Материал: Гримм Якоб - Германская мифология - Том 1. Издательский Дом ЯСК, 2019

огня (Über das finn. Epos, 39; см. Kl. Schr., II, 98). Однако, по Dybeck, IV, 38, 42, у великанов есть серебро и золото, и они даже умеют плавить золото (Dybeck, IV, 33). В ушах у их коней — железные кольца (Dybeck, IV, 37, 43). Великаны приносят людям не одни лишь несчастья — иногда они даруют и удачу (Dybeck, IV, 36), и плодородие (Dybeck, IV, 45). Великанша — жена, сестра или мать великана — обычно описывается как милосердная помощница (см. I, 883, 884; II, 598; Altd. W., III, 179; Walach. Märch., 167).

[14]

Вболее поздней скандинавской саге различаются Ётунхейм (где правит Гейрёд)

иРизаланд [Risaland] (где правит Годмунд [Gođmundr]) (Fornm. sög., III, 183). Часто великаны выступают в качестве древних стихийных божеств, и в Sæm., 93a ётуны = боги. Сербское слово дивови (великаны; Vuk, предисловие к тому I нового издания

[Vuk2, S. XIV]) означает либо божественные (см. I, 426), либо дикие (ср. с дивлиj — ferus [дикий]). В Kindermärchen, № 5, 81, 82 портной (или извозчик с игроком) врываются в рай, что напоминает о титанах, штурмующих небеса (Wolf, Zeitschr., II, 2—7); см. об ангелах и великанах в I, 915. Великаны могут сочетаться узами любви с богами

игероями: так, Полифем — это сын Посейдона (Od., I, 71 и далее). Великанша Гримгерд стремится провести ночь с героем (Sæm., 144a), как ведьма в сказке и Марпалия [Marpalie] в «Вольфдитрихе». Фрей горит любовью к Герд, Один сочетается с великаншей Гуннлёд, асинья Гевьон рождает от великана сыновей (в образе быков; Sn., 1). Но чаще боги и великаны всё же враждуют. О том, что великаны победили бы, если бы не Тор,

в«Эдде» (Sæm., 77b) сказано еще яснее, чем в шведской пословице:

Ср. с «Thors pjäska ett qvinno troll baktill ihåligt, som tros fly för blixten in i ett hus, der åskan då står ned» [грязная женщина Тора — это троллиха, сзади пустая; говорят, что во время грозы она просится в дома — если ее пустить, то в дом ударит молния] (Almqvist, 464a; pjäska — это «грязная женщина»). Великанов называют âsgrûi — terror asarum [ужасом асов].

[15]

Managolt (Pistor., 497); Managold (Neug., 77, 355). Об этом мифе см. статью Куна в Haupt, Zeitschr., VI, 134. С Феньей и Меньей, отдыхающими, когда кричит кукушка, ср. сказание о мельничных девах и петушином крике (Gr. Epigr., II, 56).

[16]

В Fornald. sög., I, 469 сказано: «austan at Ymis dyrum» [на востоке у двери Имира]; об Улле: «Ullr reiđ Ymesver enn Ođinn Sleipni» [Улль ездит на Имесвере, а Один на Слейпнире]; принадлежал ли этот конь Имиру? Frosti, как и Jökull, — имя великана (Rask, Afh., I, 95). В эстонском: kühna isa, wana Pakkana [старый отец, древний Паккана (?)] (Böcler, 148). Если Ymir происходит от ymja — stridere [вскрикивать], то это имя родственно готскому iumjô — turba, шумная толпа. Шум, издаваемый великанами, их громкие крики упоминаются и в средневерхненемецкой поэзии — см. Dietr. und Ges., 391—394, 458, 470; вероятно, потому великанов и сравнивают с ревущими

[19]

Диковинные старинные строения приписывали великанам и язычникам: enta burg, risôn burg [великанский замок] (Elene, 31, S. XXII). Даже о любовной пещере Тристана в Tristr., 419:18 сказано, что ее выстроили великаны; ср. с «etenes bi old dayn had wrought it» [в старину его выстроили великаны] — так сказано о подземном доме, в котором возлегают Тристан и Изольда (Tristrem, III, 17). Hünenwälle [великанские стены] можно увидеть между Эттельном и Альфеном в районе Падерборна. На востоке возведение древних строений приписывают народу под названием Âd (Hammer, Rosenöl, I, 36); в кельтских сказаниях такие постройки возводятся народом Finn. Считалось, что великанами воздвигнуты все огромные cairns [пирамиды из камней] и вы-

сокие горы (Michael’s Mount [гора святого Михаила] в Корнуэлле, Торс в Дартмуре). Павсаний упоминает о κυκλῶπων ἔργον, ἀργῶν λίθων [сработанных циклопами

белых камнях], наименьший из которых не могли стащить с места на двух ослах (Pausan., II, 25:7). Тиррены возводили башни (см. выше, прим. 3). В старофранцузских поэмах строителями называются великаны, язычники-сарацины или славные люди прошлого: la roche au jaiant [великанская скала] (Guitecl., I, 90, 158); un jaiant le ferma qui Fortibiaus ot nom [их возвел великан по имени Фортибью] (Renaus, 177:7); о сарацинах-строителях см. Mone, HS, 219, 251; el mur Sarrazinor [сарацинская стена] (Albigeois, 6835); el palais montent que firent Sarrasin [горный дворец, возведенный сарацинами] (Garin, I, 88); la tor est forte de luevre as Sarrasins [могучая башня, выстроенная сарацинами] (Garin, II, 199); croute que firent Sarasins [грот, возведенный сарацинами] (Garin, I, 57, 59); as grans fenestres que firent Sarasins [огромные окна, установленные сарацинами] (Mort de Garin, 146); Каин строит башню (Ogier, 6644, 6666); roche Cayn [скала Каина] (Garin, I, 93, 94). Огромные изваяния возводили к Юлию Цезарю и к Константину (Paris, II, 53; Pertz, II, 284); ср. с «работой Цезаря» в Thietmar, VI, 39. Сказание об огромном котле, который великаны в молчании выкапывали на протяжении двадцати лет, приведено в Halbertsma, Tongvallen, 54, 55. Груды камней в лесу финны называют hiiden pesät — гнездами или кроватями великанов (Kurl. Send., I, 47); «кровать великана» упоминается уже в Il., II:782. Медный dorper подобен железной фигуре, стоящей со стальным столбом на мосту, преграждая проход (Dietr. Drachenk., 57a, 61a—b). Хильдебрант говорит: «ich klag ez dem der ûf der brücken stât» [оплакиваю тех, кто стоит на мосту] (Heldenb., 62a) — все они страшатся чудовища (Heldenb., 68b, 74b, 75a), «der aller groeste viez (рифмуется с liez), daz in der tiuvel würge, er was grôz unt dâbî lanc, sîn muot was ungetriuwe; er sî lebende oder tôt, er ist ein rehter boesewiht» [величайший дьявол из всех, смертоносец, огромный и длинный, вероломного нрава; живой он или мертвый, это истинный лиходей] (Heldenb., 83a—b; о понятии viez см. Gramm., I, 187).

[20]

Готландские högbergsgubbe, вероятно, получили свое название от Хогберга на Готланде (Molb., Tidskr., IV, 189). В эстонском сказании гранитные плиты связываются с девами Калевы, называются камнями из их передников: Kallewi neitsi pölle kiwwid (Possart, 177). О дьяволе ходят те же сказания, что и о великанах: в Аппенцелле и в Шварцвальде рассказывают, что однажды дьявол пролетал там с полным мешком

домов. Мешок прорвался, и дома стали беспорядочно выпадать из него — на тех местах они стоят и до сих пор (Schreiber, Taschenb. (1841), 158).

[21]

Людоеды уступают место сеятелям, охотники — крестьянам (Klemm, II, 25). Великаны считают себя древними властителями тех земель, на которых они живут; они селятся в замках высоко над крестьянскими деревнями (Haltrich, 198). На острове Узедом рассказывают (Jahrb. d. Berl. Ges. f. d. Spr., V, 246): en risenmäken hätt auk mål enen knecht met twei ossen unnen håken in äre schörte packt, wil är dat lütte wörm durt hätt [однажды великанша положила себе в передник крестьянина

с двумя лошадьми и плугом, потому что пожалела этих маленьких червячков]. Аналогичные сказания о земляных червях, прогнавших великанов, ходят во многих районах Швеции (Dybeck (1842), II, 3, 4, 40; Dybeck (1844), 105; Dybeck (1845). 15, 97; Dybeck (1847), 34; Rääf, Osterg., 38), а также в Сёдерманланде (Haupt, Zeitschr., IV, 506), в Шлезвиге (Müllenhoff, 279), в Марке (Haupt, Zeitschr., IV, 392), в Вестфалии (Firmenich, I, 322), в Южной Германии (Bader, № 375, 387; Panzer, II, 65); ср. с Walach. Märch., 283.

[22] Сказания о великанах, вытряхивающих сапоги или высыпающих песок из сво-

их holsken [деревянных башмаков], приведены в Zeitschr. d. Osnabr. Ver., III, 230, 235 и в Firmenich, I, 274a. У великана три зернышка в ботинке (Hone, Daybook, II, 1025). Аналогичные голландские сказания — в Halbertsma, Tongvallen, 55, 56.

[23]

Недалеко от Дюклера (на Сене, в сторону Нормандии) стоит «la chaire de Gargantua» [трон Гаргантюа]: l’être mysterieux qui l’occupait pendant la nuit devait être un géant, que les peuples ont personifié sous le nom de Gargantua [таинственное существо, по ночам садившееся (на этот трон), в народе олицетворенное под именем Гаргантюа] (Revue archéol., XIV année, 214). О Гаргантюа см. также Bosquet, 177, 182, 193, 194. С троном великана ср. сказания о кафедрах дьявола.

[24]

Великаны бросают друг другу молоты (Müllenhoff, № 568; Panzer, [I], 104, 114; Firmenich, I, 302; Rääf, 38), играют в кегли (Balt. Stud., XII:1, 115) — как и герои в горах (см. I, 535), как и Тор (см. I, 389), как и дьявол (см. I, 535). Еще в одном вестфальском сказании великаны, опять же, пекут хлеб (Firmenich, I, 302, 372). Они бросают друг другу курительные трубки, рассыпая пепел (Firmenich, I, 273). Состязаясь с великанами, подбрасывают камни или куски сыра (KM, № 20; Dybeck, IV, 46; Cavallius, I, 3, 9) — ср. со сказанием с острова Узедом, приведенном А. Куном в Jb. d. Berl. Ges. f. d. Spr., V, 246. Пойманного великана обещают освободить, если он очистит коровью шкуру от шерсти, но он вырывает по одному волоску в сто лет (Wieselgren, 459).

[25]

Схожие сказания о строительстве можно найти в Müllenhoff, № 410, 412 и в Faye, 13. Ср. с баварским сказанием о великане-строителе, в которого бросают

молот (Oberbair. Arch., V, 316, 317); конь возит камни, как Свадильфари (Haltrich, 29); ср. со старым Байярдом в Кёльнском соборе.

[26]

Великанши прядут, как феи; иногда прядут даже великаны (Firmenich, I, 323). В «Саге об Олаве Святом» Олав сражается с margŷgr [морской великаншей] и в качестве победного трофея приносит ее руку (Fornm. sög., IV, 56—58). Рыжебородый Олав зовется Ôlafr liôsiarpr â hâr [Олавом с расцвеченными волосами] (Fornm. sög., IV, 38). Понятие pipuga skägg можно еще объяснить через датское pipskiäg — первая борода.

[27]

Вместо слов из Danske viser, I, 223 в Kämpe viser, 155 стоит: sprang til flintesten lede og sorte [запрыгнул в кремень, уродливый и черный]. В Norske ev., I, 37; II, 28 (по новому изданию — 162, 272): flyve i flint [окаменел, влетел в кремень] (от гнева). Норвежские лапландцы говорят: gedģom — «я окаменел», то есть «остолбенел, изумлен». В средневерхненемецком: wurde ich danne zuo eime steine [тогда я окаменел] (Herb., 8362), ср. с ille vir in medio fiat amore lapis [пусть этот мужчина окаменеет во время любовных утех] (Propert., II:10, 48). И наоборот: in haeten sîne grôzen liste ûz eime herten steine getragen [он вынес свою великую хитрость из твердого камня] (Mor., 1562). Есть множество шведских сказаний о великанах, превращающихся в камни при первых лучах зари (Haupt, Zeitschr., IV, 503, 504; Cavallius, [I], 27; Norske event., 162). Могучего короля Ватцмана [Watzmann] считали окаменевшим великаном (Panzer, Beitr., I, 246). Госпожа Хютт каменеет, натершись хлебными крошками (DS, № 233). Наступив на булочку, люди уходят под землю (Giesebrecht, Balt. Stud., XII, 126). Чаще всего каменеют женихи и невесты (DS, № 229; Müllenhoff, 108, 109, 595; Giesebrecht, Balt. Stud., XII, 114, 115, 126). Невестины камни упоминаются и в норвежских сказаниях (Faye, 4); те же представления обнаруживаются и во французских легендах (noce pétrifiée [окаменевшая свадьба] в Michelet, II, 17) и даже в валашских сказках (Walach. Märch., 117). Однажды госпожа Волле [Wolle] превратила пастуха, его пса и овец в камни за то, что этот пастух отказался дать ей хлеба (Sommer, 11). Существует похожее валашское сказание о старухе, ее сыне и их овцах (Schott, 114, 115); есть аналогичная легенда и у сербов (Vuk, Wb., 15a). Генрих Герфордский (1009 год) приводит такой рассказ (опираясь на Вильяма Мальмсберийского, как утверждается в Vincent, 25:10): жители одной саксонской деревни пели и танцевали на церковном дворе, нарушая правила празднования Рождества, в наказание священник запретил им танцевать на протяжении года — тогда все они погрузились в землю по пояс и оставались в таком положении, пока кёльнский архиепископ на следующий год не отпустил им грехи; сама эта деревня в одной из рукописей называется Коловице [Colovize]; здесь, определенно, имеются в виду танцующие с камнями в Кольбеке [Colbeke] (DS, 232); вариант той же легенды, записанный в XV веке, приведен в Altd. Bl., I, 54, 55.

[28]

Могучего Ганса называют еще могучим Ганнелем [starke Hannel] или Гермелем

[Hermel] (Siegthal, 106). Финское Hiisi (Hiiden, Hiidenpoika в родительном падеже) — дикий лесовик или великан (Salmelainen, I, 242). Лапландский Hiidda, Hiita — злобное­