Материал: Гримм Якоб - Германская мифология - Том 1. Издательский Дом ЯСК, 2019

(см. раздел «Суеверия», C) позаимствованы во многих более поздних текстах (см. раздел «Суеверия», D, G): как и Иродиада, Диана называется domina и hera [повелительницей и госпожой]. В «Житии Цезария Арелатского» упоминается «daemonium, quod rustici Dianam vocant» [демон, которого крестьяне называют Дианой], — соответственно, о такой богине знал и простой народ; о статуе Дианы, описанной в Gregor. Tur., VIII, 15, говорилось в I, 300. Но главное свидетельство распространения культа Дианы содержится в «Житии святого Килиана» (†689), крестителя восточных франков: Gozbertus, dux Franciae… volens crebra apud se tractare inquisitione, utrum ejus, quem (Kilianus) praedicabat, vel Dianae potius cultus praeferendus esset. Diana namque apud illum in summa veneratione habebatur [Госберт, вождь франков… несколько раз хотел провести среди своих людей опрос, кого они предпочтут: того бога, о котором проповедует (Килиан), или же Диану. А Диана была у них в великом почете] (Surius, IV, 133; Acta sanct. (Bolland), 616). Раз вера в госпожу Хольду сохранялась, главным образом, в Тюрингии, Франконии и Гессене, то вполне вероятно, что в VII веке в районе Вюрцбурга под Дианой понимали ту же самую богиню.

Наконец, связь Иродиады-Дианы с языческими богинями, кельтскими или германскими, в полной мере подтверждается легендой о domina Abundia, или dame Habonde [госпоже Щедрости], зафиксированной в средневековых французских источниках. Парижский епископ Гийом Овернский (Guilielmus Alvernus, Guillaume d’Auvergne), умерший в 1248 году, так рассказывает о нимфах

иламиях (Guillaume d’Auvergne, Opera (Par. 1674), I, 1036): «sic et daemon, qui praetextu mulieris, cum aliis de nocte domos et cellaria dicitur frequentare, et vocant eam Satiam a satietate, et dominam Abundiam pro abundantia83, quam eam praestare dicunt domibus, quas frequentaverit; hujusmodi etiam daemones, quas dominas vocant vetulae, penes quas error iste remansit, et a quibus solis creditur et somniatur. Dicunt has dominas edere et bibere de escis et potibus, quos in domibus inveniunt, nec tamen consumptionem aut imminutionem eas facere escarum et potuum, maxime si vasa escarum sint discooperta et vasa poculorum non obstructa eis in nocte relinquantur. Si vero operta vel clausa inveniunt seu obstructa, inde nec comedunt nec bibunt, propter quod infaustas et infortunatas relinquunt, nec satietatem nec abundantiam eis praestantes» [такой демон, притворяющийся женщиной, вместе с другими, как говорят, часто наведывается в дома и кладовые; демоницу называют Сатией от «satietas» (обилие, сытость) или госпожой Абундией от «abundantia» (изобилие), поскольку она всячески одаривает дома, в которых побывала; таких демониц старухи называют хозяйками, — только среди старух это заблуждение

исохраняется, только старухи продолжают верить в это и болтать об этом. Говорят, что хозяйки отъедают и отпивают от найденных в доме пищи и напитков, особенно если их оставляют непокрытыми, — однако ни от еды, ни от питья

83 У римлян Abundantia тоже олицетворялась как некое сверхъестественное существо; однако у нее не было ни храмов, ни алтарей — ее только изображали на монетах.

при этом нисколько не убывает. Если еда, наоборот, чем-то накрыта или где-то заперта или спрятана, то хозяйки не едят и не пьют, оставляя такой дом неудачам и злосчастью, не даровав ни сытости, ни изобилия]. То же самое описано в Guillaume d’Auvergne, Opera, I, 1068; на странице 1066 там же говорится: sunt et aliae ludificationes malignorum spirituum, quas faciunt interdum in nemoribus et locis amoenis et frondosis arboribus, ubi apparent in similitudine puellarum aut matronarum ornatu muliebri et candido, interdum etiam in stabulis, cum luminaribus cereis, ex quibus apparent distillationes in comis et collis equorum, et comae ipsorum diligenter tricatae, et audies eos, qui talia se vidisse fatentur, dicentes veram ceram esse, quae de luminaribus hujusmodi stillaverat84. De illis vero substantiis, quae apparent in domibus, quas dominas nocturnas, et principem earum vocant dominam Abundiam, pro eo quod domibus, quas frequentant, abundantiam bonorum temporalium praestare putantur, non aliter tibi sentiendum est neque aliter, quam quemadmodum de illis audivisti. Quapropter eo usque invaluit stultitia hominum et insania vetularum, ut vasa vini et receptacula ciborum discooperta relinquant, et omnino nec obstruant neque claudant eis noctibus, quibus ad domos suas eas credunt adventuras, ea de causa videlicet, ut cibos et potus quasi paratos inveniant et eos absque difficultate apparitionis pro beneplacito sumant [бывают и другие шалости злых духов, творимые в лесах и рощах среди прекрасных зеленых деревьев: духи являются в облике девушек или женщин в белоснежных одеждах; иногда духи, неся с собой свечи, заходят даже в конюшни и аккуратно заплетают лошадям волосы, а потом в гривах и на шеях у лошадей можно найти застывшие капли воска: то есть с подсвечников этих духов капает настоящий воск, как утверждают те, кто якобы всё это видел. Эти существа, являющиеся в домах, зовутся ночными хозяйками, а главная из них — госпожа Абундия, которую так называют, потому что она дарует изобилие и земные блага тем домам, в которых бывает; этих духов воображают ровно такими, какими они предстают в чужих рассказах. Потому, когда оставляют открытые сосуды с вином и тарелки с едой, когда не прячут и не закрывают их на ночь, веря, что в дома приходят некие духи, то это происходит от глупости человеческой и от безумия старух, которые верят, что духи-посетители удовлетворятся, если найдут готовые еду и питье и смогут беспрепятственно взять их].

В «Романе о розе» рассказывается (Méon, [Rose], 18622 и далее):

qui les cinc sens ainsinc deçoit par les fantosmes, quil reçoit, dont maintes gens par lor folie cuident estre par nuit estries errans auecques dame Habonde, et dient, que par tout le monde li tiers enfant de nacion

sunt de ceste condicion.

84 Ср. с Deutsche Sagen, № 122.

qu’il vont trois fois en la semaine, si cum destinee les maine,

et par tous ces ostex se boutent, ne cles ne barres ne redoutent, ains sen entrent par les fendaces, par chatieres et par crevaces,

et se partent des cors les ames et vont avec les bonnes dames par leus forains et par maisons, et le pruevent par tiex raisons: que les diversités veues

ne sunt pas en lor liz venues, ains sunt lor ames qui laborent

et par le monde ainsinc sen corent etc.

[пять чувств затмеваются фантазиями, и из-за этого многие люди по глупости верят, что ночами они гуляют с госпожой Абондой, они говорят, что во всем мире

каждый третий ребенок рождается с такой способностью

ичто каждый третий день недели они ходят, ведомые судьбой,

имогут войти в любой дом:

их не остановят ни ключ, ни замок, они войдут через любую щель, через дымоход или трещину; их души выходят из тел и бродят с добрыми хозяйками

по площадям и домам; а доказывают свои слова они так:

всё то многое, что они повидали, не само пришло к ним в кровати, но явилось их трудящимся душам, путешествующим по всему миру]

Méon, [Rose], 18686:

85 [Habonde — опять же, от abundantia, «изобилие». — Прим. пер.]

Ратерий и автор «Рейнарда» упоминают, что третья часть мира занята служением Иродиаде; в «Романе о розе» то же сказано о госпоже Абонде; соответственно, Иродиада и Абундия — это один и тот же персонаж. Далее будет рассмотрена связь между Абундией и немецкой Фоллой, Фуллой [Folla, Fulla; Полнота, Изобилие]. Понятие «enfans» в «Романе о розе» может означать как некрещеных младенцев, так и великое множество язычников, не вошедших в христианское общество. Деление мира на три части происходит из старинных представлений86. Госпожа, одетая в белое, напоминает о Перахте, а bona domina, bona socia87 — о Хольде; упоминание об Иродиаде, живущей на дубах, заставляет подумать и о древнегерманском культе деревьев. Изначально Хольда, Перахта и другие аналогичные богини считались существами добрыми, приносящими с собой процветание и изобилие; им (как милосердным духам и языческим богам) приносились жертвы в виде пищи и напитков, оставляемых открытыми по ночам. Хольда, Берхта и Верра предпочитали, судя по всему, определенную еду и искали в свой праздник именно ее.

Мы рассмотрели имена и культы нескольких богинь, почитавшихся разными германскими племенами под разными именами (Нерду [Nerdu], Хлодана [Hluodana], Танфана, Хольда, Берта [Berhta]); некоторые германские богини известны нам только под чужеземными именами (Изида, Диана, Иродиада, Абундия); из всех этих божеств ни одно не встречается у англосаксов (связь Erce

сHerke я считаю сомнительной).

Сдругой стороны, древнеанглийский историк сообщает нам два имени, под которыми, как он прямо говорит, в его народе знали древних богинь; никакого следа аналогично именуемых божеств у других германцев не обнаруживается. В этом видится явное свидетельство того, что в языческой традиции сосуществовало множество разноименных божеств, которые, тем не менее, были едины по своим свойствам; весьма схожи были и особенности их культового почитания. Вполне можно объяснить даже то, почему такое многообразие форм свойственно в большей степени женским божествам: это связано, я полагаю,

стем, что их почитали меньше, чем верховных богов-мужчин. Последние просто­

86Agitur pars tertia mundi [речь идет о третьей части мира] (Ovid., Met., III:372); tertia pars mundi fumans perit Africa flammis [Африка, третья часть мира, погибает в дыме и огне] (Coripp., I, 47); tertia pars orbis Europa vocatur [третья часть земного шара называется Европой] (Walthar., 1).

87Возможно, прозвище «socia» [соседка] связано с «Satia» [сытость] у Гийома Оверн-

ского?