Таким образом, числовой анализ данных продемонстрировал значительное увеличение статей, связанных с семейной сферой, в период 01.01.2008 - 31.12.2017, однако данная информация не позволяет сделать четкого вывода о возможных изменениях, которые произошли в обществе и были отображены в прессе.
2.2. Анализ статей за 2000 - 2007 гг.
С целью проанализировать изменения образа семьи и понятий, связанных с данной сферой, нами был использован контент-анализ, который использовался по отношению к статьям, опубликованными “Хангёрэ”, а их содержание и образ семьи был нами интерпретирован.
Многие статьи, опубликованные в период с 2000 по 2007 гг., имеют опосредованное отношение к нашей теме, но, несмотря на это, основываясь на них, мы можем сделать некоторые выводы о ценности семьи и семейных отношений. Например, в статье “Нежная мякоть запеченной утки” герой делает акцент на то, что еда, приготовленная своими руками, является лучшим способом выражения благодарности своей семье. “Изгнанная молодежь, оставленная семья” посвящена членам Ханхоннён, или Южнокорейской федерации университетских студенческих советов. Наибольшее внимание автор уделяет эмоциональному состоянию семьи главного героя материала, который на протяжении 7 лет не был дома. Его родные вынуждены страдать по причине долгой разлуки с сыном, братом и возлюбленным и невозможности с ним встретиться. Также описываются истории других участников федерации, некоторые из которых во время активных демонстраций навещали своих родственников, находящихся в больнице, несмотря на непосредственную угрозу быть задержанными полицией в момент посещения. Данная статья демонстрирует, что, с одной стороны, южные корейцы были готовы рисковать своей свободой, желая увидеться со своей семьей. Но, с другой стороны, они были не готовы пожертвовать своими политическими интересами и отказаться от борьбы, чтобы вернуться к семье. Однако из-за того, что движение Ханхоннён охватывало не все население Южной Кореи, а лишь студенчество, то нельзя сделать однозначного вывода.
В статье “Дети имеют право на семью!” автор описывает неутешительную ситуацию в области усыновления и патронажа в Республике Корея, делая акцент на то, что самый лучшее для ребенка быть усыновленным, а для семьи, которая не справляется с воспитанием детей, - отдать их на усыновления. Однако отмечается, что многие южнокорейские политики препятствуют облегчению системы усыновления, заключающейся в том, что родитель, оставивший ребенка на попечении специализированных служб, может в течение нескольких лет вернуться за ним, а для усыновления этого ребенка другими гражданами Республики Корея необходимо получить согласие биологических родителей. По мнению автора, данные законодательные проволочки снижают возможность детей воспитываться в приемной семье с малолетнего возраста, когда наиболее высок шанс их успешной адаптации. Кроме того, в Южной Корее не ратифицирована Гаагская конвенция о защите детей и сотрудничестве в отношении иностранного усыновления, по причине существующего мнения, что данный документ может способствовать резкому росту случаев усыновления корейских детей гражданами других стран. Таким образом, вопрос защиты детей и обеспечение их прав на взросление в семье остро стоял в начале 2000х, а образ биологических родителей, описанный автором в данной статье, имеет некоторые эгоистичные черты.
Кроме того, существует множество статей, опубликованных в начале 21 века, на тему гендерного равенства и создания министерства по вопросам гендерного равенства и семей Республики Корея. Одна из них - “Если мы создадим министерство по гендерному равенству?” - посвящена анализу сложившейся в южнокорейском обществе и семьях ситуации, в которых права женщин нарушаются. Автор рисует образ угнетаемой женщины в обществе, в том числе и в семье. В этот же период была выпущена другая статья на эту тему, однако в ней приведены не только аргументы в пользу создания министерства по вопросам гендерного равенства, но также указана позиция некоторых мужчин, считающих, что в данной борьбе ущемляет их собственные права. В этой статье, которая называется “Не прячутся ли за полотенцами на горячих источниках особые права женщин?” мужчина рассказывает о случае, когда ему не предоставили бесплатные полотенца, несмотря на то, что он заплатил за вход, однако они были выданы женщинам. Хотя в начале может показаться, что статья направлена против введения особых прав для женщин, но далее автор приводит статистику количества случаем сексуального домогательства и домашнего насилия, делает акцент на том, что, хотя проводится политика по увеличению числа женщин на высших должностях и в органах власти, но случаи ущемления прав женщин не расследуются. Таким образом, складывается, с одной стороны, образ южнокорейской семьи с, возможно, деспотичным мужчиной-главой и женщиной, которая, несмотря на инициативы правительства, пока не может в судебном порядке отстоять свои права в случае их дискриминации. А с другой стороны, семьи, в которой мужчина жалуется на притеснения со стороны женщины, выражающиеся в “бесплатных полотенцах”.
В “Поддержим межнациональный брак!” осуждается южнокорейская тенденция приверженности к чистой родословной без примеси иностранной крови. Автор считает, что корни данного социального предрассудка скрыты в истории корейского народа, отмечая, что неважно, кореянка или кореец сочетаются браком с иностранцем/иностранкой, недовольство южнокорейского общества, в первую очередь, будет направлено на супругу. Данная статья демонстрирует ущемленное положение женщины в южнокорейской семье, которое также находит отражение в социальных отношениях в рамках общества. Подтверждение данный вывод материал “Хорошие женщины болеют”, в котором описываются истории замужних женщин, обратившихся за медицинской помощью, называя основными причинами своей болезни ненависть к мужу, отсутствие возможности идти наперекор его решениям, плохие отношения со свекровью. Стоит обратить внимание не столь на деспотичный образ мужей в статье, а на отношение свекрови к невестке. Одна из героинь - женщина N (40 лет) - сказала: “Даже если проявляются какие-либо симптомы заболевания, свекровь скажет, что в первую очередь больна она и поэтому будет отдыхать?”.
Случаи насилия мужей в отношении жён-иностранок, детей и родителей-пенсионеров описывается в статьях “Отсрочка наказания для школьницы, убившей своего отца из-за постоянного избиения” и “Женился, чтобы жестоко обращаться с другими?”. В первой описываются итоги судебного заседания по делу 15-летней школьницы, убившей своего отца, который в состоянии алкогольного опьянения совершал постоянные насильственные действия по отношению к ней и ее бабушке (74 года). Во второй - положение филиппинок, которые вышли замуж за южнокорейского мужчина и подвергаются сексуальному и домашнему насилию. В этих материалах пред нами также изображается образ патриархальной семьи с фиксированными ролями, где женщинам в любом возрасте отведено место жертвы.
Интерес представляет статья о возросшем количестве случаев подростковой беременности. Автор не только отмечает данную тенденцию, однако также возлагает ответственность за это на родителей, которые не разговаривают с детьми о средствах контрацепции, желая думать, что “с моим ребенком такого точно не произойдет”, и на государство, которое не стремится ввести уроки полового воспитания в школе. Подобная распространенная модель поведения в южнокорейской семье изображает перед нами образ консервативного и закрытого института.
Последняя статья, которую мы рассмотрели в рамках периода 01.01.2000 - 31.12.2007, связана с совершением кражи 50 тысяч вон 20-летним молодым человеком. Сторона обвинения решила, что встреча преступника с матерью, которая оставила семью 18 лет назад и была найдена, благодаря полицейским, окажет положительное влияние на поведение молодого человека и удержит его от совершения последующих неправомерных действий. Таким образом, возможно, данный случает отражает существующие представления о том, что мать - важнейший человек в жизни ребенка.
Таким образом, во многих статьях данного периода образ южнокорейской семьи соответствует описанию закрытого патриархального института, в котором главенствующую роль занимает мужчина, а его жене отведена более низкая социальная роль в семейной иерархии. По этой причине, вероятно, женщина, выходя замуж, чаще сталкивается с насилием в семье. Однако из-за сложившейся ситуации в обществе женщина практически не обладает эффективными инструментами для борьбы в подобных ситуациях. Кроме того, в некоторых случаях, глава-мужчина может жестоко относиться не только к своей супруге, но также к детям и престарелым родителям. Однако эти случае в большей степени свидетельствуют о неэффективности работы социальных и правоохранительных служб Республики Корея, которые не могут принять превентивные меры, чтобы защитить более слабые слои населения, а также о жестокости главы семьи. Мы делаем подобный вывод на основании того, что исторически в южнокорейском обществе нет закрепленной практики превосходства взрослого ребенка над престарелыми родителями, и такие случаи - исключения. В то же время, существует другой образ южнокорейской семьи: крепкой и дружной, члены которой помогают друг другу, а также могут оказывать позитивное влияние друг на друга, удерживая от совершения противоправных действий.
2.3. Анализ статей за 2008 - 2017 гг.
В статье, посвященной проблеме молодежной занятости, авторы приводят результаты проведенных ими социологических опросов, который был нацелен на изучение приоритетов молодых людей. Согласно данным в материале, более 49% опрошенных в качестве главного приоритета назвали “найти работу” и лишь 4% сказали о любви и отношениях. Однако было отмечено, что одними из решающих факторов, из-за которых молодёжь стремится найти высокооплачиваемую работу, являются “содержание семьи” (19,9%) и “семейные трудности” (11,8%). Также видится необходимым отметить прямую связь между финансовым статусом родителей и эмоциональным состоянием респондента: в семьях с высоким доход в большинстве случаев молодые люди испытывают гордость за себя (43,8%), в семьях с доходом выше среднего, ниже среднего и находящимся на грани бедности данный показатель равен 35,7%, 31,7% и 14,7%. Интересны слова девушки, которая сказала: “Я сейчас в том же возрасте, что и моя мама, когда она родила меня. Я не знаю, выйду ли я замуж, потому что я просто рада, что могу жить, хотя мне недостаточно того, что я зарабатываю, на жизнь”. Таким образом, можно предположить, что, несмотря на тот факт, что работа - это более приоритетный показатель, в прессе складывается образ молодежи, которая испытывает стресс и отказывается от серьезных отношений и брака в раннем возрасте из-за желания помочь своей семье финансово.
В авторском колонке журналистки Ким Сон Чжу была опубликована статья “Хорошо, что я не знаю ничего, кроме любви”, которая является своеобразным признанием в любви мужу. В этом материале пред нами предстает образ любящих и уважающих друг друга супругов. Отмечает, что это не первых брак для этих людей, но именно в нем они начали испытывать счастье. Тем самым в последние годы в прессе встречаются материалы, в которых повторный брак описывается в положительном направлении.
В статье 2016 года, посвященной возможному бракоразводному процессу председателя SK Group Чхве Тхэ Вона и директора Art Center Nabi Но Со Ён. Примечательно то, что процесс был инициирован из-за измены Чхве Тхэ Вона. Однако автор статьи не осуждает мужчина из-за его поступка, который сложно расценивать как правильный. В то же время, вероятно, если бы этот случай произошел в начале 21 века, то новостная заметка содержала бы больше порицания. Будичи анписанной в 2016, в ней лишь обсуждаются финансовые вопросы, связанные с разделом имущества и возможными алиментами. Поэтому можно сделать вывод, что в данной статье пред нами предстает типичный образ семьи из прессы западных обществ, в которых супружеские измены, конечно, осуждаются, но не являются “злом”. Однако существует вероятность, что причина, по которой главный акцент в данной статье направлен на экономические вопросы, а не на межличностные, связана с высоким социальным статусом обоих супругов, и поэтому общественности интересны другие аспекты их жизни.
В рубрике “Как мне стать хозяином своей жизни” мужчина, отец девочки-подростка, описывает проблему в семье: постоянные ссоры матери и дочери, инициируемые первой. Необычность этого материала заключается в том, что в нем представлены образы заботливого и довольно либерального отца, который уделяет много времени своему ребенку, и безразличной и консервативной матери, которая недовольна дочерью и применяет к ней насилие. Герой статьи пишет: “На этих выходных жена одна поедет в родной город встретиться с друзьями, я же приду за дочерью в школьное общежитие, пообедаю с ней, посмотрю кино, поговорю…” -, что является нетипичным поведением для отцов в Южной Корее. Возможно, описанный образ отца был приукрашен редакторами и не соответствует действительному характеру героя рубрики, однако нельзя не отметить, что это новый способ изображения отца в южнокорейской прессе.
Следующую рассмотренную нами статья можно противопоставить ранее вышеупомянутой: она посвящена женщине, жизнь которой нельзя назвать легкой. Она росла в неблагополучной семье, где отец применял насилие, ее мать ушла из семьи, бросив дочь. Героиня во взрослом возрасте стала жертвой финансовых махинаций, а после травмы страдает амнезией, потеряв контакты с семьей. Кроме того, ее сын, рожденный вне брака, серьёзно болен из-за родовой травмы. Однако автор статьи рисует пред нами образ сильной и мужественной героини, которая, не отчаивается и старается, чтобы ее сын мог жить полноценной жизнью. Описание подобных случаев самопожертвования среди матерей распространены в южнокорейской периодике.
Следующая статья связана с проблемой подростковой беременности и полового воспитания в Южной Корее. Автор данного текста - мать школьницы - видится нами в качестве прогрессивной женщины, которая понимает современные реалии и пытается обратиться к обществу с призывом изменить сложившуюся ситуацию с табуированием некоторых тем в общении между родителями и детьми, а также призывает государство изменить политику в области продажи контрацептивов. В данном материале основной посыл совпадает с содержанием статьи о подростковой беременности, рассмотренной нами ранее в разделе, посвященной периодике за 2000-2007 гг. Таким образом, образ либеральной матери все так же продолжает существовать в южнокорейской прессе, а вопрос связанный с несоответствием половой и социальной зрелости, остается насущным. Однако хочется отметить, что практически отсутствуют негативные материалы на данную тему в рамках портала Хангёрэ. Также данную тенденцию можно выявить в “Беременные школьницы должны иметь возможность продолжить обучение”, содержание которой заключается в осуждении запрета на учебу в школе беременным подросткам, который объясняется возможным негативным влиянием на других обучающихся.