Temps cyclique et gnose Ismaélienne, 2ème édition, Paris: Berg International 1982 (английский перевод: Cyclical Time and Ismaili Gnosis, transi, by R. Manheim and J.W. Morris,London: Kegan Paul 1983).
Philosophie iranienne et philosophie comparée, Téhéran-Paris: BuchetChastel 1978.
Philosophie iranienne islamique auxXVIIe etXVIIIe siècles, Paris: Buchet-
Chastel 1981.
Amir-Moezzi M.,Christian Jambetet PierreLory (eds.), Henry Corbin: Philosophies et Sagesses des Religions du Livre: Colloque organisé par EPHE
et CERL, Sorbonne les 6-8 novembre 2003, Turnhout: Brepols, 2005.
Cheetham, Тот, The World Turnedlnside Out: Henry Corbin andlslamic Mysticism, Woodstock, CT: Spring Journal Books 2003.
Jambet, Christian (éd.), Henry Corbin (cahier de ГНегпе по. 39), Paris: Herne 1981.
Jambet, Christian,La logique des Orientaux: Henry Corbin et la science des formes, Paris: Seuil 1983.
Nasr, Seyyed Hossein (éd.), Mélanges offerts à Henry Corbin, Tehran: Académie Impériale Iranienne de Philosophie 1977.
Shayegan, Daryush, Henry Corbin: La topographie spirituelle de l'Islam iranien, Paris, 1990.
Wasserstrom, Steven M., Religion after Religion: Gershom Scholem, Mircea Eliade and Henry Corbin at Eranos, Princeton: Princeton University Press 1999.
Сайт Ассоциации друзей Анри и Стеллы Корбен (Association des amis de Henry et Stella Corbin) www.amiscorbin.com
СВЕТОВОЙ ЧЕЛОВЕК В ИРАНСКОМ СУФИЗМЕ
ГлаваI.
ОРИЕНТАЦИЯ
...светильник, чье пламя питается маслом оливы, ни восточной, ни западной, которое вспыхивает, даже если его не коснулся огонь... И это свет поверхсвета.1'
Ориентация — первосвидетельствош нашего присутствия в мире. Свойство человеческого присутствия — опространствование мира вокруг себя, и этот феномен включает в себя известную взаимосвязь между человеком и миром, определяемую самим модусом его присутствия в мире. Четыре стороны света, восток и запад, север и юг — суть не понятия, с которыми сталкивается это присутствие, а направления, отражающие его смысл, его приживание к миру,
его породнение с ним. Обладание этим смыслом равнозначно ориентации в мире. Воображаемые линии, соединяющие восток и запад, север и юг, образуют a priori сеть пространственных явностей, без которых невозможна ни географическая, ни антропологическая ориентация. Противоположности между восточным и западным началом, между человеком севера и человеком юга равным образом определяют наши идеологические и характерологические классификации.
Структура и начертание всей этой сети, начиная со времен, непостижимых для памяти человеческой, зависят от однойединственной точки: точки ориентации, небесного севера, полярной звезды. Достаточно ли будет в таком случае сказать, что опространствование, разворачивающееся горизонтально по
17
СВЕТОВОЙ ЧЕЛОВЕК В ИРАНСКОМ СУФИЗМЕ
направлению к четырем сторонам света, дополняется измерением вертикальным — снизу вверх, от надира к зениту? Или следует допустить, что не существует различных модусов восприятия этого вертикального измерения, столь различных между собой, что они изменяют ориентацию человеческого присутствия не только в пространстве, но и во времени? Ориентация во времени: различные приемы, посредством которых человек поверяет свое присутствие на земле, и непрерывность этого присутствия в чем бы то ни было, понимаемая как история, и попытка уразуметь, имеет ли эта история смысл — и, если имеет, то какой? Из этого вытекает следующий вопрос: следует ли считать наше восприятие небесного полюса, вертикального измерения, тяготеющего к космическому северу, феноменом единообразным, физиологически обусловленным постоянными законами, или явлением неупорядоченным, зависящим от самого модуса человеческого присутствия, стремящегося сориентироваться! Отсюда — изначальная важность севера и понятия о севере: в том, как человек внутренне постигает «вертикальное» измерение своего присутствия, обретают свой смысл и измерения горизонтальные.
Так вот: одним из лейтмотивов иранской суфийской литературы является «Поиск Востока», но это Поиск того Востока, о котором мы узнаем от других или догадываемся сами, что он не находится и не может находиться на наших географических картах. Этот Восток не входит ни в один из семи климатов (кешвар™); он, по сути дела, представляет собою восьмой климат. И направление, в котором осуществляются поиски этого «восьмого климата» является не горизонтальным, а вертикальным. Этот мистический, сверхчувственный Восток, место Зарождения и Возвращения, цель вечного Поиска, есть ничто иное, как небесный полюс; это Полюс с заглавной буквы, крайний север, столь крайний, что его можно считать порогом «инобытийного» измерения. Вот почему он открывается лишь определенному модусу присутствия в мире и может открыться только ему одному. А ведь существуют и другие модусы, которым он не откроется никогда. Этот модус присутствия как раз и является модусом бытия суфия, а в его лице — и всей духовной семьи, к которой принадлежит суфизм, в частности, суфизм
18