видеть лишь в немногих случаях, большей же частью влу противоположно благо.
Далее, если есть одна из противоположностей, то не обязательно, чтобы была и другая. Когда все здо ровы, должно быть здоровье, болезнь же нет; равным образом, если все бело, должна быть белизна, чернота же нет. Далее, если то, что Сократ здоров, противопо ложно тому, что Сократ болен, а то и другое не может быть в одно и то же время присуще одному и тому же, то при наличии одной из этих противоположностей другая быть не может: в случае если Сократ вдоров, Сократ не может быть болен !.
Ясно также, что по природе противоположности от носятся к тому, что тождественно или по виду, или по роду: болезнь и здоровье находятся по природе в теле животного, белизна и чернота — просто в теле, а спра ведливость и несправедливость — в душе человека.
С другой сторопы, все противоположности необходи мо принадлежат к одному и тому же роду, либо к про тивоположным родам, или же они сами роды2. В самом деле, белое и черное принадлежат к одному и тому же роду (ведь их род — цвет), справедливость и неспра ведливость — к противоположным родам (ведь для пер вой род — добродетель, для второй — порок), благо же и зло не принадлежат к какому-либо роду, а сами ока зываются родами для другого.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
[Предшествующее и последующее]
О том, что одно предшествует другому, [или первое другого] \ говорится в четырех смыслах. В первом и самом основном смысле — по времени, в зависимости от которого об одпом говорится как о более старом и бо лее древнем по сравнению с другим: ведь нечто назы вается более старым и более древним потому, что вре мени прошло больше.
Во-вторых, первее то, что не допускает обратного следования бытия; например, «одно» первее «двух»: если имеется «два», то прямо следует, что имеется «одно»; но если имеется «одно», то из этого не обяза тельно следует, что имеется «два», так что от «одного» нет обратного следования остального. Таким образом,
86
первее, надо полагать, то, от чего нет обратного следо вания бытия. к
В-третьих, о том, что первее, говорится в смысле онределенного порядка, так, как в науках и речах, В до казывающих науках имеется предшествующее и после дующее по порядку (ведь [геометрические] элементы по порядку предшествуют чертежам, а в искусстве чтения tu»
иписьма звуки речи или буквы предшествуют слогам),
иодинаково в речах — а именно вступление по порядку предшествует изложению [сути дела].
Далее, [в-четвертых], помимо сказанного — лучшее и более чтимое, по-видимому, по природе первео. * И обычно большинство утверждает, что люди более почитаемые и более любимые им «первее» его. Но этот смысл, пожалуй, наименее подходящий.
Итак, вот, пожалуй, в скольких смыслах говорят
отом, что предшествует, [или первое]. Но помимо ука занных имеется, видимо, и другое значение того, что |д первее, а именно: о той из вещей, допускающих обрат ное следование бытия, которая так или иначе состав ляет причину бытия другой, можно было бы по спра ведливости сказать, что она по природе первее. А что печто такое есть,— это яспо: бытие человека допускает обратное следование бытия с истинной речью о челове- « ке; в самом деле, если имеется человек, то верна речь
отом, что он человек. И это обратимо: если верна речь
отом, что есть человек, то человек есть2. Но верная речь ни в коем случае не есть причина бытия вещи, однако вещь, по-видимому, есть некоторым образом причина истинности речи: ведь в зависимости от того, ад существует ли вещь или нет, речь о ней называется истинной или ложной. Так что о том, что одно пред
шествует другому, [или первее другого], говорится в пяти смыслах.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
[Данное вместе]
Как о данных вместе в прямом и самом основном смысле говорится о тех [вещах], которые возникают » в одно и то же время: ни одна из них не есть предше ствующее или последующее, а о них говорят, что они вместе по времени. А данные вместе по природе — это те [вещи], которые, правда, допускают обратное
87
следование бытия, но одна никоим образом не есть при чина бытия другой, как, например, у двойного и поло винного: они, правда, допускают обратное [следование во бытия] (ведь если есть двойное, есть и половинное, и, если есть половинное, есть и двойное), но ни одно из
них не есть причина бытия другого.
Данными вместе по природе называются также [виды], соподчиненные одному и тому же роду. Сопод чиненными называются [виды], противопоставленные
**ДРУГ другу в одном и том же делении, например перна тое — живущему на суше и обитающему в воде. Все они соподчинены одному и тому же роду: ведь живое существо делится на эти [виды] — на пернатое, живу щее на суше и обитающее в воде, и ни один из этих
[видов] не первее [другого вида] и не есть последую щее [по отношению к нему], а, надо полагать, все такого рода животные по природе вместе. И каждое
«· из них может в свою очередь быть разделено на [под]- виды, например и живущее на суше, и пернатое, и обитающее в воде. Стало быть, и те [подвиды] будут вместе по природе, которые, принадлежа к одному и тому же роду, [противопоставлены] в одном и том же делении.
Роды же всегда первее видов: они не допускают об-
*ратного [с видами] следования бытия; например, если имеется животное, обитающее в воде, то имеется жи вое существо, но если имеется живое существо, то пе обязательно имеется животное, обитающее в воде.
Таким образом, данными вместе по природе назы ваются те [вещи], которые, правда, допускают обрат ное следование бытия, но одна никоим образом не есть to причина бытия другой, а также [виды], соподчиненные одному н тому же роду; в прямом же смысле — вместе те [вещи], которые возникают в одно и то же время,
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
[Шесть видов движения]
Имеется шесть видов движения — возникновение, уничтожение, увеличение, уменьшение, превращение и перемещение.
*5 Так вот, все движения явно отличаются друг от дру га. В самом деле, возникновение — это не уничтожение,
S8
увеличение — это не уменьшение или перемещение, и точно так же в остальных случаях. Относительно же превращения имеется сомнение: не обстоит ли дело так, что то, что изменяется в качестве, необходимо из меняется через какое-нибудь из прочих движений. Но это не верно, ибо почти во всех или в большинстве слу чаев испытывания нами чего-то оказывается, что мы подвергаемся изменению в качестве, не участвуя ни в одном из других движений. В самом деле, то, что движется в том смысле, что оно что-то испытывает или претерпевает, пе обязательно увеличивается пли умень шается, и точно так же не участвует во всех других движениях, так что превращение, можно сказать, отлич но от всех других движений, ибо, если бы оно было тож дественно им, изменяющееся в качестве должно было бы тотчас же увеличиваться или уменьшаться или должно было бы следовать какое-то из других движений; между тем это не обязательно. Точно так же то, что увеличи вается или движется каким-нибудь иным движением, должно было бы в таком случае изменяться в качестве; однако бывает, что увеличиваются, не изменяясь в ка честве; так, квадрат, если приложить к нему гномон, правда, увеличивается, но иным по качеству не стано вится; и точно так же в других подобных случаях. Так что, пожалуй, [все] эти движения отличаются друг от друга.
Движению вообще противоположен покой, но от дельным видам движения — отдельные виды движения: возникновению — уничтожение, увеличению — умень шение, перемещению — пребывание на месте. В наи большей же мере противолежит, по-видимому, [пере мещению] перемещение в противоположном направле нии, например движению вниз — движение вверх и движению сверху — движение снизу. А для оставше гося вида движения нелегко указать, что ему проти воположно; ему, кажется, ничего не противоположно, если только ему не противопоставлять неизменность в качестве или же изменение в противоположное каче ство, подобно тому как перемещению противопостав ляют пребывание на месте или перемещение в проти воположном направлении, ведь превращение есть из менение в качестве. Поэтому движению касательно ка чества будет противолежать неизменность в качестве или изменение в противоположное качество, например
89
становление белым — становлению черным, ибо изме-
15нением в качестве превращаются [здесь] в противопо ложное,
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
[Обладание]
Что касается обладания1, то о нем говорится во многих значениях: или как об обладании свойством и состоянием, либо каким-нибудь другим качеством (так, о нас говорят, что мы обладаем каким-то знанием и достоинством), или как об обладании количеством, на
го пример что имеют определенную величину (ведь го ворят, что нечто имеет величину в три локтя или в че тыре локтя), или как об обладании тем, что имеют на теле (например, платьем или хитоном), или как об обладании тем, что имеют на части тела (например, кольцом на руке), или как об обладании частью тела (например, рукой или ногой), или как о содержимом сосуда (например, о медимне для пшеницы или о гли-
25няном сосуде для вина: ведь говорят, что глипяпый со суд содержит вино и медимн — пшеницу; так что обо всем этом говорится, что оно что-то содержит в себе как в сосуде), или об обладании говорится как о владе нии имуществом (ведь о нас говорят, что мы владеем домом или полем).
Про нас также можно сказать, что мы имеем жену, и про женщину — что она имеет мужа. Только что ука занное значение обладания — наименее подходящее, ведь «иметь жену» означает не что ипое, как сожитель-
80 ствовать.
Можно было бы, пожалуй, указать и некоторые дру гие зпачепия обладания; но, полагаю, обычные значе ния его перечислены.