§1 Для того, чтобы выяснить, какая из представленных моделей на сегодняшний день является наиболее подходящей, не достаточно проанализировать лишь действия, отталкиваясь от того аспекта, который предстоит доказывать при выборе конкретной модели. Следует также определиться с теми целями, которым служит тайна совещательной комнаты.
1. Во время того, как мы анализировали, что понимается под тайной совещательной комнаты, несколько раз упоминалось и то, для каких целей служит этот режим. Главной целью тайны совещательной комнаты является свободная оценка судом доказательств, собранных в ходе рассмотрения дела в судебном заседании.
Ненадолго отвлечемся от темы тайны совещательной комнаты и вспомним, что конкретно подразумевает под собой оценка доказательств и из чего она складывается. Данному процессуальному действию посвящена статья 67 ГПК РФ, согласно которой суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению. Это условие является крайне важным как с точки зрения принципа независимости судей, так и с точки зрения соблюдения тайны совещательной комнаты. Именно внутреннее убеждение судьи указывает на его самостоятельность при определении наличия остальных необходимых свойств, которыми должны обладать доказательства: относимость, допустимость, достоверность.
Если же во время того, как суд оценивает доказательства, на него оказывается постороннее воздействие, то его действия по оценке доказательств уже нельзя считать свободными, а результат оценки, отраженный в решении, законным. Причем, если все же имело место влияние со стороны иных лиц, то для признания тайны совещательной комнаты нарушенной оно должно осуществляться непосредственно в момент оценки доказательств.
По мнению ряда авторов, оценка доказательств коррелирует с такими принципами правосудия как независимость, объективность и беспристрастность, всестороннее и своевременное рассмотрение дел. На наш взгляд, при правильной оценке доказательств наиболее важными являются беспристрастность и объективность суда, которые выражаются в его свободе от каких-либо предпочтений, предубеждений или предвзятостей. Вместе с тем у судьи есть обязанность поддерживать уверенность у участников процесса и всего общества в целом в соблюдении названного принципа. Кодекс судейской этики от 19.12.2012 г.: утв. VIII Всероссийским съездом судей 19 декабря 2012 г.
Объективность достигается не только при помощи профессионализма судьи, его неподкупности и личных умений абстрагироваться от любых эмоций и склонностей к той или иной стороне процесса, но и благодаря возможности оценить все представленные в процессе доказательства в последний раз, в обстановке, не способной каким-либо образом оказать воздействие на судью. Находясь в совещательной комнате с соблюдением режима тайны, судья получает такую возможность.
Среди ученых-юристов есть как те, которые выступают за сохранение тайны совещательной комнаты, так и те, которые являются приверженцами отмены данного института. Последние видят в тайне совещательной комнаты больше обременений, чем преимуществ для суда, а также указывают на то, что в современное время институт тайны совещательной комнаты является скорее атавизмом, нежели реально действующим механизмом.
Среди сторонников отмены тайны совещательной комнаты фигурирует экс председатель Высшего Арбитражного Суда А. Иванов. По его мнению, влияние на судей оказывается чаще всего до начала судебного заседания, в связи с чем институт тайны совещательной комнаты никак не ограждает их от этого влияния. Иванов А.А. За семью печатями, или тайна совещательной комнаты // Информационно-правовой портал Гарант.ру. 2015. - URL: http://www.garant.ru/ia/opinion/author/ivanov_anton/613040/ (дата обращения: 04.03.2019). Также сторонники отмены совещательной комнаты часто ссылаются на мнение великого русского юриста А.Л. Боровиковского, который был склонен к полной гласности судебного заседания вплоть до вынесения решения по делу, полагая, что у судей не может быть таких суждений, которые должны покрываться тайной. Воронцова И.В, Сушкова Г.А. К вопросу о принципе тайны совещания судей // Марийский юридический вестник. - 2017. - № 1(20). - С. 4. - URL: https://cyberleninka.ru/article/v/k-voprosu-o-printsipe-tayny-soveschaniya-sudey (дата обращения: 05.04.2019).
По нашему мнению, в доводах этих ученых есть одно упущение. Они не принимают во внимание следующий факт: чтобы признать тайну совещательной комнаты нарушенной, влияние, оказываемое на судью, должно иметь место, когда суд оценивает доказательства и принимает решение по делу. Если же влияние, о котором идет речь, оказывается до того, как суд удалился в совещательную комнату, то нет никакой причины считать, что оно повлекло соответствующие результаты.
В формально-юридическом аспекте суд - это государственный орган, действующий в системе процессуальных гарантий. Следовательно, пока не будет доказано обратное, будет считаться, что процессуальная форма как совокупность процессуальных гарантий непререкаема, а значит, доказательства оценены с соблюдением всех правил гражданского процессуального законодательства. Также внутреннее убеждение суда при оценке доказательств не может считаться нарушенным, так как нет никакой уверенности в том, что оказанное влияние имело успех в склонении суда в чью-либо пользу. Судья мог проигнорировать попытки оказываемого на него воздействия с чьей-либо стороны до удаления в совещательную комнату или передумать о заранее намеченном результате при более подробном изучении доказательств в совещательной комнате. Поскольку существуют такие доводы, и не отменена возможность их наличия, сомнения в беспристрастности суда беспочвенны.
Таким образом, только при нарушении цели, заключающейся в правильной оценке доказательств судом, включающей в себя свободную оценку, а именно по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и, главное, объективном их исследовании, тайна совещательной комнаты должна считаться нарушенной. В противоположной ситуации за судом как за профессиональным участником процесса остается преимущество, выраженное через его неподкупность, объективность и беспристрастность.
К довершению вышесказанного, не стоит полагать, что правильная оценка доказательств важна исключительно для сторон судебного процесса. В Российской Федерации судебная власть самостоятельна. Независимость судей напрямую следует из Конституции РФ, в результате чего их авторитет в глазах общества в целом несомненно велик, и о его поддержании заботятся сами судьи. Поэтому правильная оценка доказательств - это непосредственная задача каждого судьи не только по той причине, что права и свободы человека и гражданина в России признаются высшей ценностью, но и для укрепления собственной судебной власти. Нарушения оценки доказательств, приведшие к нарушению тайны совещательной комнаты, подрывают эту власть.
2. Второй целью режима тайны совещательной комнаты, тесно связанной с правильной оценкой доказательств, служит доверие к правосудию. Оно означает, что лица, о чьих правах и обязанностях вынесено решение, принимают результаты разрешенного судебного спора в том случае, если соблюдены правила судебного разбирательства. Если решение правильное, следовательно, оно справедливое, а значит, возникает доверие к суду. Такое доверие выражается в том, что у сторон судебного процесса отсутствуют основания полагать, что суд при принятии решения пренебрег нормами процессуального законодательства, поставив интересы одной стороны выше интересов другой, тем самым отступив, в частности, от принципа равноправия сторон в гражданском процессе.
Более того, по нашему мнению, на сегодняшний день тайна совещательной комнаты выступает искусственным символом доверия граждан к судебной системе. Ритуал с удалением в совещательную комнату, который совершает суд при принятии решения по делу, чистого рода формальность, продиктованная историческими факторами и присущим Российской Федерации выделением судебной власти в самостоятельную ветвь. При удалении судьи в совещательную комнату у остальных участников судебного процесса создается ощущение, что решение выносится с соблюдением процессуальных гарантий, а значит, какие бы правовые последствия для сторон данное решение не несло, оно будет считаться законным. Но в отсутствии такой формальности невозможно сохранение доверия к суду. У участников процесса не создается впечатления того, что суд независим, объективен и беспристрастен, так как одновременно с отсутствием тайны совещания судей появляется доступ любых лиц к сведениям, ранее составляющим эту тайну, а возможность воздействовать на суд и провоцировать у него появления предпочтений к одной из сторон процесса становится осуществимой не только в ходе рассмотрения дела, но и на стадии принятия решения.
Результатом данной ситуации нам видится подрыв авторитета суда и, как следствие, увеличение числа споров о законности вынесенных судом решений. По этой причине отмена режима тайны совещательной комнаты, на наш взгляд, является неоправданной.
Следовательно, тайна совещательной комнаты служит двум целям: правильной оценке доказательств и поддержанию доверия лиц к суду. Выполнение названных целей необходимо для того, чтобы правосудие в принципе состоялось. Оценка доказательств предшествует вынесению правильного решения по делу. А правильность решения зависит от соблюдения тех гарантий, в соответствии с которыми суд его принимает. Однако без доверия со стороны участников судебного процесса бессмысленно говорить о соблюдении данных правил.
§2 Для того, чтобы окончательно убедиться в превосходстве формального критерия над содержательным, нам остается выяснить, будут ли цели правильной оценки доказательств и доверия к суду достигнуты при неформальной модели. Несмотря на условность процедуры удаления суда в совещательную комнату для принятия решения, о которой речь шла выше, процессуальные правила, содержащиеся в ГПК РФ, однозначно закрепляют порядок того, как и в какой момент судом оцениваются доказательства, представленные в рамках спора. Для того, чтобы данный порядок был более наглядным, последовательно разберем систему судебного разбирательства.
В процессуальном кодексе система судебного разбирательства построена таким образом, чтобы сконцентрировать все имеющиеся доказательства в одном судебном процессе. В соответствии со статьями главы 15 ГПК РФ доказательства подлежат исследованию судом непосредственно при рассмотрении дела. Принцип непосредственности, закрепленный в статье 157 ГПК РФ, обязывает суд лично воспринимать, исследовать и оценивать доказательства, имеющиеся по конкретному спору, и выносить свое решение только на основании доказательств, им исследованных. Помимо этого, неотъемлемым является и сам принцип концентрации доказательств, согласно которому повторное рассмотрение исследованных доказательств в случае объявления перерыва судебного заседания или в случае отложения разбирательства дела не производится (статьи 157, 169 ГПК РФ). Также во время исследования доказательств суд дает участвующим в деле лицам возможность выступить с дополнительными объяснениями, так как после окончания рассмотрения дела по существу такая возможность утрачивается. Рассмотрение дела по существу оканчивается после исследования всех доказательств и уже на стадии судебных прений предоставление новых доказательств, а также их исследование не допускается. После прений сторон судья удаляется в совещательную комнату для оценки доказательств и принятия решения.
Как видно из приведенной процедуры процессуальных действий, кодексом уделяется значительное внимание тому, чтобы оценка доказательств происходила не иначе как в совещательной комнате. Нарушение процедуры ведет к нарушению норм процессуального законодательства, а значит, вынесенное при этом решение может быть оспорено, как незаконное.
Сторонники же отмены режима тайны совещательной комнаты не учитывают той последовательности действий со стороны участников процесса и суда, которые прямо закреплены Кодексом. При предлагаемой ими неформальной модели, помимо уже приведенных положений ГПК РФ, будет нарушен и принцип свободной оценки доказательств. Если представить, что у суда появится возможность оценивать доказательства непосредственно при рассмотрении дела до удаления в совещательную комнату, то положения статьи 67 ГПК РФ лишатся смысла, так как значение, вкладываемое во фразу «суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению» нивелируется в виду предоставленной возможности. Одновременно с этим формальная модель не допустит возникновения подобной ситуации по той причине, что любое отклонение от норм, закрепленных в кодексе, влечет отмену вынесенного судом решения.
Аналогичным образом обстоит дело и с допустимостью доказательств (статья 60 ГПК РФ), к которым предъявляется несколько требований. Решетникова И. В. Справочник по доказыванию в гражданском судопроизводстве / под ред. И.В. Решетниковой, 3-е изд. [Электронный ресурс] // URL: http://www.bibliotekar.ru/grazhdanskoe-sudoproizvodstvo/10.htm (дата обращения - 19.04.2019). Во-первых, доказательство должно быть относящимся к делу. Во-вторых, доказательство считается допустимым, если оно получено и исследовано в соответствии с требованиями процессуального законодательства. В-третьих, такое доказательство должно быть получено с помощью тех средств доказывания, которые названы в законе.
Для нас наиболее важным в данном случае является условие исследования доказательства согласно тем требованиям, которые законодательно установлены. При неформальной модели, как мы уже говорили, исследование доказательств не отделяется от их оценки, а значит, оценка на допустимость будет осуществляться в тот момент, когда доказательство предоставлено, что в свою очередь противоречит принципу совокупной оценки доказательств на предмет их достаточности и взаимной связи и способствует лишь оценки каждого доказательства в отдельности. Помимо прочего, в подобной ситуации у участвующих в деле лиц появляется возможность предоставлять дополнительные доказательства на тех стадиях судебного разбирательства, на которых это не предусмотрено нормами ГПК РФ, а также «помогать» суду их оценивать. Вдобавок в отсутствии режима тайны совещательной комнаты суд вынужден оценивать доказательства, находясь под постоянной угрозой влияния со стороны иных участников процесса, что в свою очередь не дает ему возможность оценить доказательства спокойно, а проигравшей стороне не позволяет обрести доверие к суду.