Материал: Zaem_kredit_faktoring_vklad_i_schet

по всему, являются императивными. В отношении обоснованности запрета на договорный пересмотр очередности погашения штрафных санкций см. также комментарий к п. 1 ст. 811 ГК РФ.

Факт надлежащего исполнения обязательства заемщика может документироваться соответствующими актами или расписками. Подробнее см. комментарий к п. 3 настоящей статьи.

Более подробный разбор специфики применения общих правил об исполнении обязательства к обязательству заемщика вернуть заем выходит за рамки настоящего комментария.

1.5. Безакцептное списание. Договор кредита может предоставлять банку право безакцептного списания денег с открытого в том же банке счета заемщика (п. 2 ст. 854 ГК РФ, подробнее см. комментарий к данной норме). В такой ситуации заемщик будет считаться предложившим надлежащее исполнение, если в означенную дату на счете заемщика имеется достаточный остаток денежных средств. Если банк по каким-то причинам не воспользовался своим правом списать деньги со счета, имеет место просрочка кредитора: долг заемщика остается непогашенным, но заемщик, как представляется, не должен нести ответственность за просрочку в возврате кредита и не должен платить проценты за использование кредита, а также вправе взыскать с банка убытки в силу п. 3 ст. 405 и ст. 406 ГК РФ. Впрочем, однозначной судебной практики в подтверждение такого подхода пока нет. Поэтому заемщику во избежание споров рекомендуется давать банку распоряжение о списании со своего счета соответствующей суммы в счет погашения кредитной задолженности, не дожидаясь реализации банком своего права на безакцептное списание.

Согласно судебной практике, если договор предусматривал в качестве способа погашения кредита внесение денег на открытый счет заемщика в данном банке и списание банком с этого счета соответствующей суммы по графику платежей или в связи с досрочным погашением кредита, заемщик внес на счет соответствующую сумму, но банк неправомерно уклоняется от ее списания и продолжает числить за заемщиком кредитную задолженность, банк ведет себя точно неправомерно. Волеизъявление заемщика на погашение кредита было выражено достаточно недвусмысленно в форме реализации условий договора о порядке погашения кредитного долга. В таком случае, если банк уклоняется от безакцептного списания, заемщик точно не может считаться впавшим в просрочку. Если банк после поступления средств на счет заемщика в счет погашения кредитной задолженности впадает в банкротство и отказывается проводить безакцептное списание со счета заемщика, заемщик согласно позиции ВС РФ вправе требовать

389

по суду признание его долга погашенным (Определение КГД ВС РФ от 5 июня 2018 г. № 11-КГ18-5).

Есть основания думать, что безакцептное списание банком с открытого в том же банке счета заемщика суммы, составляющей задолженность заемщика по возврату кредита и уплаты процентов, очень похоже на зачет: у банка имеется денежный долг перед заемщиком на сумму денежного остатка по его счету, а у заемщика – долг перед банком по возврату кредита и уплате процентов, а безакцептное списание отражает волеизъявление банка на взаимное погашение этих однородных долгов. Такая позиция была поддержана в Определении КГД ВС РФ от 31 июля 2018 г. № 7-КГ18-13. Но несколько ранее в вышеуказанном Определении КГД ВС РФ от 5 июня 2018 г. № 11-КГ18-5 подобная квалификация отношений была отвергнута. Этот вопрос имеет принципиальное значение в ситуации, когда банк впадает в банкротство. Согласно российскому законодательству, зачет в ходе осуществления процедур банкротства невозможен (п. 1 ст. 63 Закона о несостоятельности (банкротстве), ст. 20 Закона о банках и банковской деятельности, п. 22.10 Положения о временной администрации по управлению кредитной организацией, утвержденного Банком России 9 ноября 2005 г. № 279-П). Соответственно, если придерживаться зачетной теории, банк, попав под процедуры банкротства, просто не может осуществить безакцептное списание со счета заемщика, открытого в том же банке, и будет требовать погашения долга или продавать его с торгов, а клиенту-заемщику придется устанавливаться в реестре требований кредитора банка на сумму причитающегося ему денежного остатка по счету или удовлетворяться за счет обращения к механизму обязательного страхования вкладов. Данный вопрос в судебной практике возникает, но пока однозначно не разрешен.

Против зачетной квалификации имеются определенные контраргументы. Например, долг банка перед клиентом в пределах остатка по счету носит характер «до востребования». Безакцептно списывая со счета сумму, равную своим притязаниям к клиенту, банк как бы принуждает клиента к востребованию, что не вполне нормально. Это не ставит под сомнение саму законность безакцептного списания, если оно осуществляется на основании условий договора или закона, но заставляет задуматься над тем, идет ли здесь речь о классическом зачете. Впрочем, этот нюанс сам по себе вряд ли исключает зачетную теорию безакцептного списания. Ведь стороны своим соглашением могут скорректировать общие условия для зачета: устанавливая в договоре право безакцептного списания долга заемщика со счета в том же банке, стороны как раз и корректируют эти общие условия. Как

390

бы то ни было, указанные нюансы зачета, осуществляемого в форме безакцептного списания, сами по себе вряд ли достаточны для того, чтобы вывести такой инструмент из-под действия запрета на зачет в банкротстве. Но здесь следует сделать две оговорки.

Во-первых, сам запрет на зачет в банкротстве вызывает множество споров. Многие ученые в принципе настаивают на необходимости отмены этого запрета. Есть и компромиссная точка зрения, согласно которой такой запрет следует сохранить, но толковать ограничительно и не применять к тем ситуациям, когда право на зачет входило в структуру договорной программы взаимоотношений сторон, и, заключая договор, стороны всерьез полагались на возможность погашения своих притязаний за счет зачета. Такая ситуация как раз и имеет место

вслучае с кредитом. Идя на заключение договора кредита, содержащего условие о безакцептном списании кредитного долга со счетов заемщика в том же банке и обслуживая свои расчеты через открытые

вбанке счета, заемщик мог разумно полагаться на то, что его задолженность будет погашаться банком путем списания средств со счета, это предположение входит в программу договорного правоотношения. В таких условиях имеются определенные аргументы в пользу того, чтобы допускать безакцептное списание в такой ситуации (т.е. фактический зачет). Более того, как представляется, заявление о таком зачете может сделать сам заемщик, после чего банк должен осуществить дебетование счета заемщика на соответствующую сумму. Но последние по времени акты ВС РФ пока по этому пути не идут и блокируют право банка на безакцептное списание, подводя его под запрет зачета (Определение КГД ВС РФ от 31 июля 2018 г. № 7-КГ18-13, об одном важном исключении см. ниже).

Во-вторых, уж точно заемщик должен быть защищен в ситуации, когда сам договор кредита предусматривал внесение долга по кредиту на счет заемщика, открытый в том же банке. В такой ситуации если заемщик вносит долг на открытый в банке специально для этого счет, заемщик выразил свою волю на зачет в момент внесения денег на счет специально для погашения кредита. Если это произошло до открытия против банка дела о банкротстве, заемщик не должен пострадать. Если банк не успел списать эту внесенную заемщиком сумму со счета и впал

вбанкротство, запрет на зачет применяться не может, банк вправе произвести списание со счета, а долг следует считать погашенным. Такую позицию поддерживает и ВС РФ (Определение КГД ВС РФ от 5 июня 2018 г. № 11-КГ18-5). Иначе получается абсурдная ситуация: ведь деньги на счете оказались исключительно потому, что заемщик внес туда средства для целей погашения кредита.

391

1.6. Проблема «связанного кредита». Очень сложный и пока не разработанный в российском праве вопрос возникает в ситуации, когда банк, работая в тесной коллаборации с продавцами, подрядчиками

иисполнителями, предлагающими свои товары, работы или услуги потребителям (далее – продавцы), финансирует такие потребительские сделки на основании договоров, заключаемых банком с потребителями. Обычно между банком и соответствующим продавцом заключается договор, опосредующий такое сотрудничество (договор о совместной деятельности, агентский договор и т.п.), в рамках которого менеджеры продавца предлагают потребителям финансовую услугу банка-пар- тнера по предоставлению целевого займа для приобретения (заказа) желанных товара, работ или услуг. При этом сами кредитные договоры с потребителями от имени банка могут заключать сотрудники соответствующего продавца, которые продают свой товар в едином пакете с кредитом данного банка, или в соответствующей точке продаж располагается рабочее место сотрудника банка, занимающегося оформлением кредитов «на месте», или даже мини-офис банка. По сути, продавец в целях увеличения объема продаж предлагает потребителю, желающему купить тот или иной товар, но испытывающему бюджетные ограничения, свой товар в пакете с конкретным кредитным продуктом от соответствующего партнерского банка и помогает в его оперативном заключении, действуя на основе некоего соглашения с банком.

Втакой ситуации принято говорить о том, что договор кредита

ифинансируемый с его помощью потребительский договор куплипродажи (подряда, оказания услуг) являются связанными договорами (linked contracts), а договор кредита, оформляемый единым пакетом с договором купли-продажи, обычно именуется связанным кредитным договором (linked credit agreement). Сумму кредита банк либо направляет по поручению потребителя (заемщика) напрямую на счет продавца, либо зачисляет на счет потребителя, открываемый тут же в данном банке, и через юридическую секунду списывает по оформленному заранее поручению потребителя и переводит на счет продавца.

Проблема возникает тогда, когда потребитель после перевода денег на счет продавца сталкивается с нарушением последним своих обязательств по договору. Так, если потребитель, не получив от продавца согласованного исполнения, настаивает на реальном исполнении договора (например, ожидает передачи товара, доставка которого была просрочена, требует устранить дефект в переданном товаре или заменить товар), он в течение достаточно длительного времени может быть вынужден платить проценты банку, не имея возможности полноценно

392

использовать то, что партнер банка обещал ему передать. Также в ряде случаев из-за нарушения договора у потребителя может возникнуть право на соразмерное уменьшение цены или полный возврат уплаченной цены в связи с отказом от договора. Если продавец немедленно удовлетворит такое требование, соответствующая сумма будет возвращена потребителю, и он может досрочно погасить кредит в целом или в части, используя предусмотренное в п. 2 ст. 810 ГК РФ право досрочно погасить кредит. Но что, если такие требования удовлетворены немедленно не будут, и потребителю придется судиться с продавцом? Все это время он будет вынужден платить банку проценты. Не логичнее ли в обоих случаях возложить такой риск на банк и освободить заемщика от уплаты процентов в целом или в соответствующей части

вуказанный период? Если бы договор кредита и договор купли-про- дажи друг с другом не были столь тесно связаны, и кредитный продукт не продавался потребителю в едином пакете с предметом купли-прода- жи, ответ должен быть однозначно отрицательным. Но что, если речь идет действительно о связанных контрактах, выступавших элементами единого потребительского продукта (точнее, одной из предлагаемых его опций)?

Наконец, переходя собственно к теме погашения самого заемного долга, следует отметить, что, если в целом двинуться по пути защиты потребителя от последствий формального разрыва судьбы его кредитных обязательств и динамики исполнения по основному договору купли-продажи, есть все основания подумать над тем, чтобы а) вовсе освободить потребителя от долга перед банком в целом, если потребитель впоследствии столкнется с банкротством продавца (подрядчика, исполнителя) и так и не сможет получить обещанный товар (работы или услуги) и вернуть уплаченные за счет кредита средства в связи с правомерным расторжением договора, и б) освободить на случай подобного банкротства потребителя от долга в части, соразмерной неудовлетворенным требованиям потребителя о возврате части цены

всвязи с соразмерным ее снижением или о возмещении возникших убытков.

Во многих странах ЕС банк, выдавший такой «связанный кредит», считается принявшим на себя риски неисправности в поведении продавца (подрядчика, исполнителя), с которым они в тесном и постоянном сотрудничестве работают, обслуживая потребителей по тем или иным видам предлагаемых продуктов. На этот счет имеется Директива Европейского парламента и Совета ЕС от 23 апреля 2008 г. № 2008/48/ЕС о договорах потребительского кредитования и отмене Директивы Совета ЕС 87/102/ЕЭC, которая в положениях п. 37–38

393