Материал: Гримм Якоб - Германская мифология - Том 1. Издательский Дом ЯСК, 2019

для этого по весне выносили фигуру Фро, для этого по стране возили священный корабль, священный плуг (см. в главе XIII об Изиде). Статую неназванного готского бога возили на телеге (см. главу VI). На тех же представлениях основаны обычаи вносить Лето или Май, выносить Зиму или Смерть. Процессии Хольды, Берты и других подобных существ выходили в определенные времена года — к радости язычников и к ужасу христиан; в этом же контексте можно истолковать и выезд воинства Вотана (ср. в главе XXXI о фрау Гауден). Даже когда сам Фро уже не появлялся, Дитрих с вепрем (ber) и Дитрих Бернский показываться продолжали (см. главы X и XXXI). На геройские пиры приводили так называемого sônargöltr [кабана отпущения] (см. главу X), в суде кабана проводили вокруг скамеек (см. I, 204). В древности вынесением образов сопровождались такие распространенные церемониальные обычаи, как проезд новоизбранного короля, торжественный смотр дорог, проверка рубежей. После христианизации такие шествия были навсегда запрещены церковью; исключение составляли некоторые случаи, когда позволялось носить образы Марии и святых: засуха, неурожай, эпидемия или война. Целью таких процессий были, соответственно, вызов дождя (см. главу XX), пробуждение плодородности почвы, исцеление или победа; святые образы выносили даже для борьбы с пожарами. В Indicul., XXVIII:­ de simulacro quod per campos portant [об образе, который носят по полям]. Важная информация об этом содержится в Eccard, I, 437, где цитируется еще не изданное «Житие святой Марксвиды» (Marcsvida, не Maresvida): statuimus ut annuatim secunda feria pentecostes patronum ecclesiae in parochiis vestris longo ambitu circumferentes et domos vestras lustrantes, et pro gentilitio ambarvali in lacrymis et varia devotione vos ipsos mactetis et ad refectionem pauperum eleemosynam comportetis, et in hac curti pernoctantes super reliquias vigiliis et cantibus solennisetis, ut praedicto mane determinatum a vobis ambitum pia lustratione complentes ad monasterium cum honore debito reportetis. Confido autem de patroni hujus misericordia, quod sic ab eo gyrade terrae semina uberius proveniant et variae aëris inclementiae cessent [предписываем, чтобы на второй день Пятидесятницы вы ежегодно на шествиях проносили (изображение) святого покровителя нашей церкви вокруг приходов своих; очищайте свои дома и, вместо языческих амбарвалий, сами очищайтесь смиренными слезами и всяческим благоговением, в помощь бедным приносите милостыню, а затем ночью, с торжественными песнопениями, бодрствуйте над реликвиями, чтобы на следующее утро, завершив покаяние, по определенной дороге, со всем подобающим почтением, принести (изображение святого) назад в монастырь. Я верю в милосердие нашего покровителя и в то, что такими процессиями мы добьемся лучшего урожая и отведем различные ненастья]. Римские амбарвалии — это ритуал очищения полей, в ходе которого на terminus publicus [порубежной черте] приносились жертвы; во времена германского язычества на амбарвалии должны были весьма походить майские шествия и объезд рубежей. В мекленбургском Габельгейде венды еще в XV веке с громкими криками кругом обходили зеленеющие посевы (Giesebrecht, I, 87).

Примечания к главе III

[1] В древнеанглийском языке для обозначения почитания божества использовались

существительные veorđscipe (reverentia, dignitas [почтение, почитание]) и veorđung; английское worship является как существительным (от veorđung), так и глаголом (от veorđian). Древнее богослужение проповедники христианства расценивали как diobules gelp inti zierida (pompa) [прославление и почитание дьявола]. В Isid., 21:21; 55:5 слово aerlôs использовано в значении impius [нечестивый]. Термин êre применялся не только по отношению к богу: das Meien êre [в честь мая] (Ms, II, 22b); duvels êre [в честь дьявола] (Rose, 11200; GDS, 71). В Nib., 781:1 gote dienen [служить богу]; er vorchte den heilant [он боялся спасителя] (Roth., 4415). Об искреннем, сердечном благоговении говорилось: mit inneclîchem muote [с искренним чувством] (Barl., 187:16); mit andaehtlîche muote [с благоговением] (Barl., 187:36, 14); mit dem inneren gebete [с душевной молитвой] (Diemer, 26:16). Уже у Волькенштейна: die andâht fuor zum gibel aus [≈ выбросил из головы всякое благочестие] (Wolkenst., 24).

[2] У большинства народов (исключение составляют китайцы) поклонение богам вы-

ражается в молитве и жертвоприношении (Kl. Schr., II, 460—462), в торжественных процедурах, служащих основанием для церемоний и праздников, о чем будет подробнее сказано в дальнейшем. Молитва и жертвоприношение не всегда связаны: betra er

ôbedit enn se ofblôtit (или ôblôtit) [лучше вовсе не молиться, чем жертвовать слишком часто] (Sæm., 28b). Китайцы не молятся (Kl. Schr., II, 461); если бог представляется безмолвным и бестелесным, то ему нельзя приписать наличие ушей и слуха, поэтому

имолитв он услышать не может. Кроме того, всемогущий бог должен понимать мысли так же хорошо, как и слова. Молитвы, просьбы, выражение богам благодарности

ирадости целиком происходят из времен язычества, когда божество представлялось слышащим. Одиссей молится Афине: κλῦθίμευ,νῦνδήπέρμευἄκουσον,ἐπεὶπάρος οὔποτ᾽ ἄκουσας ῥαιομένου [услышь меня, услышь хотя бы сейчас, раз не услышала

раньше, когда меня сокрушил (Посейдон)] (Od., VI:325; XIII:356; ср. с Od., II:262); κλῦθι ἂναξ [услышь, владыка] (Od., V:445; Il. XVI:514); с той же формулировкой обращаются к Посейдону и Аполлону. Богов можно поприветствовать через посредников: Veneri dicito multam meis verbis salutem [передай мои приветствия Венере] Plautus, Poenul.,

I, 2:195). В источниках, помимо громкой молитвы, упоминается тихое бормотание, сходное с заклинательным (Lasicz, 48). Термин θρησκεύειν означает моление впол-

голоса (Creuzer, II, 285). Латинскому precari (ср. с procus [поклонник]), умбрскому persnî (Aufrecht und Kirchhoff, II, 28, 167) соответствует древневерхненемецкое fergôn — poscere, precari [просить, молить] (N., Cap.. 153); ср. с санскритским prach, авестийским pereç. [На умбрском:] tases persnimu = tacitus precare [тихо молиться], kutef persnimu = caute precare [скромно молиться] (Aufrecht und Kirchhoff, II, 168, 169, 17). Санскритское dschap значит submissa voce dicere, praesertim preces [говорить вполголоса, особенно — о молитве] (Bopp, 135a), ср. с dschalp — loqui [говорить], литовское

kalbu. Faveas mihi, murmure dixit [«Посодействуй мне», — он сказал приглушенно] (Ov., Metam., VI:327; см. II, 927, 928). Оборот «gebete käuen» [жевать молитвы] встречается в Bronner, Leben, I, 475; stille gebete thauen [цедить тихие молитвы] (Gessner, Schriften (Zürich, 1770), II, 133); gebet vrumen [посылать молитву] (Gudr., 1133:1); beten und himelspreken [молиться и обращаться к небесам] (Gefken, Beil., 116); «молитва — сладкое послание небу» (Ernst, 20). В других случаях молитва звучит, раздается: daz dîn bete erklinge [чтобы зазвучала твоя молитва] (Walth., 7:35); precibus deum pulsare opimis [звучание изобильных молитв богу] (Ermold Nigell., II:273). Молитва исходит, изливается: alse daz gebet irgie [как изошла молитва] (Ksrchr., 2172); gebed utstorten [молитва хлынула] (Soester fehde, 597); в новонидерландском: bede storten — preces fundere [проливать молитвы], ср. с tranen storten — lacrimas fundere [проливать слезы]. Gepet ausgießen [излить молитву] (MB, XXVII, 353).

[3] Неупомянутыми остались греческие понятия δέομαι — «мне нужно, я прошу»;

ἱκετεύω — «умоляю», λίσσομαι — «умолять»; древнескандинавский оборот heita â einn — vovere sub conditione contingenti [клясться на чем-либо]; hêt â Þôr — он молился Тору, славил его (Oldn. läseb., 7; ср. с оборотом «отдаваться какому-либо богу», например Одину — см. II, 608—609). Древневерхненемецкое harên — clamare [взывать], anaharên — invocare [призывать] (N., Boeth., 146; Graff, IV, 980). Древнесаксонское

grôtian god [приветствовать бога] (Hel., 144:24; 145:5). Готским inveita переведены греческие προσκυνέω [кланяюсь] и, в одном месте, — ἀπάζομαι [приветствовать]. Происходит ли προσκυνέω от κυνέω (целую; как adoro [почитаю] — от os, oris [уста],

откуда — osculum [поцелуй]) и связано ли оно с целованием руки (этим жестом греки почитали солнце): τὴν χεῖρα κύσαντες [целуя руку] (Lucian, V, 133), или же это слово восходит к корню κύων [собака]? Ср. с πρόσκυνες, «раболепные [= по-собачьи пре-

данные, hündische] подхалимы» (Athen., VI, 259; ср. с Pott, Zählmeth., 255). Слово ἀσπάζεσθαι еще применяли к собаке, виляющей хвостом перед хозяином.

[4]

«Проситель», «молящий» — bëtoman в древневерхненемецком и beteman в средневерхненемецком (Hartm., 1.Büchl., 263). «Молитва» по-средневерхненемецки — bete: mîne flehe und mîne bete, die wil ich êrste senden mit herzen und mit henden [моя мольба и моя молитва, я впервые совершаю их сердцем и руками] (Trist., 123:22 — «молиться руками» значит, вероятно, со сложенными руками?). Средневерхненемецкое bëten (adorare) всегда используется вместе с an: betent an [молятся] (Parz., 107:19); an welchen got er baete [какому богу он молится] (Servat., 1347); beten an des gelückes got [молиться богу удачи] (Pass., 358:63); ein kreftige stat, dô man diu apgot anebat [могучий город, где молились идолам] (Karl, 10a). Возможно, это beten an использовалось только по отношению к ложным богам? Ср. с Pfeiffer, Barl., 446.

[5]

Средневерхненемецкое flêhen (supplicare [молить, умолять]) обычно управляет дательным падежом: deme heiligin geiste vlên [молиться святому духу] (Wernh. v. Niederrh., 37:17); vlêhet mîneme trechtîn [молит моего господа] (Ksrchr., 2167); dir vlêhen