О традиционной семье и причинах трансформации брачно-семейных отношений
Цуриков Владимир Иванович
доктор экономических наук, кандидат физико-математических наук
профессор, ФГБОУ ВПО "Костромская государственная сельскохозяйственная академия"
Аннотация
Предметом исследования являются причины трансформации брачно-семейных отношений в христианском мире.
В статье оспариваются взгляды и концепции, согласно которым основные причины этой трансформации можно отыскать либо в трагическом забвении традиционных ценностей и установок, повлекшем за собой деформацию представлений о любви, долге и отношении между полами, либо в автономности демографических процессов, выступающих в роли ключевого фактора, определяющего изменения в экономической и социальной сферах.
Особое внимание уделяется выявлению и анализу тех факторов, которые оказывали стабилизирующее влияние на традиционную семью в доиндустриальном периоде, и тех, которые вызывали определенную внутреннюю напряженность.
Исследование носит междисциплинарный характер с использованием экономического подхода. Показано, что в результате экономического роста и реализации женщиной той возможности самой зарабатывать себе на жизнь, которую ей предоставила индустриализация, степень ее материальной зависимости от мужчины сильно понизилась. Дальнейший экономический рост и обретение женщинами экономической независимости повлекли за собой революционную либерализацию половой морали и кардинальные изменения приоритетов в системе семейных ценностей и отношении к браку. Основной вывод состоит в следующем. Анализ тенденций позволяет предположить, что сложившаяся в результате индустриализации и урбанизации нуклеарная малодетная семья представляет собой некоторый переходной тип от традиционной (патриархальной) семьи к новому типу семьи, для которого характерно многообразие семейных форм и моделей отношений.
Ключевые слова: традиционная семья, нуклеарная семья, брак, брачно-семейные отношения, трансформация семейных отношений, сексуальная революция, традиционная половая мораль, индустриальная революция, урбанизация, снохачество
традиционный семья патриархальный брачный
Abstract
The subject of this research is the reasons of transformation of matrimonial relations in the Christian world. The article contests the views and concepts, according to which the main causes of such transformation can be found either in tragic indifference to the traditional values and ideologies that lead to deformation of the perception of love, duty, and intergender relationships; or autonomy of the demographic processes manifesting as a key factor that defines changes in the economic and social spheres. Special attention is given to determination and analysis of the factors that had a stabilizing impact upon the traditional family in pre-industrial period, as well as such that caused certain inner tension. The research carries interdisciplinary characters with application of the economic approach. It is demonstrated that as a result of economic growth and realization of women's ability to earn a living reached through industrialization, the level of her financial dependence from a man has significantly lowered. The further economic growth alongside women's acquirement of economic independence resulted in revolutionary liberalization of gender morality and drastic changes in priorities within the system of family values and attitude towards marriage. The analysis of trends allows suggesting that the established as a result of industrialization and urbanization nuclear quasi-planned family represents a certain transitional type from the traditional (patriarchal) family towards the new type of family with the inherent diversity of forms and models of relationship.
Keywords:
Snokhachestvo, Urbanization, Industrial revolution, Traditional sex morality, Sex revolution, Transformation of family relationship, Matrimonial relations, Marriage, Nuclear family, Traditional family
Введение
Предлагаемая статья является продолжением той, которая была опубликована в журнале “Социодинамика” под названием “Традиционная половая мораль в христианском мире” [25]. Цель обеих статей состоит в попытке четкого обоснования существования и доминирования причинно-следственной связи между процессом трансформации брачно-семейных отношений и порождающими этот процесс изменениями социально-экономических условий, которые в свою очередь детерминированы приращением научного знания и развитием технологий.
В первой статье [25] оспариваются взгляды и концепции тех исследователей и нынешних политических деятелей, которые склонны усматривать главную причину наблюдаемой в настоящее время трансформации брачно-семейных отношений в трагическом (по их мнению) забвении традиционных ценностей и социокультурных установок, повлекшем за собой деформацию представлений о любви, долге и отношении между полами. Было показано, что традиционная христианская мораль в той ее части, которая регламентирует отношения между полами, состоит из набора в значительной степени лживых и лицемерных норм и предписаний. Объявляя телесную любовь между мужчиной и женщиной (в том числе между мужем и женой) смертным грехом, христианство настойчиво насаждало отношение к половой любви как к чему-то “грязному”, низменному, порочному.
Мало того, что христианская сексуальная этика лишила многие поколения европейцев естественного удовольствия и радости, получаемых от половой любви, она наносила ощутимый ущерб человеческой психике. Напомним слова Бертрана Рассела о том, что “принцип, согласно которому в половых отношениях есть нечто нечистое и греховное, будучи усвоенным в детстве и закрепленным в зрелые годы, наносит неслыханный вред психике личности”. Не случайно Б. Рассел полагал, что “какие бы нормы морали не пришли на место старых, они должны быть свободны от предрассудков и должны подчеркивать необходимость половой любви” [21, гл. 20].
В работе [25] нами показано, что для идеализации традиционной половой морали нет никаких оснований. Однако здесь следует заметить, что недостатки традиционной христианской морали, которая в силу своих внутренних противоречий создала предпосылки для своего разрушения и отрицания, все-таки нельзя расценивать в качестве достаточного условия для разрушения традиционных институтов семьи и брака. Поэтому ниже, рассматривая быт традиционной (патриархальной) семьи, мы обратим внимание на те внутренние источники напряженности, которые вполне могли сыграть роль детонатора, запустившего процесс ее разложения.
Кроме рассмотренных в статье [25] мнений и концепций, дистанцирующихся в определении причин демографического спада и трансформации брачно-семейных отношений от экономических условий, особое место занимают взгляды на демографический фактор Анатолия Вишневского, для которых (на мой взгляд) характерна своеобразная инверсия в интерпретации причинно-следственных связей. Согласно его теории, современные исследователи сильно недооценивают степень влияния на все стороны жизни людей демографического фактора, придавая неоправданно большое значение недемографическим детерминантам (экономическим, социальным и прочим).
В центр своей концепции А. Г. Вишневский ставит демографический переход (демографическую революцию), самым удачным определением которого он считает следующее: “Демографический переход может быть охарактеризован как изменение системы, как переход от “диссипативной” системы, связанной с потерей демографической энергии (высокие рождаемость и смертность), к системе, “экономизирующей” эту энергию (низкие рождаемость и смертность)” [6, с. 7-8]; [29, p. 451].
Под этим определением А. Г. Вишневский понимает переход от одного типа модели размножения (r -стратегия) к другому (K -стратегия). И хотя апелляция к этим моделям может носить очень условный (символический) характер, суть концепции она проясняют. “Не вдаваясь в детали, отметим лишь, что r -стратегия предполагает крайне “неэкономное” размножение, производство огромного потомства, в основном обреченного на раннюю гибель, так что до нового цикла размножения доживает лишь ничтожная его часть. K -стратегия, напротив, экономична, потомство невелико, зато намного выше его выживаемость” [6, с. 8]. Первая стратегия характерна для рыб, мечущих тысячи икринок без проявления о них в дальнейшем какой-нибудь заботы. Вторая - для крупных млекопитающих, в том числе приматов и человека.
Основное положение той концепции, которую отстаивает А. Г. Вишневский, сформулировал в статье под символичным названием “Экономические и социальные последствия демографического перехода” Дэвид C. Реер (D. S. Reher): “Во многих вопросах демографический переход необходимо рассматривать как ключевой фактор изменений. Демографический переход должен быть изучен как автономный процесс, завершившийся глубинными социальными, экономическими, и даже психологическими или мировоззренческими воздействиями на общество. Демографию нужно рассматривать как независимую переменную” [6, с. 11]; [30, p. 11-12].
Как видим, во главу угла ставится демографический процесс, который следует рассматривать как протекающий независимо от других общественных процессов и определяющий собой экономические, социальные и другие изменения в обществе, т. е. демографический процесс рассматривается как данность, как первоисточник для любых общественных подвижек. Все попытки объяснения различных демографических изменений влиянием экономических или социальных или культурных факторов отвергаются за ненужностью: “Подобные объяснения избыточны, поскольку снижение рождаемости предопределено снижением смертности и необходимостью восстановления нарушенного демографического равновесия” [6, с. 23].
И вот здесь, как мне представляются, кроется определенный изъян концепции А. Г. Вишневского. Откуда следует “необходимость восстановления… демографического равновесия”? И что понимается под равновесием? Если под равновесием понимать равенство показателей рождаемости и смертности, то до сих пор эволюция человечества не давала никакого повода к такому утверждению, ибо численность человечества только росла, в том числе и на различных “отдельных территориях”. Если под равновесием иметь в виду некое только еще предстоящее достижению состояние, отвечающее той численности человечества, которая в K -стратегиях (в уравнении Ферхюльста) соответствует емкости среды (емкости экологической ниши), то следует учесть, что в применении к человеческим популяциям эта постоянная может расти по мере совершенствования используемых технологий.
Науке известны процессы, протекающие без вмешательства человека таким образом, чтобы скомпенсировать внешнее воздействие, которое выводит систему из равновесия. О них нам говорит принцип Ле Шателье-Брауна, частный случай которого мы все изучали в средней школе, как правило Ленца. Но соответствующие явления принадлежат только миру физики и химии. Введение новой, по сути, сверхъестественной сущности, которая управляет демографическими процессами, выводит их из равновесия, инициирует демографические взрывы и затем стремится восстановить равновесие - это довольно сильная гипотеза, требующая убедительного обоснования. Обстоятельный анализ точки зрения А. Г. Вишневского и разрабатываемой им теории демографического перехода с упором на необходимость междисциплинарного демографо-экономико-историко-социологического подхода предлагает Наталия Зверева в [13].
Нам также представляется, что изучение проблем брачно-семейных отношений, являющихся по преимуществу предметом социологии, требует весьма широкого междисциплинарного подхода в силу их тесной связи с целым пластом других проблем, традиционно входящих в сферу интересов ряда других научных дисциплин, таких как экономика, философия, история, культурология, сексология, педагогика, психология [25].
В настоящей работе мы попытаемся показать, что традиционная семья сохраняла стабильность не вследствие “настоящей”, неземной любви между супругами, а, в основном, в силу полной материальной зависимости жены от мужа и ряда экзогенных факторов. Мы попытаемся привести убедительные доказательства в пользу того, что сексуальные революции в христианском мире закономерны и абсолютно неизбежны , так как являются реакцией на лживую и лицемерную половую мораль, насажденную и поддерживаемую церковью и государством в течение ряда веков. Кроме того, в статье продемонстрировано действие некоторых социальных и экономических механизмов, оказывающих определяющее влияние на семейные ценности.
Для достижения сформулированной цели мы попытаемся разобраться не только в том, что же именно скрепляло традиционную (патриархальную) семью, но и попытаемся выяснить были ли в ней источники напряженности, те болевые точки, которые могли бы создать предпосылки для ее трансформации с последующим практически полным от нее отказом. Для этого мы вначале кратко опишем некоторые, наиболее важные с указанной точки зрения, особенности традиционной семьи. И после этого рассмотрим причины, преимущественно экономического характера, которые и обусловили, на наш взгляд, наблюдаемые всеми нами в настоящее время кардинальные изменения брачного, семейного и репродуктивного поведения.
Замечания о традиционной (патриархальной) семье, которую мы потеряли
Хотелось бы напомнить, что до середины XX-го века сельское население в СССР превосходило по численности городское. Российские исследователи Б. М. Бим-Бад и С. Н. Гавров отмечают, что в России до Второй мировой войны доминирующей была патриархальная семья, а с конца 1940-х до 1980-х - нуклеарная детоцентрическая семья [4, с. 68]. Соответственно, можно считать, что в течение многих веков в России (на Руси) доминировала характерная для аграрного общества традиционная семейная мораль, густо замешанная на православных ценностях.
Нобелевский лауреат Гэри Беккер в целом ряде своих исследований, посвященных экономике и эволюции семьи, выделяет в качестве ключевого фактора, определяющего многие особенности традиционной семьи, те проблемы, которые обусловлены неопределенностью и ограниченностью информации [3, с. 412]. Скудость знаний о материальном мире, крайне медленный прогресс в усовершенствовании орудий труда, используемых в земледелии, охоте, рыболовстве, постоянно ставили человека в сильную зависимость от капризов природы, от стечения удачных или неудачных обстоятельств. Это в полной мере относится и к России, вся средняя полоса которой находится в зоне рискованного земледелия.