Материал: Курс доказательственного права_ Гражданский процесс. Арбитра

<1> Сервер Европейского суда по правам человека: http://www.echr.coe.int.

<2> Европейский суд по правам человека: Избранные решения. М., 2000. Т. 2. С. 59 - 68.

<3> Там же.

<4> Там же. С. 391 - 402.

<5> Сервер Европейского суда по правам человека: http://www.echr.coe.int.

<6> Там же.

В условиях состязательного гражданского судопроизводства остается актуальным вопрос о распределении бремени доказывания. Особый интерес вызывает решение этого вопроса относительно дел, возникающих из публичных правоотношений. По ряду дел Европейским судом была выработана правовая позиция, в соответствии с которой правительства, утверждающие о том, что заявителями не были исчерпаны все национальные правовые средства, должны доказать Суду, что эти средства были эффективны и доступны как теоретически, так и практически и позволяли заявителю обратиться с жалобами. После этого бремя доказывания переходит на заявителя: он должен доказать, что те средства, о которых говорит правительство, были действительно полностью им использованы или они в силу определенных обстоятельств конкретного дела явились неадекватными и неэффективными, а также что существуют особые обстоятельства, которые освобождают заявителя от этой обязанности. К числу таких обстоятельств относится полная пассивность национальных властей в случаях, когда должностные лица совершают ошибку или незаконные действия. В этих обстоятельствах бремя доказывания вновь переходит на государство (ответчика), которое обязано показать, что конкретно им было сделано (решения Европейского суда по правам человека от 11 января 1961 г. по делу "Австрия против Италии", от 5 апреля 1973 г. по делу "Донелли и другие против Соединенного Королевства", от 16 сентября 1996 г. по делу "Акдивар и другие против Турции" <1>). Кроме того, Европейский суд сформировал последовательный подход в отношении доказывания морального вреда. В соответствии с его позицией на заявителя не может быть возложена обязанность доказывания морального вреда, который он или она претерпели (см. в числе многих примеров Постановления Европейского суда от 15 октября 2009 г. по делу "Антипенков против Российской Федерации" (Antipenkov v. Russia), жалоба N 33470/03, § 82; от 14 февраля 2008 г. по делу "Пшеничный против Российской Федерации" (Pshenichnyy v. Russia) , жалоба N 30422/03, § 35; от 7 июня 2007 г. по делу "Гарабаев против Российской Федерации" (Garabayev v. Russia), жалоба N 38411/02, § 113, ECHR 2007-VII (извлечения); от 1 июня 2006 г. по делу "Гридин против Российской Федерации" (Gridin v. Russia), жалоба N 4171/04, § 20; от 14 июня 2011 г. по делу "Денисова и Моисеева против Российской Федерации" (Denisova and Moiseyeva v. Russia), жалоба N 16903/03, § 15 <2>).

--------------------------------

<1> Европейский суд по правам человека: Избранные решения. Т. 2. С. 216 - 247.

<2> Сервер Европейского суда по правам человека: http://www.echr.coe.int.

В качестве неотъемлемого условия состязательного судопроизводства Европейский суд отмечает, что стороны в уголовном и гражданском процессах вправе знакомиться со всеми

доказательствами или замечаниями, приобщенными к делу, комментировать их (решение от 20 февраля 1996 г. по делу "Вермюлен против Бельгии" <1>). Принцип состязательности не требует, чтобы сторона по гражданскому делу представляла своему оппоненту документы, которые не были представлены суду (Постановление Европейского суда от 24 апреля 2003 г. по делу "Ивон против Франции" <2>).

--------------------------------

<1> Европейский суд по правам человека: Избранные решения. Т. 2. С. 174 - 181.

<2> Сервер Европейского суда по правам человека: http://www.echr.coe.int.

Актуальной для отечественного судопроизводства является правовая позиция Европейского суда относительно мотивированности решения суда о допуске доказательств. Суд отмечает, что хотя национальный суд имеет определенную свободу при выборе аргументов по конкретному делу и допуске доказательств, представленных сторонами в обоснование своих требований и возражений, он обязан обосновать принятое решение (Постановление Европейского суда от 1 июля 2003 г. по делу "Суоменен против Финляндии") <1>.

--------------------------------

<1> Там же.

Вопросы доказывания и доказательств рассматриваются Европейским судом с точки зрения права гражданина на справедливое судебное разбирательство. Поэтому правовые позиции касаются в большинстве случаев общих вопросов доказывания и достаточно ограничены. В решении от 23 апреля 1997 г. по делу "Ван Мехелен против Нидерландов" была заявлена позиция Европейского суда, в соответствии с которой вопросы о допустимости доказательств и их оценке были отнесены к компетенции национального суда <1>. в Постановлении от 12 июня 2003 г. по делу "Ван Кук против Германии" <2> и решении от 18 марта 1997 г. по делу "Мантованелли против Франции" <3> было отмечено, что оценка доказательств, а также определение относимости доказательств, представленных стороной, относятся к компетенции национальных судов. Задача Европейского суда заключается в том, чтобы удостовериться, было ли судебное разбирательство в целом справедливым, включая и то, как были получены доказательства. В ходе судебного разбирательства Европейский суд не ограничен какими-либо процедурными барьерами по допустимости доказательств либо правилами их оценки. Он делает такие заключения, которые основаны на свободной оценке всех имеющихся доказательств, в том числе выводы, вытекающие из фактов и показаний сторон. В соответствии с прецедентным правом Европейского суда доказывание осуществляется на основе достаточно веских, четких и согласующихся выводов либо неопровергнутых предположений в отношении факта. Кроме того, уровень убежденности, необходимый для достижения конкретного заключения, и в этой связи распределение бремени доказывания являются неразрывно связанными со спецификой фактов, характером сделанных утверждений и нарушенным правом, гарантированным Конвенцией ( Постановление Большой палаты Европейского суда от 6 июля 2005 г. по делу "Начова и другие против Болгарии", жалобы N 43577/98 и 43579/98 <4>; Постановление Европейского суда от 13 декабря 2005 г. по делу "Тимишев против Российской Федерации", жалобы N 55762/0 и 5597/00 <5>).

--------------------------------

<1> Европейский суд по правам человека: Избранные решения. Т. 2. С. 440 - 454.

<2> Сервер Европейского суда по правам человека: http://www.echr.coe.int.

<3> Там же.

<4> Сервер Европейского суда по правам человека: http://www.echr.coe.int.

<5> Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2006. N 8. С. 61

- 74.

В содержание права на справедливое судебное разбирательство Европейский суд помимо прочего включает право на состязательное разбирательство дела, согласно которому стороны должны иметь возможность знакомиться с любыми доказательствами, необходимыми для поддержания их позиций, а также знать обо всех приведенных доказательствах и доводах и представить свое мнение по ним, поскольку это может повлиять на решение. Сторона судебного разбирательства должна иметь возможность ознакомиться с доказательствами до начала рассмотрения дела в Суде, а также выразить свое мнение об их наличии, содержании и подлинности в надлежащей форме и в надлежащее время, при необходимости заблаговременно в письменном виде (окончательное решение от 14 января 2003 г. по вопросу приемлемости жалобы N 61605/00 по делу "Аркадий Иванович Викторов против Российской Федерации" <1>). Отсутствие у стороны возможности выступления в суде второй или третьей инстанции может быть оправдано особенностями соответствующего разбирательства при условии, что они касаются только вопросов права, но не факта. Суд кассационной инстанции при рассмотрении жалобы проверяет не только законность, но и обоснованность решения суда первой инстанции и может исследовать новые доказательства и устанавливать новые факты (ст. 294 ГПК РФ). Поэтому "возможность для заявителей ответить на объяснения стороны ответчика... приобретает тем более определяющий характер" (Постановление от 7 июня 2007 г. по делу "Ларин и Ларина против России", жалоба N 74286/01 <2>).

--------------------------------

<1> Европейский суд по правам человека и Российская Федерация: Постановления и решения, вынесенные до 1 марта 2004 г. С. 164 - 167.

<2> Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2007. N 12. С. 135 - 143.

Обращает на себя внимание мнение Верховного Суда РФ, высказанное им в Постановлении Пленума от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" <1>. В нем указывается, что при вынесении решения суду следует учитывать постановления Конституционного Суда РФ, Пленума Верховного Суда РФ, Европейского суда по правам человека (п. 4), подлежащие применению в данном деле. Представляется, что употребление слова "учитывать" не совсем точно. Выше отмечалось, что постановления Конституционного Суда РФ обязательны для применения всеми судами. Прецеденты Европейского суда являются нормообразующими правилами, основой при решении аналогичных категорий дел и воздействуют на право и практику других государств. Нелогичной представляется позиция в отношении постановлений Пленума Верховного Суда РФ. Суды общей юрисдикции при вынесении судебного решения должны их только учитывать, в то время как для арбитражных судов постановления Пленума

Высшего Арбитражного Суда РФ являлись обязательными (ст. 13 Федерального конституционного закона от 28 апреля 1995 г. N 1-ФКЗ "Об арбитражных судах в Российской Федерации" <2>).

--------------------------------

<1> Бюллетень Верховного Суда РФ. 2004. N 2.

<2> СЗ РФ. 1995. N 18. Ст. 1589.

По справедливому замечанию С.К. Загайновой, величайшая ценность судебной практики состоит в том, что "она служит богатейшим источником важной информации для правотворчества, "поставляет" не случайный, а многократно апробированный в самых различных уровнях материал" <1>. Вместе с тем в настоящее время нет правовых оснований полагать, что в российском праве имеется тенденция перехода к системе прецедентного права. Усиление роли судебной практики еще не доказывает, что в России осуществляется переход от системы континентального права к системе общего права. Российская правовая система не отказалась от принципов континентального права. Процесс сближения систем континентального и общего права не безграничен. В рамках континентального права судебная практика приобрела значение вспомогательного источника права, но закон, принципы позитивного права по-прежнему занимают приоритетное положение.

--------------------------------

<1> Загайнова С.К. Судебный прецедент: проблемы правоприменения. М., 2002. С. 83.

Глава 3. ПОЗНАНИЕ И ДОКАЗЫВАНИЕ В ГРАЖДАНСКОМ, АРБИТРАЖНОМ ПРОЦЕССАХ И АДМИНИСТРАТИВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

§1. Общая характеристика судебного познания по гражданским

иадминистративным делам, экономическим спорам

Знание, получаемое в ходе судебного разбирательства по гражданскому или административному делу, так же как и в других областях человеческой деятельности, является результатом познания. Однако, как подчеркивалось еще в дореволюционной процессуальной литературе, основная проблема состоит в характере данного познания, в его отличительных особенностях с учетом того, что "деятельность суда заключается в такой логической операции: из фактов, утверждаемых сторонами, и из "приличного" закона суд делает вывод о правильности требований истца; к этой работе суд приступает не раньше, чем составит себе убеждение в правдивости утверждений той и другой стороны" <1>.

--------------------------------

<1> Яблочков Т.М. Учебник русского гражданского судопроизводства. С. 86.

Советская и российская процессуальная мысль данную проблему также решала и продолжает решать далеко не однозначно <1>. Так, одни авторы полагают, что судебное познание представляет собой звено научного познания, его разновидность, поскольку познавательные процессы, происходящие в суде, полностью соответствуют научным стандартам, резко отличающимся от обыденных <2>.

--------------------------------

<1> См.: Фокина М.А. Механизм доказывания по гражданским делам: теоретико-прикладные проблемы. М., 2010. С. 7 - 20.

<2> См.: Ванеева Л.А. Судебное познание в советском гражданском процессе. Владивосток, 1972. С. 43; Козлов А.С. Теоретические вопросы установления истины в гражданском процессе. Иркутск, 1980. С. 45.

Другие считают судебное познание самостоятельным видом познания. По их мнению, оно весьма специфично и занимает промежуточное положение между познанием научным и обыденным. Обосновывается это тем, что обыденное познание эпизодично по своей сути, а потому знания в нем не систематизированы и не могут раскрыть существо закономерностей жизни. Научное же познание - это упорядоченный процесс получения полного и исчерпывающего знания об окружающей нас действительности. Судебное познание преднамеренно, в нем заранее установлен круг фактов, подлежащих исследованию, но оно не претендует на раскрытие всеобщих взаимосвязей, что означает промежуточность судебного познания <1>.

--------------------------------

<1> См.: Алексеев С.С. Общая теория права. М., 1982. Т. 1. С. 320 - 321; Иванов О.В. Принцип объективной истины в советском гражданском процессе. М., 1964. С. 26; Явич Л.С. Сущность права. Л., 1985. С. 133; Осипов Ю.К. К вопросу о соотношении судебного познания и судебного доказывания // Сборник ученых трудов. Вып. 7. Свердловск, 1967. С. 211; Ткачев Н.И. Законность и обоснованность судебных постановлений по гражданским делам. Саратов, 1987. С. 46 - 47.

Наиболее верной представляется вторая теоретико-практическая точка зрения по следующим причинам.

Известно, что в основе судебного познания лежит тезис диалектического материализма о принципиальной возможности получения субъектом (индивидом, группой людей) истинного знания о разнообразных явлениях реальности благодаря процессам отражения. Восприятие судей, как и восприятие любого человека, суть сложный биологический механизм воспроизведения действительности, где всякий отражаемый сигнал, претерпевая в нервной системе ряд перекодирований, дает верное представление о параметрах отражаемого объекта <1>. Но функция восприятия здесь не есть просто созерцание посредством органов чувств, это результат познавательных и мыслительных способностей субъекта, связанный с физиологическим состоянием сигнальной системы организма. Более глубокое знание о правовой коллизии формируется преимущественно с помощью мыслительных операций, приводящих к анализу и синтезу понятий, суждений и умозаключений.

--------------------------------

<1> См.: Анохин П.К. Избранные труды. Философские аспекты теории функциональной системы. М., 1978. С. 345 - 346.

Причем необходимо обратить внимание на то, что мышление бывает наглядно-действенным