Материал: assiriologiya_amp_amp_egiptologiiya-SPBU

Это вовсе не означало, что в египетской культуре не было высокой оценки силы слова, не ценились содержательная глубина, убедительность и изящество речи. И хотя говоря об этом, мы уходим несколько в сторону, нельзя не остановиться на этом предмете.

По окончании правления VII дин.25 то общество, в рамках которого формировались первые тексты с развёрнутыми описаниями, подготавливались стиль, фигуры и клише письменной речи, отрабатывалась культура взаимоотношений через письменное слово, весь этот мир Старого царства в короткое время перестал существовать. Египет, по образному выражению «литературы разочарований», вошёл в «эпоху болезни».

Традиция и культура составления текстов «биографических» надписей не исчезла, но их формальный уровень сильно снизился. Конечно, хозяйственникам и управляющим Верховья в «смутное время» нельзя было тягаться в общественной значимости и влиянии с выдающимися сановниками ушедшей эпохи, но зато, по крайней мере, один из них, принявший «высокое имя» Иниотеф26, как будто презрел все «условности жанра» и заговорил действительно от себя лично, разразившись энкомием речи:

И возликовал я ввиду блага от способности говорить!

Яс отверстыми устами, искусный изречённым, мощный речью

вденьсобрания,изрекающийглаголы,собранныйразумомвдень,когда обсуждают речённое!

В таких вот нередких у знати «смутного времени» пассажах речь предстаёт как то важнейшее, что доставляет славу и влияние среди людей. Статус и сила сановника Старого царства были частью царской харизмы, славные деяния совершались потому, что преосуществлялись божественные мощь и воля. Но в последующее время, при слабой, почти эфемерной царской власти далеко на Юге многое уже определялось личной инициативой, ораторским искусством, силой слова, идущей от индивидуальности.

Это формировало новый опыт относительно текста и общения черезтекст.Словоприобреталоиндивидуальность.Еслиавторнемог сообщить тексту своё имя, он мог передать тексту индивидуальную форму своей речи, её стиль, её лексику, её образность. Традиция соз-

25\ В данном случае не «манефоновской», а той, которая реконструирована на основе анализа археологических памятников.

26\ «Заступивший место отца своего», то есть унаследовавший его должность и положение.

340

дания образа «приписного автора» расширялась за счёт образа самого инициатора текста, отражённого в авторском языке. Спустя столетие или чуть больше появится произведение жанра CBA.J.T «Поучение гелиопольского жреца Ха-хепер-Ра-сенеба, нарицаемого Анху», пространный зачин которого целиком посвящён восхвалению сугубой индивидуальности авторского языка, не наследующего речи предков, но высоко ценимого у потомков.

Вернёмся к культовым «биографиям» и отметим их важную черту: тексты этого типа составлены из описаний более или менее подлинных событий, формально имевших место, хотя, возможно, и представленных в искажённом виде. Другими словами, обращаясь к тексту, и инициатор, и интерпретатор разделяли общий для них взгляд на формальную сторону бытия. Творческая активность сосредоточена главным образом в сфере композиции, а со временем, и в стиле авторского языка. Ничего фантастического не измышляется, если текст — сфера коммуникации между людьми27.

Вкладэпохи,протекавшеймеждуСтарымиСреднимцарствами,

вразвитие культуры текста в Египте можно видеть в представлении образапростогосмертноговсфереискусственногоопыта,средифантастических событий.

Полагают,чтовключающимфакторомбылопрекращениекульта пирамид и знакомство с текстами, скрытыми в их коридорах. Эта не слишком остроумная гипотеза не даёт описания важной проблемы: как была получена сама возможность трансляции образа человека в описания запредельной для него божественной реальности.

Существо и действенность Текстов пирамид как раз и состояла

втом, что они представляли описания опыта, запредельного всему мыслимому для человека. Эти тексты только и могли существовать, будучи сокрыты, ибо не предполагали в своей форме ни авторства, ни интерпретации.

Лучше мы обратим внимание на существование уже в кон. VI дин. особого учреждения, коллегии «священных писцов», известной так же как «Дом Жизни»28. Эти учреждения, сколько можно судить, существовали в каждом культовом центре Египта и одной из форм их служения было сохранение традиции сакральных текстов: хране-

27\ Простому смертному доступно Инобытие, но никаких описаний его нет. Изображения, покрывающие стены «часовен», представляют картины мира по эту сторону бытия.

28\ Здесь приоритет целиком сэра Эллена Хендерсона Гардинера.

341

ние, копирование, поддержание должного уровня знания священного письма (если угодно, иероглифики). Важнее всего то, что только иерограмматы были допущены к созданию сакральных текстов, и, в этом смысле, это была первая коллегия профессиональных авторов (которые, в частности, должны были курировать и создание культовых «биографий»).

Только в их кругу можно было бы обнаружить тех, кто имел достаточно опыта для своего рода «адаптации» Текстов пирамид для Текстов саркофагов. Сама проблема адаптации была рассмотрена с текстологической точки зрения в недавней диссертации Хулио Моралеса (университет Пенсильвании, 2013)29, тем не менее, ряд проблем нам следует рассмотреть самостоятельно для дальнейшего развития темы предлагаемого курса.

Несколько слов о самих текстах. Название «Тексты саркофагов» достаточно условно, поскольку этот репертуар из более чем тысячи развёрнутых «магических» формул встречается не только на внутренних стенках гробов начиная с «эпохи смут», но и на стенах в помещениях усыпальниц. При этом на одних и тех же памятниках можно рядом встретить как «Тексты саркофагов», так и «Тексты пирамид», собранные в единый корпус.

Внешне саркофаги оформлены как помещения святилищ; на иллюстрациистенкигробарасписаныкакособыезанавеси,закоторыми вдревниедлясамихегиптянвременаскрывалилибокумирбожества,

29\ The Transition of the Pyramid Texts into the Middle Kingdom: PhilologicalAspects of a Continuous Tradition in Egyptian Mortuary Literature.

342

либо самого царя. Изображения глаз передавали возможность для усопшего видеть белый свет по эту сторону реальности. Это особое зрение связывало ушедшего в иной мир с богом Осирисом30. И с Осирисом, а также с царём отождествлялся тот, кто буквально помещался внутрь этих сакральных формул. Здесь также использовался эффект абсолютизации текста, поскольку в отличие от «биографий» Тексты саркофагов не нуждались в ком-либо из земного мира для актуализации формул. Мир этих текстов не экуменистичен, т.е. не охватывает всех и каждого. Это Инобытие _WA.T, которое представлено только для того, кто помещён в среду этих текстов.

Проблема появления корпуса текстов может быть описана, прежде всего, благодаря выявлению той среды, в которой сакральные тексты вообще формировались в Египте. Если их связь с «Текстами пирамид» очевидна, то это среда профессионалов царского культа, коллегия священных писцов. Однако описывать посмертное существование частного человека в терминах божественного бытия, транслировать личность в сферу текстов царского культа, формально говоря, невозможно. Самое малое, это означало бы разрушение самого содержания этих текстов.

Но никакого нарушения не произошло и, возможно, это было при одном обстоятельстве, — прекращении практики царского культа с использованием этих текстов31. Если работа с текстом не возобновляется, его регистр в шкале ценностей неизменно понижается. «Тексты пирамид» отодвигаются в маргинальную область царского культа и утрачивают статус описания недоступной сверхценностной реальности.

Если иерограмматы, обратившиеся к формированию корпуса, известного у нас как «Тексты саркофагов», и не были маргиналами, то их действия по формированию искусственного опыта иной реальности, обращённого к экзистенции простого смертного, явно были маргинальными по отношению к их основным занятиям.

Мы действительно располагаем несколькими памятниками с «Текстами саркофагов» из области Саккары, места расположения при-

30\ IC.T-IR.T «Осирис»,собственно,иозначает«зрение»какважнейшую для египтян способность, поскольку их культура была визуально ориентированной более, чем это встречается обычно.

31\ Начальнымусловием,по-видимому,былодистанцированиеотцар- ских культовых центров, как например, в оазисе Дахла, где обнаружена гробница управителя Медунефра, жившего в самом кон. VI дин. Полагают, что у него найдены самые ранние «Тексты саркофагов».

343

пирамидных городов эпохиVI дин., где и следует ожидать нахождение «Дома Жизни», курировавшего создание «Текстов пирамид». И весьма вероятно, что процесс собирания нового корпуса текстов начался именно здесь. Впрочем, область распространения «Текстов саркофагов» охватывала и Средний, и даже Верхний Египет, так что, по-види- мому, востребованы они были более всего в частных культах могущественных управителей областей. Такое положение станет понятным, если проанализировать уже упомянутые славословия красноречию в культовых «биографиях» провинциальных администраторов.

Ценность красноречия предстаёт как ценность индивидуалистическая. Неповторимую и убедительную речь может построить тот, у кого есть частное видение событий, кто умеет моделировать реальность, исходя из своего положения в ней. За этим встаёт высокая ценность индивидуального мироописания у «новых людей» «эпохи смут». В этом кругу естественно увидеть людей, стремящихся к картине Инобытия, описанной на их частный счёт.

Этуинтенциюивосполняли«Текстысаркофагов»,которыевсегда формировались строго индивидуально, так сказать, «под заказ». И это же обстоятельство позволяло расширять содержательную сторону за счёт включения в них извлечений из универсального текста, отражавшего опыт инициаций и мистерий32.

По существу дела, каждый конкретный такой корпус формул представлял собой гипертекст, а сам процесс компиляции уже был весьма близок к художественному творчеству, тем более что центральный персонаж помещался здесь в измышленную реальность. До формирования авторского художественного текста остаётся всего один шаг.

Древнейший среди такого рода текстов сохранился на папирусе Гос. Эрмитажа 1115 и традиционно носит название «Сказка о потерпевшем кораблекрушение», хотя это не вполне точно отражает его содержание. Текст был создан где-то на рубеже правления XI и XII дин. и был обнаружен в одной из скальных гробниц этого времени в Дейр эль-Бахри, на западном берегу Фив.

В содержательном плане произведение может быть представленокакгипертекстпоотношениюкнекоторымразделам«Текстовсаркофагов», но аспект, в котором просматриваются текстологические отсылки, носит, скорее, негативный характер. Часть повествования,

32\ Что порой не совсем точно описывают как «мифы» и «мифологемы».

344