«Кисея» и «полукисея» - xassa, dastar (jlij), salu (J). В.К. Клейн сравнивает кисею с тканью, называвшейся «фата», с тем отличием, что кисея изготавливалась из хлопка, а фата - из шелка, «а также, кажется, кисея совсем не подвергалась окраске» [7, с. 64]. Для фаты же характерны полотняное переплетение нитей и большая их разреженность, создающая эффект полупрозрачности [7, с. 59-60].
Очевидно, наилучший сорт кисеи назывался по-персидски xassa (таблица, №66, 82) или dastar-i xassa (таблица, №74). В двух случаях этому названию дан русский перевод, подчеркивающий высокое качество товара, - «кисея добрая». Слово xassa имеет арабское происхождение, в своем основном значении «особенный, отборный» в персидском языке может служить для обозначения товаров наилучшего качества, противопоставляя их обыденным, xarji. Кроме того, одно из его значений - «название одной из известных материй, которую ткут в Индии; вид белой ткани» [20]. Ф. Акерман возводит к араб. xassa упоминаемые в документах астраханской таможни середины XVIII в. названия «хассик», «хезы» и «хеза», отмечая, однако, что в персидском языке это слово обозначает «шелк» или «шелковую материю» (очевидно, она подразумевает перс.-араб. j^., xazz - «ткань из шелка или смешанная шелково-шерстяная» [20]). Указанные материи были двух сортов, ширина их варьировалась в промежутке от 35,5 до 71,1 см, а длина отрезов была от 2,84 до 4,97 м, производились в Гиляне, Кашане и Шемахе [9, p. 2168].
Кисея низшего сорта, или по-русски «полукисея», в наших документах именуется salu (таблица, №25) или dastar-i salu (таблица, №6, 16). Для salu словарь Диххуда приводит следующие значения: «белая тонкая ткань, подходящая для чалмы (dastar); ткань, из которой делали чалмы и женские рубахи» [20]. В одном из документов упоминается ткань salu-yi tulami, в определении которой логично видеть указание на место производства - город Тулем в Гиляне В отчетах астраханской таможни упоминается также ткань под названием «тулумей», разновидность бязи, которая производилась в Тегеране, Ардабиле и Йазде [9, р. 2164]. «Ткань, состоящая из крашеной основы и белого утока или наоборот» [24, с. 25-26].. Название salu неоднократно встречается также в «Диване одежд» Низама Кари (XV в.), издатель Мухаммад Мушири поясняет его как «тонкую красную с черноватым оттенком (surxi siyah-amiz) ткань, которая подходит для женской одежды и чалмы» [21, p. 200].
Слово dastar с основным значением «плат» или «чалма», насколько можно судить по использованным в статье материалам, могло означать и материал, из которого, очевидно, изготавливался в то время этот головной убор, то есть кисею вообще, с уточнением ее сорта. В XVIII в. встречается в русских документах в форме «тастар» [9, p. 2164]. В одном случае значение одиночного слова dastar передано как «кисея средняя» (таблица, №70), что, возможно, указывает на существование трех сортов этого материала, из которых dastar располагается посередине между salu и xassa.
Alca/alja/allja-yi qasab. Для названия ткани qasab в рассмотренных здесь русских переводах не дается специального эквивалента, однако персидские толковые словари описывают ее как тонкую материю из хлопка. Слово встречается лишь в сочетании с alca/alja, указывающим на полосатую или пеструю расцветку, которое и само по себе (таблица, №50, 54, 58), и в сочетании alca/alja-yi qasab (таблица, №42, 45) переводится на русский язык словом «пестредь».
«Дараги»/«дорога» - dara'i (ljlJ). Популярная шелковая ткань, на происхождение русского названия которой указал К.А. Иностранцев. Согласно характеристике В.К. Клейна, схожа с тафтой - одноцветной гладкой шелковой тканью полотняного плетения, однако для утка берутся нити более толстые, чем для основы, и, кроме того, уток и основа имеют разную окраску [7, с. 57, 60-61]. Дороги бывали как одноцветные, так и с узорами, в полоску или клетчатые. Ф. Акерман отмечает, что ткань dara'i могла быть и шелковой, и полушелковой; в Индии так называли ткань с двусторонним рисунком (предположительно, от перс. duruyi, соответствующего русскому определению «двоеличный», т.е. двусторонний) [9, р. 2168-2169].
В рассмотренных документах встречаются дороги из Решта (таблица, №3, 88, 100), Лахиджана (таблица, №52, 101), Кашана (таблица, №2, 94, 99), Гиляна (таблица, №4). Иногда указывается особенность расцветки, в частности указываются дороги, окрашенные в красный цвет лаком, - laki, «ляковские, ляковые» (таблица, №53, 64, 89, 90, 95, 96), а также полосатые - alca/alja-yi dara'i из Йезда («полосатые дороги язкие», таблица, №49).
Н.В. Сазонова отмечает, что расцветка alija представляет собой икат: нити окрашиваются так, что образуются «вариации в цвете по всей длине». Она приводит в качестве примера ткани dara'i подобной окраски ту, что использована при пошиве хранящегося в Оружейной палате стихаря патриарха Никона [11, с. 50-51].
«Кутни» - qutni. «Кутня» (мн. «кутни») определяется В.К. Клейном как ткань, напоминающая внешним видом атлас, однако основа ее делалась из шелковых нитей, а уток «из очень толстых бумажных (некрашеных), соединяющихся между собой правильным атласистым переплетением» [7, с. 62]. Два образца ткани этого типа входили в состав даров, привезенных Хасан-беком в 1640 г., причем один из них был произведен в Кашане, а второй - в Гуджарате (таблица, №107, 109).
«Отласы» - atlas (Ш). Гладкая шелковая ткань, напоминающая типом выработки сатин [7, с. 48], встречается преимущественно в качестве даров. Так, среди подарков, присланных шахом Михаилу Федоровичу в 1640 г., были атласы из Табриза и из индийского Гуджарата (таблица, №105, 106).
«Отлас/атлас золотной» / «камка золотная» - zarbaft. Шелковые ткани, в производстве которых использованы золотые и серебряные нити, в большинстве случаев в персидских росписях фигурируют под названием zarbaft, что на русский язык переводится либо словом «атлас/отлас» с описанием цвета фона, рисунка ткани и материала золотной нити, либо как «камка с золотом», «камка серебряная» (таблица, №8, 29-32, 34-38, 43, 47, 86, 92, 97, 104). Много тканей этого типа вошло в роспись даров, привезенных Биджан-беком в 1637 г., для которой сохранилось два варианта перевода. Исходя из них можно утверждать, что определения «золотной атлас» и «камка с золотом» в этот период были равнозначны и могли употребляться для обозначения одних и тех же тканей, именовавшихся поперсидски zarbaft. Зафиксированный же в ряде документов и производный от персидского термин «зарбаф/изорбаф» в это время в русский язык еще, очевидно, не вошел. В росписях даров подробно описывается цвет фона (bum, «земля») таких золотных материй и цвет или материал цветочного орнамента (gul). При этом название zarbaft (досл. «златотканый») относилось и к тем тканям, в которых использовались серебряные нити, а в уточняющих описаниях для обозначения материалов этих нитей использовались слова tala («золото») и nuqra («серебро»), например, zarbaft-i banafsh bum-i nuqra gul-i tala - «золотная ткань фиалковая, фон с серебром, цветы золотые» (таблица, №37).
«Камка», «камка китайская» - xitayi. Наряду с золотными тканями zarbaft среди даров Сафи I, привезенных купчиной Биджан-беком в 1637 г., были два образца шелковой ткани китайского производства, которая обозначена термином xitayi, досл. «китайская» (таблица, №33, 39). Она, очевидно, не имела золотных нитей, так как в описании одного из этих двух образцов упомянут лишь «голубой фон и желтые цветы».
«Камка двоелишная», «камка цветная» - kamxa/kimxa). Только в двух случаях для обозначения шелковой ткани встречается персидское kamxa/kimxa, которое представляется наиболее вероятным источником русского слова «камка» (таблица, №44, 48). В первом случае в русском переводе обозначен тип камки - «двоелишная», то есть двусторонняя (в персидском определении - с фиалковым фоном и белыми цветами), во втором уточняется, что она «цветная» (в персидском определении - с желтым фоном и красными цветами). Из персидских описаний следует, что kamxa/kimxa, как и xitayi, - это шелковая ткань с узором, не содержащая золотных нитей.
«Бархат» - maxmal. Дорогая шелковая материя с ворсом. Бархат производился в Иране начиная с XVI в. [11, с. 64]. Помимо простого одноцветного бархата - maxmal или maxmal-i sada (таблица, №87, 93, 98, 103), иногда с указанием цвета (№41,46), в росписях упоминаются также бархаты многоцветные - maxmal-i alvan и «семицветные» - maxmal-i haftrang (таблица, №103). Кроме того, среди даров, привезенных в 1637 г. Биджан-беком и в 1640 г. Хасан-беком, были бархаты золотные, тканные как золотом (maxmal-i talabaf), так и серебром (nuqrabaf).
Выводы
Сравнение номенклатуры тканей из росписей товаров иранских купчин и дипломатических даров того достаточно краткого периода русско-персидских отношений, который охватывают исследованные здесь персоязычные описи и их русские синхронные переводы, с таможенной номенклатурой XVIII в., представленной в статье Клейна и Акерман, позволяет отметить, что и состав, и русские (и, возможно, персидские) названия ввозившихся из Ирана тканей довольно быстро менялись. Исключительно русскоязычные источники, в которых иностранные термины искажены и не имеют устойчивой формы, зачастую не дают достаточно материала для того, чтобы установить, какие именно ткани скрываются за причудливыми названиями. Точно так же и персидские толковые словари иногда дают противоречивые характеристики названиям тканей, которые на протяжении веков могли менять свое значение. Сравнение этих названий с русскими их эквивалентами XVII в., которые исследователи смогли соотнести с конкретными образцами, сохранившимися в музейных коллекциях, способствует более точному пониманию персидских терминов.
Лишь благодаря таким двуязычным источникам, которые рассмотрены в статье, можно уточнить значения таких «темных» русских названий, как «фереспирь/ переспирь», «киндяки лековровые», установить связь между персидскими названиями xassa, dastar и salu и русскими «кисея» и «полукисея», определить время появления в русском обиходе термина «зарбаф/изорбаф». Дальнейшее выявление и изучение таких источников позволит не только проследить, как менялся ассортимент ввозившихся из Ирана в Россию тканей, но и уточнить значение и происхождение целого ряда русских и персидских терминов, связанных с текстильным производством и торговлей, и в перспективе может улучшить понимание и облегчить перевод как старых русских, так и персидских текстов, затрагивающих данную тематику.
Литература
1. Савваитов П.И. Описание царских утварей, одежд, оружия, ратных доспехов и конского прибора, извлеченное из рукописей архива Московской оружейной палаты, с объяснительным указателем. СПб.: Типография Императорской академии наук, 1865. [2], 351 с.
2. Савваитов П.И. Описание старинных русских утварей, одежд, оружия, ратных доспехов и конского прибора, в азбучном порядке расположенное. СПб.: Типография Императорской академии наук, 1896. 184 с., ил.
3. Иностранцев К.А. Из истории старинных тканей. Алтабас, Дороги, Зендень, Миткаль, Мухоярь // Записки восточного отделения Императорского Русского археологического общества. 1901. Т. 13. С. 80-85.
4. Веселовский Н.И. Памятники дипломатических и торговых сношений Московской Руси с Персией. Т. 3. СПб.: Лештуковская паровая скоропечатня П.А. Яблонского, 1898. 741 с.
5. Мухаммад Наршахи. История Бухары / пер. Н. Лыкошина. Ташкент, 1897. 128 с.
6. Беленицкий А.М., Бентович И.Б. Из истории среднеазиатского шелкоткачества (К идентификации ткани «занданечи») // Советская археология. 1961. №2. С. 66-78.
7. Клейн В.К. Иноземные ткани, бытовавшие в России до XVIII в., и их терминология. М.: Издание Оружейной палаты, 1925. 68 с.
8. Клейн В.Б., Панова Т.Д. Минувшее - не значит забытое. Владимир Карлович Клейн // Вестник архивиста: информационный бюллетень. 2002. №4-5 (70-71). С. 327-340.
9. Klein V., Ackerman Ph. A Russian document on Persian textiles // A Survey of Persian art from prehistoric times to the present. Vol. 3 / ed. by A.U. Pope and Ph. Ackerman. London; New York: Oxford University Press, 1939. P 2163-2174.
10. Бахмутова Е.К. Иранские элементы в деловом языке Московского государства // Ученые записки Казанского государственного педагогического института. Факультет языка и литературы. 1940. Т. 2. С. 40-71.
11. Сазонова Н.В. Мир сефевидских тканей: история, эстетика, технология, использование, каталог коллекции ГМВ. М.: Государственный музей Востока, 2004. 192 с.
12. Русско-индийские отношения в XVII в.: сборник документов / сост. Т. Д. Лавренцова, А.А. Кока, Р.В. Овчинников, В.Н. Шумилов. М.: Восточная литература, 1958. 455 с., 3 л. ил.
13. Вилков О.Н. Ремесло и торговля Западной Сибири в XVII веке. М.: Наука, 1967. 324 с.
14. Хужанова О.Т. Восточные названия тканей в памятниках русской деловой письменности XVI-XVII веков (фарабат, лас, камка, зендень, киндяк, паф, атлас) // Вестник Челябинского государственного университета. 2011. №20 (235). Филология. Искусствоведение. Вып. 6. С. 144-147.
15. Россия и Восток: словарь языка документов по русско-индийским отношениям XVII века: конкорданс. Обратный словоформоуказатель. Частотный словоформоуказатель / Б.Д. Вафин, К.Р. Галиуллин. Казань: Казанский государственный университет, 2012. 251 с.
16. Бушев П.П. История посольств дипломатических отношений Русского и Иранского государств в 1586-1612 гг. (по русским архивам). М.: Восточная литература, 1976. 478 с.
17. Даль В.И. Толковый словарь великорусского языка Владимира Даля. В 4 т. 2-е изд. Т. 2. М.: Издание книгопродавца-типографа М.О. Вольфа, 1881. [4], 807 с.
18. Dorfer G. Turkische und Mongolische Elemente Neupersischen. 4 Bd. Bd. 2. Wiesbaden: Franz Steiner, 1965. 671 S.
19. Персидские дипломатические документы времен шаха Сафи I из собрания РГАДА / Андреев А.А., Копанева Д.Д., Костиков С.Е., Писчурникова Е.П., Резван М.Е., Слесарев Т.А., Шорохов В.А., Ястребова О.М. СПб.: «Наука», 2021. 303 с.