Материал: Имущественные преступления

⁵ Аносов И.И. Указ. соч. С.39.

272

Проблемы совершенствования норм об отдельных видах
имущественных преступлений и практики их применения

Уложение угрожало наказанием также за злоупотребление полномочи­ями представителями коммерческих и иных частных организаций. В соот­ветствии с его ст. 1198, члены основанных с дозволения правительства об­ществ, товариществ или компаний, которые с умыслом употребят ко вреду общества, товарищества или компании данное им от них уполномочие или доверие, подвергаются наказанию, определенному за мошенничество.

Отдельно в Уложении регламентировались вопросы ответственности за «неверность» поверенных, состоящую в злоупотреблении данными им по договору или закону полномочиями во вред вверенным имущественным интересам (ст.ст.1709, 1710). Так, подвергался наказанию по ст.1709 пове­ренный, который злонамеренно преступит за пределы данного ему уполно­мочия, или же войдет в сношения или сделки с противниками своего дове­рителя во вред ему.

По отдельным статьям Уложения наказывались злоупотребления со стороны чиновников (должностных лиц), которым вверены государствен­ное или частное имущество и имущественные интересы. В частности, со­гласно ст.353 Уложения, «если должностное лицо, коему вверено по распо­ряжению правительства хранение или управление какого-либо принадлежа­щего казне или частным лицам имущества, с намерением истребить оное или подвергнет порче или иным образом, но также с намерением умень­шить его цену, то за сие злоупотребление виновный приговаривается к выс­шей мере наказаний, положенных за умышленное истребление или повреж­дение чужого имущества».

На достаточно высоком уровне определялись вопросы основания и дифференциации ответственности за злоупотребление доверием в Уголов­ном Уложении 1903 г. В данной законодательной модели нормы о злоупо­треблении доверием были помещены в главу 31 «О необъявлении о наход­ке, присвоении вверенного имущества и злоупотреблении доверием». Об­щий состав злоупотребления доверием был расположен в ст.577 Уложения: «обязанный по доверенности или иному законному полномочию иметь по­печение о чужих имуществе или имущественном интересе, виновный в упо­треблении своего полномочия заведомо во вред вверенным ему имуществу или имущественному интересу, если от сего злоупотребления вред последо­вал».

Уголовное Уложение предусматривало ответственность и за отдельные виды злоупотребления доверием. Так, его ст.578 угрожала наказанием за злоупотребление доверием с использованием служебного положения: «слу­жащий или состоящий на службе в основанных с разрешения правительст­ва благотворительном или кредитном установлении, обществе взаимного страхования, товариществе на паях или акционерном обществе, виновный в употреблении своего служебного положения заведомо во вред вверенным по службе попечению его имуществу или имущественному интересу, если от сего злоупотребления доверием вред последовал». По ст.579 Уложения

273

А. Г. Безверхов Имущественные преступления

заведующий или распоряжающийся делами в основанных с разрешения правительства кредитном установлении, обществе взаимного страхования, товариществе на паях или акционерном обществе несли ответственность за следующие специальные виды злоупотребления доверием: (1) «обращение имущества таких установления, товарищества или общества на операции, недозволенные уставом оных»; (2) «обращение капиталов, полученных от правительства на нужды предприятия, несогласно с назначением оных». Субъектами преступления, указанного в ст.580 Уголовного Уложения, наря­ду с заведующим и распоряжающимся делами в основанных с разрешения правительства кредитном установлении, обществе взаимного страхования, товариществе на паях или акционерном обществе признавались учредители акционерного общества. Все названные лица считались возможными субъ­ектами таких специальных видов злоупотребления доверием и тесно при­мыкающих к ним преступных деяний, как (1) «сообщение правительству при испрошении разрешения на открытие акционерного общества заведо­мо ложных сведений об учреждаемом предприятии, если такое сообщение могло причинить вред акционерам»; (2) «помещение заведомо ложных све­дений о состоянии дел или счетов установления, товарищества или обще­ства в публикации, отчете, балансе или торговой книге»; (3) «представление заведомо неверного расчета по исчислению и по выдаче дивиденда»; (4) «выпуск облигаций или закладных листов, не обеспеченных согласно уста­ву или предписанным для сего правилам, или вкладных билетов без приня­тия соответствующего вклада»; (5) «выпуск облигаций или иных ценных бу­маг в сумме, превышающей данное разрешение».

Советское уголовное законодательство не предусматривало среди иму­щественных преступлений злоупотребления доверием. Между тем сам тер­мин «злоупотребление доверием» ему был известен. Посредством этой ка­тегории в советском уголовном праве обозначался один из способов совер­шения мошенничества (ст.187 УК 1922 г., ст.169 УК 1926 г., ст.ст.93 и 147 УК 1960 г.) и причинения имущественного ущерба при отсутствии призна­ков хищения (ст.94 УК 1960 г.). По мнению А.А.Жижиленко, к злоупотреб­лению доверием относились такие преступления, известные советскому уголовному праву, как бесхозяйственность (ст.ст.127 и 128 УК 1922 г.; ст.128 УК 1926 г.), расточение арендатором предоставленного ему государственно­го или общественного имущества (ст. 129 УК 1922 г.; ст. 130 УК 1926 г.) и за­ключение невыгодных сделок, сопряженное с расхищением государствен­ного или общественного имущества (ст. 129 УК 1926 г.)¹.

Кроме того, следует упомянуть, что в советском праве устанавливалась ответственность за такой вид злоупотребления доверием, как злоупотребле­ние властью (ст. 105 УК 1922 г.; ст. 109 УК 1926 г.; ст. 170 УК 1960 г.). Это преступление предполагало в качестве субъекта должностное лицо, относи-

¹ См.: Жижиленко А.А. Указ. соч. С. 119.

274