2) демонстрирует степень своей уверенности в том, что его собеседник совершит ответное действие на уровне согласованного, непротиворечивого, протекающего по предложенному им сценарию обмена вербальными шагами-действиями;
3) осуществляет оценку реального положения дел в процессе достижения ожидаемого (запланированного, намеченного) результата;
4) устанавливает приоритетный характер актуализированных инициатором вербальных действий и связанных с ним коммуникативно-тематических (прагматических) смыслов.
Специфика инструктивной коммуникации заключается в том, что она представляет собой такую форму взаимодействия между партнерами, в которой инструктор реализует некоторое каузированное речевое действие относительно своего адресата с использованием различных способов воздействия, направленных на достижение запланированных им коммуникативных целей.
Сложный характер регулятивных актов инструктивной коммуникации проявляется в их содержательной и функциональной многозначности, когда просто понятие инструктивного коммуникативного акта включает в свой семантический объем такие коммуникативные действия, как УКАЗАНИЕ, ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ, ПРЕДПИСАНИЕ, РЕЦЕПТЫ, СОВЕТЫ (пользователю или любителю по конкретным техническим или технологическим вопросам), ИНФОРМАЦИОННЫЕ СОПРОВОЖДЕНИЯ или СООБЩЕНИЯ (т.е. текстовое сопровождение, содержащее информацию о тактико-техническом состоянии каких-либо технических средств, приборов, аппаратов и правилах их использования в быту), РЕКОМЕНДАЦИИ (по уходу, например, за кожей лица, за ребенком и т.п.) и т.п.
Общность их семантического и функционального потенциала базируется нарегулятивной специфики составляющих комплексного коммуникативного акта «инструктив», которые можно свести к следующим характерным признакам:
- фиксированность определенных форм в виде текстовых / дискурсных образований;
- одновекторное направление в передаче тематического пространства инструктивных коммуникативных актов;
- функциональная предназначенность для широкого круга пользователей (т.е. полиадресатности);
- значительнаятиражируемость информационного содержания;
- указание на деятельностныйхарактер как самого ИКА, так и его тематического пространства;
- специфичность прагматической установки ИКА, направленной на передачу определенных знаний с целью устранения дефицита знаний у адресата или пользователя.
Прежде всего, обращает на себя внимание эксплицитная направленность выделенных признаков на коммуникативное взаимодействие между анонимным (собирательным или коллективным) продуцентом инструктивного регулятивного акта (даже если и указан завод-изготовитель тех или иных технических приборов или лекарственных препаратов) и коллективным адресатом с четко очерченными целевыми параметрами, например, показать на схеме или же описать действие того или иного механизма, повлиять на действия адресата, побудить адресат к указанным в тематическом пространстве ИРА действиям, направить действия адресата в определенном направлении и т.п. Кроме того, практически любой ИРА, за некоторым редким исключением, реализует глобальную или метакоммуникативную цель любого ИРА, а именно: во-первых, изменить имеющийся или предполагаемый со стороны, продуцента (а в данном случае и эксперта) дефицит в знаниях между ним и адресатом (пользователем или обывателем-профаном) и, во-вторых, уравнять объем знаний между метакоммуникантами в области предлагаемого или передаваемого тематического пространства коммуникативного инструктивного акта.
Если исходить из общих показателей указанных признаков, то функциональная ориентированность ИКА должна определяться, как правило, границами директивных коммуникативных или речевых актов с иллокутивным потенциалом (о взаимодействии иллокутивного потенциала и иллокутивной силы см.: А.А. Романов, 1985) побуждения. Однако указанные метацелевые параметры коммуникативного взаимодействия между его участниками (точнее: метаучастниками) обусловливают общение между ними в рамках определенной семантической конфигурации, которая имеет следующий вид: «X информирует У по поводу Q, чтобы У принял (усвоил) эту информацию в равной степени с X сделал все так, как на это указал X». Взаимодействие между метакоммуникантами в рамках такой конфигурации может выглядеть таким образом: X инструктирует У и тем самым (X информирует У по поводу Q, и тем самым (X желает равенства / предполагает равенство в знаниях с У по поводу Q, и тем самым (X желает, чтобы У делал так, как указал / проинформировал / показал / предписал / посоветовал / рекомендовал / определил / оценил X))).
Представленная семантическая конфигурация свидетельствует о сложной коммуникативной природе любого ИРА. Прежде всего, бросается в глаза комплексный характер инструктивных коммуникативных актов, предполагающих собственную полииллокутивную структуру, в которой должна быть реализована система иерархических отношений между иллокутивными показателями целостного ИРА. При этом понятие «полииллокутивность» (термин А.А. Романова, 1984) предполагает выделение доминантного иллокутивного показателя, которое должно определить его статус и взаимоотношения с другими иллокутивными показателями, конституирующими комплексный коммуникативный акт инструктирования.
Полииллкутивная, хотя не исключается также и моноиллокутивная, структура комплексного ИРА предопределяет разнофункциональную направленность ее составляющих, что не позволяет заранее отнести конкрет-ный коммуникативный акт инструктирования к какому-либо из имеющихся классов в иллокутивной таксономии известных речевых актов, разработанных основоположниками теории речевых актов. Более того, сама регулятивная специфика таких коммуникативных актов также эксплицитно представлена в их функционально-прагматической направленности на устранение дисбаланса в системе знаний у коммуникантов, что также должно найти отражение в иллокутивной структуре дискурсного или текстового образования со значением ИНСТРУКТИВ. При этом, отражая метакоммуникативную природу акта инструктирования, ее регулятивная сторона в плане взаимодействия коммуникантов друг с другом может быть представлена в виде практического силлогизма (о практическом силлогизме см.: А.А. Романов, 1995), построенного по принципу логического следования ЕСЛИ - ТО: «Если Вы хотите достичь Q, то вы должны (Вам необходимо, Вам следует) реализовать поочередно (или в определенной, указанной последовательности) действия А, В, С и т.д.».
Комплексная схема такого «гибридного» коммуникативного акта может быть представлена следующим образом:
Предложенная схема отражает иерархическую взаимосвязь инструктивных действий нескольких уровней: регулятивного или метакоммуникативного, прагматического или функционального и семантического или содержательно-информационного уровней. При этом семантический уровень является базовым для построения комплексной схемы ИКА, учитывающий различную степень информированности адресата о предлагаемом тематическом пространстве такого ИКА. Основными узловыми концептами такой схемы являются узлы с дефиниционным (описательным или информационным) пространством, узлы с объяснительными инструктивными (или направляющими: директивными и прескриптивными) действиями, узлы с конкретными детализирующими инструктивными действиями (например:«Если в перечне меню Вы хотите выбрать определенную функцию, то нажмите соответствующую этой функции кнопку») и узлы, поясняющие предполагаемые результаты.
Вариативность следования узловых семантических концептов в комплексной схеме ИРА определяется уровнем реализации определенного набора стратегий различного порядка: от стратегий простого информирования и аргументирования до стратегий «жесткого» выбора («не сделаешь, как указано в инструкции - не получишь результата / или - получишь отрицательный результат»).
Общая типология инструктивных коммуникативных актов, базирующаяся на выделенных содержательных признаках, может быть построена в виде определенного дерева зависимостей:
коммуникативная единица типология акт дискурсия
Содержание и основные теоретические положения диссертации отражены, в следующих публикациях
1. Агамалиева И.Д. Речеактовая характеристика инструктивных коммуникативных актов // Повышение качества преподавания в вузе - залог успешной подготовки специалистов в современный период. Материалы 16-й научно-методической конференции. - Тверь, 1998. - С. 159-162 (0,25 п.л.).
2. Агамалиева И.Д. Типология инструктивных актов // Проблемы психолингвистики и теорий коммуникации. Материалы 2-й Международной конференции (ноябрь 2000 г., г. Кривой Рог, Украина). - Киев, 2000. - С.67-71 (0,5 п.л.).
3. Агамалиева И.Д. Коммуникативный статус инструктивных регулятивных актов // Методы активизации учебного процесса и практической подготовки студентов в современных условиях. Материалы 17-й научно-методической конференции (Тверь, 17-18 мая, 2000 г.). - Тверь, 2000. - С. 205-208 (0,3 п.л.).
4. Агамалиева И.Д. Проблемы типологии актов инструктивной коммуникации // Актуальные проблемы науки Верхневолжья. - Тверь, 2001. - С. 294-298 (0,5 п.л.).
5. Агамалиева И.Д. Нарративнаядискурсия в коммуникативной деятельности (на материале инструктивных речевых актов) // Проблемы имиджелогии. Материалы Международной конференции (Украина - Польша - Россия). - Киев, 2001. - С. 148-154 (0,7 п.л.).