Материал: Аристотель. Собрание сочинений. Том 02

Внимание! Если размещение файла нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам

прибавляется еще и задача — уметь подвергать испыта­ нию [рассуждения собеседника] не только диалекти­ чески, но и наподобие сведущего, то целью исследова­ ния было не только выполнение названной задачи, а именно умение выслушивать чужие доводы, но и умение, защищая свои доводы, таким же образом от­ стаивать тезис при помощи как можно более правдо­ подобных [посылок]. О том, что послужило поводом к этому, мы уже говорили2. По этой же причине Сократ ставил вопросы, но не давал ответов, ибо при­ знавал, что он [их] не знает. В предыдущих же [кни­ гах «Топики»] было показано, для скольких и в каких случаях [этот способ исследования] применим и от­ куда мы добываем в достаточной мере [топы], как надо задавать вопросы и в каком порядке, а также как отвечать и раскрывать умозаключения [вопрошающе­ го]. Было также показано и все остальное, что отно­ сится к этому способу исследования доводов. И кроме того, как уже было сказано раньше3, мы подробно перебирали паралогизмы. Таким образом, очевидно, что мы подобающим образом достигли своей цели. Однако не следует нам эабывать обстоятельства созда­ ния этого исследования. Из всего, что изобретено [людьми], одно заимствовано от других, ранее зани­ мавшихся этим, а затем постепенно совершенствова­ лось их преемниками, другое из вновь изобретенного, как правило, с самого начала преуспевало мало, тем не менее оно гораздо ценнее того, что из него выросло. Ибо, как говорят, начало чего бы то ни было есть, пожалуй, важнейшая часть, а потому и самая трудная. Ибо чем сильнее оно по своей возможности, тем меньше оно по размаху и потому труднее всего постичь. Но если начало найдено, то остальное уже легче добав­ лять и приумножать. Именно так это получилось с ис­ кусством красноречия и почти со всеми другими искус­ ствами. В самом деле, те, кто изобрел то или другое начало [искусства красноречия], продвинулись крайне мало. А те, кто ныне пользуется доброй славой, бу­ дучи преемниками многих продвигавшихся, как бы сме­ няя друг друга, приумножали таким именно образом: Тисий — после первых [изобретателей], Фрасимах — после Тисия, Теодор4 — после него, и так многие вне­ сли не малую долю [в преуспеяние] искусства красно­ речия, а потому нечего удивляться определенной пол-

592

ноте этого искусства. Что касается настоящего учения, то дело обстояло не так, что частью оно было заранее к разработано, а частью нет: в наличии не было ровно ничего. Обучение эристическим доводам за плату было сходно с учением Горгия 5. Ибо одни предлагали [уче­ никам] заучивать риторические речи, другие — речи, в которых умело ставятся вопросы, речи, которые, как они полагали, чаще всего подходят для приведения

доводов за и против. Поэтому обучение ими учеников *84а было быстрым, но неумелым. Ибо они полагали, что можно обучать, передавая ученикам не [само] искус- €тво, а то, что получено искусством, точно так же как если бы кто обещал передать знание того, как избав­ ляться от боли в ногах, и после этого не обучал ко- * жевенному ремеслу и способу, каким можно изготов­ лять такую обувь, а [вместо этого] предложил целый набор всевозможной обуви. Это, конечно, принесло бы пользу, но не содействовало бы обучению искусству.

И в искусстве красноречия имелось многое и давно сказанное. Что же касается учения об умозаключе­ ниях, то мы не нашли ничего такого, что было бы *84б сказано до нас, а должны были сами создать его с большой затратой времени и сил. Если же вам, рас­ сматривающим это учение, созданное вначале при та­ ких обстоятельствах, оно кажется вполне удовлетвори­ тельным по сравнению с другими учениями, расши- s рявшимися на основе предания, то остается сказать, что вам, слушателям, следует быть снисходительными к упущениям в этом учении, а за все изобретенное нами — глубоко признательными.

П Р И М Е Ч А Н И Я *

Первые шесть трактатов из Corpus Aristotclicnm представляют собой сохранившиеся логические сочинения Стагирита, назван­ ные составителем Корпуса * Андроником Родосским (I в. до и. э.) «орудными книгами» (organika biblia), a позднее — повидимому, византийскими логиками — «Органоном».

В настоящее время считается установленным, что (1) всо трактаты (кроме, быть может, отдельных глав π вставок, а также трактата «Категории», который, однако, не выходит из рамок логико-онтологических представлений Аристотеля) подлинны;

(2) все они — частично авторские записи к лекциям, частично же лекционные записи, составленные его слушателями, но просмот­ ренные, исправленные и дополненные Стагнритом; (3) ксе они не раз переделывались с учетом новых результатов, полученных автором но данному вопросу: уточнялись формулировки, добав­ лялись новые примеры, включались новые главы; (4) в каждом из трактатов (за исключением «Категорий») имеется ссылка па какой-либо из остальных трактатов.

Логические трактаты Аристотеля, разумеется, создавались

вразное время, и поэтому естественно истает вопрос об их относи­ тельной хронологии. Этому вопросу посвящено немало глубоких

итопких исследований. Вместо с тем не следует упускать из виду только что отмеченное наличие в трактатах взаимных ссылок, иынуждающее нас рассматривать их так, как если бы они были написаны в одно и то же время.

Вэтом отношении особенно интересна проблема определения места и значения «Топики» (т. е. учения Аристотеля о диалектике)

всистеме его логических представлений. Историки логики пола­ гают, что это весьма своеобразное произведение (в особенности книги II—VII) создавалось в духовной атмосфере платоновской Академии. Для подтверждения этого мнения проводились скрупулезпые исследования, сравнивающие «Топику» с диалогами Платона, и в результате было на деле выявлено достаточно силь-

*Примечания составлены 3. Н. Микеладзе. При состав­ лении их использованы примечания У. Д. Росса (1949) к обеим «Аналитикам» и примечания К. Берки к чешскому переводу «Топики» (1975). Общие примечания к отдельным произведе­ ниям «Органона» составлены И. С. Нарским и П. И. Стяжкиным.

1По свидетельству Страбопа («География», 13, 54) и Плу­ тарха («Сравнительные жизнеописания» П, «Сулла», XXVI).

£94

ное терминологическое, фразеологическое и тематическое сход­ ство и даже совпадения. Не удивительно поэтому, что влияшю Платона на Аристотеля периода «Топики» признается безогово­ рочно почти всеми историками логики. Вместе с тем отмечалось наличие в «Топике» чисто аристотелевского ядра. Все это наводило на мысль о том, что в это сочинение Аристотеля непременно дол­ жны были вкрасться какие-то неувязки, проистекающие от соеди­ нения несовместимых образов мышления. И все же в пользу подобной догадки не был найден ни один более или менее убеди­ тельный довод.

Сравним «Тонику» с диалогами Платона, в особенности с диалогами, имеющими подлипно диалогическую форму. В послед­ них собеседники, следуя определенным правилам игры в вопросы и ответы, обсуждают различные аспекты той или иной ценности (поэтического, этического, эстетического или иного характера) обычно с целью найти ее адекватное определение. Совершенно иной характер имеет «Топика». Предметом со изучения является не какая-либо из ценностей указанного рода, а само диалогичес­ кое обсуждение, наличествующее в сочииепиях, имеющих литера­ турную форму диалогов Платона. Сама диалектика Платона есть предмет «Тоники». В пей излагается методология (метатеория) диалектики Платона, подобно тому как во «Второй аналити­ ке» — методология (метатеория) доказывающих (дедуктивных) наук, таких, как арифметика или геометрия. Допуская воль­ ность речи, можно сказать, что в «Топике» излагается методоло­ гия диалогов Платона. Эта методологическая направленность мысли в «Топике» резко отличается от вещиостной (объектной) направленности мысли в диалогах Платона. Методологию наряду с логикой следует бесспорно считать изобретением Стагирита!

Таким образом, в «Топике» изучаются диалоги Платона как образцы диалектических (или, вернее, диалогических) рассужде­ ний. Но если это так, то нет ничего удивительного в том, что она изобилует платоновской терминологией, фразеологией, тема­ тикой, и вряд ли следовало говорить лить на этом основании о влиянии Платона на Аристотеля! Резюмируя, мы можем ска­ зать, что аристотелевское ядро «Топики» заключается в ее мето­ дологи юности.

Каждый диалог (в том числе и диалоги Платона), в котором воплощено какое-либо диалектическое рассуждение, согласно «Топике», состоит из следующих пяти основных компонентов:

(1)главной проблемы (П0); (2) четырех органонов (см. прим. 5

кгл. 14, прим. 14 к гл. 15, прим. 2 к гл. 16 и прим. 3 к гл. 17 кн. I «Топики»), представляющих собой в основном набор дефи­ ците рны χ средств, но содержащих также определенный прием сопоставления с главной проблемой некоторого конечного мно­ жества проблем, упорядоченного отношением эротетического следования а и имеющего главную проблему в качестве наиболь­

шого элемента, т. е. элемента, который следует эротетически из каждого элемента (0о); (3) набора правил дедуктивного и педе-

2 Т. е. отношением логического следования между вопро­ сами в рамках некоторой естественной логики вопросов (эротетической логики).

595

дуктивпого выводов (С0); (4) стратегии, выбранной вопрошающим (Н0), и (5) стратегии, выбранной отвечающим (А0), причем как органоны, так и правила вывода согласованы с двумя интенси­ ональными принципами разбиения сказуемых на (а) категории и (б) предикабилии.

Каждая пятикомпонентная диалогическая система Д0 = = < По1 00 , С0, Н0, А0 > , удовлетворяющая указанным двум интенсиональным принципам, стало быть, соответствует некото­ рому диалогу из числа всевозможных диалогов типа платонов­ ских3. Каждая диалогическая система представляет собой как бы свернутый платоновский диалог.

Пусть с главной проблемой П0 сопоставлено органонами частично упорядоченное множество проблем {Πν ..., Пк}, где ПК = П0. Нетрудно увидеть, что каждая из поддиалогических систем Д| = < П р Op Cj, Hit А{ > , где 1 ^ i ^ к, соответствует некоторому поддиалогу данного диалога Д0. При этом будем предполагать, что органоны 0{ сопоставляют с проблемой U{ все те проблемы, принадлежащие множеству {Пг ..., Пк}, из которых эротетнчески следует проблема П^ Очевидпо, что поддиалоги данного диалога упорядочены в точном соответствии с упорядочением их первых компонентов, т. е. их главных про­

блем.

Рассмотрим теперь одно естественное обобщение понятия поддиалогической системы. С этой целью заменим в ней конкрет­ ную проблему П| т. н. проблемной схемой П?х. Разницу между проблемой и проблемной схемой разъяснит пам следующий пример из «Топики»: «Нет ли для данного вида какого-нибудь другого рода, который не объемлет данного рода π не подчинен ему?» (121 b 24—26). — Это проблемная схема. «Например, если родом для справедливости полагают знание» (121 b 26), то спра­ шивается, нет ли для справедливости какого-нибудь другого рода, который не объемлет знания и не подчинен знанию? Эта проблема — один из примеров данной проблемной схемы. Про­ блема, значпг, получается из данной проблемной схемы заменой переменных терминов, таких, как «вид», «род», конкретными общими терминами, такими, как «справедливость», «знание» и т. п. Так что каждой проблемной схеме отвечает целое множество

проблем, являющихся ее примерами.

Если

теперь

заменить

в поддиалогической системе Д| = < ni?

0|, Cit

Hit Aâ > проблему

Tli проблемной схемой П?х, то получим схему Д?х =

<ПС1Х, Oit

С|, Hjt A j > поддиалогической системы ДА. Подобные схемы под­ диалогических систем являются основными орудиями Аристотеля в методологическом исследовании диалогов Платова (т. е. плато­ новской диалектики). Схемы поддиалогических систем суть мето­ дологические единицы (методологемы) аристотелевской методо­ логии платоновской диалектики. Аристотель называет их топами (topoi). Топ (topos) — ne что иное, как методологема Д?х = < П^х

Не обязательно, конечно, реализованных.

596

Источник: https://studfile.net/preview/16527430/