Вф М. Константинов
но, бригантина «Екатерина» (рис. 6), житель Охотска (рис. 7), русский чиновник (рис, 8) и Кодаю и И-сокити (рис. 9 стр. 51).
Врукописи рассказывается о пребывании в России ,капитана япойского корабля ! Синсе:-мару ( Камиясу-мару ) Дайкокуя' Кодаю, матроса Исокити и других членов экипа жа и о возвращении их в Японию. :В начале 1783 г. (см.
комм .12 и 13) корабль Синсё:-мару вышел с грузом риса и других товаров из .гавани Сироко -провинции Исэ. В от крытом ,море, против провинции Суруга корабль был застиг нут тайфуном, потерял мачту,, руль и после шести с лишним месяцев скитаний по Тихому океану был принесен к острову Амчитка (одному из Алеутских островов). Через четыре го да потерпевшие кораблекрушение японцы перебрались с по мощью русских промышленников с Алеутских островов на Камчатку, оттуда б Охотск, затем в Якутск и, наконец, в Иркутск. В Иркутске они прожили три с лишним года. За это время капитану корабля Кодаю, удалось при содействии :и вестното в то время ученого-естествоиспытателя Кирилла(Эрика> Лаксмана съездить в Петербург, где он получил •аудиенцию у Екатерины II и разрешен.ие для себя, Коити и -Исокити вернуться на родину. В 1792 г. они были доставлены из Охотска в Японию на бригантине . Екатерина» с экспеди цией поручика Адама Лаксмана, сына Кирилла Лаксмана 5.
5гПодробные.сведения об экспедиции даются :в статье Э. Я. Файнберг, Экспедиция Лаксмана в Японию,— Тру^ы Московского института восто- •коведейия»; 1947 № 5 и s других работах того же автора, посвященных истории русско-японских отношении. -Первое сообщение об экспедиции Лаксмана — «О первом российском посольстве в Японию под начальст вом Лаксмана» — было напечатано в у'рнале Друг просвещения», 1804, ч. IV, стр. 249 270 (в 1805 г. издано отдельной брошюрой). См. также: В. Лагус, Эрик Лаксман, его жизнь, путешествия, исследования и пере писка, перевод с шведского Э. Паландера, СПб., 1890; В. Н. Берх, Путе шествия поручика Адама Лаксмана в Япопйю «Северный архив», СПб., 1822 ч. V, етр.^245—273.
10
Введение
: Во: время пребывания в России Кодаю и Исокити озна комились со многими сторонами жизни неизвестной им до того страны и по возвращении в Японию рассказали своим •соотечественникам о климате, природных богатствах, сель ском хозяйстве, -некоторых видах промышленного производ ства России, о -быте, культуре, религии и обычаях ее наро дов. С большой теплотой Кодаю и Исокити отзывались о русских, которые «осыпали милостями» потерпевших кораб лекрушение. Несмотря на то что феодальное правигельство Японии препятствовало распространению сведений о других странах, рассказы Кодаю и Исокити и весть о неожиданном возвращении их на родину стали достоянием японского об щества того времени и породили дружеские чувства к России.
Правда, вскоре стали распространяться отдельные враж дебные 'высказывания о России, инспирированные голланДг цамн, стремившимися сохранить свое исключительное, мо нопольное положение в торговле с Японией. Желая что-то противопоставить влиянию' рассказов вернувшихся «а роди ну японцев, лица, враждебные России,, утверждали, что возг вращение русским правительством потерпевших кораблекру шение японцев на родину и хорошее отношение ‘русских к йим объясняется якобы не д]ружескими; чувствами к "япон скому «ароду, а желанием использовать это как предлог для завязывания торговли с Японией. Против ;та,кого извращен ного толкования .хорошего отношения к японцам выступил проф. Есино Сакудзо. Он писал:
«Если к японцам, людям незнакомой, странной расы, от носились ,без малейшего отвращения и жестокости, то это, я думаю, ; объясняется не только тем, что их хотели исполь зовать. Ведь потерпевшие кораблекрушение не чувствовали, там ни малейшей опасности с самого начала, даже когда они были на отдаленном, изолированном острове, где такое ■отношение «ельзя был-о объяснить точным выполнением при казов центрального правительства... И в результате в то время о России... в нашей стране сложилось очень хорошее мнение. На этот факт следует обратить внимание. Помню
В.М. Константинов
я.коГда-то читал книгу Банкэй дзиряку, лаписа-нную !Моими
старшими земляками Оцуки Нёдэн и Оцуки Фумихико6, и: в мое сердце запали следующие слова из этой книги: „Бан кэй с детского возраста слышал и запомнил эти рассказы о России... „Да, — говорил он, — Россия — это соседняя стра на, к тому же это великая страна, это добросовестная и дру
желюбная страна, которая уже дважды 'присылала своих послов, чтобы вернуть потерпевших кораблекрушение“ 1•
Сравнивая отношение к японцам в России с отношением
феодальных властей |
Японии |
>к иностранцам, |
проф. Ёсина |
||
писал: |
|
|
|
|
|
В Синсё:-мару хё:минки (см. н-иже, |
стр.15. В, К.) есть |
||||
такие слова: „Когда |
я |
(Кодаю. — В. /(.) жил в Пэтэрубору |
|||
(Петербурге. — В. /С.), |
меня |
каждый |
день приглашали то |
||
в одно, то1в другое |
место и |
угощали |
важные |
сановники, |
|
знатные горожане, а также чиновные лица, прибывшие, туда: из других государств, так что я никогда не питался у себя на квартире. Сановники часто брали меня с собой во дворец и показывали мне его. Царица8 также запросто приглашала
6 Оцуки Нёдэн ( |
1845—1931)и Оцуки Фумихико |
|
( , 1847—1928)—ученые, сыновья известного японского |
ученого |
|
и политического деятеля, |
сторонника открытия страны Оцуки |
Банкэй |
( 1801—1878); написали биографию своего отца, изданную под. заглавием Банкэй дзиряку ( ШШШШ ). Нёдэн известен в основном как исследователь истории японской музыки, а Фумихико — как один из крупнейших японских лингвистов, автор многих фундаментальных работ по японскому языку, составитель и редактор словарей, в том числе извест ного словаря «Гэнкай».
7 .
1924, 36, 37 (далее — Есино Сакудзо, Хё:рю:мин Ко:даю:). Первое иэ- посольств в Японию, о которых говорил Банкэй,— экспедиция А. Лаксмана, с нейбыли возвращены Кодаю, Коити и Исокити, второе — посоль ство Резанова, доставившее в Японию Цудаю, Гихэй, Сахэй и Тадзюро.
Запись |
рассказов об их приключениях издана под названием Канкай |
|
ибун, — см. ниже, стр.18. |
|
|
8 |
(кокуо:)у в других записях, в частности в |
Оросиякоку суй- |
мудан— (нетэй), т. е. императрица». |
|
|
12
Введение
шеня к себе и разговаривала со мной, и даже наследник
престола и царевны, ■~ возможно, |
потому, что |
японец был |
для них диковинкой, — подзывали |
меня и часто |
беседовали |
со мной**. Судя по этому, отношение к нему было достаточно хорошее, пусть даже йотому, что он „был диковинкой“. Это отношение, как облако на лужу, не похоже на обращение сёгуноБ периода (бакуфу 9 с голландцами: допуская раз в год ^голландцев на аудиенцию в столицу, сёгуны смеял-ись «и изде вались над чужеземцами, обращаясь с 'ними, как с собаками или кошками. Их заставляли то вставать, то кувыркаться, то показывать, как пьют вино, то изображать драку и вообще смотрели на них, как на ш!утов» 10.
В то время,^ когда была написана рукопись Оросиякоку суймудан, феодальное правительство Японии придержива лось так называемой политики закрытия страны (сакоку сэйсаку .которая стала проводиться более чем за полтора столетия до этого, с 30-х годов XVII -в. Доступ в Японию иностранцам категорически запрещался. Исключение было сделана только для китайцев и голландцев. Последним раз решалось присылать для торговли ,в Нагасаки не более од ного корабля в год и. Японцам выезд за пределы страны так же не разрешался, за нарушение грозили строгие наказания, вплоть до смертной казни. Третий пункт указа ют 19-го дня 5-й луны 13-го года Канъэй (1636) гласил: В случае прибы тия японцев, уехавших в чужую страну и имевших там жи тельство, их должны приговаривать к смертной казни 12.
Строго запрещалось и распространение всякого рода сведений о других 'странах, запись и хранение их. Такие запи си делались только по особому распоряжению правитель
9 Б а куф у правительство сёгуната Токугава. 10 Есино Сакудзо, Хё:рю:мин Ко даю:, стр. 21—22.
11 См.: Очерки новой истории Японии», М., 1958 стр. 89~ 92.
13
В. М Кшстйнтинов
ства хранились как Шкретые шкуиеты .-Ученые, ^писавшие о чужих .странах, боялись хранить даже черновики своих ра бот. Так, Кацурага'ва Xogk>,b который помпоруче.нию сёгуна Иэнари перевел голландские"материалы о России и написал доклад Оросия ря/с/са (Росая ря/с/с ) :( 35 ) Крат-
«йе записки о: Ро'осии оди-н .экзбМ'пля,р работы |
сдал ‘в баку у” |
|
а черновики жег, «дабы |
избежать „разглашения тайны 4- |
|
В этой политике., «закрытия -страны» '«настойчиво прояви |
||
лялась одна • руководящая |
идея: сохранить |
без изменений |
данный -феодальный порядок... не ^допустить . никаких^ нов шеств или.перемен, так как они' влекут за собой угрозу ослаб ления гегемонии Токугава иад феодальными кня ям:иг угрозу крестьянской войны, угрозу сильного иностранного* влияния...» 14.
Однако, несмотря на это запрещение, некоторые из пе редовых япондеЁ того врёмёни, интересовавшиеся жизнью других стран, nix наукой, обычаями, культурой, переписывали секретные записи сведений, полученных от ялонцеа, побьь вавших за границей. Но, поскольку это делалось наспех, тай но, под страхом наказания, ,в дошедших до нас документах оказалось много искажений, неточностей, пропусков и рас хождений. Историк Камеи Такаёси поэтому поводу пишет: <<В период Эдо рассказы лиц,-потерпевших кораблекруше ние, неоднократно переписывались, с копий снимались копии, и нередко один -и тот же ;фахт 'получал довольно широ кую известность, изложенный в различных вариантах, с раз ной степенью точности и порой под измененным назвайием» 15.
Поэтому каждая вновь обнаруженная запись рассказов, японцев TÖTiO времени, обывавших за границей, в частно сти в России, представляет собой большой научный интерес, тгк как дает возможность уточнить имевшиеся до сих пор
13 1938 89 |
далее — |
|
Синсэн дай дзиммэй дзитэн). |
’ |
|
14 Е. Жуков, История• Японий} М. 1939, стр. 66. |
> ) |
|
15 _ _ • ,1937, ,3 далее — Хокуса мЬнряку)
4