Материал: Аристотель. Собрание сочинений. Том 02

нпе — за чрезмерность удивления и веру — за край­ ность, [или твердость], мпсния. Но ведь чрезмерность

икрайность есть не род, а видовое отличие. В самом деле, считают, что изумление есть чрезмерное удивле­ ние и вера — крайнее мнение, так что род — удивление

имнение, а чрезмерность и крайность — видовое отли­ чие. Далее, если чрезмерность и крайпость выдают за роды, то и неодушевленные предметы в состоянии верить и изумляться. Ведь крайность и чрезмерность находятся в том, чему свойственны крайность и чрез­ мерность. Стало быть, если изумление есть чрезмер­

ность удивления, то изумление будет находиться в удивлении, так что удивление будет изумляться. Рав­ ным образом и вера в таком случае будет находиться во мнении, если она действительно крайность мнения, так что мнение будет верить. Кроме того, тот, кто таким образом указывает род, должен в таком случае назы­ вать крайпость крайней и чрезмерность чрезмерной. Ведь вера крайня; стало быть, если вера есть край­ ность, то крайность крайня. Равным образом и изумле­ ние чрезмерно; стало быть, если изумление есть чрез­ мерность, то чрезмерность чрезмерна; однако ни то ни другое не считается правильным, совершенно так же, как знание не есть познающее и движение не есть дви­ жущееся.

Иногда так же совершенно ошибаются, причисляя состояние к тому, что находится в данном состоянии, как его род, например те, кто утверждает, что бессмер­ тие есть вечная жизнь. Ведь бессмертие есть, очевидно, пекоторое состояние или обстоятельство жизни. А что сказанное правильно, становится ясным, когда при­ знают, что кто-то из смертного становится бессмерт­ ным, ведь все тогда скажут, что оп не другую жизнь пачал, а возникло [иное] обстоятельство или состоя­ ние той же самой жизни. Так что жизнь не есть род для бессмертия.

Далее, ошибаются, когда в качестве рода для со­ стояния указывают то, состояние чего оно есть, напри­ мер когда утверждают, что ветер есть движущийся воздух. Ведь ветер есть скорее движение воздуха. Тот же воздух остается и когда он движется, и когда он спокоеп, так что ветер вообще не есть воздух. Ведь иначе и при недвижимом воздухе был бы ветер, если только остается тот же самый воздух, который будто бы

425

был ветром. Равным образом и в других таких случаях* Если бы даже в этом случае пришлось согласиться, что ветер есть движущийся воздух, то все же до­ пускать это не следует ни в одном из тех случаев, в которых род указан неправильно, а допускать это следует лишь в тех, где данный род сказывается пра­ вильно. Ибо в некоторых случаях утверждают, видимо, неправильно, как, например, относительно глины и снега. А именно, говорят, что снег есть замерзшая вода, а глина — земля, смешанная с водой. Однако ни снег не вода, ни глина не земля. Так что ни то ни дру­ гое из данного не есть род для них. Ибо род всегда должен правильно сказываться о видах. Равным обра­ зом и вино не есть приведенная в брожение вода, как говорит Эмпедокл — «приведенная в брожение вода в деревянном [сосуде] »2. Дело в том, что вино вообще не есть вода.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

[Топы для выявления ошибок при указании рода (продолжение))

Далее, следует выяснить, не обстоит ли дело так, что дапное вообще ни для чего не есть род. Ведь ясно, что в этом случае оно не род и для вида, о котором речь. Это можно усмотреть из того, что причастные данному роду вещи не отличаются друг от друга по виду, например белые вещи, ведь они по виду не отли­ чаются друг от друга. Между тем виды, к какому бы роду они ни принадлежали, различны. Так что белое не может быть родом ни для чего.

Далее, следует обратить внимание на то, не назы­ вают ли родом или видовым отличием то, что следует из всего. В самом деле, многое следует из всего; на­ пример, сущее и едппое принадлежит к тому, что сле­ дует из всего. Стало быть, если сущее дано как род, то ясно, что оно должно быть родом для всего, потому что оно сказывается обо всем. Род же сказывается ни о чем другом, как только о своих видах. Так что и единое в таком случае будет видом сущего. Таким образом, выходит, что обо всем, о чем сказывается род, сказывается и вид, так как сущее и единое сказы­ ваются обо всем без исключения. Но вид должен ска­ зываться о меньшем, [чем род]. Если же то, что сле­ дует из всего, будет названо видовым отличием, то ясно, что видовое отличие будет простираться на рав-

426

пое или на большее, чем род. Ибо если и род принад­ лежит к тому, что следует из всего, то видовое отли­ чие будет простираться на равное [по числу] ; если же род следует не из всего, то видовое отличие будет про­ стираться на большее, чем он.

Надо также выяснить, не говорится ли о том, что дано как род, что оно находится в виде как в подле­ жащем (например, белое в отношении снега1). В та­ ком случае ясно, что оно не может быть родом, так как род только сказывается о виде как о подлежащем.

Следует также выяснить, не обстоит ли дело так, что род и вид не соименны. Дело в том, что род ска­ зывается обо всех [своих] видах соименно.

Далее, ошибаются, когда при наличии противопо­ ложного и виду и роду лучшую из противоположностей причисляют к худшему роду. В таком случае другой [вид] будет находиться в другом [роде], потому что противоположные [виды] находятся в противополож­

Однако полагают, что род лучшего [вида] также луч­ ше. И так же ошибаются, когда один и тот же вид, одинаковым образом относящийся к тому и другому [роду], причисляют к худшему, а не к лучшему роду, например когда утверждают, что душа в существе своем есть движение или нечто движущееся. Ведь счи­ тают, что она одинаково есть начало покоя и начало движения, так что если покой лучше, то его и следует полагать родом.

Далее, при опровергании следует исходить из боль­ шего и меньшего, если род допускает большую степепь, а вид не допускает — ни он сам, ни названное по нему; например, если добродетель допускает боль­ шую степень, то и справедливость и справедливый, ведь говорят: один человек справедливее другого. Сле­ довательно, если данное как род допускает большую степень, а вид не допускает — ни он сам, ни назван­ ное по нему, то оно не род.

Далее, если то, что кажется [родом] в большей ИЛИ в равной степени, пе есть род, то ясно, что и данное не род. Этот топ больше всего полезен для таких случаев, где кажется, что о виде многое сказывается в сути его, но нельзя определить и мы не в состоянии утвер­ ждать, что из этого есть его род. Например, считают,

427

что огорчение и подозрение в пренебрежении сказы­ ваются о гневе в сути его, так как гневающийся испы­ тывает огорчение и подозревает, что им пренебрегают. Тот же способ рассмотрения применим в случае, когда один вид сравнивают с каким-нибудь другим видом. В самом деле, если то, что кажется принадлежащим данному роду в большей или в равной степени, к этому роду не принадлежит, то ясно, что и даппыи вид не принадлежит к этому роду.

Таким образом, при опровергании следует приме­ нять этот топ так, как было сказано. При обосновании этот топ не пригоден, если даппыи род и вид допус­ кают большую степень. В самом деле, ничто не ме­ шает, чтобы, когда оба допускают ее, один не был ро­ дом для другого. Ведь и прекрасное и белое допускают большую степень, однако одно не есть род для другого. Сопоставление же родов и видов между собой полезно; например, если одно и другое в равной степени [ка­ жутся] родами, то если одно из них действительно есть род, то также другое. Равным образом — если одпо [кажется] родом в меньшей степени, а другое — в боль­ шей степени. Например, если для воздержности спо­ собность [кажется] родом в большей степени, чем добродетель, а добродетель действительно есть род, то и способность есть род. Тот же способ рассмотрения применим и к виду. В самом деле, если одпо и другое в равной степени кажутся видами обсуждаемого [рода], то если одно из них действительно есть его вид, то и другое есть вид. И если кажущееся [видом] в мень­ шей степени есть вид, то также и кажущееся им в большей степени.

Далее, для обоснования следует смотреть, чтобы род сказывался о тех [видах], для которых он дан, в сути их, когда имеется не один данный вид, а большее число и разные. Ведь ясно, что тогда этот род действительно будет родом. Если же данный вид один, то следует выяснить, не сказывается ли род и о других видах в сути их. Ибо опять может оказаться, что он будет сказываться о большем числе видов и о разных.

Так как некоторые полагают, что и видовое отли­ чие сказывается о видах в их сути, то следует отграни­ чить род от видового отличия, пользуясь осповпыми по­ ложениями, указапными ранее2. Во-первых, что род простирается на большее, чем видовое отличие. Во-вто-

428

рых, что для указания сути вещи более подходит род, чем видовое отличие. В самом деле, тот, кто говорит, что человек — живое существо, больше выявляет суть человека, чем тот, кто говорит, что он живущее на суше. И [в-третьих], что видовое отличие всегда озна­ чает качество рода, род же не означает качества видо­ вого отличия. В самом деле, кто говорит «живущее на суше», тот подразумевает такое-то живое существо, а кто говорит «живое существо», тот не подразумевает какого-то живущего на суше.

Итак, видовое отличие следует отграничить от рода таким именно образом. Но так как полагают, что [если], [например], искусный в музыке, поскольку он искусный в музыке, есть человек знающий, то искус­ ство музыки есть определенное зпапие; и что если идущий из-за того, что он идет, движется, то ходьба есть определенное движепие,— так как полагают, что дело обстоит именно так, то только что указанным спо­ собом следует выяснить, к какому роду хотят что-то отнести. Например, если [хотят доказать], что знание в существе своем есть убежденность, то следует выяс­ нить, убежден ли знающий, поскольку он имеет зна­ ние. Ведь в таком случае ясно, что знание есть неко­ торая убежденность. Этим же способом следует рас­ сматривать и другие такого рода случаи.

Далее, так как то, что всегда из чего-то следует, но не наоборот, трудно отличать [от рода и доказать], что оно не род, то сам [спорящий] 3, когда из одпого сле­ дует другое во всех случаях, а из этого другого оно следует не во всех случаях (например, из наличия без­ ветрия следует наличие покоя, а из наличия числа — наличие делимого, обратно же нет, ведь не все делимое есть число и пе всякий покой есть безветрие), может принимать за род то, что всегда следует из чего-то, в том случае если последнее не следует из первого. Если же другой выставляет его [как род], то не во всех случаях надо соглашаться с ним; можпо возразить ему, что пе-сущее следует из всего становящегося (ибо то, что становится, [еще] не есть), но пе наоборот (ибо не все пе-сущее становится), тем не менее не­ сущее не есть род для становящегося. Ведь не-сущее вообще пе имеет никаких видов.

Итак, что касается рода, то оп должен быть рас­ смотрен так, как мы сказали.

429