с людьми не сделала. У нас тоже многие друг дружку искать будут. Не помню уже, где эта Бирма, только наш Союз поболе места на земле занимает, чем от той Бирмы до Японии. Да, долго искать будут...

2

Харбин поразил их. Хотя состав прошел мимо вокзала и стал около какой-то грузовой площадки, кусок городской улицы был им виден. По ней сновало множество китайцев в самых разных одеждах, наши военные и гражданские русские.

—Неужто белогвардейцев тут так много?—удивился Подсосенко.

—В Харбине русских много, — пояснил ему Королев.— Есть и белоэмигранты — те, кто сами бежали или выгнали их. Есть и такие, что еще до революции тут поселились, когда КВЖД построили. Обзавелись домами, хозяйством, барахлом разным, ну и свыклись.

—Все одно другой народ. Они только по обличию русские, — возразил Подсосенко. — Да разве мыслимо родную землю на барахло променять?

—Сложное время было: революция, гражданская война. Вот как ты думаешь, в колчаковской армии солдатами одни буржуи да дворяне были?

—Так то ж когда было? Не все до сознания дошли, темных много было, — не сдавался Подсосенко.

—А эти, — кивнул Королев в сторону улицы, — светлее, да? Конечно, есть среди них такие, кто не рад нам. И враги есть, кто к нам через границу с маузерами пробирался, перед японцами выслуживался.

—Ну ладно, вы тут без меня заканчивайте дискуссию,— надел фуражку Морозов, — а я пойду к коменданту на разведку. Сгрузитесь и ждите.

Они, действительно, успели сгрузить машину, сложить имущество в ее кузов, прежде чем вернулся их командир. Морозов чему-то улыбался и, оглядев экипаж, доложил:

—Разговаривал с майором. Что-то, братья славяне, очень уж он вежливо говорил. Даже поинтересовался,

420

не отправили ли мы кого в госпиталь. И цела ли машина. Сейчас сюда примчится старший лейтенант Анисимов, проконвоирует нас до места.

Анисимов приехал на трофейном мотоцикле с коляской, его вел молодой китаец с маузером в деревянной кобуре на боку. Согнутые ноги старшего лейтенанта коленями чуть не касались подбородка. Но тем не менее он довольно свободно выкарабкался из коляски и радостно загудел:

— Здорово, орлы! Где это вы, ясно-море, застряли? Майор вас еще вчера ждал!

- Сам же виноват. Кто нас самураев агитировать втравил? Не твоя ли милость? — пожал ему руку Морозов.— Да почти сутки в Хэньдаохэцзы погрузки дожидались.

— Ладно, это ты майору объяснишь. Давайте за мной. Тольк о ты, старина, — обратился он к Подсосенко, — учти, здесь левостороннее движение. А не то, ясноморе, у самого порога машину кокнешь!

— Тьфу ты, — сплюнул тот. — Все не как у людей. И

взаправду темные...

Майор Марштейн, как всегда озабоченный, обрадовался, увидев Морозова и Королева, и сразу же потребовал подробного доклада. Слушал он внимательно, только иногда уточнял детали короткими вопросами.

— Значит, так, — заключил он. — Сегодня же напишите подробное донесение. Возможно точнее укажите количество беженцев, вышедших из сопок. Численность японского отряда. Саму процедуру его капитуляции опишите. Я уже, признаться, думал, опять вы в какуюнибудь передрягу со стрельбой попали.

— С нами же не было капитана Марсина, — отшутился Морозов. — А чуть было не случилось.

— Ну-ка!..

Пришлось рассказать о том, как их диктор ефрейтор Сэнда Васиро застрелил своего соотечественника-бан- дита.

— Об этом тоже непременно упомяните. Ну что ж друзья, сегодня отдохнете, а завтра с утра за дело. Служба у вас такая —другие могут и отдохнуть, а у нас самый завал работы. Это же не город, а Вавилон какойто. Тут больше миллиона китайцев, много корейцев, русских, и кого только нет. Японцы их по общинам распределили. Так вот, есть украинская, польская, еврейская, грузинская и еще много разных. Дел невпро-

421

ворот. Со всеми надо разобраться, наладить информацию населения, разъяснительную деятельность, выпустить газеты, радиостанцию с передачами на четырех языках. Комендатуры тоже требуют помощи. А что будут показывать кинотеатры? А что в других городах зоны нашей армии? В проблемах потонуть можно. Придется привлекать местные кадры, а для этого надо разобраться, на кого можно положиться.

В общем, друзья, на легкую жизнь не рассчитывайте. Пока жить будем здесь, комнат много, койки для вас приготовлены. Сегодня же получите деньги, юанями. Расспросите у дневального, что, где и как.

Спасибо и до свидания. До завтра, — как-то очень пограждански закончил он, привставая.

—Да... Старший лейтенант! Имел честь познакомиться с вашей невестой. Поздравляю — яркая и энергичная. Мне, кажется, не удалось убедить ее, что я, действительно, не знал точного часа, когда вы прибудете. Но, в общем, поговорили очень мило. Я, очевидно, допустил ошибку, опередил,, так сказать, событие. Но я стал немного рекламировать ваши достоинства и напросился на свадьбу. Да... Признаюсь — действовал из корыстных побуждений, а то потом ищи вас.

—Спасибо, товарищ майор, — растерялся Морозов.

—За что? — поднял плечи тот. — Серьезно говорю — в корыстных целях сказал. Должен также предупредить вас, что невольным свидетелем разговора оказался лейтенант Коль. Вы еще не знаете, какой это бешеной энергии человек. Он сказал вашей невесте, что, дескать, для однополчанина он это мероприятие может только чисто побриться, надраить пуговки и подшить свежий подворотничок. Поверьте, он, действительно, может такое организовать — в два счета.

Майор откровенно рассмеялся и сел за стол.

—Гвардейцы не отступают, — шутливо выпятил грудь Морозов. — Приглашение Ники подтверждаю от души.

—А меня? — растянул рот до ушей Королев.

—Тебя? Рыжие на свадьбе счастья не приносят.

—Товарищ майор! — пожаловался Королев.— Я же с

ним...

—А вот с ним уже не придется, — перешел на серьезный тон майор. — Вы будете действовать с капитаном Зотовым. Вот так. Ну, еще р аз спасибо, идите!..

422

Когда они вышли из кабинета, Королев железно сти-

вышел лейтенант Коль. Увидев Морозова, лейтенант сделал официальное лицо:

— С благополучным прибытием! Старший лейтенант Морозов, прошу в машину!

— Что случилось? — чуть встревоженно спросил Морозов.

— Садитесь. Дело серьезное.

Не скрывая досады, Морозов пошел к машине. «Значит, что-то случилось, раз майор не дает отдохнуть», — подумал он.

—Так что же все-таки случилось? Куда мы едем? — снова спросил Морозов, когда машина тронулась.

—Видите ли, товарищ старший лейтенант, — тем же официальным тоном начал объяснять Коль. — У меня есть качество, которое вы могли не заметить или не обратить на него внимания. Я всегда хозяин своего слова. Если я кому что пообещал, — кровь из носу — сделаю. А нос у меня... довольно выдающийся.

—Ничего не понимаю, — пожал плечами Морозов. — При чем тут твое слово, твой нос и при чем я?

—А то, старший лейтенант, что я клятвенно обещал одному товарищу, что доставлю вас в первый же день приезда. А я, повторяю, хозяин слова... Ой, пусти, ты же мне все кост» переломаешь...

Энергичный лейтенант сам пошел вызвать Веронику. Морозов сидел в машине и ждал ее. Он представил себе, как она прорвалась к майору Марштейну — человеку, по сути дела, доброму, и он уверен, не спрашива-

423

ла, а требовала. «Между двух львов пройдет», — вспомнил он слова Королева. Пожалуй, пройдет, не остановится. Но и ничего не простит. Ему удивительно повезло, что он ее встретил. На всю жизнь встретил.

Из дверей подъезда госпиталя показался лейтенант Коль. Он довольно улыбнулся и нарочно медленно пошел к машине. Лейтенант любил что-либо провернуть, организовать, чтобы удивить других. Без всякой корысти.

— Сейчас явится пред ваши светлые очи. Огнем вся полыхнула. Да... Крепись, старик, не посрами гвардейскую марку.

— Ты о чем?

— У меня личного опыта семейного нет, но... кто у вас командиром будет — не знаю. Ты бы посмотрел, как она на майора спикировала. Он перед ней, как перед генералом, тянулся. Правда, закончили они на равных.

— Ладно, разберемся.

— А вот и она! — Лейтенант тактично отошел в сторону и позвал с собой водителя. — Пошли покурим.

Вероника вышла в светлом платье, с распущенными волосами. Она остановилась, посмотрела на машину, увидела Алексея, стоявшего около нее, и спокойно, не сводя с него взгляда, пошла к нему. И только когда до него оставалось шагов пять, бросилась к нему и припала, спрятав лицо на его груди.

Живой! Целый! — глухо говорила она ему в гимнастерку.— Я так боялась, так боялась за тебя, — уже жалобно закончила она и затихла.

Морозов положил руку ей на голову и заметил, что в каждом окне госпиталя торчали лица любопытных.

— Садись в машину, — отстранил слегка он ее.— Вон сколько глаз на нас уставились. Авторитет свой подрываешь.

—А-а, — беспечно протянула она, но в машину села

иснова припала к нему.— Ты никуда больше не уедешь?

—Не знаю. Только сегодня прибыли. Еще вечер свободный.

—А я не могу. На двадцать минут отпросилась. И не подменит никто. Кончилась война, и все как с ума посходили. Около нашего общежития поклонники табуном.

—И около тебя? — Настороженность послышалась в голосе Алексея.

Она довольно рассмеялась:

424