Материал: Zaem_kredit_faktoring_vklad_i_schet

«Оспаривание займа по безденежности». Эти изменения свидетельствуют о том, что законодатель скорректировал название и текст данной статьи, чтобы она могла охватить собой и случаи консенсуального займа. Так что есть все основания применять ст. 812 ГК РФ и в отношении консенсуального займа.

Возражение об отсутствии факта заемного предоставления не задавнивается, как и большинство иных возражений. Это значит, что, когда бы займодавец ни предъявил иск к заемщику, последний всегда может возразить об отсутствии заемного долга. Что же касается иска

опризнании реального договора займа незаключенным или иска

опризнании суммы займа по консенсуальному займу непредоставленной (если заемщик зачем-то захочет в судебном порядке добиться констатации данных фактов), то к такому иску применяется общий трехлетний срок исковой давности. Теоретически есть основания ставить под сомнение идею о задавнивании исков о признании (констатации) тех или иных состояний, направленных на устранение правовой неопределенности, но не направленных на принуждение оппонента к тому или иному предоставлению. Несколько странно, что возражение о незаключенности договора (как и возражение о ничтожности договора) не задавнивается, но иск о признании договора ничтожным (или незаключенным) задавнивается. В ряде стран не задавниваются ни возражения, ни иски о признании. Впрочем, вопрос выходит за рамки настоящего комментария. Здесь лишь достаточно констатировать, что российская судебная практика применяет трехлетний срок давности и к искам о признании ничтожной сделки недействительной (ст. 181 ГК РФ), и к искам о признании договора незаключенным, даже если такие иски не сопровождаются материальными требованиями о возврате какого-либо имущества и нацелены лишь на констатацию правового состояния и устранение правовой неопределенности.

1.1.Возможные доказательства непредоставления займа. Бремя доказывания факта заключения договора и предоставления займа лежит на займодавце. Поэтому если заемщик оспаривает заем, ему достаточно просто заявить о том, что заем ему не предоставлялся. Но если займодавец предъявил достаточные с точки зрения релевантного стандарта доказывания доказательства предоставления займа заемщику (например, расписку, подтверждающую получение займа), бремя представления доказательств в опровержение данного факта переносится на заемщика.

Заемщик может представлять в качестве доказательств неполучения займа различные доказательства. Например, он может представить

464

доказательства того, что в дату, в которую по данным займодавца заемщик получил наличные деньги в Москве, он находился в зарубежной командировке. Он также вправе представить суду аудиоили видеозапись разговора с займодавцем, из которых следует, что на самом деле заем заемщику не передавался или имущество передавалось не в заем, а на ином основании; ВС РФ допускает это даже тогда, когда сама запись делалась скрытым образом (определения КГД ВС РФ от 27 ноября 2018 г. № 44-КГ18-19 и от 14 апреля 2015 г. № 33-КГ15-6). Может заемщик подвергнуть сомнению подлинность своей подписи на расписке или иных документах, которые представил займодавец в подтверждение выдачи займа; в такой ситуации обычно спор решается за счет проведения соответствующей экспертизы (Определение КГД ВС РФ от 31 марта 2015 г. № 33-КГ15-3). Если заем предоставлялся путем перечисления средств с расчетного счета займодавца на счет заемщика, открытый в том же банке, платеж проводился внутренней проводкой банка, заемщик может оспорить получение займа, представив доказательства того, что на корреспондентском счете банка в тот момент не было достаточных средств (Постановление Президиума ВАС РФ от 3 июня 2014 г. № 2953/14).

Одних объяснений заемщика, который отрицает факт получения займа, естественно, недостаточно, чтобы опровергнуть соответствующие релевантному стандарту доказывания доказательства выдачи займа, представленные займодавцем (Определение КГД ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 18-КГ15-90).

Аргумент о том, что у займодавца нет подтвержденных доходов, которые могли бы позволить ему предоставить крупную сумму в заем, сам по себе по общему правилу не рассматривается как достаточный для опровержения факта предоставления займа (определения КГД ВС РФ от 13 февраля 2018 г. № 41-КГ17-39 и от 23 июня 2015 г. № 18-КГ15-90). И тем более на займодавца не может быть возложено бремя доказывания того, что у него могла иметься соответствующая сумма, передача которой заемщику становится предметом спора (Определение КГД ВС РФ от 17 июля 2018 г. № 46-КГ18-20). В то же время в совокупности с иными доказательствами это обстоятельство может иметь определенное значение.

Факт близкородственных отношений между сторонами сам по себе не исключает того, что перечисленная сумма представляет собой предоставление займа (Определение КГД ВС РФ от 25 сентября 2018 г. № 14-КГ18-24), но опять же наряду с иными доказательствами это обстоятельство может учитываться судом при неясности природы платежа.

465

Подписание сторонами письменного договора займа после передачи денежных средств заемщику не является основанием для оспаривания данного договора по безденежности, если очевидно, что стороны своим соглашением имели в виду наделить переданные или перечисленные деньги характером заемного предоставления (Определение КГД ВС РФ от 25 октября 2016 г. № 74-КГ16-16).

Сам факт неотражения переданной суммы займа в наличной форме в бухгалтерии заемщика не может свидетельствовать против передачи займа.

1.2.Безденежность и иные объекты заемного предоставления. В целом термин «безденежность» кажется крайне неудачным в свете очевидной необходимости применения правил настоящей статьи и к случаям, когда речь идет о займе вещей или ценных бумаг. Как бы то ни было, в нынешних условиях суды должны воспринимать «безденежность» как условный термин, не означающий сужение сферы применения ст. 812 ГК РФ только до денежных займов.

1.3.Безденежность и валютирование зачетом. Здесь возникает проб­ лема увязки правил комментируемого пункта о безденежности займа,

содной стороны, и, во-первых, практики взимания аванса по уплате процента или платы за выдачу кредита (дизажио) у источника посредством зачета при выдаче займа или кредита (см. п. 3.3 комментария к ст. 809 и п. 1.12 комментария к ст. 819 ГК РФ), во-вторых, практики валютирования долга займодавца (банка) по предоставлению займа или кредита зачетом долга заемщика по возврату ранее выданного кредита (займа) или иного долга – с другой. Суть конфликта в следующем:

содной стороны, из правил комментируемой статьи о безденежности следует, что размер заемного долга заемщика не может быть больше, чем та сумма, которая ему была фактически предоставлена; все, что заемщик должен передать займодавцу сверх переданного ему ранее самим займодавцем, является той или иной формой вознаграждения, но не заемным долгом. С другой стороны, неочевидны какие-либо убедительные политико-правовые резоны блокировать использование зачета как способа погасить часть долга займодавца по выдаче кредита или займа в тех случаях, когда стороны прямо этот зачет согласовали. Кроме того, положения п. 1.1 ст. 819 ГК РФ о возможности выдачи нового кредита за счет зачета долга заемщика по возврату прежнего кредита к долгу банка по выдаче нового кредита недвусмысленно указывают на то, что при наличии прямого согласия сторон такая механика выдачи займа или кредита возможна. В целом мы придерживаемся либерального подхода в данном вопросе (подробнее см. подп. «е» п. 1.3 комментария к ст. 807 ГК РФ, п. 3.3 комментария к ст. 809 ГК РФ,

466

п.1.12 комментария к ст. 819 ГК РФ, а также комментарий к п. 1.1. ст. 819 ГК РФ).

Вто же время мы скептически относимся к возможности валютирования долга займодавца по выдаче займа (кредита) зачетом в тех слу­ чаях, когда это прямо не предусмотрено в соглашении сторон (подп. «е»

п.1.3 комментария к ст. 807 ГК РФ).

Соответственно, если верны эти утверждения, правила комментируемой статьи не исключают признание займа предоставленным, если займодавец на основании прямого согласия заемщика выдал заем путем полного или частичного зачета своего долга по выдаче займа к тем или иным согласованным обязательствам заемщика (по авансированию процентов, по внесению платы за выдачу кредита, по погашению прежнего кредитного долга и т.п.). Но такой способ выдачи займа (кредита) должен быть прямо оговорен сторонами, при отсутствии такого соглашения предоставление займа (кредита) путем одностороннего зачета не должно допускаться.

2. Запрет на использование свидетельских показаний для оспаривания займа. Как указано в комментируемом пункте, если договор займа должен быть заключен в письменной форме согласно правилам ст. 808 ГК РФ, оспаривать заем (т.е. доказывать непредоставление займа полностью или в части) посредством свидетельских показаний по общему правилу нельзя. Это значит, что такой вид доказательств признается недопустимым, если одной из сторон договора займа является юридическое лицо, а в остальных случаях – если сумма займа превышает 10 тыс. руб. Суд не может принимать такие доказательства в соответствии со ст. 60 ГПК РФ и ст. 68 АПК РФ (см. также п. 8 Постановления Пленума ВС РФ от 24 июня 2008 г. № 11).

2.1. Применение правила к реальным договорам займа. Как может работать это правило в контексте реальных договоров? Как уже отмечалось, по общему правилу бремя доказывания передачи займа заемщику лежит на займодавце, ведь факт передачи займа в реальном договоре входит в фактический состав сделки (т.е. договор займа не заключен, пока заем фактически не передан). Соответственно, заемщик не обязан доказывать то, что договор займа фактически не заключался, ему достаточно просто отрицать факт получения займа. В то же время мыслимы ситуации, в которых займодавец сможет представить доказательства выдачи займа, достаточные для соблюдения релевантного стандарта доказывания. В такой ситуации, если заемщик не представит доказательств обратного, суд может признать факт получения займа доказанным. И как раз здесь на сцену и выходит комментируемое

467

правило: заемщик не может пытаться опровергать доказательства займодавца о предоставлении займа ссылками на свидетелей, если сам договор займа должен был оформляться письменно в силу ст. 808 ГК РФ. Например, если займодавец представляет в суд надлежащим образом оформленную расписку в подтверждение заключения реального договора займа, суд не может привлечь к делу свидетелей заемщика, которые теоретически могли бы опровергнуть факт получения займа или указать на то, что фактически заем был предоставлен в меньшей сумме. Такое доказательство будет просто недопустимым (см., например, определения КГД ВС РФ от 9 апреля 2013 г. № 24-КГ13-3, от 23 декабря 2008 г. № 24-В08-5 и др.).

Если сумма займа по договору, заключенному между гражданами, равна или ниже 10 тыс. руб., требование письменной формы по ст. 808 ГК РФ неприменимо, а следовательно, как займодавец вправе доказывать факт передачи займа за счет свидетельских показаний, так и заемщик может привлекать свидетелей для опровержения доказательств займодавца. Может сложиться такая ситуация, когда в пользу займодавца будет некий письменный документ, а в пользу заемщика будут приведены свидетельские показания (например, займодавец в подтверждение факта предоставления займа представит расписку, на которой стоит подпись, которую заемщик не признает за свою, а экспертиза признала с большой вероятностью, но не точно принадлежащей заемщику, а при этом ряд независимых свидетелей подтвердят, что в указанный на расписке день заемщик находился в долгосрочной зарубежной командировке и при всем желании не мог расписаться на этой расписке). В силу принципа свободной оценки доказательств судья будет оценивать все доказательства на основе внутреннего убеждения, применяя интуитивно ощущаемый им как справедливый стандарт доказывания. И здесь, естественно, нет места для каких-то строгих иерархий средств доказывания. Поэтому письменный документ сам по себе не имеет априорно бóльшую степень убедительности, чем свидетельские показания. Все зависит от конкретных обстоятельств.

2.2. Применение правила к консенсуальным договорам займа. Как уже отмечалось в комментарии к п. 1 настоящей статьи, применение данного правила к консенсуальным договорам займа также возможно. Передача займа по консенсуальному договору не является элементом фактического состава сделки. Тем не менее если сам договор займа должен был быть заключен в письменной форме, то ссылаться на свидетельские показания при доказывании неполучения займа от займодавца заемщик не сможет. Бремя доказывания исполнения обязательства по передаче займа заемщику по консенсуальному до­

468