Материал: Актуальные вопросы современной филологии и журналистики

Актуальные вопросы современной филологии и журналистики № 4(39) 2020

элементы одной формы смешиваются с элементами другой» [6, с. 191]. Как видно из приведенной цитаты, под контаминацией Г. Пауль понимает, прежде всего, феномен непроизвольной, неинтенциональной контаминации, возникающей в результате непреднамеренного смешения двух элементов, отчасти подобных в смысловом и/или формальном отношении. Иными словами, речь идет о разного рода оговорках (например, niet < nett и lieb или das Wasser verdumpft < verdampft и verdunstet) (см. список наиболее распространенных немецких оговорок в [7]). По мнению С. Бехманна, речь идет о «нарушениях нормы, не приводящих к изменениям на уровне языковой системы» [8; с. 118, перевод наш – О.Н., О.Г.]. От такого рода непроизвольных контаминантов, остающихся, преимущественно, окказиональными продуктами речи, следует отличать интенциональную контаминацию, при которой языковая личность намеренно создает из исходных лексических единиц новое семантически независимое слово, отличающееся особой выразительной и броской формой.

Вслед за другими лингвистами [9; 10; 11 и др.], мы рассматриваем интенциональную контаминацию как уникальный периферийный способ образования новых слов, при котором говорящий совершает над участвующими исходными лексическими единицами одновременно аддитивные и субтрактивные операции: оба исходных компонента объединяются в новое с формальной и семантической точки зрения слова – контаминант, при этом в определенном месте – в т. н. «зоне контакта» – происходит объединение формальных сторон исходных лексических единиц и одновременно их усечение, которое далеко не всегда проходит по границам морфем или слогов.

Из сказанного становится понятным, что контаминацию не следует рассматривать как разновидность словосложения или сокращения [ср. 10; с. 115; 11; с. 78]. В отличие от словосложения, при котором в состав нового слова входят обе основы целиком, при контаминации по меньшей мере одна из участвующих основ подвергается усечению, при этом оставшийся элемент далеко не всегда сохраняет морфемный характер. В отличие же от сокращенных слов, контаминанты являются не лексическими дублетами к соответствующим полным формам, а новыми словами с самостоятельным значением.

Для немецкого языка можно выделить несколько наиболее распространенных типов контаминации. Согласно классификации Р. Виндиша [12; с. 35f.], существуют два основных структурных типа: 1) скрещивание слов (Wortkreuzung), при котором в новую лексическую единицу объединяются начальный сегмент первого исходного слова и конечный сегмент второго слова (например, gruscheln < grüßen и kuscheln; 2) наложение слов (Wortüberscheidung), при котором исходные лексемы располагает в фонетическом и/или графическом плане неким общим сегментом, используемом в новом слове лишь единожды (например, Formularifari < Formular и Larifari) [13; с. 93].

По мнению П.О. Мюллера и К. Фридрих [11; с. 82ff.] следует также различать фонетическую и графическую контаминацию. В первом случае контаминанты можно распознать в звучащей речи как самостоятельные слова (например, Kurlaub < Kur и Urlaub), во втором случае произношение контаминированного слова совпадает с одним из исходных слов, так что только графическая форма слова позволяет отличить контаминант (например, coolinarisch < cool и kulinarisch).

В рамках фонетической контаминации можно, вслед за упомянутыми выше исследователями, выделить несколько подвидов.

1. Фузионная контаминация, при которой на стыке базисных компонентов происходит слияние (сплавление) их сегментов друг с другом, что делает неочевидным место морфемной границы участвующих основ:

а) фузионная контаминация без сокращения обоих исходных компонентов; наложение может происходить по границам морфем, слогов или букв (например, elefantastisch < Elefant

и fantastisch, weinmalig < Wein и einmalig);

126

Actual issues of modern philology and journalism № 4(39) 2020

b) фузионная контаминация с сокращением первого исходного компонента (например, akadämlich < akademisch и dämlich, Besserwessi < Besserwisser и Wessi);

c) фузионная контаминация с сокращением второго исходного компонента (например,

Fairkehr < fair и Verkehr, schneekorieren < Schnee и dekorieren);

d) фузионная контаминация с сокращением обоих исходных компонентов (например,

Birnane < Birne и Banane, Madalog < Magazin и Katalog).

2. Последовательная контаминация, при которой, в отличие от фузионной, не происходит сплавления сегментов исходных лексических единиц в месте контакта, так как исходные сегменты («осколки») последовательно присоединяются друг к другу:

a) последовательная контаминация с сокращением первого исходного компонента

(например, Denglisch < Deutsch и Englisch, Sehnflucht < Sehnsucht и Flucht);

b) последовательная контаминация с сокращением второго исходного компонента

(например, bierologisch < Bier и biologisch, handyringend < Handy и händeringend);

c) последовательная контаминация с сокращением обоих исходных компонентов

(например, fahlaxen < fahren и relaxen, schnoppen < schnell и stoppen).

3. Интегративная контаминация, при которой один компонент элемент инкорпориру-

ется в другой (например, anbahndeln < anbandeln и Bahn, Alumülliium < Alluminium и Müll).

При графической контаминации речь идет о новообразованиях, контаминативный характер которых становится очевидным только на письме: их фонетическая сторона полностью или в значительной степени омофонична более длинному исходному компоненту, в то время как более короткий исходный компонент может быть идентифицирован лишь графически. В рамках графической контаминации можно также выделить несколько подвидов.

1)Контаминация без смешения кодов, при которой контаминативный статус новообразованных слов вытекает из отклонений в написании участвующих компонентов, при этом, однако, не происходит смешения различных знаковых систем (например, Seensucht < See и Sehnsucht, effektief < effektiv и tief).

2)Контаминация путем смешения кодов, при которой контаминируются исходные компоненты, принадлежащие различных знаковым системам – собственно языковой системе

изнаковым системам формул, символов и т.п. (например, с%l < cool и %, H2Oh! < H2O и Oh!).

По мнению Д. Дейви, создание контаминантов может быть обусловлено либо «прагма-

тически» («to coin new words for new things»), либо «эстетически» («to be creative with language») [14; с. 69]. Прагматически детерминированные контаминанты представляют собой, как правило, экономичные номинации новых явлений в жизни общества (например, Flexitarier < flexibel и Vegetarier ‗тот, кто не полностью отказывается от мяса, однако, сильно ограничивает его употребление‘). Создание контаминированных слов, продиктованное эстетическими причинами, часто представляет собой попытку обозначить нетривиальным, остроумным, ироничным и одновременно экономичным способом такой концепт, который иначе пришлось бы оязыковлять объемной парафразой, в результате чего был бы утрачен эффект языковой игры (например, Smombie < Smartphone и Zombie ‗тот, кто настолько пристально смотрит в смартфон, что ничего не замечает вокруг‘). По мнению Ф. Харма, контаминация представляет собой «весьма игривый словообразовательный тип» [15; с. 28, перевод наш – О.Н., О.Г.]. Контаминанты, создаваемые для обнаружения эстетического восприятия обозначаемых понятий, содержат в своей семантике, помимо собственно денотативного, обязательный коннотативный, эмоционально-оценочный компонент.

Поэтому представляется обоснованным рассматривать контаминацию как специфическую словотворческую стратегию, позволяющую говорящему удовлетворить жажду экспрессии, дать выход эмоциям и субъективным оценкам. Это делает контаминацию особенно популярной в дискурсах, где востребовано игровое словотворчество. Под игровым словотворчеством мы в данной работе понимаем создание новых слов для достижения надъязыко-

127

Актуальные вопросы современной филологии и журналистики № 4(39) 2020

вого, эстетического, чаще всего – комического эффекта. Игровое словотворчество вытекает из способности языковой личности быть не только «потребителем» уже готовых языковых форм и средств, но и действовать в отношении этих средств по собственному свободному выбору, в том числе выходить за пределы ограничений системы языка и предписаний языковой нормы для реализации коммуникативных намерений. При образовании и/или использовании контаминированных слов приоритетная цель продуцента дискурса состоит в том, чтобы вызвать у реципиента ответную эстетическую, морально-нравственную, но прежде всего эмоциональную реакцию – в виде удивления, улыбки, удовлетворения от осознания игрового смысла, заложенного в контаминанте.

Поскольку языковая игра есть разновидность игры как человеческой деятельности в целом, то следует упомянуть различные теории языковой игры – теорию избыточной энергии, теорию восстановления сил, теорию рекапитуляции, теорию самовыражения (см. подробнее в [16]). В зависимости от тех или иных экстралингвистических условий, игровое словотворчество может преследовать, соответственно, различные цели: «выпустить пар», понизить уровень умственного и эмоционального напряжения, выразить собственную индивидуальность, справиться со страхом или сложной проблемой и т. п.

Сэтой точки зрения интересным представляется описание процесса создания контаминированных слов как игровой словотворческой стратегии преодоления психологического кризиса в условиях пандемии коронавируса. Материалом для исследования послужили контаминированные слова, выявленные методом сплошной выборки из списка лексических инноваций под рабочим названием «Новая лексика вокруг пандемии коронавируса» (Neuer Wortschatz rund um die Coronapandemie), представленного на сайте Института немецкого языка (Мангейм, Германия) в рамках проекта «Словарь неологизмов» [3].

В процессе исследования использовались такие методы исследования, как наблюдение, лексико-семантический и словообразовательный анализ, анализ корпусных данных. В качестве источника иллюстративных примеров привлекаются электронные тексты «Немецкого справочного корпуса» [17] Института немецкого языка (Мангейм, Германия), а также актуальные материалы немецкоязычных СМИ, находящихся в свободном доступе сети Интернет.

Сразу оговоримся, что представленный в статье новейший языковой материал изучается «по горячим следам»: процессы конвенционализации и узуализации новых лексических единиц пока далеки от завершения, однако, уже на данном этапе можно выявить определенные тенденции в их «жизни» в языке с учетом, прежде всего, медийных и сетевых дискурсивных практик.

Анализируя причины возникновения контаминантов в период коронавирусной пандемии (даже на достаточно небольшом, но довольно репрезентативном материале), можно предположить, что одной из основных причин появления новообразований данного периода является стремление к достижению комического (иронического или юмористического) эффекта. Юмор, ирония, сатира являются защитной реакцией человека, помогающей справиться со страхом перед опасной ситуацией (пандемией коронавируса) или сложной проблемой (унынием в связи с вынужденной самоизоляцией и карантином). Также использование контаминации при образовании «коронеологизмов» можно обосновать стремлением к компрессии информации и реализации образно-выразительного потенциала контаминированных новообразований, возникающему благодаря установлению особых ассоциативных связей между синтаксически обособленными словами и привнесению элементов субъективного смысла.

Сформально-структурной точки зрения в исследуемом языковом материале представлены контаминанты разных типов: фонетические фузионные контаминанты без сокращения обоих компонентов (Coronamour, Covidiot), с сокращением первого компонента (Quarantini, Quaranteam), с сокращением обоих компонентов (Coronials, Quarantini); фонетические последовательные контаминанты с сокращением второго компонента (Panikdemie, Plandemie), с

128

Actual issues of modern philology and journalism № 4(39) 2020

сокращением обоих компонентов (Infodemie, Maskomat); а также графический контаминант без смешения кодов (Hygiäne).

Перейдем к описанию эмпирического материала с целью определения мотивирующих основ, участвующих в формировании семантики контаминированных новообразований и обусловливающих возникновение эмоционально-оценочного потенциала «коронеологизмов».

Контаминант Coronamour (ʻкарантинная любовьʼ) образован стяжением слов Corona и Amour и употребляется для обозначения любовных отношений, которые возникли во время контактных и бытовых ограничений, предписанных для сдерживания пандемии Covid-19. Базовые элементы контаминанта употребляются в прямом, конкретном значении и не требуют дополнительной интерпретации. В целом неологизм может быть охарактеризован как обладающий формальной и семантической новизной, связанный с возникновением нового явления периода коронавирусной пандемии, имеет положительную, иронически-шутливую коннотацию.

Контаминант Coronexit (ср. русск. коронаэкзит; ʻвыход из карантинных мерʼ) состоит из компонента Corona и основы англоязычного существительного exit и обозначает прекращение социальных и экономических ограничений во время пандемии Covid-19. Неологизм образован по аналогии со словом Brexit, на основе ассоциативной связи с данным понятием, обозначающим выход Великобритании из ЕС и связанной с ним процедуры, что придает новообразованию эффект каламбура.

Следующий контаминант Coronials (ср. русск. корониалы) обозначает новое поколение

– детей, зачатых во время домашнего карантина, введенного из-за распространения Covid-19 и длительного пребывания пар на самоизоляции. Мотивирующими словами-основами данного контаминанта выступают Corona и англоязычное millennials. Контаминированный неологизм употребляется метафорически, имеет иронически-шутливую коннотацию.

Ещѐ один пример контаминанта, образованного с основой Corona, новообразование Coronoia (ср. русск. коронойя), где в качестве второго компонента выступает заимствованное в немецкий язык слово Paranoia. Новая лексическая единица используется для описания слишком сильного, отчасти необоснованного страха заразиться коронавирусом. Данная единица характеризуется отрицательной оценочностью, которая реализуется через второй компонент контаминанта.

Следующие два контаминированных новообразования содержат в своем составе словооснову Covid, которое накладывается на последующее слово на основе фонетической схожести обоих мотивационных слов. Covidarität (ср. русск. ковидарность) состоит из компонентов Covid и Solidarität и обозначает добровольную помощь, участие в волонтерском движении в эпоху коронавирусной пандемии. Второе новообразование Covidiot (ср. русск. ковидиот) практически является абсолютным интернационализмом, построено из понятных всем компонентов Covid и Idiot. Оно обозначает человека, пренебрегающего опасностью заражения и не предпринимающего никаких превентивных мер, либо наоборот того, кто слишком серьезно (неадекватно) относится к пандемии и, например, скупает в больших количествах туалетную бумагу, продукты и т.д. Положительную оценочность в первом и отрицательную во втором случае контаминанты с компонентом Covid получают за счет второго определяющего слова, являющегося существительным с коннотацией одобрения и осуждения соответственно.

Контаминанты Infodemie, Panikdemie и Plandemie, образованные путем последовательной контаминации без наложения слов-основ со вторым компонентом Pandemie или Epidemie, выполняют, по сути, экспрессивную функцию, обозначая негативные явления периода пандемии, которые приняли масштабный характер. Infodemie (ср. русск. инфодемия) используется для описания информационного шума на тему коронавируса, в основном когда речь идет о негативных и фейковых новостях о Covid-19. Panikdemie новообразование, со-

129

Актуальные вопросы современной филологии и журналистики № 4(39) 2020

стоящее из слов-основ Panik и Pandemie, обозначает стремительно распространяющийся, очень сильный и парализующий страх перед пандемией Covid-19, спровоцированный во многом сообщениями в СМИ, которые некоторые критикуют как преувеличенные. Интересным представляется контаминированное новообразование Plandemie (ср. русск. пландемия), первый компонент которого Plan определяет общее значение новообразования, которое трактуется (согласно теории заговора) как пандемия Covid-19, сознательно организованная политиками, отсюда отрицательная оценочность единицы.

Безусловным атрибутом эпохи пандемии стали предметы индивидуальной защиты, в первую очередь – маски. В немецком языке появились новое сложносокращенное слово – Munaschu (от соответствующей полной номинации Mundnasenschutz), использующееся для обозначения защитной маски на лицо, а также контаминант Munaske от слов-основ Mund, Nase и Maske. Контаминант построен путем слогового усечения формальной структуры участвующих основ и носит экспрессивный характер. Подобным способом образован также контаминант Maskomat (от слов Maske и Automat), основанный на шутливом обыгрывании названия «масочного» автомата (обычно перед магазином), где можно приобрести индивидуально упакованные средства защиты.

Юмористический эффект контаминированных новообразований Quarantini и Hygiäne также основан на языковой игре с применением фузионной контаминации и фонетической схожести слов-основ. Контаминант Quarantini состоит из мотивационных компонентов Quarantäne и Martini и используется для названия коктейля, который стал популярен во время пандемии Covid-19, приготовляемый из джина, водки, сока лайма, имбирного пива, маракуйи

иукрашенного свежей мятой. Ср. русск. карантини, обозначающее любой алкоголь, который употребляется во время онлайн-вечеринки с друзьями в Zoom или также событие, т.е. видеовстречу с друзьями с обязательным употреблением алкоголя.

Второй пример – графический контаминант Hygiäne – является соединением основ слов Hygiene и Hyäne. Игра слов, положенная в основу данного новообразования, создает комический эффект: данным неологизмом можно охарактеризовать человека, который, как гиена, чрезмерно дезинфицирует себя, используя все возможные средства антивирусной защиты. Наличие отрицательной, иронически-шутливой коннотации приведет, скорее всего, к тому, что данная единица не будет долго существовать в языке, и на данном этапе она не фиксируется словарями, но активно используется интернет-пользователями в чатах.

Среди анализируемых примеров представлен также контаминант, соединенный по типу уточнения, при котором значение участвующих основ модифицируется, и новое слово приобретает оценочный характер. Это заимствованный в немецкий язык контаминант Staycation (stay home + vacation), который в период пандемии стал особенно актуальным. Он используется для обозначения отпуска без путешествий. Первые фиксации данного неологизма не относятся к периоду пандемии, однако именно сейчас благодаря шутливо-иронической коннотации он приобрел коммуникативную востребованность.

Отпуск без путешествий и долгий период самоизоляции в период коронавирусного карантина способствовали тому, что у каждого человека сложился определенный замкнутый круг общения. Для обозначения такого круга людей в немецком языке используется контаминант Quaranteam, состоящий из основ слов Quarantäne и Team. Данная единица используется также для обозначения общего чата, в котором обсуждаются вопросы, связанные с правилами выживания во время пандемии. Новообразование базируется на фонетическом приеме языковой игры, имеет положительную, шутливую коннотацию.

Анализ эмпирического материала показывает, что глобальный масштаб пандемии коронавируса обусловил во многом интернациональный характер «коронеологизмов» в целом

иновых контаминантов в частности. Мы можем наблюдать подобные в структурном и смысловом отношении контаминированные новообразования периода пандемии 2020 года в различных языках (в частности, в немецком, английском и русском) (например, таких, как Co-

130