По мнению Ю. Д. Казанчева, «избирательное право - это совокупность государственно-правовых норм, регулирующих порядок организации и проведения выборов высших должностных лиц, представительных органов государственной власти и органов местного самоуправления».
Из вышеприведенных определений объективного избирательного права можно сделать вывод, что все авторы относят избирательное право к правовой категории и рассматривают его как совокупность правовых (юридических) норм. В то же время следует отметить, что среди вышеназванных ученых нет единого мнения о том, какой круг общественных отношений регулируют нормы избирательного права. Так, например, из определений В. А. Рыжова, Б. А. Страшуна, В. Е. Чиркина вытекает, что нормы избирательного права поливалентны, т. е. относятся и к другим отраслям права (уголовному, административному, трудовому и т. д.). Из определения М. Ю. Тихомирова, напротив, можно сделать вывод, что нормы избирательного права регулируют участие граждан в выборах, организацию их проведения, взаимоотношения между избирателями и представительными учреждениями, т. е. тот круг правоотношений, который непосредственно связан с выборами или выборным процессом.
Возникает вопрос, почему одна группа авторов полагает, что нормы избирательного права могут относиться и к другим отраслям права, а другие ученые эту точку зрения не разделяют.
Дело в том, что в юридической литературе в течение многих лет идет дискуссия о правовой природе конституционно-правовых норм, а следовательно, и норм избирательного права. Суть дискуссии заключается в том, что многие нормы конституционного права не имеют всех трех составных элементов общей правовой нормы (гипотезы, диспозиции, санкции). Для этих норм характерно наличие только диспозиции либо только гипотезы. Что же касается санкции, то ее данные нормы, как правило, не имеют. Из этого некоторые ученые делают вывод, что в ряде случаев конституционно-правовая норма может не совпадать со структурой статьи закона, а иметь «комплексный» характер, т. е. диспозиция или гипотеза нормы может быть изложена в одном законе, а санкция может быть предусмотрена в другом. Так, например, по мнению П. Е. Недбайло, такое «несовпадение норм права и их элементов со статьями диктуется жизнью, удобствами законодательства и целенаправленностью нормативных актов». Противники этой точки зрения отмечают, что санкция конституционно-правовой нормы в статье другого закона находиться не может. В этой связи Ю. П. Еременко на примере структуры норм Конституции показывает, что все их структурные элементы содержатся только в Конституции, а не в других законах. Этот вывод Ю. П. Еременко обосновывает тем, что если конституционные нормы обладают высшей юридической силой, то их структурные части, которые находятся в других нормативных актах, должны изменяться в особом порядке. Развивая эту идею, можно дополнить, что вопросы избирательного права в Казахстане урегулированы Конституционным законом от сентября 1995 года с изменениями и дополнениями от 19 июня 1997 года, от 8 мая 1998 года, от 6 ноября 1998 года, от 6 апреля 1999 года и от 28 июня 1999 года «О выборах в Республике Казахстан». В статье 50 этого нормативного правового акта речь идет об ответственности за нарушение законодательства о выборах. Конкретная же санкция за перечисленные в ней деяния предусмотрена в Уголовном кодексе Республики Казахстан (ст.ст. 146, 147). Согласно же пункту 2 статьи 4 Закона Республики Казахстан от 24 марта 1998 года «О нормативных правовых актах» Конституционный закон и УК РК имеют разную юридическую силу, что делает, на наш взгляд, мнение о том, что конституционно-правовая норма может иметь «комплексный» характер, малоубедительным. Так как структурные элементы такой нормы в нашем случае содержатся в нормативных правовых актах, которые стоят на разных иерархических ступенях, то в случае их противоречия между собой действовать будут нормы акта более высокого уровня, и это делает дробление элементов правовой нормы по разным законам, на наш взгляд, бессмысленным. Кроме того, мы полагаем, что определение объективного избирательного права, данное М. Ю. Тихомировым, более верно, поскольку избирательное право - это институт (раздел) конституционного права; об этом же говорится и в определении В. Е. Чиркина. Следовательно, из этого логически вытекает, что конституционное право, как и любая другая отрасль права, имеет свой предмет регулирования, который отличается определенной спецификой и не может совпадать с предметом другой отрасли права, так как любое отождествление предмета регулирования одной отрасли права с другой приводит к отрицанию предмета регулирования той или иной отрасли права.
Под избирательным правом в субъективном смысле понимается конкретное право лица участвовать в выборах. Избирательное право в субъективном смысле означает право граждан избирать представительные органы власти и самоуправления, должностных лиц (активное избирательное право) и быть избранными в эти органы или на соответствующие государственные посты (пассивное избирательное право).
Такого определения избирательного права в субъективном смысле придерживается большинство ученых-государствоведов, и во всех определениях говорится об активной и пассивной избирательной правосубъектности граждан. При этом следует иметь ввиду, что то или иное лицо может обладать активным избирательным правом, но не иметь при этом пассивного. Так, гражданин Казахстана, достигший 18 лет, может участвовать в выборах Президента Республики Казахстан, депутатов Мажилиса Парламента Республики Казахстан, но не может быть избранным из-за возрастного ценза. Баллотироваться кандидатом в депутаты Мажилиса он имеет право, когда ему исполнится 25 лет, а кандидатом в Президенты - по достижении 40 лет. Иной порядок соотношения активного и пассивного избирательного права в законодательной практике не встречается, так как лицо, имеющее пассивное избирательное право, не может не обладать и активным избирательным правом.
Выше рассмотренные определения избирательного права в объективном и субъективном смыслах имеют единую объективную основу, закономерно связаны между собой, однородны по характеру и природе, как однородны и те правовые нормы, которые определяют условия активной и пассивной правосубъектности граждан, а равно и организационные формы ее осуществления. Поэтому они образуют единый институт конституционного (государственного) права.
В советской юридической литературе среди ученых государствоведов была дискуссия и по поводу такого понятия, как «избирательная система».
Суть дискуссии состояла, во-первых, в том, что учеными обсуждался вопрос, является ли понятие «избирательная система» составной частью избирательного права или, наоборот, избирательное право - частью избирательной системы. В юридической литературе высказывалось также мнение, что между избирательным правом и избирательной системой существует неразрывная связь. Их нельзя противопоставлять, но нельзя и отождествлять.
Во-вторых, анализ определений избирательной системы показал, что и относительно этого понятия среди ученых не было единства мнений. Так, например, В. М. Сафронов в этой связи отмечал, что «существуют В основном три группы таких определений. Одни авторы считают, что под избирательной системой следует понимать совокупность демократических принципов, другие совокупность юридических норм и, наконец, третьи - совокупность общественных отношений».
К числу первой группы ученых можно отнести А. И. Денисова, который так определял избирательную систему: «Советская избирательная система представляет собой совокупность демократических принципов, на основе которых осуществляются выборы представительных органов государства».
Представителем другой группы государствоведов является Я.Н. Уманский, который считал, что «избирательная система - это совокупность норм, устанавливающих избирательные права граждан СССР, организацию и порядок выборов в представительные органы государства, а также взаимоотношения избирателей с депутатами». Эту же точку зрения разделяют В. М. Сафронов, и М. В. Баглай. По мнению В. М. Сафронова, «советская избирательная система - это совокупность юридических норм, закрепляющих порядок организации и проведения выборов, избирательные права граждан и демократический порядок определения результатов голосования». М. В. Баглай считает, что «понятие избирательной системы складывается из всей совокупности правовых норм, регулирующих порядок предоставления избирательных прав, проведения выборов и определения результатов голосования». Впоследствии Я. Н. Уманский признал, что данное им определение избирательной системы неточно и дал новое: «Избирательная система, в отличие от избирательного права, представляет собой, следовательно, не совокупность правовых норм, а результат правового регулирования фактических общественных отношений, который получает свое выражение в установленном порядке организации и проведения выборов в органы государственной власти», т. е., как видно из этого определения, Я. Н. Уманский присоединился к мнению третьей группы ученых, которые отождествляли избирательную систему с совокупностью общественных отношений.
В качестве ведущего представителя этой группы ученых следует назвать А. и. Кима, который дал следующее определение избирательной системы: «Советская избирательная система как институт советской демократии есть вся совокупность общественных отношений, возникающих в процессе и в связи с формированием органов государственной власти». Схожие определения в юридической литературе давались также В. А. Перциком, Н. Т. Савенковым, Б. А. Страшуном, Ю. Н. Ждановым и др.
В. В. Маклаков, изучая избирательное право и избирательные системы зарубежных стран, дал следующее определение избирательной системы: «С юридической точки зрения избирательная система - это способ определения результатов голосования, а с политической - это инструмент, с помощью которого правящий класс добивается большинства мест в представительных учреждениях».
В зарубежной юридической литературе даются, как правило, очень лаконичные, но в то же время весьма конкретные определения избирательной системы. Так, Дитер Нолле считает, что «избирательная система определяет форму поведения при голосовании и результаты выборов».
В постсоветский период в юридической литературе Российской Федерации можно встретить близкие по содержанию и конструкции определения избирательной системы. Так, Л. В. Тихомирова и М. Ю. Тихомиров под избирательной системой понимают «порядок организации и проведения выборов в представительные учреждения, основанный на принципах избирательного права». Более подробное определение этого термина дал В. В. Маклаков. В частности, он отметил, что этот термин используется в двух значениях - широком и узком.
В широком смысле избирательная система - это упорядоченные общественные отношения, связанные с выборами органов публичной власти, составляющие порядок выборов. В узком смысле этот термин рассматривается как способ распределения депутатских мандатов между кандидатами в зависимости от результатов голосования избирателей и других уполномоченных лиц.
Сравнительный анализ определений избирательной системы, данных в советский и постсоветский периоды, показывает, что в них различны только процедуры определения результатов выборов и распределения депутатских мест в парламенте.
В связи с этим возникает вопрос, почему советские государствоведы уделяли много внимания понятиям «избирательное право» и «избирательные системы», в то время как в постсоветский период и в странах западной демократии дискуссий по этому поводу в правовой литературе нет.
Впервые понятие «избирательная система» в советском законодательстве появилось в Конституции СССР 1936 года [98], в которой глава XI так и назвалась и была посвящена вопросам избирательных прав граждан, а также подготовке и проведению выборов в СССР и их принципам. С этого времени в правовой литературе по советскому государственному праву наряду с уже ранее употреблявшимся термином «избирательное право» стал использоваться и термин «избирательная система».
Сегодня ни в избирательном законодательстве Республики Казахстан, ни в соответствующем законодательстве Российской Федерации и некоторых других государств СНГ термин «избирательная система» не имеет такого смыслового содержания, которое он имел в Конституции СССР. В то же время следует отметить, что в избирательном законодательстве ряда стран, ранее входивших в состав СССР, встречаются определения избирательной системы, близкие по содержанию к определению избирательной системы в Конституции СССР.
Так, например, в Законе Туркменистана от 12 апреля 1993 года «О выборах членов генгеши» в статье 1 «Основы избирательной системы» отмечается: «В соответствии с Конституцией Туркменистана выборы членов генгеши (муниципальных советов), являющихся представительными органами народной власти на территории городов, поселков и оба, осуществляются гражданами Туркменистана на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном голосовании. Выборы членов генгеши проводятся по одномандатным или многомандатным избирательным округам».
В Законе Эстонской Республики от 6 апреля 1992 года «О выборах в Государственное Собрание» в статье 1 «Основы избирательной системы» закреплено, что «члены Государственного Собрания Эстонской Республики избираются тайным голосованием в ходе свободных выборов на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права».
Общность этих формулировок с определением избирательной системы, которое давалось в советском избирательном праве, состоит в том, что в них также речь идет о принципах избирательного права, что, по нашему мнению, приводит к довольно широкому толкованию понятия «избирательная система» и делает его идентичным по содержанию с понятием «избирательное право».
Нами были рассмотрены общетеоретические и законодательные определения понятий «избирательное право» и «избирательная система». Эти институты в избирательном праве Республики Казахстан имеют свои особенности, поэтому на основе известных понятий и анализа действующего законодательства о выборах дадим их определения.
Из анализа статей 3 и 9 Конституционного закона «О выборах в Республике Казахстан» можно сделать вывод о том, что законодатель в понятие «избирательная система» включает только систему подсчета голосов, а принципы, на основе которых происходит процедура выборов, относит к понятию «избирательное право». Такой вывод вытекает из анализа названия вышеназванных статей, их содержания и расположения в структуре главы первой Общей части Конституционного закона о выборах.
Таким образом, под избирательным правом Республики Казахстан следует понимать совокупность правовых норм, регулирующих общественные отношения, связанные с выборами Президента, депутатов Парламента, депутатов маслихатов Республики Казахстан и органов местного самоуправления, а также обеспечивающих возможность гражданам Республики участвовать в выборах вышеназванных должностных лиц или государственных органов и органов местного самоуправления.