Материал: indrik2015syria_1

назначены 6 мусульман, 3 православных и по одному — греко-като- лику, марониту и еврею. Результат этот вызвал большое раздражение среди греко-католиков, потерявших одно место и обвиняющих теперь Назима-пашу в нерасположении к ним.

Мектубчи Хамасского санджака, который за последнее время стал крайне несправедлив к православным в деле налога на патенты и на которого высокопреосвященный Григорий6 неоднократно жаловался патриархии, валию и консульству, ныне смещен вследствие ходатайств патриарха и моих, и можно надеяться, что православным в Хаме будет теперь лучше.

Остается еще на очереди инцидент хасбейского каймакама Ра- шида-бея Талеба (друза) с митрополитом Илией Дибом, разрешение коего представляет большие затруднения, так как против нас усиленно работают английские консульства в Бейруте и Дамаске. Митрополит Илия Диб еще в декабре покинул Хасбейю и приехал сюда, чтобы жаловаться на каймакама, который помимо того, что был не - вежлив с ним и своим вызывающим поведением сделал невозможным пребывание митрополита в Хасбейе, интриговал среди друзов, так что христиане начали опасаться. Шукри-паша, который в то время был еще валием, обещал сместить его и даже уже написал об этом

вКонстантинополь. Несколько дней спустя прибыл Назим-паша, которому митрополит изложил свою жалобу. Назим-паша хотя раньше и был расположен к Решид-бею Талебу, все-таки обещал сместить его по ознакомлении с делом. Но на этом обещании дело и осталось, так как на защиту Решида-бея Талеба (его дядя — духовный глава ливанских друзов и потому под сильным покровительством английского генерального консула в Бейруте) выступили английские консула в Дамаске и Бейруте. Драгоман английского консульства здесь начал чуть не каждый день посещать патриарха, прося как его, так и митрополита примириться с каймакамом; вали тоже переменился и начал предлагать примирение, говоря, что сместит каймакама поздней, на что митрополит не согласился, и тем временем Назимпаша уехал в Иерусалим. Прошло уже больше месяца после его возвращения — дело все в том же положении, и митрополит сидит здесь, так как предпочитает скорее в отставку подать, чем возвратиться

вХасбейю и подвергнуться там новым унижениям со стороны каймакама. Вали действительно поставлен в очень трудное положение, с одной стороны, желая сделать приятное нам, а с другой — боясь

6См. примечание 1 к донесению 6.

Часть III

английских консульств, которые прижали его к стене, что он говорит почти открыто. Насколько открыто этот каймакам поддерживается английским генеральным консулом в Бейруте, видно из того, что его драгоман Э. Шукейр написал патриарху письмо, прося покончить с этим инцидентом, и, между прочим, пишет: «Если Ваше блаженство чем-либо недовольны Решид-беем — то напишите мне, так как я имею над ним большой моральный авторитет». Когда недавно патриарх жаловался Назиму-паше на Решид-бея, вали ответил ему, что драгоман английского консульства дал ему целый ворох аттестатов в пользу Решид-бея, намеренно дав понять этим, что английское консульство всеми силами поддерживает его. Находя необходимым поддержать православного митрополита, я постараюсь, несмотря на всю трудность этого, довести дело до благополучного конца.

Политический директор7 Николай Адами, православный, был обвинен в том, что он приверженец Иззета-паши, и потому был смещен. Его место занял мусульманин Фахреддин-бей Хайри. Это назначение произвело на всех очень неприятное впечатление, так как более сорока лет уже это место было занимаемо христианином, и политический директор ведал не только делами консульств, но был также посредником между вали и христианским духовенством; теперь же во всей вилайетской администрации нет ни одного христианина. К тому же новый политический директор крайне фанатичен как турок и начал с того, что заменил французскую корреспонденцию вилайета с консульствами турецкой; он начал также делать всякие затруднения относительно признания иностранного подданства лиц, которые уже давно признаны вилайетом, и вообще ведет себя настолько грубо и задорно, что легко может вызвать инцидент.

Отношения между вали и муширом очень натянуты. Последний, будучи прекрасным и неутомимым работником, слишком вольно и резко говорит обо всем и всех.

Полиция и жандармерия остались те же, что и были; подтянувшись было после объявления конституции месяца на два, они снова стали производить те же злоупотребления. То же нужно сказать и про судей, каймакамов и вообще всех чиновников. Да иначе и быть

7Политический директор, или глава управления иностранных дел вилайета

(мудир аль-умур аль-аджнабийа — араб.), являлся помощником вали по вопросам межгосударственных правовых отношений, осуществляя посредничество между вали и сотрудниками иностранных консульских учреждений. (Cм.: Зеленев Е.И. Государственное управление, судебная система и армия. С. 229).

III

не могло, так как происходила только перетасовка тех же недобросовестных лиц, которые не увольнялись, а назначались на другие места, где и продолжали делать прежние злоупотребления, делая только это менее открыто сначала.

Единственное, чего достигла здесь конституция, — это полный упадок престижа власти, вследствие чего сильно участились здесь убийства, кражи и всякие насилия, а также пробуждение фанатизма, о чем я буду говорить особо; ясно, что арабская партия улема не дремлет, и возможно, что она скоро заставит говорить о себе.

Сглубочайшим и пр[очее]

Сподлинным верно.

И. о. секретаря консульства: [собственноручная подпись]

Е. Максимов.

АВПРИ. Ф. 151. Политархив. Год1909. Оп.482. Д.765. Л. 14–18 об.

Машинописная копия.

Часть III

– 16 –

Донесение консула в Дамаске князя Б.Н. Шаховского российскому чрезвычайному и полномочному послу в Константинополе И.А. Зиновьеву

№ 87

[27 марта (9 апреля) 1909 г.]

Копия с донесения консула в Дамаске колл[ежского] сов[етника] князя Шаховского на имя господина императорского посла в Константинополе от 27 марта (9 апреля) 1909 года, № 87.

Вначале марта сего года здешние улема собрались на митинг

вдоме шейха Аджлани и дали присягу в том, что присоединяют - ся к «братству», так называемому «Аль-ахаи-ль-Мухаммеди» — Магометанское братство1. Цель этого братства — уничтожить все законы и постановления, заимствованные у европейцев, и восстановить суд и законы шариата. Согласившись распространить этот принцип среди всех мусульман посредством брошюр, обо - снованных изречениями из Корана и хадисами2 (преданием), а также стараться привлечь и христиан, если те пожелают этого, шейхи телеграфировали в Константинополь о своем постановлении, каковое сообщили и валию. Выслушав заявление делегата, Назим-паша ответил ему, что он и слышать не желает о таких собраниях с такими изменническими целями. Эти слова Нази - ма-паши были неблагоприятно встречены «братством», которое уже насчитывает тысячи членов и в настоящее время собирает подписи под мазбатой3, в которой ходатайствует об увольнении Назима-паши.

Ввышеупомянутой брошюре «братства» напечатаны все более или менее благоприятные для христиан изречения из Корана, чтобы постараться привлечь их на свою сторону, но, конечно, христиане не поддаются на эту уловку, прекрасно зная, какую цену имеет по шариату христианин.

1См. примечание 1 к донесению 10.

2Хадисы — предания о словах и действиях Мухаммада, которые касаются

религиозно-правовых вопросов жизни мусульманской общины.

3Мазбата — официальный отчет, протокол заседания.

III

С другой стороны, мусульмане, примкнувшие к комитету «Единение и прогресс», против этого «братства», так что среди здешних мусульман происходит теперь большое разногласие и полная неурядица. Эта неурядица опасна в том отношении, что, с одной стороны, она совершенно подорвала авторитет власти, а с другой — авторитет шейхов над чернью, которая до сих пор беспрекословно повиновалась им и потому, в случае вспышки со стороны мусульман против христиан, ни власть, ни шейхи не смогут воздействовать на народ. Насколько пал теперь в народе престиж валия, можно судить по следующему случаю: министр финансов недавно отдал приказ, чтобы не выплачивать чиновникам февральского жалованья; 7–8 дней тому назад сотни мужчин и женщин собрались в серае и начали шуметь, требуя свое жалованье; вали поручил своему адъютанту успокоить толпу, но она начала шуметь еще больше; тогда вали поручил начальнику жандармерии передать им, чтобы они подождали дня 3–4; тогда толпа бросилась к кабинету валия и начала стучать в двери и окна; Назим-паша был вынужден выйти и сказать толпе, что если она еще раз позволит себе так поступать, то он отдаст часовым приказ впредь не впускать никого в серай; только что он сказал это, как все бросились к нему и начали поносить его, крича, чтобы он убирался из серая, который не для него, а для них.

Мясники устроили стачку, требуя отмены налога, и Назим-па- ша только тем мог прекратить ее, что обещал ходатайствовать перед парламентом об отмене налога.

По регламенту вали имеет право выбрать одного из трех су- дей-мусульман. В числе трех кандидатов-мусульман был некий Хамзэ-эфенди, человек очень продажный, но из семьи Магомета4. Назим-паша не захотел выбрать его, а назначил другого, более подходящего, и это обстоятельство, вызвав большое возбуждение, чуть не стало причиной волнения. Всюду и во всем смута, которая, несомненно, создается приверженцами старого режима — Дамаск полон родственниками Иззета-паши — и поддерживается, по моему глубокому убеждению, моим здешним английским коллегой, который в лучших и интимных отношениях с весьма подозрительными в политическом отношении лицами. Масса мелочей, которые трудно сопоставить на бумаге, заставляет меня полагать, что Англия ищет, как бы вызвать смуту в Сирии и вообще в этой части Турции, и в этом

4Имеется в виду сеййид, или шериф, — потомок пророка Мухаммада, чья родословная восходит к внукам пророка — Хусейну или Хасану.

Часть III