Материал: Аристотель. Собрание сочинений. Том 02

смом не говорится «всякое»). В математике же [отношепие среднего термина к крайним] можно как бы видеть мышлением. Но в [диалектических] рассуж­ дениях это остается незамеченным, [например]: есть ли каждый круг (kyklos) фигура? Если же его начер­ тить, то это ясно. А [цикл] эпических стихотворений тоже есть круг? Очевидно, что нет.

Однако, если [меньшая] посылка основана на на­ ведении, нет надобности приводить против этого [спо­ соба доказательства] какое-либо возражение, ибо, з* сколь [ясно, что в науке] нет такой посылки, которая не относилась бы ко многим случаям (ибо иначе она не могла бы относиться и ко всем случаям, силлогизм ведь строится из общих [посылок]), столь же яспо, что нет и [соответствующего] возражения. Ибо по­ сылки и возражения суть одпого и того же порядка; в самом деле, приводимое возражение само может стать посылкой — или доказывающей, или диалекти­ ческой.

Случается, что некоторые рассуждают не по пра40

разрастается в геометрической прогрессии, потому что, 78а

ского способа рассуждения), а берут лишь определе­ ния.

279

20обозначает конечное четное число, Ε — некоторое чет­ ное число; тогда А [сказывается] о Е.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

[Отличие доказательства и знания о том, что данная вещь есть, от доказательства и знания о том,

почему она есть]

Знать, что есть, и знать, почему есть,— это различ­ ное знание, прежде всего в пределах одной и той же науки, и в этой науке — двояким образом: во-первых, когда силлогизм получается не через неопосредство­ ванные [посылки] (ибо в этом случае не берется пер-

25вая причина, а знать, почему нечто есть, можно, зная первую причину) ; во-вторых, когда силлогизм хотя и получается через неопосредствованные [посылки], однако не через причину, а через более известный из переставляемых друг с другом [терминов]. Ибо ничто не мешает, чтобы из взаимозаменяемых [терминов] бо­ лее известным был иногда тот, который не есть при­ чина, так что доказательство будет вестись через этот

зо [термин]. Так, что планеты близки [к нам], до­ казывают тем, что они не мерцают. Пусть В обозна­ чает планеты, Б — не мерцать, А — быть близким. То­ гда правильно будет сказать, что Б присуще В, ибо планеты не мерцают; но и А присуще Б, ибо то, что не мерцает, близко [к нам], а это можно узнать через наведение или посредством чувственного восприятия.

35 Таким образом, А необходимо присуще В. Так что было доказано, что планеты близки [к нам]. Так вот, это есть силлогизм не о том, почему есть, а о том, что есть, ибо планеты близки не потому, что они не мер­ цают, а они не мерцают потому, что они близки К Однако можно также доказать [здесь] средний термин через больший, и тогда доказательство будет о том,

io почему есть. Так, пусть В означает планеты, Б — быть

280

указана первая причина. Далее, что Луна шарообразна, доказывается ее прибыванием, ибо если то, что таким 5

у них нет виноградников.

281

Следовательно, в одной и той же науке силлогизм о том, что есть, и силлогизм о том, почему есть, раз­ личаются и положением средних терминов. В другом

смысле «почему есть» и «что есть» отличаются друг от друга тем, что они рассматриваются в разных на­ уках. Таковы науки, находящиеся друг к другу в та­ ком отношении, что одна подчинена другой, как, на­ пример, оптика — геометрии, механика — стереометрии, гармония — арифметике и наблюдения небесных явле­ ний — учению о светилах. Некоторые из этих наук

40 почти соименны7, как, например, учение о небесных

В этих случаях знание того, что есть, основано на чув­ ственном восприятии, знание же того, почему есть,— на математике. Ибо математики имеют доказатель­ ства причин и часто не знают, что [предмет] есть, по- 5 добно тому как созерцающие общее часто не знают отдельное, так как не обращают на него внимания. Таковы те науки, которые, будучи по своей сущности отличными [от математики], пользуются [ее] форма­ ми. Математика же имеет дело с формами, а не с суб­ стратом. Ибо если геометрия и рассматривает неко­ торый субстрат, то во всяком случае не как субстрат.

юНо как оптика относится к геометрии, так относится к оптике другая наука, например та, что изучает радугу. Ибо знать, что она есть,— это дело рассуждающего о природе, знать же, почему она есть,— это дело сведу­ щего в оптике — или как такового, или как занимаю­

щегося математикой. Со многими науками, не подчи­ ненными друг другу, дело обстоит точно так же, как, например, между врачебным искусством и геометрией. Действительно, знать, что круглые раны заживают

is медленнее, это — дело врача, а знать почему — дело геометра.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

[Первая фигура силлогизма как наиболее подходящая для познания]

Из фигур силлогизмов первая — наиболее подходя­ щая для науки, ибо через нее ведут доказательства и математические науки, такие, как арифметика, гео2i> метрия, оптика, и, можно сказать, все науки, иссле-

282

дующие причины, почему есть, ибо силлогизм о том, почему есть, получается или во всех, или во многих случаях, или больше всего именно через эту фигуру. Так что поэтому первая фигура и есть наиболее под­ ходящая для науки, ибо для знания важнее всего ис­ следование причины, почему есть. Далее, только через эту фигуру можно добиться знания о сути вещи, ибо в средней фигуре не получается утвердительного сил­ логизма, а между тем знание сути есть знание утвер­ дительное. В последней же фигуре [утвердительное заключение] хотя и получается, однако не общее, между тем суть вещи есть нечто общее: ведь человек, [например], не есть лишь в каком-то отношении дву­ ногое существо. Кроме того, первая фигура не нужда­ ется в других фигурах, между тем как те ею подкре­

пляются и расширяются, пока не достигается неопозо средствованное. Таким образом, очевидно, что первая фигура имеет для знания наибольшее значение.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

[Неопосредствованпые отрицательные посылки]

Подобно тому как возможно, чтобы А было нераз­ дельно (atomös) присуще Б \ точно так же возможно, чтобы оно было ему нераздельно не присуще. Говорю «быть нераздельно присущим или не присущим», когда между А и Б нет среднего термина. В таком случае А будет присуще или не присуще Б не на основании чего-то другого. Поэтому если или А, или Б, или даже оба вместе целиком содержатся в другом2, то А не может быть присуще Б как первое. В самом деле, пусть А целиком содержится в В; в таком слу­ чае, если Б вовсе не содержится в В (ибо возможно, чтобы А целиком содержалось в другом, а Б в пем не 40 содержалось), получится силлогизм о том, что А не присуще Б, ибо если В присуще всем А, но не присуще ни одному Б, то и А не присуще ни одному Б. Точно так же — если Б целиком содержится в другом, например в Д, ибо Д присуще всем Б, но А не присуще ни одному Д; так что посредством силлогизма полу­ чится, что А не присуще ни одному Б. Точно так же будет доказано, если и А и Б целиком содержатся

вдругом. Но что ни одно Б может и не содержаться

втом, в чем содержится А, или, наоборот, ни одтю А —

283