Материал: Zaem_kredit_faktoring_vklad_i_schet

(г) Правовая регламентация. В целях нормативной экономии законодатель отказывается от развернутого урегулирования договора товарного кредита. В предыдущей редакции комментируемой статьи в этих целях содержалась отсылка к правилам о кредитном договоре (§ 2 гл. 42 ГК РФ). С 1 июня 2018 г. на договор товарного кредита в части, не противоречащей существу данных отношений, распространяются общие положения о договоре займа (§ 1 гл. 42 ГК РФ).

Изменение базовых правил, применимых к товарному кредиту, выглядит вполне естественно и устраняет ряд недостатков прежнего регулирования (в частности, конститутивный характер письменной формы, ранее вытекавший из необходимости применения к рассматриваемому договору положений ст. 820 ГК РФ). Вместе с тем это изменение, в значительной степени отождествляя регулирование займа заменимых (родовых) вещей и товарного кредита, делает их практически неразличимыми и еще более рельефно демонстрирует отсутствие потребности в последнем как самостоятельном феномене.

(д) Характеристика договора товарного кредита: реальность или кон­ сенсуальность. Комментируемая статья говорит о товарном кредите как договоре, предусматривающем обязанность одной стороны (займодавца) предоставить другой стороне (заемщику) согласованное количество заменимых (родовых) вещей. Тем самым она вроде бы подчеркивает, что товарный кредит является договором строго консенсуальным. Такой вывод полностью соответствовал прежней парадигме регулирования, предусматривающей применение к товарному кредиту правил

одругом консенсуальном договоре – банковском кредите (ст. 819 ГК РФ).

Вместе с тем новая редакция, введенная в действие с 1 июня 2018 г., содержит отсылку не к кредитному договору, а к общим правилам

озайме и ввиду правил п. 1 ст. 807 ГК РФ ставит вопрос о соотношении последних с предписаниями настоящей статьи. Ответ на этот вопрос неочевиден и может предполагать различные варианты.

Во-первых, можно предположить, что всякий договор товарного кредита может быть заключен как по модели реального, так и по модели консенсуального договора, поскольку отсылка к общим правилам

озайме сопровождается в комментируемой статье указанием о допустимости установления иного соглашением сторон. Иначе говоря, при таком подходе указание на консенсуальность в ст. 822 ГК РФ не рассматривается как квалифицирующий признак, и товарным кредитом будет любой случай передачи в заем заменимых вещей.

674

Такой подход кажется не вполне логичным. Законодатель, скорее всего, закладывал в конструкцию товарного кредита консенсуальность, что и отразилось в дефиниции.

Во-вторых, можно помыслить договор товарного кредита как исключительно консенсуальный, поскольку отсылка к общим положениям о займе не затрагивает содержащегося непосредственно в комментируемой статье легального определения рассматриваемого договора. При таком подходе товарный кредит – это консенсуальная модификация займа заменимых вещей. Реальный договор займа вещей просто не будет товарным кредитом, так как он не вписывается в дефиницию договора, закрепленную в комментируемой статье.

Но в рамках такого подхода возникает лишь один практический вопрос. Комментируемая статья не повторяет содержащегося в ст. 807 ГК РФ ограничения на возможность заключения такого договора в ситуации, когда займодавцем является гражданин. Как это можно истолковать? Реальный договор займа заменимых вещей просто не будет товарным кредитом.

Содной стороны, можно предположить, что здесь можно в полной мере отдать приоритет п. 1 ст. 807 ГК РФ, и тогда договор товарного кредита с участием гражданина-займодавца просто невозможен, поскольку невозможен и обычный консенсуальный заем в такой ситуации. Этот подход делает регулирование однородных отношений (займа заменимых вещей и товарного кредита) однородным: не вполне понятно, почему гражданин-займодавец не может связать себя юридически действительным обязательством передать в заем деньги, но может связать себя таким же, по сути, обязательством в отношении товаров.

Сдругой стороны, можно предположить, что норму абз. 2 п. 1 ст. 807 ГК РФ можно игнорировать, и, поскольку ст. 822 ГК РФ не повто­ ряет ограничения по субъектному составу, товарный кредит возможен

итогда, когда займодавцем является физическое лицо. При таком подходе может быть обнаружен хоть какой-то смысл в сохранении ст. 822 ГК РФ в рамках современной редакции ГК РФ: если до 1 июня 2018 г. эта статья de facto вводила в правовое поле консенсуальность для тех заемных конструкций, которые использовали в качестве объекта заемного предоставления заменимые вещи, то сейчас в условиях общей легализации консенсуальности займа эта статья позволяет не применять то единственное ограничение на консенсуальность, которое сохранилось в действующем ГК РФ (ситуацию, когда займодавцем является гражданин).

Ввиду своей системности нам более импонирует первый из приведенных подходов (что, однако, не исключает нашего скептического

675

отношения к самому сформулированному в абз. 2 п. 1 ст. 807 ГК РФ ограничению на заключение консенсуального займа). Впрочем, окончательное решение данного вопроса предстоит принять судебной практике, которая в настоящее время еще не сложилась.

(е) Характеристика договора товарного кредита: возмездность / без­ возмездность. Прежняя редакция комментируемой статьи, как уже упоминалось, отсылала к правилам § 2 гл. 42 ГК РФ о кредитном договоре, что предопределяло вывод о том, что товарный кредит предоставляется за плату. При этом возмездность не составляла необходимый признак рассматриваемого договора, а являла собой лишь общее правило, действующее по умолчанию, и могла быть исключена самим соглашением сторон или существом обязательства. Так, нередко товарный кредит используется как мера государственной поддержки производителей (например, предприятий агропромышленного комплекса), оказания им материальной помощи. Такой товарный кредит является, как правило, безвозмездным, ибо взимание процентов противоречило бы указанным целям.

Изменение редакции комментируемой статьи с 1 июня 2018 г. вынуждает к пересмотру общего правила. Поскольку к договору товарного кредита применяются положения § 1 гл. 42 ГК РФ о займе, на договор товарного кредита распространяется общая презумпция безвозмездности договоров займа, предметом которых являются иные, чем деньги, заменимые (родовые) вещи (абз. 3 п. 4 ст. 809 ГК РФ). Таким образом, в настоящее время договор товарного кредита должен рассматриваться как безвозмездный, если иное не предусмотрено соглашением сторон или не вытекает из существа обязательства.

(ж) «Проценты» по договору товарного кредита. В случае возмездности договора товарного кредита «проценты» по такому договору по общему правилу выражаются в форме вещей, являющихся предметом договора. Таким образом, когда товарный кредит предоставляется за плату, полученные заемщиком заменимые (родовые) вещи подлежат возврату в объеме, увеличенном на сумму процентов. При этом указанная форма «процентов» не составляет, как и для любого займа, конститутивного признака. Договором товарного кредита может быть предусмотрена уплата «процентов» и в иной форме, например в денежной, либо в виде предоставления иных, чем предмет займа, вещей.

Вопрос о существенности условия о размере «процентов» в возмездном договоре товарного кредита является достаточно сложным. Дело в том, что сама возможность использования в подобной ситуации

676

общих восполняющих правил п. 1 ст. 809 ГК РФ крайне сомнительна. Установленные ей правила об исчислении размера «процентов» исходя из размера ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, очевидно, ориентированы на денежный заем, в котором «проценты» также выражаются в деньгах. Размер ключевой ставки представляет собой (по крайней мере по замыслу законодателя) «цену капитала», т.е. стоимость пользования деньгами. В случае же товарного кредита происходит пользование не капиталом, а определенными вещами. И хотя использование ключевой ставки в подобной ситуации арифметически возможно (так, можно «перевести» тело долга – соответствующие заменимые вещи – в деньги, начислить на них проценты исходя из размера ключевой ставки, а потом полученную сумму опять «трансформировать» в вещи), но является неадекватным, а потому не может допускаться.

Вусловиях невозможности использования восполняющей нормы

п.1 ст. 809 ГК РФ следует либо допустить восполнение отсутствующего условия о «цене» в возмездном договоре товарного кредита с помощью общих правил п. 3 ст. 424 ГК РФ исходя из аналогичных показателей, либо при отсутствии таковых признать возмездный договор товарного кредита незаключенным (абз. 2 п. 1 ст. 432 ГК РФ).

(з) Существенные условия договора товарного кредита. К числу условий, согласование которых необходимо и достаточно для того, чтобы договор товарного кредита считался заключенным, относится условие о предмете (объекте предоставления) – наименование и количество заменимых (родовых) вещей, подлежащих передаче и последующему возврату. Как и всякое существенное условие, данное условие считается согласованным, когда оно прямо определено договором либо является определимым, т.е. договор предусматривает правила, позволяю­ щие определить его в будущем (в том числе относит его определение на произвольное усмотрение одной из сторон).

Характеристикой объекта предоставления является и условие об ассортименте вещей, передаваемых заемщику. Однако, поскольку к товарному кредиту применяется п. 2 ст. 467 ГК РФ, предусматривающий специальную восполняющую норму на случай отсутствия в договоре данного условия, оно не может быть отнесено к числу существенных.

Ввиду применения к товарному кредиту восполняющих правил п. 2 ст. 469, п. 2 ст. 478, п. 2 ст. 481 ГК РФ не являются существенными условия, характеризующие соответственно качество, комплектность, тару (упаковку) вещей, подлежащих передаче заемщику и последующему возврату.

677

Оразмере «процента» как об условии договора товарного кредита

ио вопросе о существенности этого условия см. п. «ж» комментария к настоящей статье.

В рамках консенсуальной модели товарного кредита (подробнее см. п. «д» комментария к настоящей статье) не является существенным условие о сроке предоставления согласованных родовых вещей заемщику. В случае отсутствия договорного регулирования такой срок будет определяться с помощью общих правил ст. 314 ГК РФ.

К числу существенных не относится условие о сроке возврата товарного кредита, поскольку в случае его отсутствия подлежит применению восполняющее данный пробел правило абз. 2 п. 1 ст. 810 ГК РФ.

(и) Какие общие положения о займе подлежат применению к догово­ ру товарного кредита? Как уже указывалось, комментируемая статья настаивает на применении к договору товарного кредита общих правил о займе, если это не противоречит существу обязательства. Под последним, видимо, понимаются специфика объекта предоставления и момента признания договора заключенным, характерные для договора товарного кредита.

Кроме того, комментируемая статья допускает возможность заблокировать применение общих положений о займе соглашением сторон. Однако представляется, что какой-то особой свободой участники договора товарного кредита не обладают. В тех же самых пределах, что и относительно любого другого договора займа, стороны договора товарного кредита могут изменить или исключить применение диспозитивных положений § 1 гл. 42 ГК РФ. Изменить или отменить правило, сформулированное императивной нормой (например, абз. 2 п. 3 ст. 807 ГК РФ), стороны договора товарного кредита не вправе.

Большинство предписаний § 1 гл. 42 ГК РФ носят универсальный характер, индифферентны к указанным особенностям товарного кредита, а потому могут адекватно применяться и к рассматриваемому договору. Так, нет препятствий к использованию в отношении товарного кредита модели предоставления оговоренных заменимых (родовых) вещей не непосредственно заемщику, а по его указанию третьему лицу (п. 5 ст. 807 ГК РФ). К товарному кредиту применяются положения абз. 1 п. 3 ст. 807 ГК РФ о праве займодавца превентивно отказаться от договора в случае очевидного предвидимого нарушения со стороны заемщика. На товарный кредит в полной мере распространяются правила п. 2 ст. 811, 813, 814 ГК РФ, предоставляющие возможность займодавцу требовать акселерации долга.

678