Статья: Динамика повестки Шотландской национальной партии в 2010-е годы

В-третьих, шотландские националисты придерживаются гибкой и адаптивной стратегии по выстраиванию собственной партийной повестки с учетом актуального политического контекста как внутри Великобритании, так и в рамках Европейского союза. Подобная гибкость проявляется в на-

стройке конфигурации структуры и содержания партийной повестки (посредством формулирования и публикации партийных манифестов) в конкретных политических ситуациях, в частности в электоральных. Зачастую лидеры ШНП используют две модели в формулировании программных документов. Первая предполагает расставление акцентов и лоббирование наиболее важных тем и вопросов, актуальных «здесь и сейчас». Ярким примером подобной стратегии является партийный манифест 2015 года, в котором шотландские националисты сделали явный упор на экономические, налоговые и финансовые вопросы. Вторая стратегия является противовесом первой и предполагает формирование партийной повестки как максимально сбалансированной и артикулирующей интересы регионального сообщества. Примером подобного рода стратегии может служить переориентирование партийного манифеста 2017 года. Использование двух моделей в формировании повестки - «расставление акцентов» или «поиск баланса» - наблюдается в политической стратегии Шотландской национальной партии на протяжении всего исследуемого периода.

Рис. 1. Динамика партийной повестки Шотландской национальной партии 1997-2019 гг.

Секторальное/блоковое измерение. Данные: ManifestoProject[15]

В-четвертых, наиболее значимым и ключевым элементом повестки Шотландской национальной партии, который характеризует ее социал-демократическую направленность, является тематический блок «Социальное государство и качество жизни». Данный блок повестки шотландских националистов перманентно составляет треть содержания любого партийного манифеста или программного документа. Рекордный максимум был зафиксирован в 2015 году - 31,16 %. Данный элемент повестки шотландских националистов практически неизменен и с большой вероятностью будет оставаться ядром партийной повестки еще долгое время. В рамках блока «Социальное государство и качество жизни» наибольшее значение, безусловно, имеют вопросы социального государства, социального обеспечения, здравоохранения, жилищного обеспечения и пр. (рис. 2). Представленность данной переменной колеблется в рамках исследуемого периода в промежутке от 10,00 % до 18,00 %. До 2010-х гг. блок «Социальное государство и качество жизни» был единственным блоком, который выделялся по уровню представленности и значимости для повестки Шотландской национальной партии.

Рис. 2. Динамика партийной повестки ШНП. Социальное государство и качество жизни.

Данные: Manifesto Project [15]

Рис. 3. Динамика партийной повестки ШНП. Экономика. Данные: ManifestoProject[15]

В-пятых, в первой половине 2010-х годов в рамках повестки шотландских националистов закладывается тренд, который имеет продолжение и сейчас, - увеличение значимости и представленности экономического блока в повестке партии. Тематический блок «Экономика» в 2010-е годы демонстрирует рост представленности в повестке ШНП вплоть до 34,08 % в 2015 году, что является абсолютным максимумом в рамках исследуемого периода. Подобный резкий скачек значимости экономических тем был обусловлен переговорами 2014-2016 годов между региональным и общенациональным правительством в отношении принятия нового акта о Шотландии, затрагивающего вопросы налоговых и финансовых полномочий региона. На современном этапе блок «Экономика» составляет конкуренцию доминирующему и основополагающему блоку «Социальное государство и качество жизни». Также стоит отметить, что внутри блока «Экономика» наблюдается смена позиции шотландских националистов в отношении регулирования экономики: если в начале 2000-х гг. Шотландская национальная партия выступала за государственное регулирование и стимулирование экономики, то на более поздних этапах наблюдается защита шотландскими националистами принципа рыночного регулирования экономики (рис. 3).

В-шестых, вышеуказанный тренд усиления экономического блока является маркером значимой закономерности. Уровень представленности в партийной повестке прагматичных вопросов и тем - административных, политических, экономических, налоговых возрастает в рамках исследуемого периода. В то же время уровень культурных и символических тем - шотландского образа жизни и традиций, шотландской идентичности, культуры и языка - в повестке Шотландской национальной партии снижается. Отсюда прямо не следует, что регионалистский элемент повестки нивелируется с размыванием культурных и символических тем и вопросов. Наоборот, регионалистский элемент повестки шотландских националистов переходит в своей представленности из пространства символического / культурного в пространство прагматичного распределения полномочий между центром и регионом, постоянной борьбы за региональную автономию, региональные преференции в области налогообложения, ресурсной экономики или административной сферы. В этом смысле регионалистский элемент повестки шотландских националистов находит новые формы выражения посредством прагматичных вопросов экономики и администрирования.

Таблица 2. Динамика партийной повестки Шотландской национальной партии. Тематическое измерение. Данные: ManifestoProject[15]

Наконец, стоит упомянуть, что темы «Социальное государство» и «Децентрализация и автономия» (табл. 2) являются ключевыми требованиями, которые лоббируются Шотландской национальной партией на протяжении всего исследуемого периода. Иными словами, несмотря на всю динамичность и гибкость партийной повестки шотландских националистов, неизменными опорами выступают вопросы децентрализации и борьбы за региональную автономию, а также вопросы социального государства. Подобное диалектичное переплетение подобных вопросов, которые являются краеугольными камнями в партийной повестке, характеризует Шотландскую национальную партию как регионалистскую и социал-демократическую по своему идеологическому наполнению.

Партийная повестка ШНП в условиях брекзита: инструментализация контекста в регионалистских целях

Июнь 2016 года ознаменовал новый период взаимоотношений Великобритании и Европейского союза. Большинство граждан Великобритании с небольшим перевесом (51,90 %) проголосовали за выход Соединенного Королевства из состава Европейского союза. Результаты референдума о членстве Великобритании в составе Европейского союза оказались неожиданными для общенационального правительства Д. Кэмерона. Более половины электората (51,9 %) проголосовали за выход Великобритании из ЕС, в то время как 48,1 % проголосовали за сохранение членства в Европейском союзе. Что касается шотландского региона, то шотландское сообщество ожидаемо в большинстве своем поддержало сохранение Великобритании в составе Европейского союза (62 % против 38 %) при довольно низкой явке в 67,2 % [7]. Подобный разрыв в голосовании «за/против» (24 %) оказался уникальным и наибольшим среди регионов Великобритании. Рассматривая географию голосования в Шотландии на референдуме о членстве Великобритании в составе Европейского союза, то стоит сказать, что наибольшую поддержку позиция сохранения статус-кво получила в центральных избирательных округах: городских округах Эдинбург (74,4 %) и Глазго (66,6 %), Восточном Данбортоншире (71,4 %), Восточном Ренфрушире (74,3 %), Южном Ланкашире (63,1 %). При этом молодежь шотландского региона в основном высказалась в поддержку сохранения Великобритании в составе Европейского союза, что, по мнению Н.В. Ереминой и А.С. Кагриманян, было обусловлено широкими перспективами Европейского союза для молодежи как на рынке образования, так и на рынке труда [4]. Старшее поколение Шотландии в сравнении с молодежью Шотландии в меньшей степени высказало заинтересованность в сохранении Великобритании в составе Европейского союза, и тем не менее уровень поддержки статус-кво в среднем остался выше 50 %.

Политические последствия были немедленными и драматичными: консервативный премьер- министр Д. Кэмерон подал в отставку, оппозиционная Лейбористская партия была занята внутренней борьбой за лидерство, а шотландский первый министр заявил, что результаты референдума логически ведут к распаду Великобритании. Даже лидеры движения за выход из Европейского союза были удивлены и не имели четкого стройного стратегического плана дальнейших действий.

Однако в некоторых аспектах результаты референдума не предоставили однозначного ответа в отношении траекторий дальнейшего политического развития. Во-первых, электорат Великобритании в 2015-2016 годах выступил наиболее приверженным евроскептицизму (на уровне 1973 года), что подтверждают опросы общественного мнения перед референдумом, а британское общество разделилось [18]. Во-вторых, часть правящей партии Великобритании - консерваторов - выступила субъектом движения за выход Великобритании из состава Европейского союза, поскольку консервативное правительство было вынуждено реализовывать принятое на референдуме 2016 года решение. Подобная ситуация привела к внутрипартийному кризису, в условиях которого партия поделилась на две основные группы - тех, кто поддерживал выход Великобритании из состава ЕС (брекзитеры), и тех, кто выступал за сохранение членства (бремейнеры). В-третьих, референдумы по вопросам европейской интеграции являются крайне непредсказуемыми, даже если основные политические акторы достигли консенсуса [11. Р. 1266].

После победы электоральной кампании за выход Соединенного Королевства из Европейского союза известные шотландские националисты начали призывать ко второму референдуму о независимости Шотландии. Общественное мнение отразило эти призывы, поскольку поддержка независимости среди шотландского сообщества имела место [10. Р. 308]. Кроме того, все представленные в шотландском парламенте партии сошлись во мнении в необходимости сохранения государством статуса члена Европейского союза. Шотландские граждане также проголосовали подавляющим большинством голосов в пользу того, чтобы остаться в составе Европейского союза (62 %). Однако единство мнения в Шотландской национальной партии в отношении результатов референдума и статуса Великобритании/Шотландии не наблюдалось. Лидер ШНП Н. Стерджен в 2016 году выразила решительную поддержку сохранения членства Великобритании в Европейском союзе, объясняя это многочисленными преимуществами для Шотландии [9]. Бывший лидер шотландских националистов Г. Уилсон указал на возможность альтернативного подхода и подчеркнул, что голосование за выход из Европейского союза может создать условия для повторного референдума о независимости Шотландии [9].