Материал: Гримм Якоб - Германская мифология - Том 1. Издательский Дом ЯСК, 2019
> |
642 |
Глава XV |
|
|
Сложнее определиться с тем, кто имеется в виду под германским Улиссом: ceterum et Ulixem quidam opinantur longo illo et fabuloso errore in hunc oceanum delatum adisse Germaniae terras, Asciburgiumque, quod in ripa Rheni situm hodieque incolitur ab illo constitutum nominatumque; aram quin etiam Ulixi consecratam adjecto Laertae patris nomine eodem loco olim repertam [иные считают также, что, занесенный в этот Океан во время своего знаменитого, долгого и баснословного странствия, посетил земли Германии и Одиссей, и что расположенный на берегу Рейна и доныне обитаемый город Асцибургий был основан и наречен им же; ведь некогда в этом месте обнаружили посвященный Одиссею алтарь и на нем, кроме того, имя Лаэрта, его отца39] (Tac., Germ., III). В этом Одиссее некоторые видят Одина, а Аскибургий отождествляют с Асбургом; однако раз Водена римляне называли Меркурием, то вряд ли тот же бог мог одновременно сопоставляться ими и с греческим героем — кроме того, название Аскибург [Askiburg] вряд ли можно связывать с асами, чисто скандинавским термином, принявшем в Германии форму ансы. Тацит называет Улисса основателем Аскибургия, поэтому естественнее всего сравнить этого героя с Иско, Эскио, Аско (см. I, 626); форма Isco привела римлян к Ul-ixes — ср. с сочетанием sc в названии искевонов. Маннуса, отца Иско, могли приравнять к Лаэрту, поскольку понятия λαός [народ] и λᾶος [камень] связываются в образе первого человека (ставшего origo gentis [основателем народа]), вышедшего из камня или скалы (см. главу XIX); Аско же вырос из дерева, а δρῦς [дерево] и πέτρη [камень] в мифологическом смысле
тесно связаны. Слово liut [люд, народ] происходит от liotan [расти, возрастать], а корень слова λαός может быть связан с λᾶος, λᾶας.
Interpretatio Romana обычно основывается на смысловой, а не на звуковой аналогии; поэтому я полагаю, что германских Кастора и Поллукса не стоит сравнивать с братьями Гаду и Фолем (Бальдром) [15]. Истолковать природу этих двух героев вообще исключительно сложно; слова Тацита о них приведены в I, 238, и там же я предпринял попытку доказать, что alx — это место, где поклонялись божественным героям; должен признать, этого явно мало. В сказаниях нашей древности встречается множество героев-братьев, однако там не найти близнецов-Alci, если, конечно, это слово — действительно множественное число от Alcus. Можно вспомнить, что Iâlkr — одно из имен Одина (Sæm., 46b, 47b) и что jolk в вермландском диалекте [шведского языка] означает «мальчик»40. Пожалуй, это ближе к предмету, чем самогитский Algir [Аlgis] (angelus est summorum deorum [(Альгис) — посланник высших богов], Lasicz, 47) — это имя, судя по словарям, происходит от слова alga (награда). Совершенно недостоверным представляется сравнение германских Кастора и Поллукса со славянскими богами Лелем и Полелем (о них самих не хватает сведений)41 [16].
39[Пер. А. Бобовича. — Прим. пер.]
40Almqvist, Svensk språklära (Stockh., 1840), 385a.
41По-литовски lele значит pupa [кукла], akies lele — pupilla [зрачок]; leilas — бабочка.
Герои |
643 |
> |
|
На основании уже приведенных примеров из Тацита можно заключить, что героология была достаточно развита у всех германских племен; если бы нам были доступны древнегерманские источники, то наши сведения о природе национальных героев и об их взаимосвязях были бы куда точнее. Но нам остались только родословные, составленные в гораздо более поздние времена и касающиеся только отдельных племен: готов, лангобардов, бургундов и, в первую очередь, — англосаксов и скандинавов; из генеалогических списков можно узнать, что поздних королей всё еще связывали с древними богами и героями, однако никаких дополнительных сведений о мифологии оттуда почерпнуть нельзя. Мы смогли бы довольствоваться одними родословными, если бы они, по крайней мере, сохранились и у других народов внутренней Германии (например, у франков).
Важнейшими представляются англосаксонские генеалогии, и поэтому они целиком приведены в Приложениях. Каждое англосаксонское благородное семейство видело своим прародителем Водена — точно так же у греков в основу главнейших родов полагали Зевса. Среди сыновей Водена выделяются Сакснеат [Saxneát] и Бельдег [Bäldäg], сами обретшие божественный статус; некоторых других сыновей верховного бога можно зачислить в ряд древних героев, среди них — Sigegeát и Vôdelgeát42 (оба имени связаны с готским Gáut), Freávine, Vuscfreá, Sæfugel, Sigefugel и Vesterfalcna; многие другие имена из родословных для нас уже малопонятны. Câsere, судя по всему, — это простой апеллятив; в других древнеанглийских источниках это слово обозначает cyning [король]43, а природу собственного имени оно, судя по всему, приобрело по аналогии с латинским caesar. Во всех родословных приводятся только имена сыновей и внуков бога, в них никогда не упоминаются матери и бабки — из-за этого от нас ускользает миф, оживляющий (как у греков) генеалогические взаимоотношения.
В связи с родословными возрастает значение некоторых сведений из скандинавской традиции. В «Саге о Вёльсунгах» сообщается, что Один — отец Сиги [Sigi], однако не сообщается никаких подробностей; Рерир [Rerir], сын Сиги, находится, таким образом, в тесной родственной связи с высшим божеством. В Sn., 84—86 рассказывается, что Один под именем Бёльвек [Bölverkr] (древневерхненемецкое Palowurcho?) стал слугой великана Бауги [Baugi], чтобы добраться до божественного напитка, который охранял брат Бауги Суттунг [Suttûngr] со своей дочерью Гуннлёд [Gunnlöđ]. Между Гуннлёд и Одином случился роман (на это темно намекается и в Sæm., 12b, 23a—b, 24a), однако ничего не говорится о том, чтобы после трех ночей, которые Один провел с дочерью великана, родились какие-то герои. Гуннлёд принадлежала к народу великанов, а не людей,
42Wuotilgôz по-древневерхненемецки (Zeitschr. f. d. Alt., I, 577; ср. с wüeteln, I, 331
ис Wodelbier, I, 357) [17].
43В [Älfr.], Boet., 38:1 Агамемнон назван câsere, а Одиссей — cyning; в документе, при-
веденном в Kemble, II, 304: «Eádred cyning and câsere» [король и император Эадред].
> |
644 |
Глава XV |
|
|
так же, как и Герд, к которой сватался Фрей, и, вероятно, другие спутницы богов, не называемые в числе асиний. Греки тоже верили, что герой или даже бог может родиться от союза бога с дочерью титана — так, согласно скандинавской традиции, появился на свет бог Тюр (см. I, 441). У Саксона Грамматика (Saxo, 66) упоминается норвежский король и герой Фрогер (ни в каком другом источнике речи о нем не заходит): Frogerus, ut quidam ferunt, Othino patre natus [Фрогер, о котором говорят, что он родился от Отина]; боги даровали этому герою неуязвимость в бою — чтобы победить его, противник должен был взять пыли из-под его ног44, что и сделал коварный датский король Фрото [Frotho]. Возможно, этот Фрогер [Froger] — это Freođegâr, Fređegâr из Уэссекской родословной: его отец — Бронд [Brond], дед — Бельдег, прадед — Воден. В древнескандинавской родовой таблице, судя по всему, Фриодегар [Friođegar] перепутан с Фроди [Frođi], его противником45. Согласно «Прологу» к «Младшей Эдде» (Formâli, 15) и главе IX «Саги об Инглингах», старейший норвежский королевский род возводился к Сэмингу [Sæmîngr], сыну Одина от Скади, до того ходившей в женах у Ньёрда; в других источниках встречается написание Semîngr — это имя означает pacificator [примиритель] и напоминает, опять же, о Friđgeir. Скади была дочерью ётуна Тьяцци, а Сигурд, ярл Ладе [Sigurđr Lađaiarl], в «Sigurđardrâpa» [Песни о смерти Сигурда] называется «afsprîngr Thiassa» (потомком Тьяцци). Согласно «Саге о Херрауде» (Herrauđssaga, I), Хринг [Hrîngr] — сын Гаути [Gauti], сына Одина; Гаутом [Gautr], или Гаути (ср. с Ing и Ingo, Irmin и Irmino), — готское Gáuts, древневерхненемецкое Kôz, древнеанглийское Geát — называли сына или потомка Одина, причем божественная природа этого персонажа очевидна (ср. с I, 643); его сын Годвульф [Godvulf], которого некоторые отождествляют с Фольквальдом [Folcvalda],
тоже выглядит мифологическим героем. От Gáuts, Гаута, произошел род гаутов (Gáutôs, Kôzâ, Γαυτοί), отличный от рода готонов (Guþans, Γότθοι, у Таци-
та — Gothones), но всё же родственный ему: в готских родословных во главу племени поставлен Гаут. Сигрлами [Sigrlami] тоже зовется сыном Одина (Fornald. sög., I, 413, 414). Но кто же такой Bous (Boi в родительном падеже), Othini ex Rinda filius [сын Отина и Ринды] у Саксона (Saxo Gramm., 46)? Возможно, это Biar, Biaf, Beav = Biovulf (см. ниже)46? [18]
Еще один Одинссон — Скьёльд [Skiöldr], знаменитый герой племени данов; от Скьёльда произошел род Скьёльдунгов [Skiöldûngar] (Sn., 146); вероятно, теснее всего этот герой был связан со Сконе, так как в Fornm. sög., V, 239 он прямо
44В знак победы? Обычно такую пыль должен был приносить побежденный (RA, 111, 112).
45Еще дальше отстоит древнеанглийское имя Frôdheri (Beda, II, 9, § 113).
46В Saxo, 122 упоминается герой, зачатый Тором: «Haldanus Biarggrammus apud Sueones magni Thor filius existimatur» [Хальдан Бьяргграм считался у шведов сыном великого Тора]; о других героях-сыновьях Тора мне не известно.
Герои |
645 |
> |
|
называется Skânunga gođ [сконийским богом] (см. I, 291) — видимо, там ему поклонялись как божеству. У Саксона Грамматика Скьольд [Skiold] не занимает главенствующей роли — он следует за Гумблом [Humblus], Даном [Dan]47 и Лотером [Lother]; у Скьольда был сын Грам48, родивший Хаддинга, который, в свою очередь, родил Фрото; однако в древнеанглийской родословной Шильд [Scild] следует за Шеафом [Sceáf], причем в одном из вариантов оба они — предки Одина. Сын Шеафа — Шельдва [Sceldva], от которого происходит такая череда поколений: Beav — Tœtva — Geát и еще несколько; в конечном итоге в этом семействе рождается Воден. Древнескандинавская версия этой родословной согласуется с древнеанглийской; готский вариант начинается с Gáuts, но вполне можно предположить, что Гауту также предшествовали Skáufs, Skildva, Táitva — древневерхненемецкими аналогами этих имен были бы Scoup, Scilto, Zeizo. Важнее всех других здесь — сын Шельдвы, древнеанглийский Beav, у скандинавов звавшийся Biar, Biaf, а в живом древнеанглийском эпосе именуемый Беовульфом; следует отметить, что знаменитая одноименная поэма посвящена другому, более позднему Беовульфу, названному в честь славного предка; впрочем, в начальных строках поэмы упоминается и древний Беовульф, а также его отец Scild (готское Skildus, что соответствует скандинавскому Скьёльд) Scêfing, то есть сын Шеафа. Beav — это искаженное Beov, а Beov — сокращение от Beovulf, полная форма имени позволяет нам еще продвинуться в этом расследовании. Beovulf означает «пчелиный волк» (Bienenwolf, по древневерхненемецки — Piawolf?): так называли дятла — птицу с ярким оперением, охотящуюся на пчел; о дятле есть множество древних преданий49. Совершенно удивительно то, что в классическом мифе (см. I, 438, 493) Пик [дятел] — сын Сатурна, и он либо уподобляется Зевсу, отцу Гермеса, либо называется кормильцем сыновей Марса и отцом Фавна. Пик (Picumnus) вплетен в род Крона, Зевса, Гермеса
иАреса, старобогемский Stračec = picus — в род Ситиврата, Кирта и Радигоста, а Беовульф — в род Геата и Водена. Хотя в некоторых деталях эти группы
иразнятся, их общее сходство всё же представляется достоверным и несомненным. Следы почитания Сатурна обнаруживаются у славян, саксов и англов, но не у скандинавов — совершенно то же касается и божественной птицы, связанной с именами Страчца и Беовульфа: в полной мере эта традиция не достигла Скандинавии. Центральногерманский вариант ближе к римскому, хотя прямое заимствование вряд ли имело место.
47Дан, по представлению Саксона, — исторический предок данов, датчан; в «Песни
оРиге» этот герой зовется Danr и упоминается всместе с Данпом [Danpr] (Sæm., 106b).
48В других текстах Грам — имя меча, а апеллятив gramr означает «король».
49Возможно, в основе такого верхненемецкого названия дрозда (turdus) или иволги (oriolus galbula), как Birolf, Pirolf, «брат Пирольф» (Frisch, I, 161) тоже лежит форма Biewolf (или Biterolf)? Сербы называют эту птицу Урош — интересно, что это тоже имя националь-
ного героя. Ср. с финским uros (I, 618).
> |
646 |
Глава XV |
|
|
Укорененность этого круга героев в народной традиции подтверждается
идругими сказаниями. Sceáf (то есть manipulus frumenti [пшеничный сноп]) получил свое имя от того, что его, еще мальчиком, пока он спал50 на снопе пшеницы, привезли на лодке в те земли, которые он был избран защитить; похожие сказания о спящем юноше, которого лебедь на корабле привозит в земли его предназначения, очень часто встречаются в средневековой нижнерейнской
инидерландской поэзии; рыцаря Лебедя изображали прибывшим из рая или вернувшимся из могилы — так описан и Элиас [Helias], — а его божественное происхождение считалось бесспорным. Элиас, Герхарт [Gerhart] и Лоэрангрин [Loherangrin] XIII века тождественны герою VII и VIII веков по имени Scôf или Scoup, хотя внешние формы сказания могли и разнствовать; в песни о Беовульфе, судя по всему, Шильду приписано то, что в более ранних вариантах сказания относилось к его отцу Шеафу. Прекрасное сказание о лебеде основано на легенде о чудесном происхождении лебединых братьев, которых я связываю с родом Вельфов; оба сказания, скорее всего, представляют собой варианты исконной франкской и швабской родовой саги, имена из которой, по большей части, не сохранились. Если бы эти первичные формы были в нашем распоряжении, то многие аспекты связей между героями и богами в значительной степени прояснились бы51. Следует добавить, что со Шельдвой, или Скьёльдом, явно связано и имя Schiltunc из тирольских сказаний и легенды о Парцифале52, в то время как имя Schilbunc (Nib., 88:3) указывает на род Скильпунгов [Scilpungâ] (Scilfingas по-древнеанглийски, Scilfîngar по-древнескадинавски), основателем которого должен был быть герой по имени Skelfir, Scilfe, Scilpi. В Fornald. sög., II, 9 Скельфир [Skelfir] — отец Скьёльда, и поэтому Skilfînga ætt и Skiöldûnga ætt [дома Скильфинов и Скьёльдунгов] выступают как единое целое. Scelf здесь либо перепутано со Scêf, либо представляет собой искаженное Scêf, хотя этому противоречит часто встречающаяся форма Sceáf, согласующаяся и со сказанием о снопе пшеницы [19].
Скьёльдунги произошли от Скьёльда, а Гьюкунги [Giukûngar] — от Гьюки (Giuki = Gibika, Kipicho), основателя бургундского рода; если Гьюки и не был богом (см. I, 337), то его, определенно, считали божественным героем, близким родственником Вотана. Память об этом герое сохраняется в названии Gibichenstein: ср. с Grimhildenstein, Brunhildenstein — названиями, отсылающими к Кримхильде и Брунхильде, двум выдающимся женщинам из того же рода53.
50Umborvesende [в детстве]? (Beov., 92).
51Шеаф и рыцарь Лебедя уплывают на том же корабле, на каком приехали; причина этого излагается только в позднем сказании: героя нельзя было спрашивать о его происхождении (Parz., 825:19; Conr., Schwanr., 1144, 1173).
52Zeitschr. für d. Alt., I, 7.
53Brunehildestein, lectulus [кроватка] Brunihilde, Kriemhiltenstein, Criemildespil (Hel densage, 155); Krimhilte graben [могила Кримхильты] (Weisth., I, 48); in loco Grimhiltaperg