Таким образом, инструктивный коммуникативный акт (ИКА) как и любой другой коммуникативный акт, представляет собой комплексный вид деятельности, включающий в себя коммуникативно-социальную, коммуникативно-регулятивную и интерактивную деятельность участников инструктивного взаимодействия.
Анализируя структуру исследуемого коммуникативного акта, следует заметить, что ИКА всегда отражает в своем общем виде, по определению Р. Блакара (1987: 93), некую «ситуацию коммуникации», в состав которой обязательно входят отправитель (адресант), имеющий в своем распоряжении какое-либо сообщение, получатель (адресат) этого сообщения и намерение (желание) отправителя передать свое сообщение именно этому получателю.
Пути передачи такого сообщения или «каналы», по выражению Р.О. Якобсона (1975: 198), различны. Однако когда у отправителя имеется сообщение, которое он хочет передать, то оно может быть закодировано многими «альтернативными, но функционально-эквивалентными кодами» (Р. Блакар, 1987: 93; А.А. Романов, 1982: 23-25; Е.В. Сидоров, 1987: 23-28), т.е. одно и то же значение или сообщение может быть передано с помощью нескольких различных выражений. Ср.: (3) Лебедку следует установить на твердую опору; (4) Лебедку необходимо установить на твердую опору; (5) Лебедка должна быть установлена на твердой опоре; (6) Лебедка фиксируется на твердой опоре и др.
Коммуникативный акт с установкой на инструктивное взаимодействие (т.е. взаимодействие в рамках определенных предписанных дискурсивных практик) решает свою особую задачу, которая функционально определяет его границы. Сходный с другими коммуникативными актами, ИКА практически направлен на организацию определенного действия (или действий) со стороны адресата сообщения относительно получателя такого сообщения или на его готовность, предрасположенность к такому действию, которое призвано внести определенный коммуникативный вклад в развитие коммуникативного взаимодействия между его участниками.
Любой ИКА имеет определенное нравственно-воспитательное, социальное (Е.В. Сидоров выделяет также «политическое») и идеологическое значение. Причем, нравственно-воспитательное значение комплексного акта с установкой на следование инструктивным установкам в речевом взаимодействии основано на прямых или косвенных проявлениях этических, нормативных и социальных установок общающихся. Социально-институциональное значение инструктивного ИКА обеспечивается прямым или косвенным участием идеологических - в широком смысле этого слова - и социально-институциональных установок, представлений, оценок, надежд, ожиданий, входящих в мировозренческую систему участников профессионального общения (ср.: Э. Сепир, 1993: 595-597; 212-213; А. Вежбицкая, 1996: 326-329).
Комплексный коммуникативный акт с установкой на инструктивное взаимодействие охватывает всю совокупность факторов, определяющих взаимодействие участников профессиональной коммуникации и использование в этом взаимодействии языковых средств. Социальная действительность, фрагмент общественной жизни, окружающего мира определенным образом познается, осмысливается, описывается в рамках ИКА в виде каких-либо прототипных или структурных образований и, соотносясь с определенными установками личности как «неосознаваемыми изготовками психики к определенному восприятию, решению, действию» (А. Добрович, 1980: 36) и «целостной установкой личности» как «продукта совместной работы сознания и установки» (А.А. Романов, И.Ю. Черепанова, 1999: 56-59), преобразуется. Таким образом, объективная социальная реальность является не только средой или фоном, где реализуются акты инструктивной коммуникации, но и составной частью самих коммуникативных актов (в том числе и ИКА), их внутренним компонентом.
Реализуя ИКА, отправитель сообщения (инициатор) стремится вызвать в сознании, в «ментальной сфере» или «ментальном пространстве» (Дж. Ла-кофф, М. Джонсон, 1987) адресата нужные или задаваемые образы из действительности типового интерактивного пространства. В силу устойчивости этой связи при смысловом (сознательном или бессознательном) восприятии речевого произведения названные знаки вызывают в сознании адресата те образы, которые сформулировал отправитель сообщения (инициатор).
Необходимо указать, что единое отношение, связывающее компоненты реальной ситуации в целое, есть реально существующий элемент такой ситуации, который суть проявления закономерностей движения объективной действительности. В отличие от него единое отношение коммуникативного образа ситуации является субъективной деятельностью коммуниканта, определяющейся его мировоззрением, коммуникативным и жизненным опытом, целями и задачами, которые он стремится реализовать в процессе диалогического взаимодействия со своим партнером. Поэтому справедливо считать перечисленные компоненты акта и в качестве составляющих ИКА.
Личностная характеристика участников коммуникативного акта с установкой на инструктивное взаимодействие, включающая в себя их социальные, институциональные и психологические свойства, также как и названные выше компоненты ИКА, входит в структуру рассматриваемого акта инструктивного общения. Значение личностных параметров (характеристик) партнеров в профессиональном общении и их влияние на реализацию коммуникативного акта с установкой на согласие-несогласие следовать указанному действию (инструкции) находят свое отражение в типовых ролевых исполнениях коммуникантов. Ролевой репертуар участников комплексного коммуникативного акта с установкой на инструктивное согласие-несогласие определяется прежде всего тем, что партнеры, связанные друг с другом общей коммуникативной деятельностью, имеют цель - воздействовать друг на друга.
Деятельность говорящего в ситуации инструктивного взаимодействия включается в качестве элемента в более общий тип деятельности - регулятивную деятельность и структурно коррелирует с ее оперативными единицами в виде конкретных действий, направленных на разрешение задач в ситуации профессионального общения. Соотношение указанных типов деятельности экспонируется в специфическом «репертуаре» ролевых проявлений субъектов инструктивной деятельности - «организатора» и «исполнителя», отражающих динамику их взаимодействия в процессе речевой интеракции.
Регулятивный характер коммуникативной деятельности обусловливает функционально-семантическую доминанту речевых проявлений (действий) партнеров в ситуации профессионального общения (взаимодействия) на уровне структурного признака «способ регуляции». Кроме того, регулятивный аспект интерактивной деятельности определяет некоторую канонизиро-ванность и ритуальность макро- и микроструктур коммуникативных образований (дискурсных образований в виде инструктивного массива или свода правил), используемых участниками инструктивного общения.
Безусловно, что ролевые характеристики «организатора» в регулятивном аспекте связаны с прагматической доминантой «авторитетности» у лица, выступающего в роли «организатора» и приобретают новые семантические свойства - «инструктивности». Обозначенные признаки в структуре коммуникативной деятельности указывают на понятийное основание коммуникативных дискурсных образований, которое лежит в основе модели каузации поведения адресата (партнера, выступающего в роли «исполнителя») посредством «навязывания» ему определенной нормы речевого (и не только речевого) поведения.
Специфика инструктивной интеракции как сферы общения в отличие от других сфер коммуникаций наиболее ярко проявляется в наборе ролевого репертуара, который должны исполнять участники профессионального общения в соответствии с целями и задачами конкретной ситуации. Самой характерной линией взаимоотношения между участниками диалогической интеракции является линия основных ролевых позиций: «организатора» - «инициатора - «инструктора» и «исполнителя». Следует отметить, что ролевая специфика «организатор-инструктор» напрямую связана с его регулятивной деятельностью как «каузатора», т.е. источника, который задает направление интерактивного взаимодействия в ситуации профессионального общения и который назначает или определяет точку отсчета интерактивных шагов между партнерами по инструктивной коммуникации. Роль каузатора предполагает, что именно он определяет и общую глобальную цель взаимодействия. Каузатор, делая свой интерактивный шаг, непосредственно задает модель каузации поведения адресата. При описании структуры актов инструктивной дискурсии необходимо учитывать ее следующие основные параметры, а именно:
1) основную цель и ожидаемый результирующий эффект исследуемого коммуникативного акта;
2) ролевой репертуар участников данного типового взаимодействия и их статусные показатели;
3) инвариантную формулу изучаемого коммуникативного акта, являющуюся результатом соотношения иллокутивного потенциала и иллокутивной силы, свойственного этому акту и функциональные условия реализации актуализируемой фреймовой структуры;
4) условия возникновения данного коммуникативного акта в процессе диалогического взаимодействия;
5) набор характерных для исследуемого коммуникативного акта стратегий;
6) общий план реализации основной цели;
7) типология разновидностей интересующего коммуникативного акта, а также
8) формы его речевой репрезентации и совокупность языковых средств, используемых с этой целью.
Особенности ролевого репертуара инструктивной коммуникации дают возможность выяснить характерные черты отношений коммуникантов в рамках исследуемого институционального коммуникативно-регулятивного акта «инструктив». Принимая во внимание специфику институционального коммуникативно-регулятивного акта инструктивной направленности («инструктив»), коммуникант, его продуцирующий, именуется инструктором, а его партнер по общению, воспринимающий инструктивное указание ведомым или обучаемым.
Институциональность как фактор инструктивной коммуникации может оказывать влияние на уровень интерактивного общения с учетом определенных коммуникативных регистров, когда коммуникативно-институциональные отношения между партнерами могут задаваться прескриптором (инструктором) в диапазоне равноположенности, неравноположенности объема имеющихся у них знаний. Ср.: (7) «Перед началом работ на территории действующего предприятия (цеха, объекта производства и т.п.) заказчик и подрядчик обязаны оформить акт-допуск по форме, приведенной в приложении 3»; (8) «В каждой организации на основе Примерного перечня работ повышенной опасности с учетом конкретных условий и особенностей технологии должен быть составлен и утвержден руководителем организации (главным инженером, техническим директором и т.п.) свой перечень работ повышенной опасности».
В качестве репрезентанта такой инстанции может выступать либо сам говорящий, либо его ссылка на принадлежность (или ролевое исполнение с указанием признаков ее принадлежности) к социальной институционально-сти, либо ссылка на нравственный идеал, задающий определенную идеологическую парадигму, юридические и морально-этические преекриптивы (в нашем случае - свод правил или условий взаимодействия - инструкции или инструктивы). Репрезентантом может также выступать и обобщенный образ прескриптора или инструктора, превосходящего реципиента в определенной области знаний, умений, навыков.
Ролевая деятельность организатора, прескриптора и инструктора проявляется в конечном итоге в интегральном признаке макроструктуры профессионального общения, когда инициатор (он же одномоментно в одном лице и организатор, и каузатор, и прескриптор) задает фреймовую конфигурацию интерактивного общения, которое организовано по принципу известных макро- и микроструктур языкового порядка. Эти структуры можно еще называть «жесткими, полужесткими или мягкими» (Романов, 1997) структурами или моделями передачи информации в определенной институциональной среде.
В жесткой модели вербальной репрезентации процесса общения реализуется в полной мере сценарный принцип, задающий порядок следования композиционных блоков и алгоритм синтаксического оформления дискурсныхконституентов. Макроструктура полужесткого дискурса обнаруживает более свободную композицию и гибкое расположение обязательных коммуникативных блоков, необходимых по сценарию типового взаимодействия партнеров (о типовом взаимодействии см.: Романов, 1988).
К жестким моделям вербальной репрезентации инструктивной коммуникации можно отнести типы взаимодействий по сценарной схеме «прямое побуждение» со всеми ее вариантами.
При этом важна роль направленности контроля со стороны автора за речевыми действиями адресата, так как названный фактор коррелирует с целевой направленностью всего процесса инструктивного взаимодействия. Для инструктивной коммуникации характерно то, что ответные действия осуществляются как в пользу организатора, так и в пользу адресата.
Используя контрольную функцию в вербальном обмене речевых действий, автор как инструктор реализует свою стратегическую инициативу тем, что он
1) эксплицирует участие (социально-ролевое и предметное) в маркировке вербальных действий дискурса соответствующими иллокутивными показателями;